Последнее пристанище диктатора

21 октября, 2011, 15:01 Распечатать

Традиционно считается, что для посткаддафиевской Ливии возможны четыре сценария развития событий.

Бывший лидер Социалистической Народной Ливийской Арабской Джамахирии Муамар Каддафи стал еще одним диктатором, погибшим от рук восставшего народа. Полковник принял смерть на своей родине в ливийском городе Сирт с оружием в руках. И это делает ему честь. Его племя в последующих переговорах с победившей стороной об условиях примирения вправе воспользоваться этим фактом для заключения более справедливой сделки.

Традиционно считается, что для посткаддафиевской Ливии возможны четыре сценария развития событий: гражданская война и последующий за ней межплеменной конфликт, установление военного режима, консервация переходного периода и раскол страны. Характерно, что среди этих сценариев практически не упоминается успешный переход от диктатуры к демократии. Конечно, гипотетически такая возможность не исключается. Но упрямая статистика гражданских конфликтов лишь усиливает скептицизм: шансы на успешный выход из насильственного конфликта и установление демократического режима составляют около 3—5%.

Межплеменной конфликт за ресурсы, или, другими словами, война всех против всех, фигурирует в качестве весьма вероятного сценария. Ряд аналитиков утверждают, что начало «настоящего ливийского кризиса» еще впереди. Этому способствует затяжной характер конфликта и сопряженная с ним дегуманизация. В условиях отсутствия монополии государства на насилие, когда практически все население вооружено, появляется шанс улучшить свои финансовые возможности или просто свести счеты со своими обидчиками. Такое сплошь и рядом происходит в сегодняшней Ливии. Глава переходного национального совета Ливии Мустафа Джалиль, как можно судить по его выступлениям, эту проблему осознает. Его призывы к примирению звучат искренне, но пока остаются всего лишь благими пожеланиями без определения конкретных процедурных механизмов.

Что это значит? Поскольку имела место эскалация конфликта, цена вопроса для определенных групп, в особенности для тех, кто уже долгое время были противниками ливийского диктатора, значительно возросла. Чем больше усилий и жертв инвестировано в конфликт, тем ценнее становится выигрыш и тем сложнее отказаться от игры с нулевой суммой, когда победитель получает все. Это универсальная формула, работающая во всех без исключения насильственных конфликтах. Впоследствии в процессе переговоров радикалы могут не просто усложнить заключение соглашения, но и окончательно его подорвать.

В ливийском случае речь идет, в первую очередь, об исламистах, которые инвестировали в победу над Каддафи значительные ресурсы. Добавьте к этому еще и разногласия по поводу будущего характера государственного устройства, места ислама в ливийском обществе, амбиции харизматичного лидера исламистов Абдельхакима Бельхаджа, и вы получите внутри самого лагеря победителей гремучую смесь противоречий, готовую взорваться в любую минуту. Говоря по-иному, прежде чем садиться за стол переговоров с проигравшей стороной и договариваться об условиях почетного мира, союзникам нужно достичь приемлемого соглашения между собой.

Раскол в лагере победителей, непомерные амбиции ряда полевых командиров и возрастающий дефицит безопасности могут привести к установлению военного режима. Сценарий возможен, но в настоящее время маловероятен по причине отсутствия силовых структур как институтов.

Не стоит обманываться и по поводу всеобщего ликования ливийцев в связи с падением режима. Здесь мы имеем дело с так называемым эффектом победителя, когда люди стремятся примкнуть к победившей стороне. Это связано не только с желанием обезопасить себя в условиях разрушения привычного социального порядка, но и с возросшими ожиданиями приза в связи с очевидным приближением победы.

Подобно украинскому Майдану 2004 года, когда после победы революции в оранжевом шарфике дефилировали практически все (даже нынешний премьер-министр Украины), большая часть населения ливийских городов сегодня демонстрирует видимую поддержку новым властям. Эта же внушительная по масштабам группа, возможно, охваченная неподдельным энтузиазмом, со временем может оказаться в первых рядах разочаровавшихся. То, что разочарование наступит, не вызывает сомнения, вопрос заключается в том, какими будут его масштабы, произойдет ли этот процесс стремительно или растянется во времени.

Отсюда вытекает следующий сценарий: консервация переходного периода и последующая дискредитация идеи трансформации Ливии в демократическое государство. Для сообщества, которое в течение сорока лет видело лишь диктаторскую форму правления, не имеющего опыта демократии, предусматривающей постоянное достижение компромиссов, при полном отсутствии гражданского общества как такового, этот сценарий наиболее реалистичен. И именно его реализации больше всего опасаются ливийцы…

Наблюдая за драматическими событиями в Ливии, судьбой Муамара Каддафи, многие вслед за итальянским премьер-министром Сильвио Берлускони повторяют известное латинское изречение Sic transit gloria mundi (так проходит слава мирская). Сказанное относится не только к некогда всесильному полковнику Каддафи, последним убежищем которого стала дренажная труба.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №27, 14 июля-20 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно