ЯДЕРНОЕ ОРУЖИЕ — ПЕРСПЕКТИВЫ НЕРАСПРОСТРАНЕНИЯ

23 июня, 1995, 00:00 Распечатать Выпуск №25, 23 июня-30 июня

От Аламогордо до Договора о нераспространении Взрыв на вершине Аламогордо в штате Нью-Мексико 16 июля 1945 года возвестил о начале эпохи ядерного оружия...

От Аламогордо до Договора о нераспространении

Взрыв на вершине Аламогордо в штате Нью-Мексико 16 июля 1945 года возвестил о начале эпохи ядерного оружия. Его устрашающая мощь была подтверждена трагедиями Хиросимы и Нагасаки в августе того же года. Ведущие ученые и политики США, сознавая суперсложность атомного проекта, не предвидели быстрого распространения ядерного оружия и, может быть, поэтому секретные службы Соединенных Штатов отнеслись с недостаточной бдительностью к охране его разработки. Видимо, именно это стало главной причиной того, что уже через четыре года, 29 августа 1949-го, Советский Союз испытал свою бомбу. Сегодня неопровержимо доказано, что она была точной копией американской. Мощные шпионские организации Советского Союза сумели проникнуть в атомные центры США и похитить основные данные и материалы, необходимые для успешной работы ядерщиков СССР.

В дальнейшем тема ядерной гонки стала еще более острой. Первый термоядерный взрыв прогремел 1 ноября 1952 года, он был американским. Меньше чем через год, 12 августа
1953-го, было проведено советское испытание. Взрывы грохотали один за другим. И уже вскоре к их оглушительной какофонии подключились ядерщики других держав. 3 октября 1952 года на острове Монте-Белло испытывают свое ядерное устройство англичане. 13 февраля 1960 года в пустыне Сахара взрывают свою бомбу французы, 16 октября 1964-го — китайцы на полигоне у озера Лобнор.

Некоторое время в мире существовало мнение, что распространение ядерного оружия локализовано его наличием у этих пяти великих держав. Тем не менее именно эти государства, владельцы атомных секретов и бомб, стали инициаторами Договора о нераспространении ядерного оружия, который был открыт для подписания 1 июля 1968 года и вступил в силу 5 марта 1970 года. Тогда к нему присоединились всего 62 страны. К моменту окончания 25-летнего срока действия Договора в текущем году их стало 172.

В общем виде содержание Договора можно сформулировать следующим образом. Он не прекращал количественного и качественного наращивания боевых ядерных систем у тех государств, которые обладали ими в 1970 году. Однако Договор запрещал им передавать или продавать ядерное оружие кому бы то ни было, помогать другим странам производить или приобретать его. Государства же, не располагающие ядерным оружием, обязывались не производить, не приобретать его и не принимать какую-либо помощь в изготовлении этого оружия. Они обязаны были также поставить всю свою ядерную деятельность под контроль Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ).

Ядерные страны: только ли пятерка?

Возникает естественный вопрос: если всего пять крупнейших мировых держав были монополистами в области ядерного оружия, почему возникла необходимость заблокировать его распространение договором на уровне ООН? Дело в том, что уже к концу 60-х годов имелось достаточно достоверных данных, что целый ряд стран, не жалея усилий и денег, осуществляет собственные программы производства ядерного оружия.

Первой страной, которая неофициально поставила это оружие в строй своих боевых средств, стал Израиль. Мощности израильского тяжеловодного реактора в Димоне (пустыня Негев) и установки для переработки облученного топлива уже в то время было достаточно для производства начинки ядерных боезарядов. Запасы плутония Израиль увеличил с помощью второго тяжеловодного реактора мощностью 250 МВТ.

В совокупности на имеющейся технологической базе Израиль в период 1970-1980 гг. мог произвести до 20 ядерных боезарядов, а к настоящему времени — поставить в строй на разных носителях не менее 200 боевых блоков. Научно-технический потенциал Израиля позволяет ему совершенствовать их конструкции. В частности, имеются данные о создании модификаций ядерного оружия — боеприпасов повышенной радиации (нейтронных) с ускоренной ядерной реакцией. Израильские ученые ведут, насколько известно, также успешные разработки новых видов термоядерных зарядов.

Следующей по времени вступления в «ядерный клуб» страной была Индия, которая взорвала первый атомный заряд в мае 1974 года в пустыне Тар. Эта страна — одно из немногих развивающихся государств, способных самостоятельно проектировать и строить атомные энергоблоки, выполнять все операции в рамках ядерного топливного цикла, начиная с добычи урана и кончая регенерацией отработавших элементов и переработкой радиоактивных отходов.

Индия располагает достаточными природными запасами урана. Достигнуты впечатляющие результаты в разработке технологии использования в ядерном топливном цикле тория, залежи которого в Индии также велики. Имеются крупные мощности по производству тяжелой воды. В настоящее время в стране действуют 9 промышленных и 8 исследовательских реакторов, причем исследовательские не поставлены под контроль МАГАТЭ.

В Южно-Африканской Республике решение о создании военного атомного потенциала было принято в 1974 году, а через пять лет в строй вошел первый ядерный боезаряд. К 1989 году ЮАР становится обладательницей еще пяти боеприпасов мощностью по 10-18 тысяч тонн тротилового эквивалента. Седьмой боезаряд был в стадии изготовления в 1991 году, когда правительство ЮАР приняло решение отказаться от ядерного оружия. Разработка имевшихся в строю шести боезарядов была завершена в августе 1991 года, и ЮАР стала первой в мире страной, которая в одностороннем порядке уничтожила свой ядерный потенциал. После этого там была проведена конверсия ядерных производственных объектов и объявлено о присоединении к Договору о нераспространении ядерного оружия в качестве неядерного государства.

Пакистан начал осуществление военной атомной программы в середине 70-х годов. Был построен ряд исследовательских и производственных объектов. В настоящее время пакистанская ядерная технология находится на достаточно высоком уровне, и основной ее центр в Кахуте способен обеспечить наработку высокообогащенного урана, достаточного для изготовления ядерных боеприпасов. По имеющимся сведениям, Пакистан располагает возможностями для ускоренного производства 10—12 боезарядов, мощностью по тротиловому эквиваленту до 20 килотонн каждый.

Политические руководители страны, не отрицая наличия ядерного промышленного потенциала, не подтверждают сведений о том, что боеголовки имеются и поставлены на вооружение. Однако контроль за ядерным экспортом и инспекции атомных объектов сотрудникам МАГАТЭ производить в Пакистане в полном объеме не разрешается.

На этом фоне достаточно тревожно прозвучало заявление бывшего премьера страны Навяза Шарифа. Он сказал буквально следующее: «Я подтверждаю, что Пакистан имеет на вооружении собственную атомную бомбу, и не одну».

На рубеже 70-х годов началось осуществление атомной программы в Северной Корее. В настоящее время, по данным американских разведслужб, в стране работают два газографитных атомных реактора, выдающих сырье, пригодное для производства ядерных боеприпасов. Реакторы размещены в подземных укрытиях тоннельного типа в районе небольшого городка Йонгбен, в 60 км к северу от Пхеньяна.

Хотя руководители Северной Кореи решительно отрицают факт использования этих реакторов для производства оружейного плутония, однако имеются достоверные сведения, что он нарабатывается ими. Более того, по некоторым данным еще в июне прошлого года Северная Корея имела в подземных хранилищах ракетно-технической базы неподалеку от города Комдуксан не менее шести боеголовок с ядерными зарядами имплозивного типа, пригодными для установки в боевые блоки ракет средней дальности «Нодон-1».

«Продвинутые в ядерном отношении»

Наряду с государствами, уже сумевшими создать военный ядерный потенциал, еще несколько стран называют «продвинутыми в ядерном отношении».

К ним относится Аргентина, обладающая наиболее развитой атомной технологической базой среди стран Латинской Америки. В Бразилии также имеются богатые залежи урана и развитая атомная энергетика, представленная действующими и строящимися АЭС. В стране функционирует несколько центров ядерных исследований. У разведслужб США имеется достоверная информация о существовании крупной программы исследований военно-прикладного характера.

В отличие от этих стран, Иран не способен без всесторонней помощи извне организовать производство оружейных ядерных материалов и изготовление боеприпасов. Он ратифицировал Договор о нераспространении ядерного оружия, с 1992 года предоставил МАГАТЭ возможность инспектировать ядерные объекты. На этом основании руководители Российской Федерации заявляют, что Иран, с точки зрения военно-ядерных программ, абсолютно пассивен.

Однако у разведорганов США имеется немало достоверных данных о непреклонном намерении военного и религиозно-политического руководства этой страны мобилизовать все ее ресурсы для ускоренного осуществления именно такой программы. Военные эксперты в США придерживаются мнения, что в случае, если Иран получит возможность производить или приобретать оружейный уран или плутоний, то уже через шесть лет его ядерные центры изготовят первые боезаряды, ибо специалисты и технология для этого в стране имеются.

Кроме «продвинутых в ядерном отношении» государств, эксперты МАГАТЭ называют еще и такие, которые ведут активные исследования атомных проблем, хотя и не имеют четких военных программ в этой области. К ним относят Алжир, Египет, Ливию, Японию, Сирию, Австралию и некоторые другие страны.

А если бы Договора не было?

Таким образом Договор о нераспространении ядерного оружия за 25 лет своего действия не обеспечил прекращения роста числа атомных держав. Вместе с тем несомненно, что в случае отсутствия такого договора количество стран, обладающих ядерным оружием, в середине 90-х годов было бы намного больше.

Тем не менее сам Договор и практика его претворения в жизнь не лишены изъянов. Главный из них — неполный охват Договором стран мирового сообщества. Существует группа неприсоединившихся к нему государств, которые использовали это обстоятельство для создания и наращивания своего военного ядерного потенциала.

Наличие таких государств, пожалуй, и является главной угрозой системе нераспространения. Они становятся примером для подражания у стран, приблизившихся к обладанию ядерным оружием, и тех, которые хотели бы его иметь, но пока не располагают соответствующими возможностями.

Существенным изъяном Договора и практики его осуществления являются недостатки контроля за ядерной деятельностью. Они привели к тому, что созданный в некоторых присоединившихся и неприсоединившихся к Договору странах научный и промышленный потенциал открыл им возможность обладания ядерным оружием. Наглядным примером использования такой возможности может служить Ирак, который дважды был остановлен у самого порога овладения атомной бомбой: первый раз — Израилем, разбомбившим его ядерный реактор Озирак, второй раз — победой антииракской коалиции в войне в Персидском заливе.

Однако и в этих условиях за четверть века к «ядерному клубу» присоединились всего четыре страны, в то время как если бы Договора вообще не существовало, гонка стала бы безудержной.

Но предотвратить гонку ядерных вооружений как таковую Договор не смог. За 50 лет, прошедшие после первого атомного взрыва, количество ядерных боеприпасов всех видов превысило 60 тысяч единиц. По оценкам специалистов, в них заложено до 1150 тонн высокообогащенного урана, 200 тонн оружейного плутония и около 200 килограммов трития.

По значению тротилового эквивалента ядерные боеприпасы подразделяются на пять групп: сверхмалые — до 1 килотонны, малые — до 10 кт, средние — до 100 кт, крупные — до 1 мегатонны, сверхкрупные — свыше 1 мт. В практике боевого планирования применяется и другая классификация ядерного оружия: стратегическое, оперативно-тактическое и тактическое.

Такое обилие ядерных боеприпасов различных классов мощности и типов боевого применения не могло быть изготовлено без соответствующего числа натурных испытаний. По данным МАГАТЭ, на планете за 50 лет зафиксировано 2965 ядерных испытательных взрывов. Наибольшее количество — 1093 — произвели Соединенные Штаты (11 высотных, 81 воздушный, 72 наземных, 36 надводных, 5 подводных и 888 подземных). Следом идет Советский Союз — 715 взрывов (8 высотных, 176 воздушных, 25 наземных, 3 надводных, 3 подводных и 500 подземных). В активе Франции — 190 взрывов, Англии — 43, Китая — 42, Индии — 1.

Китай, как Советский Союз и США, для испытаний использовал полигоны на своей континентальной территории. Наибольшее количество взрывов Соединенными Штатами было произведено на полигоне в штате Невада, где испытывала свои заряды и Англия. Почти все взрывы в Неваде были подземными. Второе место по количеству испытаний занимает Семипалатинский полигон — 467 взрывов.

На советском Новоземельском (островном) полигоне прогремело 132 взрыва, но по суммарной мощности они превзошли все остальные полигоны на планете. Именно здесь была испытана самая мощная в истории супербомба (на Западе ее назвали «Хрущев-бомбой») с тротиловым эквивалентом 50 миллионов тонн. Она была сброшена 30 октября 1961 года на гигантском парашюте с высоты 12 км стратегическим бомбардировщиком Ту-95.

Кремль планировал взорвать и еще одну, вообще апокалипсическую, бомбу — мощностью в 100 мегатонн. Однако объединенными усилиями ученых и испытателей удалось отговорить тогдашнего лидера Никиту Хрущева от этой безумной затеи.

В настоящее время США, Россия и Великобритания объявили мораторий на ядерные взрывы. Франция и Китай вряд ли присоединятся к этому мораторию прежде, чем проведут новые испытания с целью модернизации своих ядерных арсеналов и обеспечения надежности существующих запасов. Кстати, последний по времени ядерный взрыв в Китае был произведен буквально на днях — 15 мая.

Между тем продолжение испытаний ядерного оружия еще более увеличивает загрязнение окружающей среды продуктами атомного деления. За прошедшие полвека экологии нанесен непоправимый ущерб, в котором главную роль сыграли испытания ядерного оружия. Но следует напомнить, что этого оружия не было бы без работы множества промышленных и исследовательских реакторов, горнообогатительных предприятий и заводов-изготовителей боезарядов. Все вместе они дали огромное количество радиоактивных отходов.

...А концы в воду

До последнего времени главным способом захоронения этих отходов был сброс их в Мировой океан. В нем, кстати, хоронили свои радиоактивные отходы не только члены «ядерного клуба», но и другие страны, обладающие атомными электростанциями. В настоящее время, по данным МАГАТЭ, общая активность радиоактивных отходов, сброшенных в Мировой океан доведена до 1240 килокюри (кКи). Но это — без учета сточных вод комбинатов по переработке ядерного топлива, утерянных ядерных боеприпасов и других источников ионизирующего излучения, радионуклидов, попавших в океан в результате подводных и надводных атомных взрывов и гибели атомных субмарин. А ведь только с первой такой субмариной («Скорпион», май 1968 года) на дне оказалось около 270 кКи продуктов деления. Поэтому многие специалисты утверждают, что реальная цифра общей активности делящихся веществ в Мировом океане гораздо выше значений, указываемых МАГАТЭ. Основная масса этих веществ — более 98 процентов — захоронена в Атлантическом океане.

В последние годы из-за резкого осуждения подобной практики все государства сократили или вообще прекратили сброс радиоактивных отходов в Мировой океан. Кроме России.

СССР первые сбросы радиоактивных отходов произвел еще в 1959 году в связи с испытаниями атомных подлодок и ледокола «Ленин». В дальнейшем этот сброс проводился почти ежегодно, в основном в моря Северного Ледовитого океана, в Тихий океан и дальневосточные моря. Он и в настоящее время практикуется основными региональными флотами России — Северным и Тихоокеанским, имеющими в своем составе атомные надводные и подводные корабли. Специальными танкерами оба флота вывозят радиоактивные отходы деятельности реакторов и сливают в акваторию морей за государственной границей.

Однако и это бледнеет перед той опасностью для Мирового океана и экологии всей планеты в целом, какую создала советская практика затопления реакторных отсеков атомных подводных лодок. Сборки топливных элементов в этих отсеках обладают колоссальной радиоактивностью, а металлические контейнеры, куда их помещали перед затоплением, не могут обеспечить длительной защиты: из-за коррозии в морской воде они быстро выходят из строя.

Сегодня в России стоят на приколе десятки списанных атомных подлодок. Реакторные отсеки удалены для промышленной утилизации только у немногих из них. Существуют обоснованные подозрения, что некоторые отсеки с неснятыми топливными сборками затоплены. Такие действия грозят экологической катастрофой планетарного масштаба.

Украина, Белоруссия, Казахстан

Распад Советского Союза увеличил количество членов «ядерного клуба». К нему присоединились три новые страны: Белоруссия, Казахстан и Украина. В каждой из них дислоцировалось по одной стратегической ракетной армии, а на Украине — еще и воздушная армия стратегических бомбардировщиков. И эти новые государства одномоментно превзошли по количеству и мощности ядерных боезарядов такие державы, как Китай, Великобритания и Франция.

Меньше всех ядерных зарядов досталось Белоруссии: 81 межконтинентальная баллистическая ракета, мобильная на колесном шасси СС-25 (по русской классификации РС-12м «Тополь»). Это суперсовременные твердотопливные ракеты, несущие мегатонную боеголовку и не подлежащие уничтожению по условиям договора СНВ-2.

В Казахстане на позициях в режиме боевого дежурства находились три дивизии самых мощных советских МБР шахтного базирования. Это пресловутые СС-18 (РС-20), которые на Западе называют «Сатаной». Жидкостная ракета этого комплекса несет десять боеголовок индивидуального нацеливания мощностью 300 килотонн каждая. Итого ядерный потенциал Казахстана составил 1100 боезарядов.

Однако его превзошла Украина, ракетно-ядерное хозяйство которой колоссально. В четырех дивизиях 43-й армии — 176 межконтинентальных баллистических ракет: 130 единиц СС-19 и 46 СС-24 (для сравнения: у Франции всего 18 МБР наземного базирования). СС-19 представляет собой жидкостную ракету шахтного базирования с боевым блоком из шести боеголовок индивидуального нацеливания. Ракетный комплекс СС-24 — в настоящее время наиболее мощный и совершенный. Его твердотопливная ракета оснащена боевым блоком из десяти боеголовок индивидуального нацеливания. Комплекс был разработан как мобильный и предназначался для установки на специальной железнодорожной базе (БЖРК). Однако на Украине ракеты
СС-24 установлены в шахтные укрытия. В общей сложности на МБР 43-й стратегической армии находилось 1240 боезарядов.

Кроме ракет, Украина взяла под свою юрисдикцию боевые средства и авиатехнику
46-й стратегической воздушной армии, в составе которой 43 дальних бомбардировщика-ракетоносца: 14 самолетов
Ту-05МС, несущих по восемь крылатых ракет АС-15, и 29 суперсовременных машин Ту-160, способных нести по 16 крылатых ракет, имеющих собственную дальность полета около трех тысяч километров.

Таким образом во владении Украины оказалось 1837 ядерных боезарядов — поистине апокалипсический военный потенциал! Правда, в последнее время, благодаря усилиям России и под давлением мирового сообщества (в первую очередь — США, которые щедро финансируют этот процесс) ядерный арсенал бывших советских республик заметно сократился. В первую очередь следует отметить демонтаж и вывоз в Россию всех боевых блоков МБР, дислоцированных в Казахстане, который таким образом лишился своего стратегического ядерного потенциала.

Из двух дивизий Белорусской ракетной армии в Россию выведены матчасть и вооружение одной дивизии, и теперь на территории Белоруссии остается не более 42 боеголовок на ракетах-носителях. Согласно докладу российской Службы внешней разведки, к апрелю текущего года из Украины в Россию вывезено около 600 боезарядов из боевых блоков МБР и крылатых ракет. Это сократило ядерный потенциал Украины на треть.

Как устоять перед соблазном

Положительно оценивая ме-роприятия, проводимые Россией и бывшими республиками СССР в плане сокращения их стратегических атомных арсеналов, нельзя забывать об угрозе, которую могут представить эти страны с точки зрения задач Договора о нераспространении ядерного оружия.

На планете имеется немало стран, в которых применение оружия массового уничтожения стало неотъемлемой частью стратегических и даже оперативных планов. Это в первую очередь государства с диктаторскими режимами, а также такие, где правят воинствующие исламские фундаменталисты. Их руководители не пожалеют никаких средств и усилий для приобретения такого оружия, в том числе — ядерного. Пример Ирака доказывает это.

Сегодня на такой же путь стал Иран. Судя по всему, его руководители намерены заполучить ядерное оружие любыми способами, в том числе развивая собственную атомную энергетику и промышленность. Это однако, долгий, трудоемкий и дорогостоящий метод. Он требует создания сложной технологической структуры, состоящей из промышленных реакторо-бридеров для наработки плутония, обогатительных комбинатов, дающих оружейный уран, специальных центров, где изготовляются ядерные боеприпасы. Нужны в первую очередь солидные запасы природного урана.

Без иностранной помощи Ирану такого объема работ не поднять. Но ситуация, сложившаяся после развала СССР, в значительной мере облегчает реализацию иранской атомной программы. Россия, остро нуждающаяся в валюте, готова поставить этой стране необходимую технологию и специалистов для развертывания ядерных центров.

Вместе с тем для осуществления иранской атомной программы необходимо большое количество уранового сырья. Ведь в тонне самой богатой горнорудной массы лишь 0,1 процента составляет природная смесь урана-235 и урана-238. А в тонне первично обогащенного концентрата содержится делящегося урана-235 не более 0,7 процента.

В этом плане весьма показателен интерес, проявляемый Ираном к горнорудным запасам среднеазиатских республик. Рудники и горнообогатительные комбинаты в Учкудуке, Навои, Степногорске, Шевченко, Чкаловске и других населенных пунктах Средней Азии выдавали основную массу уранового концентрата для советской промышленности.

После распада СССР они перестали поставлять это сырье, и для России основой получения уранового концентрата стало Приаргунское горнохимическое объединение, находящееся в городе Краснокамске Читинской области. Есть еще разведанные урановые месторождения в Сибири, на Ладоге, Чукотке, Кольском полуострове, но они в настоящее время не эксплуатируются.

Однако добыча урана и получение первичного концентрата — лишь первый этап наработки оружейного сырья. Предприятий, которые занимались этим, в Средней Азии не было, они находились в России. Следовательно, Ирану предстоит такие комбинаты строить, даже если исходное сырье удастся получить из Средней Азии. Путь этот сложный и недешевый.

Бомба? Это просто!

Есть, однако, и другой путь изготовления собственного ядерного оружия: его можно производить из приобретенного в другой стране оружейного урана или плутония. При этом количество делящихся материалов, потребных для каждого заряда, будет очень небольшим. Согласно данным документа ООН № 6858 под названием «Последняя возможность применения ядерного оружия», для изготовления атомного боеприпаса малого калибра потребно: плутония (95-процентного содержания) — 8 кг, урана-235 (90-95 процентного содержания) — 25 кг, урана-233 — 8 кг. Эти параметры были утверждены МАГАТЭ.

Но в прошлом году Совет по защите национальных ресурсов США предложил ООН принять в качестве исходного норматива следующие количества делящихся компонентов ядерного оружия: уран-233 — один килограмм, уран-235 — три килограмма и плутоний — один килограмм. Такое количество можно унести в обыкновенном чемодане.

Итак, задача изготовления ядерного боеприпаса очень упрощается. Сокращается и время для его изготовления. Эксперты Пентагона называют сроки: если имеется уран или плутоний со степенью обогащения менее 20 процентов, необходимый срок — около года. Если же используются высокообогащенные плутоний или уран в металлическом виде, то время изготовления ядерного боеприпаса составит 7-10 суток. Естественно, эти расчеты справедливы только при наличии соответствующей технологической базы и высококвалифицированных специалистов. Но в этом случае можно обойтись без многотрудного создания сложнейшего комплекса, добывающего уран и доводящего его до соответствующей степени очистки. Достаточно лишь раздобыть оружейные материалы в другой стране — купить или выкрасть.

Наконец, третий путь — получение самого ядерного оружия в боеготовном виде. В этом случае ставка может быть сделана на покупку или похищение только лишь малогабаритных тактических боеприпасов — артиллерийских снарядов, инженерных фугасов или диверсионных ранцевых мин. Их боевое применение намного проще, чем использование дальнобойных баллистических ракет. В то же время боеприпасы такого типа вполне пригодны для выполнение стратегических задач диктаторов или вождей исламских экстремистов. Кроме того, совершенно очевидно, что ядерные боеприпасы потребны этим режимам в ограниченном количестве: ведь они нужны им не для глобальной термоядерной войны, а для крупномасштабного военно-политического шантажа или акций диверсионно-террористического характера. Ведь, скажем, ядерный ранцевый фугас в гараже нью-йоркского Всемирного торгового центра стер бы с лица земли половину Манхэттена...

Россия и ядерная безопасность

До развала Советского Союза реален был лишь первый путь создания собственного ядерного потенциала — комплексно-промышленный. Теперь же появились возможности приобретения оружейного ядерного сырья и даже самих боеприпасов. Эти возможности обусловлены обстановкой на территории бывшего СССР, и в первую очередь — в России. На ее ракетно-технических базах и в спецхранилищах в настоящее время скопилось около 20 тысяч боезарядов тактического и оперативно-тактического назначения, которые свезены сюда со всего ближнего зарубежья. Идет вывоз боевых блоков, демонтированных со стратегических ракет в Казахстане и на Украине. Началась их разделка с извлечением делящихся компонентов.

Между тем в стране растет нестабильность всей государственной и военной структуры, коррупция пронизывает системы их руководства. В условиях нарастающего дисбаланса появились ощутимые прорехи в системе ядерной безопасности, в обеспечении надежности охраны режимных ядерных зон и объектов. Многочисленные взрывы артиллерийских арсеналов и базовых складов боеприпасов, массовое хищение оружия свидетельствуют о недостаточной и непрофессиональной охране и пренебрежении правилами техники безопасности на этих объектах.

Нет уверенности, что эти правила и меры скрупулезно соблюдаются в хранилищах ядерных боеприпасов; сомнительны и непогрешимость учета, и неподкупность обслуживающего их персонала. То же, но еще с большей долей вероятности можно отнести к предприятиям, нарабатывающим оружейный уран и плутоний, к их складам и лабораториям. Все это означает, что приобретение или хищение этих материалов или даже малогабаритных ядерных боеприпасов полностью исключить нельзя.

Таким образом, можно сделать достаточно обоснованный вывод: развал «империи зла» и постсоветская ситуация, сложившаяся на территории России и стран ближнего зарубежья, объективно способствуют распространению ядерного оружия.

11 мая с.г., после 24-дневных дебатов, конференция членов Организации Объединенных Наций приняла решение о бессрочном продлении Договора о нераспространении ядерного оружия. Точный смысл решения таков: возобновлять этот Договор ежегодно и без пересмотра его положений. С этим решением, не голосуя, согласились все участники конференции. Однако и на этот раз к Договору не присоединились Индия, Израиль и Пакистан — государства, которые уже обзавелись ядерным оружием и которым Договор не помешал сделать это.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно