РЕЦИДИВ АБСЦЕССА

18 февраля, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №7, 18 февраля-25 февраля

— Аполитично рассуждаешь, клянусь, честное слово. Не понимаешь политической ситуации. Двадцать п...

— Аполитично рассуждаешь, клянусь, честное слово. Не понимаешь политической ситуации. Двадцать пять баранов — в то время, когда наш район еще не полностью рассчитался с государством по шерсти и мясу…

— А ты не путай свою личную шерсть с государственной!

— А я, между прочим, товарищ Джабраил, сюда и поставлен, чтобы блюсти государственные интересы!

Из кинофильма «Кавказская пленница»

О ситуации, сложившейся вокруг выборов городского головы Запорожья, «ЗН» достаточно подробно информировало своих читателей (см. публикацию «Абсцесс» в № 14 за 1999 г.). С тех пор скандал в отношении избранного на повторный срок Александра Головко в городе хотя и поутих, но все же продолжал будоражить общественность разоблачениями в одной из местных газет, методично подбрасывающей в костер конфликта поленца «компромата». Областная прокуратура, проведя скрупулезное расследование пяти уголовных дел, прямо или косвенно имевших отношение к действиям А. Головко и его родственников, передала дела в суды, которые в декабре прошлого года вынесли окончательные решения. Ни городскому голове, ни его близким никаких обвинений не было предъявлено. Проблема казалась исчерпанной. Однако в начале января местные СМИ сообщили о принятии к рассмотрению Международным европейским судом в Страсбурге заявления запорожских общественных организаций о нарушении прав человека во время выборов городского головы. Но и эта новость не вызвала особого резонанса по сравнению с состоявшейся 24 января очередной пресс-конференцией прокурора области Петра Зубкова, посвященной итогам работы прокуратуры за прошлый год.

Отвечая на вопрос о ходе расследования так называемых мэрских дел, прокурор, изложив уже известные факты, подчеркнул, что прокуратура довела их до логического конца в строгом соответствии с законом. Свидетельство тому — декабрьские судебные процессы в отношении причастных к ним лиц. Правда, в этом списке запорожский городской голова не значится. Единственное заведенное на него уголовное дело по статье 166 ч. 3 УК Украины (превышение власти при выделении в 1995 году квартиры начальнику городской налоговой инспекции Т. Коваленко) было закрыто год назад в главном следственном управлении Генпрокуратуры. Тем не менее, подытоживая морально-этическую сторону проблемы, прокурор области заявил: «На сегодня мы не скажем, что Головко честный человек».

Реакция городского головы на сей счет была резко негативной. На созванной через день пресс- конференции он расценил высказывания прокурора как попытку необоснованного преследования, сравнив ситуацию с методами работы, практиковавшимися в 1937 году.

После небольшой паузы, заполненной освещением происшедшего местными СМИ, мнения которых, как и весной 1998 года, разделились на полярно противоположные, события получили стремительное развитие, став главной темой политической жизни региона.

Первого февраля председатель областной госадминистрации Владимир Куратченко принимает активистов гражданского блока «Свободный выбор», последовательно выступающих в оппозиции к городскому голове. По их оценкам, расследования дел в отношении городского головы не были доведены до конца, поскольку при отсутствии уголовной ответственности, должен применяться Закон о борьбе с коррупцией. Активисты настаивают на дополнительном расследовании. В противном случае они намерены обратиться к запорожцам с призывом не участвовать в референдуме и оставляют за собой право проведения акций гражданского неповиновения. Фактически областной администрации ставится ультиматум, особенно если учесть заявление лидеров гражданского блока о том, что при удовлетворении их требований они готовы отказаться не только от бойкота референдума и акций неповиновения, но и отозвать заявление из Европейского суда.

Апогеем драмы обещало стать назначенное на следующий день заседание координационного комитета по борьбе с коррупцией и организованной преступностью при председателе облгосадминистрации. И хотя повестка дня была вполне традиционной, включавшая два вопроса («О состоянии и мерах по дальнейшему усилению борьбы с преступностью, особенно организованной, и коррупцией в области, в свете требований Президента Украины» и «О плане работы координационного комитета и плане скоординированных действий государственных и правоохранительных органов по усилению борьбы с коррупцией и организованной преступностью на первое полугодие 2000 года»), восьмиминутная задержка начала заседания интриговала возможностью некой неожиданности. Как вскоре оказалось, это предчувствие было отнюдь не беспочвенным. Регламент дополнили третьим вопросом, персонально касающимся городского головы Запорожья А. Головко.

После информации прокурора области слово было предоставлено городскому голове, призвавшему «начать называть вещи своими именами». Упрекнув инициаторов вынесенного на рассмотрение вопроса в смещении акцентов и неправде, А. Головко перевел разговор в плоскость политики, заявив о том, что прокурор области «вольно или невольно стал орудием в руках определенных людей», желающих заставить городского голову работать в выгодных им рамках. Открытый вызов был брошен и председателю обладминистрации В. Куратченко: «Мы много встречались и говорили, и я согласен с одним — да, нужно уходить, но уходить нужно не мне, а вам. И уходить потому, что сегодня ваши интересы, амбиции превысили интересы территории. Вы сегодня боретесь за полноценную власть на этой территории. Заказчик есть, и это было известно с вашим возвращением сюда».

— Никакие политические силы сюда не втягиваются, никакие хозяйственные, коммерческие структуры не стоят, — заявил в ответном слове своему оппоненту В. Куратченко. — Есть конкретные вопросы, которые изложил прокурор, и на которые жители города, координационный совет, депутаты и ваши избиратели хотят получить конкретный ответ. Попытаться перевести это в область политики вам не удастся. Если городской совет, комитет Верховной Рады, Генеральный прокурор дадут обоснованные ответы по всем этим вопросам, они будут оглашены с этой трибуны, и никаких претензий к вам не будет. Вопрос будет снят, никаких обсуждений, рассуждений больше не будет.

Приняв решение направить материалы в три названные председателем обладминистрации инстанции, координационный совет завершил свое заседание. А через день местные СМИ распространили информацию о том, что городскому голове выразили недоверие руководители запорожских предприятий.

Подобный поворот событий вынуждал настаивать на встрече с городским головой. И воскресным вечером 6 февраля она состоялась.

— Александр Степанович, в своем выступлении на заседании координационного совета вы намекнули о неких силах, выступающих в качестве заказчиков, однако так их и не назвали. Вы готовы это сделать сейчас?

— Все это следствие выборов 1998 года. А заказчиками являются те, кто финансировал людей, находящихся ко мне в официальной оппозиции. Я не хочу пока их называть, поскольку могу сегодня не все говорить, и, может быть, до конца и права не имею. Я не хочу разборок. Они были сфабрикованы, но я терпел и молчал ради того, чтобы были мир и спокойствие. Мне было сказано: закончится следствие, вас там нет — все будет хорошо. А оказалось немножко не так. Следствие закончилось, меня там нет, но все равно нехорошо. Было хорошо год, теперь опять нехорошо. К сожалению, во все это начинает вмешиваться политика: этого отстранить, поставить своего, который будет решать какие-то вопросы.

— Кого именно?

— Группа, которая хотела поставить Поляка (Александр Поляк — главный конкурент А. Головко на выборах 1998 г. — Прим. авт.), хочет поставить его, или человека, близкого к этим кругам.

— В четверг на заседании координационного совета вы фактически объявили войну.

— Да, это так. Но в определенной степени это было спровоцировано. Сначала появилось выступление прокурора, и я вынужден был ответить. Затем — приход оппозиции в обладминистрацию. Он же не спонтанный, раз там пресса появилась. На следующий день — заседание координационного совета с внесением в повестку дня вопроса, которого не было изначально. Но ведь координационный совет — не бюро обкома партии. Это орган, который должен координировать действия определенных структур, а не рассматривать персональное дело. Так что моя реакция была адекватной. Если я уже ни в чем не обвиняюсь, то зачем обращаться в высший координационный совет? Что туда направлять? Дела, которые уже рассмотрены судами и закрыты? Нет, говорится о том, что есть деяния, которые могут быть оценены в свете Закона о борьбе с коррупцией. Так в чем проблема?! Если это действительно так, тогда не надо никуда ничего отправлять, а надо материалы передать в суд, и пусть он вынесет решение. Но это же не делается.

Вы правы, война действительно объявлена, но не мной. Я стоял и стою на мирных позициях. И все время говорил о том, что надо искать мирное решение вопроса. Но почему-то чем больше закрывается дел, чем больше стабилизируется ситуация — тем активнее муссируется проблема. Тогда становится понятной цель — убрать Головко.

— А почему вас надо убрать? Кому вы мешаете?

— Получается, Куратченко. Потому что первый его приход — война, второй приход — опять война. Значит, в чем-то я его не устраиваю.

— В чем, на ваш взгляд?

— Скажем так, сегодня есть вопросы, которые в компетенции только городского совета, а есть желание решать их без него.

— Например.

— Ну, мало ли… Любой земельный вопрос, установка заправки в городе, решение что-то построить.

— Простите, стоит ли это понимать так, что председатель обладминистрации лично отдает распоряжение о выделении участка земли под строительство заправки.

— Бывает и такое. Но, в принципе, это все мелочи. Раз война идет с выборов — вот тогда были определены позиции, тогда были определены люди. Они сегодня подбрасывают это все. И почему-то Владимир Александрович на это реагирует.

— И почему Владимир Александрович на это реагирует?

— А потому что не хочет работать с Александром Степановичем, а тут есть возможность на кого-то опираться.

— Александр Степанович, позвольте уточнить. Вы намекаете на то, что препятствуете осуществлению личных бизнес-интересов председателя обладминистрации?

— Я не хочу таких оценок давать. Сегодня, по крайней мере…

— Что ж, давайте переведем разговор в морально-этическую плоскость. Вы испытываете угрызения совести? Даже если вам лично не предъявлены обвинения, но в делах фигурируют имена членов вашей семьи.

— И членам семьи ничего не предъявлено.

— Судя по вашим словам, получается, что рассмотренные уголовные дела надуманные, а выводы прокурора лишены логики.

— Прокурор говорит правду, но не всю. Возьмем, например, ту злополучную «девятку». Постоянно делается акцент, что перед продажей ее разукомплектовывали, но умалчивается о том, что после покупки она приведена в первозданный вид. И что получается? У сына угоняют одну машину, вторую — изымают, а вывод делается о том, что я лично на этом заработал. Где же логика?

Или возьмем дело в отношении обмена квартир. На координационном совете говорится: в то время, когда сегодня такая тяжелая обстановка с жильем, вы себе позволяете.… А что я себе позволил? Я отдал две 2-комнатные квартиры на очередь, и из очереди на жилье ничего не взял. К тому же спрос на 2-комнатные квартиры выше, чем на 4-комнатные. Да и, если не лукавить, назовите мне примеры, когда мэр решал свой жилищный вопрос подобным образом. Всегда ведь все давалось. А я на это не пошел.

— И по делу с акциями, принадлежавшими супруге, у вас тоже есть контраргументы?

— Есть. Поскольку следствием упускаются два принципиальных момента. Да, действительно была заключена сделка между моей женой и банком. Областное управление НБУ ее фиксирует и делает вывод о том, что покупка акций должна быть произведена за счет прибыли банка. На основании этого банк обращается с предложением аннулировать сделку. И она тут же аннулируется. После чего банк заключает договор с женой на реализацию акций по определенной цене. И банк, а не жена, продает акции. Цена определяется покупателем и продавцом. Закон это позволяет. А что касается ликвидности акций… Завтра завод заработает, и акции станут в 5 раз дороже.

— Знаете, Александр Степанович, ваши рассуждения невольно наталкивают на мысль о том, что степень виновности или невиновности человека во многом зависит от мастерства адвоката.

— Нет, скорее она зависит от того, насколько грамотно он пользуется законом. И пока у нас существуют такие законы, мы обязаны их соблюдать — нравится это кому-то или нет. Будут другие законы, мы с вами будем действовать по-другому.

— Логично. Но все же, давайте возвратимся в 1995 год. Допустим, зная, что дела повернутся именно таким образом, вы бы поступили точно так же?

— Если бы я мог предвидеть то, наверное, я бы на это не пошел. Но не потому, что это противозаконно, а просто перестраховался бы на будущее — свое и семьи.

— Вам предлагали добровольно оставить должность, но вы предпочли пойти на принцип.

— Да, действительно, сначала предложения поступали через посредников, а потом и непосредственно мне. Торг был простой. Было сказано, что есть три сценария развития событий. Первый — я ухожу, и все забывается. Второй — если я не ухожу, проводится работа с депутатами, и меня снимают. Кстати, я сразу объяснил, что из этого ничего не выйдет, поскольку есть закон, который надо взять в руки и почитать. Наконец, третий вариант — будут снова подняты уголовные дела, и начнется травля. Что, в общем-то, сейчас и происходит. Но я ничего взамен не просил, не прошу и просить не буду. Я ничего никому не должен и ничего не боюсь. Я буду работать до тех пор, пока мне будет оказывать доверие население. Все остальное меня не интересует.

— И, тем не менее, один в поле не воин. У вас есть союзники?

— Да, это люди, которые работают со мной, структуры, подразделения, управления горисполкома. Об остальных говорить не хочу, они должны сами обозначаться.

— В пятницу обозначились директора предприятий, которые выразили вам недоверие.

— Я знаю, что они обсуждали эту тему, но, по моим данным, разговор не закончили. Понимаете, что самое плохое. Я и на координационном говорил о том, что нельзя втягивать в конфликт силовые структуры. Теперь делается попытка втянуть в него промышленников. Что они должны решить? Есть же закон. Зачем противопоставлять их городскому голове? Ведь с каждым из них есть деловые отношения — в решении проблем социальной сферы, например.

— Не секрет, что стиль руководства нынешнего председателя обладминистрации далеко не всем по душе. Если вам предложат возглавить оппозицию, вы согласитесь?

— Я не хочу быть лидером никакой оппозиции, я хочу нормальной работы — с Куратченко, с Ивановым, Сидоровым. И считаю, что любая размолвка, даже такая крупная, может быть урегулирована нормальным, мирным путем. Но если объективные обстоятельства заставят, я буду вынужден согласиться. К сожалению, такой вариант возможен. Но еще раз повторяю — я все-таки хочу, чтобы в городе был мир. И, думаю, что у двух руководителей должно хватить мудрости для урегулирования конфликта.

— И каким вы видите исход?

— Мирным. Мир будет с кем-то и без кого-то. Мы станем мудрее, наберемся опыта, ума, но, к сожалению, при этом всем придется здорово проиграть.

На этом наша беседа закончилась. А на следующий день в Запорожском горисполкоме состоялась пресс-конференция с участием представителей общественных организаций и политических партий, на которой прозвучали резкая критика в адрес председателя обладминистрации и поддержка городскому голове. О своей однозначной позиции, в частности, заявили заместители городского головы, начальник управления социальной защиты населения, лидеры региональных организаций ЛПУ и СДПУ(о). Александр Головко объявил о созыве на 8 февраля внеочередной сессии горсовета. В принципе, это был беспроигрышный ход, основывающийся на абсолютной уверенности в том, что депутаты своего лидера не дадут в обиду.

Скорее всего, именно так бы и случилось, если бы в намеченный сценарий не вмешались привнесенные извне обстоятельства. Вопреки регламенту, в 10.00 сессия не открылась, поскольку в это время в кабинете городского головы велись переговоры с прибывшими на сессию председателями обладминистрации, облсовета, прокурора области, президента региональной ассоциации промышленников и предпринимателей «Потенциал», руководителей ведущих запорожских предприятий с А. Головко. Спустя полтора часа депутаты большинством голосов отвергли предложение открыть сессию, ссылаясь на то, что единственный вопрос повестки дня «О досрочном прекращении полномочий городского головы» слишком серьезный и требует более взвешенного подхода. И уж полной неожиданностью для большинства присутствующих в зале прозвучало выступление А. Головко о добровольной отставке, мотивируемое желанием обеспечить мир и спокойствие. После чего депутаты все же открыли сессию, утвердив решение о досрочном прекращении полномочий городского головы, о назначении исполняющим обязанности одного из заместителей, Станислава Селина, и досрочных выборах городского головы.

Чем было вызвано столь неожиданное решение, я попытался выяснить у экс-головы, но, увы, безуспешно. В назначенное им самим время Александр Головко на встречу не явился. В отличие от него председатель обладминистрации Владимир Куратченко на следующий день, 9 февраля, согласился прокомментировать ситуацию.

— Никакого противостояния двух ветвей власти не было, — считает В. Куратченко. — Изначально в присутствии мэра, прокурора мы договорились, что со всеми фактами, которые были опубликованы в прессе, листовках, разберутся следственные органы прокуратуры. И они разобрались. Когда я с ними ознакомился, то открыто сказал Александру Степановичу, что помимо уголовной ответственности, есть еще и вопросы морали. И исходя из них, ему просто надо уходить. Губернатор, который пришел после меня, посчитал, что не надо раздувать скандал, надо сохранить, как он говорил, мир и покой. Но о каком мире может идти речь, когда упали планки морали, понятий чистоты и открытости власти. Когда я возвратился в область, по этим делам состоялись три суда, понесли наказание три работника милиции, руководители банка, автотранспортного предприятия. Плюс ко всему Европейский суд принимает к рассмотрению мэрские дела. Проанализировав ситуацию, посоветовавшись с прокуратурой, мы решили, что это дело нужно закончить на коллективном органе, которым является координационный совет. Он не разбирает персональное дело, как меня хотели обвинить. Мы не разбирали кто прав, а, выслушав информацию, приняли коллективное решение направить материалы в Генеральную прокуратуру, комитет ВР и в местный совет. Дальше состоялось заседание «Потенциала», на котором руководители промышленных предприятий подняли вопрос о хозяйственной деятельности мэра с учетом нынешнего состояния городского коммунального хозяйства, и было принято решение об отзыве А. Головко с должности городского головы. Об этом и шла речь в кабинете городского головы перед открытием сессии горсовета — шел поиск выхода из создавшейся ситуации.

— Владимир Александрович, трудно поверить, что в течение полутора часов можно убедить человека кардинально изменить точку зрения, которую он отстаивал почти два года. Наверное, для этого нужны очень весомые аргументы.

— А они и были весомыми — аргументы директорского корпуса и логики сложившейся ситуации. В конце концов, он осмыслил, что теряет поддержку духовенства, промышленников, депутатов, в какой-то степени — очень серьезно в администрации, среди людей. Дальше это не могло продолжаться. Думаю, что и он уже осмыслил — о какой войне можно вести речь?

— Двух лидеров.

— Да не было никакой войны. По крайней мере, я ее не создавал и в ней не участвовал. С моим приходом на эту должность выборы уже состоялись, и я же не мог закрыть глаза на то, что здесь творилось, уйти в сторону.

— Вы считаете приемлемой кандидатуру исполняющего обязанности городского головы, даже несмотря на его критику в ваш адрес?

— Да, он достаточно профессиональный человек. Его нужно понять — он же, как заместитель, не мог выступать по-иному. Сейчас надо думать о предстоящих выборах и выходить с такой кандидатурой, которая бы, действительно, в столь непростых условиях консолидировала город, имела бы за собой чистое прошлое.

— Как вы думаете, Александр Головко может выставить свою кандидатуру?

— Думаю, он этого не сделает. Он проработал достаточно долго, а эти события оставили определенный психологический след. Снова ввязываться в борьбу, это означает опять поднять волну.

— Ему было что-либо предложено в обмен на отставку?

— Я считаю, что он достаточно профессионален, у него есть энергия, и его опыт, знания и деловые качества могут пригодиться городу и области и, в конце концов, Украине в какой-то степени. Конечно, он может быть востребован.

— Одна из претензий, с которыми выступала оппозиция, заключалась в том, что расследование дел не было доведено до конца. Это по-прежнему актуально, или подведена черта?

— Это уже дело не администрации. В отношении уголовной ответственности сделаны заключения. Вопросы морали сняты. А закон о коррупции здесь не может быть применен, потому что он не государственный чиновник. Поэтому я думаю, что эти вопросы будут сняты.

Таким образом, почти двухлетний скандальный инцидент вокруг личности городского головы Запорожья официально считается исчерпанным. Но делать вывод о том, что это соответствует фактическому положению дел, пожалуй, преждевременно. По крайней мере, у неостывшего от политических баталий города на этот счет нет однозначного ответа. Одни считают, что справедливость наконец восторжествовала, другие убеждены, что опальный голова ушел с поста достойно, оказавшись жертвой политических интриг, третьи — склонны видеть в нем предателя своих сторонников… Но даже непримиримых противников объединяет ожидание новых выборов при неисключенной возможности новых скандалов. Да и практика подтверждает — Закон о местном самоуправлении дает для этого достаточно предпосылок.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно