Призрение душ

25 июня, 2010, 17:49 Распечатать

Ну все, приехали. Президент Чечни предлагает Украине помощь. «У вас очень тяжелое положение», — сказал Рамзан Кадыров в интервью «Сегодня» и сообщил при случае, что в Украине нынче «ваххабитов больше, чем в Чечне...

Ну все, приехали. Президент Чечни предлагает Украине помощь. «У вас очень тяжелое положение», — сказал Рамзан Кадыров в интервью «Сегодня» и сообщил при случае, что в Украине нынче «ваххабитов больше, чем в Чечне». Аргументация не поддается сомнению. «Мы это знаем, потому что у вас находится один наш ваххабит. А также потому, что очень многие фанатики приходят к нам через вашу страну», — сказал Кадыров и предостерег: «И если вы не будете бороться с этим явлением, завтра-послезавтра они натворят у вас то же самое, что сделали в Чечне». Жаль, не уточнил, каким образом нам следует бороться с «явлением» — как в первую чеченскую войну, как во вторую или методами и способами, применявшимися в промежутках и после. Хотя, что нам теперь думать: ЧФ РФ — гарант стабильности в регионе на долгие-долгие годы.

Умозаключения президента республики, где женщинам запрещено появляться с непокрытой головой (мужчины иначе «возбуждаются и отвлекаются от работы»), но явившего корреспондентке свою религиозную личность в шортах, конечно, можно было бы пропустить, если бы они не сошлись во времени с очередной волной психоза ксенофобии, накрывшего Крым. Ложка Кадырова оказалась как раз к обеду крымским политикам, развернувших целую кампанию в связи с трагедией в Джанкое.

18 июня здесь был убит пятилетний Виктор Шемякин. По данным милиции, он вместе с трехлетней сестрой и соседской девочкой-сверстницей играл в песочнице возле дома. Проходивший мимо местный житель отвлек мальчика словами: «Посмотри, какая птичка!», после чего ударил ножом в область шеи и скрылся. Мальчик погиб. Как сообщила «ЗН» начальник ОСО крымского главка МВД Ольга Кондрашова, 27-летнему джанкойцу уже предъявлено обвинение, в совершении преступления он сознается, свою вину признает полностью, а степень его вменяемости должна определить психиатрическая экспертиза.

По словам матери и брата обвиняемого, С. дважды — в 2008 году и в декабре 2009-го — проходил стационарное лечение в психиатрической больнице. Но после него отказывался принимать назначенные препараты, как, впрочем, и любую еду. То, что С. страдает психическими расстройствами, широкая общественность знала со дня трагедии. Это журналистам говорили и родственники, и соседи, и имам местной мечети, это сообщали и лидеры меджлиса крымскотатарского народа. Последние, выражая соболезнование родителям мальчика, вынуждены были обратиться к СМИ и политикам с призывом не акцентировать внимание на разности этнической принадлежности убийцы и жертвы, не спекулировать на религиозной тематике и не насаждать ксенофобию. Но остановить поток спекуляций уже невозможно. Ежедневно пресс-конференции, заявления, в том числе и граничащие с другим преступлением — разжиганием межнациональной и межрелигиозной розни, пикеты, сборы подписей и версии, которые и на больную голову не натянешь.

Депутат ВР Крыма и лидер КРО партии «Русский блок» Олег Родивилов уверен, что джанкоец совершил религиозное ритуальное убийство:. «Человек после пятого намаза пять дней выходил на костер (жег костры. — Авт.), в пятый день недели в пять вечера убил пятилетнего ребенка». Председатель ОО «Таврический союз» Анатолий Филатов делает религиеведческие открытия («В исламе есть экстремистские течения, в которых огнепоклонство является одним из атрибутов культа») и являет осведомленность ходом следствия. Ссылаясь на показания задержанного, утверждает, что его нельзя считать психически больным и он «готовил это преступление». Возле постпредства президента Украины в Симферополе пророссийские и казачьи организации ведут сбор подписей под обращением к Виктору Януковичу и требуют с плакатов публичной казни обвиняемому с указанием фамилии, по которой угадывается национальность. В Севастополе казаки собирают пожертвования семье погибшего ребенка, чтобы отвезти в конце недели в Джанкой, где пройдет концерт «Мы русские!».

Дровишки в огонь невольно подбросил и председатель меджлиса Мустафа Джемилев, сообщив «Новому региону», что обвиняемый никакой не ваххабит, а сторонник «Хизб-ут-Тахрир». То есть все-таки «приписал» к организации, которая подается политиками как экстремистская и, как известно, очень не приветствуется меджлисом и муфтиятом. Народный депутат Геннадий Москаль обвиняет милицию в том, что она не расследует преступление, и напоминает о своих предупреждениях об опасности деятельности «Хизб-ут-Тахрир». «СБУ и МВД закрывают на это глаза. Вот это нужно расследовать, а не искать, куда делся газ. Точно так же в Крыму действуют ваххабиты и другие экстремистские мусульманские организации. Да, ваххабитов в Крыму больше, чем в Чечне, и то, что случилось в Джанкое, результат этого», — заявил Москаль РИА «Новый регион».

Крымское отделение ВО «Свобода» требует от президента ликвидировать автономию в Крыму и негодует по поводу информации о психической болезни обвиняемого: «Конечно, именно психически больные ваххабиты по всему миру обвязываются взрывчаткой и устраивают теракты. Будем ждать, пока вся Святая Таврида превратится в такую психбольницу?!».

Ждать не надо, но доктору, похоже, показаться нужно многим. Попробуем ответить на несколько вопросов, которые за этим шумом-гамом отодвинулись на задний план: является ли обвиняемый членом какой-либо религиозной организации или фанатиком и можно ли было трагедии избежать?

По словам родственников, С. в последнее время перестал совершать все намазы, хотя был первым в семье, кто начал соблюдать этот канон. Говорил, что Аллах его оставил. Перелом в поведении, говорят родственники, случился после того, как С. постигли неудачи: заработки в Днепропетровске не оправдали надежд. Разговоры о том, что он мог быть предубежденным к людям другой национальности, опровергают: несколько лет назад он хотел жениться на русской девушке, а единственным другом, который навещал его после проявления расстройств, был тоже русский.

Абдуселям Селяметов, представитель «Хизб-ут-Тахрир», уверяет: «Ни С., ни его семья, в организации не состоят. Мне не хочется комментировать, простите, весь тот бред, который наговорили политики о каком-то ритуале, магии цифр, человеческом жертвоприношении. Не только любой мусульманин, любой просто образованный человек знает — это не имеет никакого отношения к исламу. Кстати, хотя бы узнали, когда свершается пятый намаз в пятницу. Это 22.30, а убийство совершено, как говорят, в 17 часов. Мы хотим выразить соболезнование семье погибшего мальчика и призываем всех людей не идти на поводу у политиков, а жить в добрососедстве».

Спросить у лидера или спикера крымских ваххабитов, имеет ли отношение обвиняемый к их организации, пока не представляется возможным. Они, конечно, есть, только не склонны так называться, отмежевываясь и от похода аль-Ваххаба и шлейфа чеченских войн. О существовании в Крыму организации салафитов, как и хизбов, и хабашитов «ЗН» уже неоднократно писало, нет нужды повторяться. На сегодня это немногочисленная организация, имеющая структуру и иерархию, но, я бы сказала, больше влияющая на бизнес-расклады в некоторых регионах Крыма, нежели на умы крымских татар. И имеющая определенные контакты и с меджлисом, и с муфтиятом. Но, как уже не раз говорилось, для беды многочисленной организации и не надо — достаточно одного или нескольких неадекватных людей, которым вбили в голову какую-то миссию. Процитирую также свидетельство Айдера Булатова, зампредседателя рескомитета по делам религии в одном из номеров «ЗН»: «Я встречаюсь с представителями разных течений, в том числе и с ваххабитами, и с теми, кто обвиняет меджлис и муфтият в отступничестве, есть и более радикальные высказывания. Приходилось общаться и с теми, кто называет себя такфировцами. Но это единицы, и, как мне кажется, некоторым не помешала бы помощь психиатра».

И это важный момент. По большому счету, мы никогда не узнаем, кем себя считает обвиняемый в убийстве Вити Шемякина. Для всех нас важно понимать, можно ли было избежать трагедии. Получал ли С. адекватное лечение? Родственники говорят, что последняя госпитализация особого эффекта не принесла. Кроме того, после выписки он отказывался принимать препараты. Означает ли это, что вследствие этого его состояние могло привести к тому, что он мог представлять угрозу для окружающих и себя? Другими словами, были ли основания для обращения к медикам, а затем в суд для принудительного лечения? Статья 14 закона «О психиатрической помощи» определяет: госпитализация лица, страдающего психическим расстройством, без его согласия и согласия законного представителя возможна, если будет установлено тяжелое расстройство, в результате которого оно может совершить действия, представляющие непосредственную для него самого или окружающих опасность или если лицо не может самостоятельно удовлетворять свои основные потребности на уровне, который обеспечивает жизнедеятельность.

Главный внештатный психиатр МОЗ Крыма Светлана Дымшиц утверждает: «Если человек представляет опасность для окружающих, независимо от того, болен он психически или нет, им должны заниматься правоохранительные органы, и затем уже при наличии сведений о заболевании или неадекватном поведении обращаться к психиатрам. Заметьте, в такой демократической стране как США, амбулаторной службы нет вообще, но если человек ведет себя неадекватно, родственники или соседи обращаются в полицию, которая затем его доставляет к специалистам».

И здесь мы цитату прервем. По свидетельствам соседей С., наблюдая странности в его поведении, в том числе и разжигание костров, бросание камней, заговаривание, напоминающее бред, они обращались в милицию, однако никакой реакции не последовало.

«Какие могут быть проявления, которые могут привести к угрозе? Агрессия, депрессия тяжелая, суицидальные мысли и высказывания, отказ от пищи, отказ от лекарств, бред, особенно, когда в нем присутствуют конкретные лица», — говорит С.Дымшиц.

Напомним, как говорят родственники обвиняемого, он отказывался от лекарств и пищи, находился в депрессии. Почему он не был госпитализирован? Родственники свидетельствуют, что доставка С. в Симферополь в больницу была настоящей проблемой: ни сотрудники «скорой», ни милиция не соглашались его сопровождать. Вполне возможно, что следующая госпитализация была для семьи невозможной и по материальной причине — за все, говорят они, нужно было платить.

В общественной организации «ЮЗЭР», которая в мае обнародовала данные мониторинга соблюдения прав пациентов психиатрических учреждений Крыма, утверждают: попасть в них крайне затруднительно по двум причинам. Больницы переполнены и за лечение нужно платить. Светлана Дымшиц категорически не соглашается: две с половиной тысячи койко-мест для Крыма вполне достаточно. Добровольные же взносы и покупка препаратов — как и во всей медицине страны, потому что финансирование недостаточное. «Но оказать неотложную помощь для купирования психоза его достаточно», — говорит главный психиатр автономии. Законодательство, между тем, определяет, что закупка препаратов на амбулаторное лечение для больных психическими расстройствами должна вестись за счет местных бюджетов. В жизни, говорит Светлана Дымшиц, это означает обеспеченность такими средствами на 20—30 процентов.

К сожалению, тема психического здоровья нации и здоровья нашей психиатрии и здравоохранения в целом малопопулярна и у политиков, и у СМИ. Между тем количество преступлений, совершенных психически больными людьми, приближается к пяти процентам. Кто-то их просмотрел…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №23, 16 июня-22 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно