УКРАИНСКОЕ ОРУЖИЕ ХХІ ВЕКА. С КЕМ ДРУЖИТЬ?

15 сентября, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №36, 15 сентября-22 сентября

В минувшее воскресенье, находясь по случаю Дня танкиста в Харькове, новый замминистра обороны по ...

В минувшее воскресенье, находясь по случаю Дня танкиста в Харькове, новый замминистра обороны по вооружению, начальник вооружения ВСУ Александр Стеценко объявил, что руководство военного ведомства Украины обратилось к Президенту страны с просьбой перенести представление Программы развития вооружений и военной техники для рассмотрения Советом национальной безопасности и обороны (СНБО) Украины на четвертый квартал текущего года. При этом причины перенесения генерал объяснил необходимостью точных расчетов и соотнесения программы с финансовыми возможностями государства, для обеспечения ее реального выполнения.

Напомним, что принятие Программы, над которой военное ведомство работает уже в течение нескольких лет и которая распухла до нескольких десятков томов, планировалось еще в 1997 г. А с ноября прошлого года этому документу, который на полтора десятилетия должен определить направления развития отечественной оборонной промышленности, пристальное внимание стал уделять и глава державы. На коллегии Минобороны прошлой осенью он в присутствии журналистов определил представить широкомасштабный проект по развитию украинского оружия на рассмотрение СНБОУ к февралю 2000 г. Затем к сентябрю... Теперь, похоже, старт для производителей оружия снова переносится...

АППЕТИТЫ И ПРИОРИТЕТЫ

Интересно, что и министр обороны Александр Кузьмук, и зампредседателя Госкомитета промышленной политики Украины (ГКПП) Валерий Казаков, непосредственно занимающийся вопросами оборонной промышленности, независимо друг от друга отметили, что Программа развития вооружений и военной техники полностью готова и с промышленностью согласована. В то же время, по словам генерала Кузьмука, поскольку в стране появилась Госкомиссия по вопросам оборонно- промышленного комплекса, все вопросы, связанные с принятием этого документа, должны быть согласованы с руководством этой структуры.

Объективно военным сегодня весьма нелегко из-за определенной двусмысленности в связи с ответственностью за появление в стране документа, так или иначе отвечающего на несколько вопросов глобального масштаба.

Во-первых, как будет строиться военная стратегия обеспечения безопасности страны? Этот вопрос напрямую зависит от того, какие технологические разработки и с какими темпами будут внедряться в ВСУ. Военные должны были бы обеспечить реализацию такой стратегии, а не самостоятельно ее разрабатывать. Сегодня уже все признают, что военная доктрина страны 1993 г. безнадежно устарела, но принятие новой, что должно определять направление всех последующих программ, связанных с обороной и безопасностью, в ближайшее время не произойдет. Да и стоит ли государству с годовым бюджетом в 7 млрд. долл. питать иллюзии по поводу технологического обеспечения новой доктрины. Из-за этого военные, которым в свое время отдали на откуп разработку всей Программы, являются заложниками как ее основных параметров, так и выполнения. Не говоря уже о том, что многие представители ВПК высказывали небезосновательную мысль о том, что при составлении документа разработки больше исходили из желаний, нежели из возможностей, и в частности возможностей национальной оборонки. Кстати, не случайно упомянутый уже В.Казаков заметил, что военная промышленность, не дожидаясь принятия Программы, уже приступила к реализации одного проекта, связанного с развитием специальных технологий, — просто разработчики оружия осознают, что ожидание долгожданного решения на высшем уровне может привести к такому отставанию, когда уже будет легче купить, чем вкладывать деньги в НИОКР.

Во-вторых, станет ли Украина производителем нового оружия? И вытекающее из него следствие — будет ли страна — производитель оружия прогрессировать на мировом рынке вооружений? Последнее сегодня особенно важно, учитывая, что на ближайшее будущее почти не предусмотрено закупок для отечественной армии и намного превышающая потребности страны «оборонка» выживает лишь благодаря внешнеторговым операциям. То есть с одной стороны, Программа развития вооружений и военной техники должна диктовать предприятиям ВПК, как жить, а с другой — последние будут находиться в полной зависимости от рынка. К слову, с ГК «Укрспецэкспорт», от имени государства Украины, работающего на мировом рынке оружия, по поводу Программы никто не советовался. И уж тем более не стоит говорить о заводах, экспортирующих технику.

Надо отдать должное украинскому генералитету, его аппетиты по поводу появления нового оружия стали более умеренными, а взгляд на финансовое обеспечение Программы больше приближен к украинским реалиям. Если еще в феврале с.г. украинский генштаб, называя приоритеты в развитии оружия, причислял к таковым разработки новой военной техники практически для всех видов ВСУ, а на все это хотел получить 9 млрд. долл. «с учетом ожидаемого увеличения ВВП до 2015 г.» (последние несколько лет на развитие вооружений выделялось порядка 300—500 млн. грн.), то ныне А.Стеценко назвал только три основных направления: первый и основной — системы управления ВСУ, второй — область разведки и радиоэлектронной борьбы, третий — военно-воздушные силы и войска противовоздушной обороны, прибавив также развитие на новых технологических и физических принципах новых видов вооружения ВСУ. При этом, генерал отметил, что надежды военных связаны с увеличением в два раза Госбюджета на национальную оборону уже в 2003—2004 годах. Кроме того, замминистра по вооружению убежден, что финансовые расходы на реализацию программы будут включать не только бюджетные деньги, но и средства от реализации техники и вооружений, а также поступления от валового национального продукта в случае его роста. При этом и глава оборонного ведомства отметил автору, что реализация программы обойдется «в сумму, намного превышающую 9 млрд. долл.».

Действительно, такое задание может оказаться по силам при условии наличия четкой координации и своевременного финансирования. Тем более что системы управления ВСУ страна может создавать и модернизировать самостоятельно, средства технической разведки и радиоэлектронной борьбы вообще являются одним из передовых направлений, освоенных Украиной (и довольно неплохо эксплуатируемых на мировом рынке оружия). Посложнее с модернизацией техники Военно-воздушных сил и Войск противовоздушной обороны. Скорее всего, тут украинским политикам придется ответить на третий и главный вопрос — с кем дружить?

БЕССТРАСТНОЕ СОЗЕРЦАНИЕ ЗАПАДА И ОПАСНЫЕ ОБЪЯТИЯ РОССИИ

Тут мнения разделяются. И хотя новый командующий ПВО Украины генерал Владимир Ткачев говорит, что планы создания нового национального комплекса ПВО остаются в силе, его коллега командующий ВВС генерал Виктор Стрельников уже более осторожно говорит о возможности создания украинского многоцелевого боевого самолета. Теперь разговоры больше о модернизации.

Военные хотят подвергнуть глубокой модернизации хотя бы один полк истребителей — 36 самолетов, на что необходимо, по самым скромным подсчетам, 160 млн. долл. Еще более сотни истребителей должны быть модернизированы частично, на что потребуется еще минимум 150 млн. долл. Но еще важнее обеспечение боевой подготовки летчиков — из-за тотальной зависимости от поставок топлива лишь около 40% летчиков имеют возможность летать. При этом, несмотря на наличие законов Украины «О хозяйственной деятельности ВСУ» и «О правовом режиме имущества в ВСУ» возобновилась идея лишить Минобороны права распоряжаться внебюджетными средствами, полученными от реализации военной техники и оружия. А деньги, которые оборонное ведомство должно получить за переданные России тяжелые бомбардировщики и которые должны пойти на модернизацию боевых самолетов ВВС, НАК «Нефтегаз Украины» уже восемь месяцев задерживает. Хотя А.Кузьмук и сказал о том, что эта структура до конца года должна перечислить в Госбюджет на национальную оборону около 380 млн. грн.

Но и с модернизацией достаточно разногласий. Так, генконструктор АНТК им. Антонова Петр Балабуев (согласно постановлению Кабинета министров, АНТК им. Антонова определен главным предприятием в проведении программы модернизации боевых самолетов) считает целесообразным проводить модернизацию парка боевых самолетов ВВС Украины исключительно совместно с Россией. На том основании, что с РФ у самолетостроителей установились хорошие кооперационные связи, проведение модернизации с одним из западных партнеров приведет к значительной технической зависимости Украины и существенным валютным расходам в будущем. Но с другой стороны, углубление связей с Россией увеличивает и зависимость от нее. Даже азиатские страны считают серьезной опасностью для национальной безопасности закупать военную технику у одного экспортера, пусть даже стратегического. Напоминать же, насколько сегодня Киев зависит от Москвы, вряд ли необходимо. Кроме того, работая с Россией, придется забыть на десяток лет о реальном приближении к стандартам НАТО.

В партнеры Киеву набиваются российская самолетостроительная корпорация «МиГ», израильская IAI (Israel Aircraft Industry), французская фирма Thomson-CSF и немецкая DASA.

Осматривая экспозиции второго международного авиакосмического салона «Авіасвіт-ХХІ», открывшегося в Киеве, А.Кузьмук сообщил журналистам о начале переговоров Украины с Израилем на предмет проведения совместной модернизации боевых самолетов Военно-воздушных сил Украины МиГ- 29. По словам министра, после принятия «окончательного решения на политическом уровне» военное ведомство Украины подготовит самолет и передаст его на Львовский авиаремонтный завод. Правда, глава оборонного ведомства не прояснил ситуацию, насколько модернизированные самолеты будут соответствовать стандартам альянса, заметив лишь, что «предусматриваются стандарты, необходимые Вооруженным силам Украины». А работы будут проводиться в тесном сотрудничестве с Россией.

Вообще, текущий год отмечен охлаждением в намерениях Киева и западных стран в углублении ВТС. Практически успешными можно назвать лишь совместные проекты с Францией в области бронетанкостроения. Но при этом многие специалисты уверены, что Украине стоит ограничиться в этой области постсоветскими рынками вооружений.

Скорее всего жесткое политическое решение, с кем развивать ту часть вооружений, которую Киев не в состоянии освоить самостоятельно, невозможно. Многие считают, что вполне приемлемой может стать ситуация, когда часть разработок будет осуществляться с западными партнерами, а часть — с Россией. С другой стороны, Западу не слишком нравится ощутимое сближение с Москвой, хотя при этом он больше ждет инициативы от Киева, нежели что-то предлагает сам. Москва же сегодня «открыта» для развития военно-технического партнерства с соседями, и Украина среди них занимает особое положение. Хотя многие предложения российского генералитета, типа готовность оснастить партнеров из СНГ новейшими системами С-400, в украинском Генштабе считают политическими уловками.

Москва уже передала довольно новые ЗРК Астане. Сегодня настойчиво эксплуатируется вопрос об оказании военной помощи Ташкенту. О Минске можно даже не вспоминать: при помощи Москвы в ближайшее время будут модернизированы 70% самолетов МиГ-29, находящихся на вооружении армии Белоруссии.

Самое время вспомнить, что в этом году Россия тоже скоро обзаведется новой Программой развития вооружений. Хотя на реализацию новой российской госпрограммы в ближайшие 10 лет необходимо затратить 7,5 трлн. руб., Минобороны РФ запросило 2,5 трлн. руб., правительство согласно выделить на эти цели 1,5 трлн. руб. в период с 2000 по 2010 г. Несмотря на такое положение дел и принятие решения о довольно резком сокращении ВС на 350 тыс., Москва полна решимости не только восстановить боеспособность своей армии, но поближе притянуть к себе соседей. При наличии множества проблем в споре с Вашингтоном за Договор ПРО Москва первый этап выиграла, чем показала, что может отстаивать свои амбиции. Путинская Москва усиливается и легко находит союзников. Пока что на Востоке. А холодное созерцание Запада отрезвляюще действует на Киев и толкает в раскрытые объятия на северо-востоке.

Многие западные эксперты сегодня опасаются, что расширение сфер зависимости Украины от России может привести к стагнации процесса интеграции в европейские структуры, в частности в структуры безопасности, а место Киева в новой архитектуре региональной безопасности может оказаться еще одним мифом.

Что касается Программы развития украинского оружия, последнее слово окажется за парламентом, до сегодняшнего дня почти равнодушным к теме ВТС. В течение текущего года лишь дважды было зафиксировано внимание Верховной Рады к этой тематике: по поводу необходимости сотрудничества с Китаем по проекту Ан-70 высказался зампредседателя парламента; о том, что ВТС Украины с Индией «должно быть на уровне сотрудничества в этой сфере между Индией и Россией», сказал председатель Верховной Рады. Первое утверждение очень сомнительно, а второе вообще невозможно.

Вспоминая «историческую» работу комиссии г-на Игнатенко об оборотной стороне торговли оружием Украинским государством, можно только гадать, как будет приниматься эпохальный для армии и военной промышленности документ. До Швеции, где парламент создает комиссию для контроля за производством и торговлей оружия из специалистов, не являющихся депутатами, скорее всего, далеко. Украинские парламентарии-универсалы примут документ эмоционально.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно