Я — ГРАЖДАНИН. НО МНЕ НЕ ВЕРЯТ, ПОТОМУ ЧТО НЕ ЗНАЮТ, ЧТО ЭТО ТАКОЕ

26 января, 1996, 00:00 Распечатать

«Чтоб дурного про царя Не болтал народ зазря, Действуй строго по закону, То бишь действуй втихаря....

«Чтоб дурного про царя

Не болтал народ зазря,

Действуй строго по закону,

То бишь действуй втихаря...»

Леонид Филатов

Из истории, видимо, только невежда не знает, что все общества, которые хотели подчеркнуть равенство своих членов, вводили в обиход обращение «гражданин». А в Российской империи самодержец Павел І вообще запрещал употребление этого термина, чтобы не «заразить» страну бациллами якобинского вольнодумства. Как случаем гражданин - так Сибирь.

Ну а в стране, где это слово десятилетиями потреблялось только в общении следователя с подследственным, о его подлинном значении не задумывались вообще. Разве что в вечно переполненном транспорте кто-то, желая поскорее очутиться на улице и заодно привычно оскорбить впередистоящего, мог сдуру заявить: «Гражданин, вы выходите?» Эффект достигался - с перепугу могли пропустить.

Вот потому, когда нам разрешили «мыслить по-новому», все мы и смаковали с удовольствием: «свобода», «демократия», «плюрализм», «гражданское общество» и т. д. Да смаковали так, что набили оскомину. Себе, потому что сколько ни произносили эти слова-заклинанья, их конкретного содержания в реальной жизни больше не стало. И тем, кто, благодаря «новому мышлению», оказался у власти и вдруг понял, что именно это и нужно делать. А получается, что себе в ущерб - запросто могут оторвать от корыта, где так сытно и приятно бдеть о народном благоденствии.

Меня же в последний раз задуматься над всем этим заставило то, что случилось с программой «Післямова», автором которой я являюсь. Причина проста, как две копейки, о которых многие стали подзабывать. Нам запретили выход в телеэфир на

УТ-1. Но как! Обманным путем, подло да еще и по политическим причинам более чем сорок человек лишили возможности заниматься тем, что они умеют, чем хотели бы заниматься и что без преувеличения любят. И себе, и другим, как оказалось, на пользу.

Подлость и обман в этой ситуации, конечно, можно было предполагать с самого начала, зная, с кем имеешь дело. Но как-то не верилось - все-таки провозгласили «новые времена». Подлость и обман проявились позже, а тогда, когда мы пришли проситься в эфир не на первом общегосударственном, а значит - на 100% официальном телеканале, мы только понимали, что нам нужно (и хочется) работать, и, желательно, свободно. Мы просились на только создаваемый второй украинский канал, которым пытались забить российские телепрограммы. Нам предложили УТ-1: мол, его нужно разнообразить, делать популярным за счет независимых телекомпаний. И согласились на наши условия. Более того, высокие теленачальники первые месяцы даже справляли победные реляции: мол, смотрите, какими мы можем быть конкурентоспособными. И «Післямову» неоднократно называли в ряду тех, благодаря кому это произошло. А мы работали, потому что программа была и остается для нас, и без нее в общем-то знающих и занимающих свое место в журналистике, любимой «игрушкой», удовлетворяющим средством для самовыражения.

И только тогда, когда на самом верху власть предержащие вдруг поняли, что в «Післямові» они видят себя и разборки между собой не такими, как есть на самом деле, они дали команду телеподчиненным: ату! И 31 декабря прошлого года к нам в студию впервые заявились лично председатель Комитета по теле- и радиовещанию Зиновий Кулик и президент Укртелекомпании Александр Савенко «посмотреть программу». Что было дальше - известно.

Еще дальше эти, как однажды было сказано в парламенте, фигуранты пошли перед 21 января этого года. Они заверили нас, что программа выйдет в эфир, а сами дали команду своим подчиненным готовить аналогичную! То есть заведомо зная, что нас в эфире не будет, и ссылаясь на какие-то команды «сверху», нам показали, что будь мы хоть сто раз независимыми, а главная кнопка-то у них, они - главные, да еще и с покровителями. Всемогущими, равно как и таинственными. Именно в этой кнопке - причина наших компромиссов, на которые мы шли, желая остаться в эфире и делать свое дело. Мы чувствовали, что в любой момент нас могут «вырубить».

А политика - не в том, что мы знаем фамилии тех, кто нами недоволен и кто требовал нас убрать в очень элегантной форме «на фиг - с пляжа!». Политика в том, что запретительные звонки «сверху» вообще возможны. Что такие звонки могут сломать судьбу любого гражданина, а звонивший останется безнаказанным. Что носители власти - или избранные народом, или ими назначенные бюрократы - могут демонстрировать свою силу, наступая на неотъемлемые гражданские права и свободы. В данном случае - на свободу слова, на права журналистов свободно добывать и распространять информацию и на права граждан этой информацией пользоваться. Интересная картина получается: журналисты знают, что им по законам нельзя делать, и не делают, а власть показывает, что ей плевать на законы и можно все.

Политика - в том, что два режима независимой Украины, говоря о построении гражданского общества, вынуждают ее граждан по-прежнему видеть и ощущать на себе разницу между страной и государством. Первую - любить, ибо это Родина, а второе - ненавидеть, ибо оно создает на Родине невозможные условия для нормальной жизни большинства граждан.

Горько это писать, обидно, но кто из нас, загнанный тотальной безысходностью существования, не думал об этом. А гражданское общество - это когда можно говорить об этом открыто, кричать власти, что она ведет страну не туда, стараясь не «строй сломать, а подправить».

Гражданское общество - это когда каждый рядовой гражданин не обязан любить власть, даже избранную большинством сограждан. Когда каждый гражданин может спокойно говорить «моя страна, но не мой президент», ибо я за него не голосовал и равен с ним в соблюдении законов. И могут желать его переизбрания. Это их право.

Гражданское общество - это когда гражданин может не любить законно избранного президента, а президент не может этого, ибо он - президент и гарант конституции, дающей равные и одинаковые права для всех, повторяю, для всех без исключения граждан. А не по принципу «люблю - не люблю», «любимым - дам, нелюбимым - перебьются». Гражданское общество - это когда голосуют за кого-то, а не против, когда выбирают не меньшее из двух зол, а что-то лучшее из нескольких неплохих. Не так, как у нас...

Гражданское общество - это когда власть апеллирует к общественному сознанию не только во время предвыборных кампаний, но и зависит от него всегда. Причем прямо, ибо общество располагает реальными механизмами не только толкать наверх, но и стянуть вниз. Все остальное - общество не гражданское, и люди в нем - граждане только благодаря такой записи в паспорте. Строго по пословице: сколько ни говори «халва», во рту слаще не станет.

А возвращаясь к «Післямові» и ее насильственному уходу из эфира, хочется отметить следующее: налицо попытки перевести политическую подоплеку в техническую: мол, договор не подписан - значит, и выходить не будете, и не надо приплетать политику.

Но тогда неясными остаются вот, к примеру, такие вопросы. Почему о новом договоре о сотрудничестве с нами заговорили только после выхода 24 декабря 1995 года непонравившегося сюжета об уходе из администрации Президента его первого помощника Александра Разумкова? Почему сначала товарищи Кулик и Савенко говорили не о договоре, а о звонках «сверху» и не позволили выйти программе даже после того, как Президент, премьер-министр и глава парламента публично или через своих представителей заявили, что с уважением относятся к нашей работе и даже любят «Післямову»? Кто всесилен в этой стране?

Ответ, по-моему, общий и простой: бойся публично любвеобильных власть предержащих и попытайся глядеть в корень. Попробуй решить головоломку, почему лидеры страны говорят о четком соблюдении законности, а их подчиненные позволяют себе эти законы нарушать и при этом кивать на своих начальников.

Вариантов ответа несколько: то ли товарищи Кулик и Савенко - очень смелые (здесь прошу не смеяться), то ли властителям все равно, что о них подумают люди (смотрите выше о гражданском обществе), то ли власть говорит публично одно, а сама стоит за спиной нарушителей, позволяющих себе исправлять документы (о такой власти можно думать, что угодно, и ждать от нее того же). Если у власти другие ответы, то было бы интересно послушать.

А все равно обидно. По-человечески: 21 января программу сняли накануне тридцатилетнего юбилея ее ведущего Александра Ткаченко и главного видеоинженера Анатолия Белова. Для верхов - это, конечно, мелочь, но не для нас.

И, наконец, такое: в специальном интервью Зиновия Кулика «Післямові», о которой он знал, что она не выйдет, есть его слова: «Мы можем гордиться, что Украина - единственная страна в Европе, где нет политической цензуры». К этому можно только добавить: в стране, где попирают свободу слова, остается только свобода врать.

Поздравляю вас соврамши, как говаривал один булгаковский герой...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №18-19, 19 мая-25 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно