Театр абсурда

7 сентября, 2007, 16:28 Распечатать Выпуск №33, 7 сентября-14 сентября

Театр политических действий почти полгода выглядит театром правового и политического абсурда. В этой ситуации говорить о правоте тех или других, по нашему скромному мнению, не приходится. Однако придется.

Предвыборная кампания — всегда немного лицедейство. Не исключено, что свое берет природа. Неспроста, кажется, Оливер Стоун называл политику прибежищем несостоявшихся актеров. А может, все проще, и тягу к переодеванию естественным образом стимулирует наличие богатого гардероба?

В ходе грандиозного спектакля эпикуреец охотно рядится в рубище анахорета, бретёр — в рясу миролюбца, блудница — в одеяние монашки.

С импровизированных подмостков звучат ставшие классикой монологи. Каждой школе — Интернет, каждой тюрьме — бандита, каждой матери — вспомоществование, каждой сестре — по серьге, каждому взяточнику — по рукам, каждому сверчку — свой шесток, каждому — свое. Никто не забыт, ничто не забыто.

Окружающий мир становится театром теней. Тени вещают — мы внемлем.

Мы начинаем верить. В то, что цифры, проставленные в декларации, — в самом деле сумма годового дохода, а не цена пары туфель из страусовой кожи или модного аксессуара от Louis Vuitton. В то, что штамп «исполнено» на роскошном билборде стоит напротив обязательства, которое политик на себя, действительно, брал. В то, что «яичное покушение» на бывшего премьера организовал бывший президент. В то, что на Майдане мы стояли исключительно во имя отмены депутатской неприкосновенности. В то, что цены в самом деле стабилизировались… ах, нет, простите, упали. И стыдимся того, что мы не замечали этого раньше.

На истекшей неделе вниманию зевающих зрителей в очередной раз была представлена плохонькая пьеска на производственную тематику. Действующие лица — коалиция во главе со спикером и оппозиция во главе с президентом. И те, и другие скверно играют защитников Конституции, но при этом обе стороны отчего-то грозят ей откровенным члено­вредительством. Столь очевидное противоречие их нисколько не смущает. И те, и другие обвиняют друг друга в попытке антиконституционного переворота. И те, и другие свои планы по изменению Основного Закона называют его реформированием, а планы противника — надругательством над Конституцией.

Театр политических действий почти полгода выглядит театром правового и политического абсурда. Президент торжественно объявляет о роспуске Верховной Рады в силу обстоятельства Конституцией не предусмотренного. Указ о досрочном прекращении полномочий высшего законодательного органа переиздается четырежды, и досрочные парламентские выборы назначаются на основании, Основным Законом также не обозначенном. Причина для разгона, названная в апреле, не имеет ничего общего с поводом, указанном в августе. В течение четырех месяцев глава государства то дарует Раде право на существование, то этого права лишает, опираясь на несуществующие полномочия.

Противники Ющенко, весной поклявшись, что никогда на выборы не согласятся, летом дружно регистрируются в качестве субъектов избирательного процесса. Называют происходящее беззаконием, и охотно в этом беззаконии участвуют, таким образом его окончательно узаконивая.

Затяжное противостояние обнажает пробелы Конституции и разницу в ее понимании сторонами политического спора. Юристы (состоящие на службе у разных сторон конфликта) не выполняют естественную для подобных ситуаций функцию миротворческих подразделений, а превращаются в подобие штурмовых отрядов. Соперники охотно обещают переписать Конституцию, но при этом никто не спешит скорректировать именно те позиции, несовершенство которых эмпирически доказано месяцами склоки. Оппоненты пугают друг друга референдумами, словно позабыв, что на основании действующего, древнего закона, по сути, это невозможно. А новый закон так и не принят. Хотя и Ющенко, и Янукович еще лет пять назад обещали приложить все усилия для того, чтобы необходимый нормативный акт появился.

Бесконечные громкие призывы войти в правовое поле, доносящиеся с обеих сторон, сопровождаются незаметным и неутомимым процессом совместного стирания границ этого самого поля. Насмерть перепуганным судьям Конституционного суда, теоретически способным внести некую ясность, дружно не дают работать. От греха подальше.

Рада, объявленная политическим мертвецом, регулярно подает признаки жизни. Президент ее полномочий не признает, но это не мешает ему вступать в регулярную полемику с «покойником». В праве принимать законы этому составу ВР на Банковой отказано, но когда на Грушевского активизировалась работа над проектом бюджета, из президентского секретариата донеслась угроза применить право вето, если при разработке документа не будут учтены инициативы главы государства.

В этой ситуации говорить о правоте тех или других, по нашему скромному мнению, не приходится.

Однако придется. К тому обязывает не только производственный долг, но и достаточно высокий интерес к происходящему со стороны населения. Интерес в общем-то объяснимый — разогретому предвыборными ожиданиями избирателю в такие моменты особо остро хочется убедиться в праведности «своих» и неправедности «чужих».

Задача сия неблагодарна и сложна. Для облегчения ее решения предложим вам рассмотреть две стороны происходящего — юридическую и нравственную.

Итак, полномочна ли Рада? Президент, «Наша Украина» и БЮТ убеждены, что нет. При этом они ссылаются на два документа — президентский указ от 1 августа сего года и решение Конституционного суда от 17 октября 2002-го. Указом главы государства, утверждают ющенковские юристы, ВР распущена. Акт КС пятилетней давности является подтверждением ее неправомочности.

Рассмотрим первый аргумент. Президентский указ узаконивает досрочное прекращение полномочий парламента, но никак не его роспуск или тем более его разгон. Последние термины позволительно применять журналистам для придания экспрессии своим текстам и репортажам. Но правоведы должны быть более осторожными в словах.

Ибо то, что одни юристы считают прекращением деятельности Рады как коллегиального представительского и законотворческого органа, другие называют лишь механизмом запуска процедуры досрочных выборов. И доводы вторых выглядят вполне состоятельно. Во-первых, системы государственного управления (наша — не исключение) опираются на краеугольный принцип непрерывности власти. Страна не может остаться без корпуса законодателей до сформирования новой соответствующей структуры. Во-вторых (и это более серьезно), 90-я статья Конституции определяет, что полномочия Верховной Рады прекращаются в день открытия первого заседания парламента нового созыва. При этом данное положение Основного Закона не содержит ограничений. Оно не распространяет действия приведенной нормы только на те парламенты, которые сформированы после очередных выборов.

Коалицианты и оппозиционеры упрекают друг друга в невежестве, и 90-ю статью трактуют по-разному. Налицо проблема? Устраните! Обратитесь в Конституционный суд. Или (если не в силах сдержать реформаторский зуд) уточните конкретное положение Основного Закона, внесите пояснение. Неужели в Раде не найдется 300 человек, считающих, что все положения Конституции все должны понимать одинаково? Кто-нибудь внес? Нет. Должного внимания со стороны массмедиа такая инициатива не привлечет, прорыва на электоральном фронте это не обеспечит. Одним словом, не технологично. Вот, НАТО, русский как государственный, депутатская неприкосновенность или двухпалатный парламент — это да!

Теперь обратим свой взор на решение КС. Пять лет назад члены суда, ведомые судьей-докладчиком Владимиром Шаповалом, по просьбе полусотни нардепов, давали толкование пяти статей Конституции. Цель мероприятия — разъяснить смысл понятия «полномочность парламента». Итог рассмотрения — Верховная Рада считается полномочной при условии «избрания не менее чем двух третей от ее конституционного состава и принятия новоизбранными депутатами присяги. Это конституционное требование является условием полномочности Верховной Рады на протяжении всего периода созыва и не может рассматриваться только как основание для открытия ее первого заседания первой сессии».

У этого решения нашлись критики, посчитавшие, что уважаемые судьи излишне вольно трактовали 82-ю статью. Отдельные правоведы обращали внимание, что в ней четко указано: «Верховная Рада является полномочной при условии избрания (выделено нами. — «ЗН») не менее двух третей от ее конституционного состава», а значит, это требование как раз и служит «основанием для открытия первого заседания первой сессии».

Решение КС никто не запрещает критиковать, но его следует исполнять. Однако есть сомневающиеся, что данный документ применим к сегодняшней ситуации. Аргументы? Конституция принималась в 1996 году, когда Рада формировалась по мажоритарному признаку. Решение КС увидело свет, когда в государстве была узаконена смешанная модель. Ныне действует жесткая пропорциональная схема. Во времена написания Основного Закона сохранялся риск, что часть депутатского корпуса может быть недоизбрана. Сейчас это невозможно: наличие партийных списков обеспечивает не только полную комплектность парламента сразу после выборов, но и бесперебойное возмещение потерь в ходе всей каденции. Таким образом, можно предположить, что решение, принятое в 2002-м, не вполне соответствует реалиям 2007-го.

Президентская сторона считает подобную гипотезу безосновательной. Решение действует, считают они. Допустим, соглашаются оппоненты. А кто сказал, что в Раде сегодня нет 300 депутатов? Позвольте, возражают их визави, но ведь члены фракций «НУ» и БЮТ сложили полномочия! Сложили, кивают головой соперники. Но как?

В чем соль? Как известно, депутатство является делом сугубо добровольным. Лица, по тем или иным причинам не желающие носить мандат возле сердца, вправе от него отказаться. Процедура досрочного прекращения полномочий парламентария, если верить 81-й статье Конституции, запредельно проста: нардеп пишет заявление — сессия голосует. Вопросов не возникало бы, пойди депутаты от «Нашей Украины» по этому пути. Но они избрали другой, витиеватый. Та же 81-я статья предусматривает не только добровольное, но и принудительное лишение полномочий. Если народный избранник выходит из фракции, его лишают мандата автоматически. Именно так и поступили члены и БЮТ, и «НУ» — они оформили заявления о выходе из фракций, а сессия эти прошения легализовала. Ну и что? — зададутся вопросом нетерпеливые. Да то, что в этом случае голосования коллег-депутатов недостаточно. Конституция требует, чтобы процесс принудительного освобождения от депутатского бремени осуществлялся «на основании закона». Автор этих строк рад будет ошибиться, но ему не удалось ни в одном законе найти соответствующего упоминания. Помнится, некоторые депутаты обещали восполнить данный пробел чуть ли не принятием специального закона. Но до этого, как и до много другого, руки не дошли.

Мы не станем делать однозначного вывода о правомочности или неправомочности парламента. Мы лишь заметим, что в доводах сторонников первой версии логики ничуть не меньше, чем в аргументах приверженцев второй.

И позволим себе согласиться с логикой тех, кто посчитал так называемое «обнуление» списков Блока Юлии Тимошенко и «Нашей Украины» неуважением не только к закону о выборах, но и к самим участникам выборов — избирателям и кандидатам в депутаты. Ибо закон предусматривает голосование электората за список в целом, а не за его часть. «Обнулив» его, партийный съезд отказал одним гражданам в праве быть избранными, а другим — в праве иметь своих избранников в высшем представительском органе.

Совет тем, кто говорит о защите закона: приучите себя его соблюдать.

Упрекнете нас в излишнем морализаторстве? Готовы согласиться. В обмен на обещание громко рассуждать о морали. Кто-то сочтет аргументы надуманными? Весь вопрос в отношении к предмету. Кто-то же не считает надуманной проблему депутатской неприкосновенности. Кто-то же верит, что, убрав депутатскую неприкосновенность, мы решим все проблемы разом — и горячую воду в больницы подадим, и батареи в школах согреем, и к Евро-2012 достойно подготовимся.

Надуманной проблему «депиммунитета» и депутатских привилегий называли не мы — коалицианты. Позже из разряда «надуманных» она перешла в статус «неактуальной». Но как только соответствующий призыв стал главным лозунгом блока «НУ—НС», проблема моментально «актуализировалась». Настолько, что проправительственные силы в оперативном режиме лишили себя льгот (правда, не всех), а заодно инициировали внесение в Конституцию изменений, избавляющих от иммунитета не только парламентариев, но и главу государства.

Смысл поступка ясен — лишить противника козыря и поставить в дурацкое положение президента. Подпишет закон о льготах — де-факто признает легитимность парламента, не подпишет — подарит оппонентам роскошную возможность говорить о политике двойных стандартов.

Кто-то может назвать содеянное отличным PR-ходом, но ваш покорный слуга склонен считать случившееся актом неуважения к избирателям. Если, как утверждает кое-кто из коалициантов, проблема выеденного яйца не стоит, то зачем тратить на нее время и народные деньги — ведь каждый час работы депутата оплачен конкретной копейкой из бюджета. Не припомню, чтобы налогоплательщик уполномочивал своих избранников принимать законы о выеденных яйцах.

Есть, правда, в составе проправительственных сил и те, кто уже признает важность проблемы. В таком случае, что мешало признать ее раньше? Еще в октябре 2006-го Евгений Кушнарев от имени фракции заявил о готовности «Регионов» поддержать в первом чтении инициативы БЮТ и «Нашей Украины» об отмене депутатских льгот и о своей личной поддержке подобной идеи. Покойный Евгений Петрович оказался человеком последовательным — он дважды нажимал кнопку «за». То же сделал и его коллега Василий Киселев. 182 регионала их примеру не последовали.

Если уж быть до конца честным, то и борцы с привилегиями из «НУ» тогда оказались не на высоте — проект бютовки Боднар подержали 43 из 80, проект нашеукраинца Беспалого — 48. А голосов, кстати, в обоих случаях, не хватило самую малость.

В феврале 2007-го другой регионал Михаил Чечетов в интервью «Известиям в Украине» заявил, что ПР изменила отношение к вопросу: «Партия регионов проголосует: для нас проблемы в этом нет. Но дело в том, что к нам сейчас подбегают представители БЮТ и «НУ» и просят, чтобы мы не голосовали за этот закон! Они говорят в таком духе: «Наши вожди заставляют нас голосовать, но у них там миллиарды в карманах лежат, а мы живем на одну зарплату, с чем мы останемся?» Они просят нас не поддерживать этот закон. Когда Партию регионов начали обвинять в том, что она против отмены депутатских льгот, мы изменили свою позицию! Неужели вы думаете, что бизнесменам из ПР нужны эти четыре тысячи долларов депутатской зарплаты? Это смешно — они зарабатывают по 100 миллионов долларов в месяц!»

Дальше слов не пошло. А зачем? В начале 2007-го никто о досрочных выборах не думал. Об избирателях, судя по всему, тоже.

А в 2000-м никто из будущих оранжевых не думал о необходимости отмены депутатской неприкосновенности. Многие из тех, кто сегодня состоит в рядах БЮТ и «НУ», тогда сделали все возможные, чтобы инициированная Кучмой ликвидация иммунитета не состоялась. Тогда они не считали это излишеством. Что, кстати, нашло свое отражение сразу в нескольких решениях Конституционного суда, члены которого отмечали: «депутатская неприкосновенность имеет целевое предназначение — обеспечение беспрепятственного и эффективного осуществления народным депутатом своих функций. Она не является личной привилегией (выделено автором. — «ЗН»), а имеет публично-правовой характер… Парламентская (депутатская) неприкосновенность является правовым институтом, присущим большинству государств мирового сообщества (выделено автором. — «ЗН»), в том числе и европейских». Эта цитата для тех, кто любит поговорить о том, что весь цивилизованный мир от подобного «анахронизма» давно отказался…

Справедливости ради стоит отметить, что тот же КС посчитал возможным теоретическую отмену неприкосновенности, полагая, что подобный шаг не будет толковаться как сужение прав и свобод гражданина (подобного Конституция делать не позволяет). Любопытно, что единственным, кто публично воспротивился подобной точке зрения, был уже упоминавшийся Владимир Шаповал.

Попытка лишить иммунитета депутата или президента, по мнению автора этих строк, — правовая глупость, вызванная желанием потрафить избирателю. Для которого иммунитет нардепа — явно не самая большая беда. Так что шаг этот с моральной точки зрения весьма сомнительной ценности.

Предварительно одобрив конституционные изменения, Рада, помимо всего прочего, поставила в дурацкое положение и Конституционный суд. Обитателям здания на Жилянской до сих пор удавалось избегать прямого ответа на вопрос о законности досрочных выборов. Теперь их положение близко к безвыходному: примут законопроект о конституционных изменениях — признают легитимность Рады, не примут — невольно поддержат правоту президента. А так хотелось отсидеться до 30 сентября.

Глупость тем временем множится на глупость. Совбез, по инициативе президента, рекомендует Кабмину отстранить двух министров. Понятие «отстранение», если не ошибаюсь, допустимо только в случае возбуждения уголовного дела. Во всех иных предполагается увольнение. Его осуществляет Верховная Рада. А ее, с точки зрения президента, нет.

Абсурда на отечественных политических подмостках становится все больше. Не знаю, как вы, а я устал быть зрителем этого театра.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 17 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно