Жизнь и смерть гражданина России как зеркало украинской действительности

30 марта, 2007, 00:00 Распечатать Выпуск №12, 30 марта-6 апреля

На прошедшей неделе рефреном звучала мысль о том, что расследование дела об убийстве Максима Курочкина станет испытанием для правоохранительных органов и для украинской власти в целом...

 

На прошедшей неделе рефреном звучала мысль о том, что расследование дела об убийстве Максима Курочкина станет испытанием для правоохранительных органов и для украинской власти в целом. С этим нельзя не согласиться, не отметив кстати, что не меньшим испытанием для власти вообще и для правоохранительных органов в частности была и жизнь ныне покойного. Сообщая о смерти этого человека, многие украинские телеканалы величали его исключительно «российским бизнесменом», словно позабыв о том, что он всю свою жизнь последовательно убеждал окружающих в меткости собственной клички — Макс Бешеный.

Как выдержит это новое испытание власть, можно прогнозировать уже сегодня. Не только основываясь на имеющемся жизненном опыте, но и с любопытством сопоставляя комментарии относительно убийства М.Курочкина представителей нынешней элиты, столь неравнодушно отреагировавшей на происшествие. Из всего многообразия неуместных цитат можно выделить высказывание заместителя лидера фракции Партии регионов В.Киселева. Он решил, что «это политическое убийство, целью которого было столкнуть Украину с Россией, ведь Курочкин — гражданин России. Убийство Курочкина — это один из эпизодов плана по роспуску парламента». Глобальное мышление, что и говорить…

Очевидно, что в итоге все кому не лень используют это нашумевшее заказное убийство в своих внутренних разборках. И все эти взаимные выпады останутся пустым звуком. Сведутся к сакраментальному: «Куда смотрит милиция?!». Не приведут к консолидации усилий для того, чтобы хоть однажды, в порядке исключения, создать условия для нормальной работы правоохранительных органов и заставить их расследовать убийство по-настоящему. Хотя бы для того, чтобы другим неповадно было дерзко и нагло демонстрировать навыки элиты своего спецназа на территории сопредельного государства…

Кому только
не выгодно…

Прошедшую неделю активно муссировались практически все как возможные, так и маловероят­ные версии, касающиеся причин убийства Максима Курочкина. Ни одну из них не видим смысла выделять по целому ряду причин. Классическая формула «кому выгодно?» в данном случае должна применяться весьма осторожно, со множеством оговорок.

Во-первых, потому, что тот, кто вроде бы заинтересован в исчезновении Курочкина с бизнес-арены, именно ввиду очевидности этой заинтересованности не прибегнул бы к таким действиям. В частности, ввиду наиболее резонансного конфликта, связанного с бизнес-деятельностью покойного, выстрел по Курочкину не просто «рикошетит», но прицельно бьет по Коломойскому («Приват»), ранее «суицидальных» наклонностей такого рода не проявлявшему. И рынок этот был не самым дорогим объектом, связанным с интересами покойного. Так что, возможно, именно лиц, заинтересованность которых в исчезновении Курочкина очень уж очевидна, и следует поставить в самый конец длинного списка подозреваемых. Гораздо позднее тех, кому нужна была смерть Курочкина исключительно в качестве оружия против его оппонентов — как говорится, ничего личного.

Во-вторых, перетекание бизнес-активов Курочкина в другие руки в ближайшее время покажет, кому оказалась выгодна его смерть. Однако особенность ведения бизнеса покойным была такова, что прямые и четкие «причинно-наследственные» связи установить не так просто. Последующий раздел имущества также не даст однозначного ответа, кому была выгодна его смерть. Ведь за значительную часть активов, оставшихся после М. Курочкина, претендентам на высвободившуюся собственность еще предстоит борьба. И она обещает быть не менее кровавой.

В-третьих, размах деятельности, диверсификация бизнес-интересов, непосредственные, общеизвестные связи с политической и экономической элитой Украины и России, а также совершенно неподражаемый стиль поведения покойного, снискавшего Максу Бешеному одиозную известность, предоставляют широчайший простор для предположений — кто мог быть заинтересован в его смерти…

Осенью прошлого года (еще до ареста) Курочкин сделал несколько интересных заявлений. Он сказал, что у него уже нет собственности в Украине (что не соответствует действительности), а ущерб от ее сворачивания оценил так: «Если говорить приблизительно, то это около миллиарда долларов. Плюс-минус».

Кроме того, М.Курочкин отметил, что отношения с партнерами у него урегулированы: мол, у нас все замечательно, но это действительно внутреннее дело, и в России все вернул.

Высшие сферы

На фотографиях, сделанных по случаю открытия в Киеве «Российского клуба», исполнительным директором которого был М.Курочкин, можно увидеть представителей политического бомонда России и Украины. Здесь, в Украине, М.Курочкин, звавшийся еще и Максом Лужниковским, был вхож всюду, куда он стремился попасть, и ни репутация ставленника российской преступной группировки, ни совершенно отвязная манера поведения ему в этом совершенно не мешали.

В Киеве круг общения М.Курочкина в свое время включал, в частности, представителей политической элиты, людей, известных всей стране. Так что, переживая горечь утраты давнего знакомца, несомненно, с облегчением смогли вздохнуть очень многие украинские деятели — в том числе экс-министр внутренних дел Н.Белоконь, И.Бакай, В.Медведчук и многие другие, а также дружный строй наших милицейских генералов, по совместительству с основным местом службы возглавлявших многочисленную правоохранительную обслугу М.Курочкина в Киеве. «Я — хозяин города, меня сюда правительство направило», — то ли шутил россиянин, то ли уже сказывалось действие кокаина. И вел себя соответственно.

Как наша милиция его берегла…

Для правоохранительных органов М.Курочкин стал испытанием давно, пожалуй, с момента своего появления в Украине. Излишне говорить, что они это испытание не прошли. Здесь, в Украине, гражданин России М.Курочкин, без преувеличения, вершил судьбы, а в правоохранительной системе при помощи наших милицейских генералов фактически раздавал чуть ли не любые должности.

Что пенять на правоохранителей, если перед Курочкиным лебезили государственные деятели, народные депутаты и артисты? Офицерской честью ведь не прокормишься…

М. Курочкина охраняли сотрудники «Титана», вооруженные автоматами. Правда, он говорил, что это ребята из «девятки», и на этом, так сказать, основании личная охрана Макса нагло прорывалась с оружием на борт пассажирских самолетов.

М. Курочкина расстраивало то, что начальник его охраны — «всего лишь» полковник милиции. Ему хотелось, чтоб на этом посту у него был генерал. Люди знающие не сомневались: он, в любое время напрямую звонивший на мобильные заместителям министра внутренних дел, руководителям киевского милицейского главка, так бы и сделал. Просто не успел из-за смены власти, когда пришлось покинуть Украину.

Тут кстати вспомнить еще одного гражданина иностранного государства, осчастливившего своим появлением нашу гостеприимную родину. Это араб, известный в определенных кругах в качестве личного наркодилера Макса Бешеного. Выходец с Ближнего Востока в открытую продавал наркотики в киевских ночных клубах, будучи абсолютно неприкасаемым для правоохранительных органов. Размах этой торговой деятельности был таков, что осуществлять ее без ведома правоохранителей невозможно. Они и знали, они же вообще много чего знают…

Когда в Киеве было совершено предыдущее, неудачное покушение на М.Курочкина, милиция бодро взялась за дело. Однако, как утверждают, реально следствие длилось дня два, пока Курочкин не заявил руководству киевского главка, что разберется сам… Несмотря на то, что в результате инцидента пострадали сотрудники милиции, руководство не возражало. Не потому, что решило прибегнуть к эффективному, хотя и незаконному средству саморегулирования криминальных элементов на вверенной территории, предоставив бандитам возможность перестрелять друг друга. А просто потому, что привыкло выполнять приказы М.Курочкина.

Это отдельные штрихи, касающиеся стиля жизни покойного, на который украинская власть в лице своих правоохранительных органов не только не пыталась повлиять в предусмотренном законом порядке, но оказывала всемерную поддержку, переходящую в холуйство.

Но существует и обратная сторона взаимоотношений М.Курочкина с нашими правоохранительными органами. Тоже весьма показательная, поучительная, а местами даже забавная. Если не говорить о печальном конце, конечно.

По иронии судьбы отвязный гражданин, позволявший себе все что угодно, в конце концов был привлечен к ответственности столь же незаконно. На основании предоставленных материалов доказать его вину в нормальном суде было бы крайне проблематично. Поговорка «время упущено — дело загублено» к делу о вымогательстве, которое инкриминировали Курочкину, относилась в полной мере. Каким-то материалам вовремя не дали ходу, другие «просто пропали», фактически — укрывались преступления. А ведь тогда, когда произошел сам факт вымогательства, в результате были задержаны… сотрудники правоохранительных органов, выехавшие по заявлению потерпевших о вымогательстве! К решению «проблемы» моментально подключились генералы из МВД, запретившие операм давать ход делу. В дальнейшем было сделано все для того, чтобы дело не подлежало реанимации, гробились доказательства, изымались вещдоки. Кто-то понес наказания за эти бесчинства? Разумеется, нет.

Но даже несмотря на то, что доказательная база по тем эпизодам, за которые привлекался к ответственности М. Курочкин, была, мягко говоря, недостаточной, этот пробел можно было бы восполнить. С помощью дел о превышении служебных полномочий, злоупотреблении служебным положением — высшими чинами МВД прежде всего. Кроме того, следовало возбуждать дела также в отношении милиционеров, составляющих охрану Курочкина. Охрану, с которой он и в мирной обстановке был незразлучен, а уж «на дело» ни за что бы не поехал один. Они присутствовали при вымогательствах, причем отнюдь не в качестве случайных свидетелей. Никто, понятно, даже не пошевелился в этом направлении. В итоге получается, что беспредельщика привлекали к ответственности на довольно-таки сомнительных основаниях. Своеобразная справедливость.

Можно только предполагать, на каком уровне отдавался приказ относительно М.Курочкина — речь не об убийстве, а всего лишь о распоряжении привлечь к ответственности «по всей строгости закона». Но можно с уверенностью утверждать: в нашей стране без воли «свыше» человек, обладавший такими деньгами и связями, как М.Курочкин, не может привлекаться к ответственности «просто» за то, что он совершил преступление. У нас такого не случается, так сказать, нет соответствующей правоприменительной практики. Итак, исходя из вышеизложенного, Курочкин, по иронии судьбы, в определенном смысле стал жертвой правоохранительной системы, в конце концов подыгравшей киллерам то ли в силу непрофессионализма, то ли по причине продажности. А случилось это в государстве, беспринципность, безответственность и продажность должностных лиц которого М.Курочкин всегда использовал на все сто процентов.

Не сомневаясь в том, что дело об убийстве Курочкина раскрыто не будет, все же зададимся вопросами, ответы на которые, возможно, способствовали бы установлению истины. Почему Курочкин все-таки вернулся в Украину? Кто именно гарантировал ему неприкосновенность и вселил в него уверенность в том, что здесь безопаснее, чем дома? По чьей воле был дан ход материалам уголовного дела? И кто добился его задержания прямо в аэропорту?

На вопрос, почему милиция не предприняла в отношении Курочкина необходимые меры безопасности, замминистра Н.Купянский ответил, что санкцию на соответствующие мероприятия должен давать суд. «Такого постановления не было… Если бы оно было, мы бы использовали и бронированный автомобиль, и бронежилеты», — отметил он. Такие вещи рассказывает наша милиция…

Года два назад на тех, кто находился рядом с Курочкиным, просто какой-то «мор» напал. Не раз и не два на территории Украины совершались покушения на Макса и его приближенных. «Армейский» стиль покушений ассоциируется скорее с чеченской войной, чем с «повадками» наших отечественных киллеров (в основном, менее профессиональных и дерзких). Предыдущее покушение на Курочкина в центре столицы было осуществлено посредством машины, начиненной взрывчаткой. В тот раз пострадали охранявшие его сотрудники «Титана», Курочкина спасла броня его автомобиля. Незадолго до убийства Курочкина в пригороде украинской столицы были расстреляны близкие к нему люди, в том числе начальник его охраны. Это все к тому, что можно было догадаться, что угроза жизни М.Курочкина существует. Даже без учета его собственных заявлений на этот счет. А у милиции, видите ли, не было постановления суда, и даже, несмотря на регулярные покушения, никаких нехороших предчувствий. По неофициальной информации всего на Курочкина было совершено около десятка покушений. Сам он называл число 17. Учитывая его образ жизни, если и преувеличил, то, пожалуй, не сильно.

Кстати, кроме общеизвестных покушений на его приближенных был еще и такой. Как-то исчез упомянутый нами выше наркодилер, как утверждают злые языки, личный специалист Курочкина по специфическим «коктейлям», к которым он питал слабость. Спустя некоторое время этого завсегдатая самых дорогих киевских клубов и неисправимого любителя потусоваться в светском обществе, обнаружили, как ни странно, в глухомани, среди отдаленных карьеров. Весной водолазы совершенно случайно нашли на дне водоема в одной из областей Украины прекрасно сохранившийся труп явно не местного гражданина. Правоохранительные органы не стали отягощать свою статистику заведомым «висяком». Сочли за благо прийти к выводу о том, что смерть его имела совершенно естественный характер: занимался человек подводным плаванием. Правда, без гидрокостюма, зато в дубленке… А смерть гражданина «арабской национальности» наступила в результате… переохлаждения. Так сказать, стал жертвой собственной любви к зимним видам спорта.

Компетентным органам, несомненно, известно гораздо больше. Но и того, что известно широкой общественности, вполне достаточно, чтобы очевидной была необходимость проявить усиленную бдительность, сопровождая Курочкина. А ведь были нарушены даже элементарные правила конвоирования подсудимых. Что бы там ни рассказывали о кучах мусора во дворе суда, автозак, перевозящий задержанных, стоял неправильно, не обеспечивая моментального перехода в него конвоируемого. А коридор суда должен был быть освобожден от посторонних на момент перемещения по нему такого лица, как это делается обычно.

Справедливости ради нельзя не отметить, что общеизвестно: если есть крайне нежелательный человек, деньги и профессиональный киллер, его «цель» не спасет никакая охрана. Ни уголовного авторитета, ни бизнесмена, ни президента. Самые высокопрофессио­нальные и столь же высокооплачиваемые бодигарды признают, сколь невелик гарантируемый ими процент безопасности. То есть насколько они уменьшают риск клиента быть убитым. Об этом нужно помнить, оценивая происшедшее с Курочкиным. Но даже при полном осознании этого факта для того, чтобы с чистой совестью «списать» смерть Курочкина на такого рода неизбежность, необходимо важное условие. Нужно иметь уверенность в том, что государство сделало все необходимое для обеспечения неприкасаемости человека, лишенного им свободы (а значит, и возможности позаботиться о собственной безопасности). Такой уверенности нет.

Да, известен целый ряд случаев, когда прямо во время судебного процесса «убирали» свидетеля. Например, по делу известного в Киеве Прыща. Но никогда еще не было столь дерзкого убийства — прямо в суде, да еще и самого подсудимого. А убийство подсудимого в суде не может восприниматься иначе, чем как наглый вызов, пощечина правоохранительным органам государства. И его реакция должна быть адекватной и молниеносной. Но у нас люди, уполномоченные на выполнение государственных функций, вместо того чтобы оскорбиться ввиду такого неуважения, сведут всю эту историю к внутренним разборкам, да тем и ограничатся. А министр внутренних дел, который, понятно, еще не имел возможности вникнуть в суть своей службы, отказываясь комментировать убийство Курочкина, ссылается на то, что находился на больничном. Еще б сказал, что не в курсе, потому что у него телевизор сломался…

Если так и дальше пойдет, то территория нашей страны станет чрезвычайно популярной для наемных убийц, в частности из ближнего зарубежья. Риск быть пойманным и привлеченным к ответственности — минимальный. А всемерное содействие государственной системы — гарантировано.

Партнер М.Курочкина Александр Кунцевич считает, что убийство Курочкина связано не только с бизнесом, но имеет и «политический характер». «Его не только лишили бизнеса и жизни. Это был еще и развал экономической империи: гостиница «Премьер-палас», гостиница «Днепр», «Луганскэнерго», «Одессаэнерго», — заявил Кунцевич. По его мнению, «с момента прихода оранжевых к власти единственным оппонентом Курочкина был Геннадий Корбан. Но его Кунцевич считает лишь «побочно виновным» в убийстве Курочкина. «Некоторые украинские бизнесмены остались должны Курочкину 70—80 миллионов долларов только за один «Премьер-палас», — отметил Кунцевич («Коммерсант-Украина»).

Глава наблюдательного совета депозитарно-фондовой компании «Славутич-Капитал» (близкой к группе «Приват») Геннадий Корбан заявляет об отсутствии конфликта с погибшим М.Курочкиным, связанным с днепропетровским рынком «Озерка». «Несколько месяцев назад стороны конфликта вокруг рынка «Озерка» вступили в переговоры и достигли соглашения», — отметил он. (УНИАН)

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 17 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно