О борьбе невидимой и нужной

21 декабря, 2012, 18:14 Распечатать Выпуск №47, 21 декабря-27 декабря

Аоппозиции не нужно иметь рычаги власти, если у нее есть средства связи с обществом и достаточно ума и креативности, чтобы ими воспользоваться.

© Сергея Старостенко, gazeta.ua

Тяжела доля парламентской оппозиции. Особенно она тяжела при власти, склонной к основательному авторитаризму. Победитель получает все, примкнувшие — контроль над несколькими финансовыми потоками, а те, кто против — парочку комитетов по остаточному принципу, кресло вице-спикера, пользу из которого можно извлечь только в отсутствие первых двух парламентских руководителей, да возможность выступить с трибуны, или, при случае, ее заблокировать.

С этим смирилось большинство украинцев. Как показывают последние несколько лет, с этим смирилась и сама оппозиция. Более того — научилась использовать этот факт, постоянно на него ссылаясь. «Ну и что, что у меня много прогулов?» — рассказывал в споре с движением «Чесно» довольно известный оппозиционный нардеп. — «Ну и что, что я не хожу на комитеты? Все равно мой голос там ничего не решит, Рада под контролем власти, комитеты под контролем власти...» Дальнейший спич сводился к тому, что он больше пользы принесет стране своим культурно-просветительским проектом и появлением на баррикадах митингов, чем бесполезным по сути посещением парламента. Рационально. Неясно лишь одно: зачем ему было, в таком случае, оставаться нардепом да еще и идти в парламент по новому кругу? Ведь проводить культурно-просветительскую работу и возводить баррикады можно и без статуса народного избранника.

Аргумент «мы в меньшинстве, мы не можем» стал избитым. Слишком часто на него ссылаются. Слишком часто в ответ звучит «а зачем мы тогда вас выбрали?» Когда народу прямо говорят «это вы виноваты в том, что мы недобрали голосов», в ответ можно услышать очень много фраз, самой вежливой из которых является «а что вы сделали, чтобы мы отдавали вам эти голоса? Мы не видим вашей борьбы!». В ответ: «А мы — вашей: полстраны на выборы не пришло…»

Первой «просекла фишку» ВО «Свобода». И дала народу ожидаемое зрелище: зримую борьбу с властью. Перед камерами были торжественно спилены несколько секций забора, в процессе борьбы с голосованием чужими карточками пол протерли несколькими именитыми бойцами от Партии регионов. Протест был замечен, зафиксирован, оценен, блоги прогрессивной общественности взорвались криками «мы этого несколько лет ждали». После этого свободовцы мило поболтали с теми же регионалами у трибуны и ушли, дав им возможность проголосовать чужими карточками за свои кандидатуры премьера и спикера. И волки сыты, и овцы целы, и пастуху вечная память.

Но положим руку на сердце: разве это — парламентская работа? Разве роль оппозиции в государстве может сводиться к соцсоревнованию, кто уложит на лопатки больше депутатов от власти и спилит больше секций забора? Разве ради этого мы их выбирали?

Ладно, допустим, некоторые из нас — именно ради этого. Тогда тем более стоит вспомнить, в чем заключается функция парламентской оппозиции в нормальных странах.

Это функция — контроля и информирования.

Суть ее в следующем: оппозиции не нужно иметь рычаги власти, если у нее есть средства связи с обществом и достаточно ума и креативности, чтобы ими воспользоваться. Оппозиция должна отслеживать решения власти уже на самых ранних этапах, вскрывать антиобщественные замыслы, «схемы», ловить за руку коррупционеров, беспардонных лоббистов и выставлять их напоказ. И, разумеется, предлагать альтернативные решения, альтернативные законопроекты, дискутировать. Если даже и не удастся повлиять на власть сейчас — народ оценит усилие, и к следующим выборам будет что извлечь из копилки заслуг.

Поступают ли так наши оппозиционеры?

Вспомним коррупционные скандалы последних лет. Многие ли из них вскрыла оппозиция? Отнюдь: большинство — исключительная заслуга журналистов. Оппозиция, безусловно, кое-как подхватывает эти темы, вынося их на свои знамена, но большинство ее представителей относятся к этому без особого рвения. Иногда потому, что и сами не настолько удалены от этих схем, иногда потому, что не в силах оценить значимость информации, иногда потому, что просто лень. А иногда, складывается впечатление, просто из корпоративной солидарности с властью и надежды на сохранение схем после ее смены: мол, сами такими же были и надеемся еще стать, так что такая корова нужна самому. В итоге даже журналисты, проходящие в Раду и получающие, так сказать, заметно расширенные полномочия, резко теряют способности и тягу к расследованиям. В результате многое из того, что полагается делать оппозиции, вместо нее делают пресса и наше фрагментарное гражданское общество.

Но есть механизмы, доступные только для депутатов. Речь идет, например, о присутствии на заседаниях Кабинета министров.

Сделаем небольшое отступление, чтобы было понятнее. Допустим, в голову какого-либо облеченного властью лица (речь в данном случае не о депутатах, а о тружениках исполнительной власти) пришел новый закон. Как выглядит его путь?

Начинается он в профильном министерстве. Оно готовит первоначальный текст проекта. Затем оный проходит четыре обязательные инстанции: Минюст (где проверяют его соответствие самому себе и действующему законодательству), Минэкономики (оценивают его экономическую целесообразность), Минфин (прикидывают, есть ли деньги на его воплощение) и Госкомпредпринимательства (проверяет, не создает ли он лишних сущностей, как то ненужных контролирующих органов, чье появление добьет остатки бизнеса в стране). Если проект их успешно проходит, то он попадает в секретариат Кабмина и аппарат первого вице-премьера, где формируется повестка дня на заседание Кабмина. Там он обсуждается и принимается либо отклоняется. После чего идет в комитеты Рады, в зал — на первое чтение, опять в комитеты и уже с поправками — на второе чтение. Затем на стол президенту и в редакцию «Урядового кур’єра» и «Голосу України». Ну и вступает в силу в указанный в нем срок или же сразу после публикации. Если же речь идет не о законе, а о постановлениях Кабинета министров, то их путь много короче: то же самое, что и выше, но без этапов Рады. Однако не стоит недооценивать контроль за этими «малыми правилотворческими формами»! Постановлениями можно изменить суть любого закона, а также русло и пользователей любого потока… Заметим, что ряд постановлений имеет закрытый статус и не публикуется, при этом не по причине государственной, а буржуинской тайны.

Но вернемся к законам. Так вот: на любом из означенных этапов, равно как и между ними, в нормативный акт могут вноситься изменения, появляться новые пункты или подпункты в «Прикінцевих положеннях» и пр. детали с высоким содержанием дьявола — от откровенного лоббизма до преступлений против нацбезопасности страны. Знающие люди утверждают, что иной раз изменения вносились даже на пути между подписанием и публикацией. В момент, когда готовился этот материал, Арсений Яценюк подарил нам прекрасный пример, раскопав, что в период между принятием Радой и президентской подписью в госбюджете-2013 нарисовалась масса изменений, снижающих расходы на граждан и увеличивающих — на содержание власти.

В этом и заключается одна из задач оппозиции — проверять постановления и сверять законопроекты. Просматривать. Накладывать один текст на другой и анализировать, если нужно — хвататься за головы и бежать в медиа с рассказом об ошибках или преступлениях своих оппонентов. Народ имеет право знать! По закону депутат имеет право присутствовать на заседаниях Кабмина и запрашивать всю информацию о выносимых на Кабмин документах. Правда, в последние годы Николай Азаров, наученный горьким опытом предшественницы, ввел плохую традицию: полную стенограмму заседаний теперь не выдают даже министрам, ограничиваясь протокольными поручениями, содержащими выдержки из стенограммы. Тем актуальнее становится вопрос личного присутствия! По-хорошему, каждой оппозиционной фракции стоило бы либо ввести почетную должность «постоянного представителя в Кабмине», либо просто каждый раз посылать избранных делегатов.

ZN.UA связалась с экс-министром Кабинета министров в двух правительствах Юлии Тимошенко — Петром Крупко (до того как эта должность была ликвидирована, именно на нем и его аппарате лежала подготовка заседаний Кабмина, впоследствии переданная секретариату премьера и первому вице-премьеру). Он рассказал нам, что ранее представители оппозиции (тогда это были, напомним, те же люди, что составляют сейчас власть) регулярно появлялись на открытых заседаниях Кабмина, принимали участие в дискуссиях, предлагали свои замечания. Часть из них при этом руководствовалась партийными директивами, часть пыталась защитить собственные бизнес-интересы, но они принимали активное участие в работе правительства. Получали на руки пакеты документов, имели возможность ознакомиться с изначальными текстами законопроектов, постановлений и подготовить позицию фракции по ним. Разумеется, на закрытые заседания их не допускали, но на практике Кабмин имеет право назначать закрытые для депутатов с допуском заседания только для решения собственных внутренних вопросов. И если по пришедшему из Кабмина законопроекту или постановлению станет понятно, что заседание было закрыто неправомочно — это дополнительный повод для скандала и тщательной проверки пришедших с этого заседания инициатив.

Сейчас практика оппозиционных визитов оставлена и похоронена. Конечно, можно это списывать на то, что нынешняя власть вовсе не столь демократична, чтобы позволять оппозиционерам то, что им было позволено раньше. Примерно так это и объясняют некоторые новоизбранные депутаты в личных беседах: мол, мы бы и ходили, да смысл? Все равно информацию не дадут, а если дадут, то неполную... Возникает вопрос — «А вы пробовали?»

Безусловно, риск столкнутся с УГО есть. Но должна же оппозиция делать свою работу! Да, возможно, это не настолько красочно, как блокирование парламентской трибуны, это не зафиксирует десяток видеокамер, это не восхвалят на Фейсбуке — по крайней мере, до того, как будут вскрыты по-настоящему громкие схемы или действия, прямо грозящие нацбезопасности... Но работа по оценке, упреждению и информированию общества о намерениях власти предаст существованию оппозиции смысл, а не только форму. Чтобы это произошло, нужны кадры с достаточным опытом и подготовкой, а с этим у некоторых фракций пока проблемы. Но это то, ради чего за них голосовали, и чего от них ожидает склонная к критическому мышлению часть электората. Не хватит опыта и знаний — привлеките экспертов: Мусияку, Ключковского, Безсмертного, Беспалого. Да мало ли спецов, оставшихся за пределами VII созыва!

В конечном итоге, каждой оппозиционной силе следует определиться. Либо она работает в модусе европейских оппозиционных сил – и создает эффективную машину, контролирующую действия власти и информирующую общество. Либо же, если это невозможно, она работает в революционном модусе и ведет народ на баррикады. Имитация же оппозиционной деятельности безопасна и легка, но, как показала практика, не приводит ни к каким результатам. Нельзя имитировать всю жизнь: рано или поздно руки устанут.

ZN.UA обратилась к лидерам трех политических сил с тремя вопросами:

— планируют ли они создавать теневое правительство или подключаться к формированию оного?

— каким образом хотят организовать мониторинг действий власти?

— будут ли делегировать своих представителей на заседания Кабмина?

К сожалению, Арсений Яценюк не успел ответить нам до выхода номера. Зато успели Виталий Кличко и Олег Тягнибок. 

Виталий Кличко, лидер партии «УДАР».

1. В «УДАРе» достаточно профессиональных людей, чтобы самим сформировать правительство. Но политические реалии другие, а с Партией регионов и ее сателлитами в одном правительстве мы не будем.

Что касается теневого правительства, то, к превеликому сожалению, в Украине деятельность этого органа не была эффективной. Думаю, даже мало кто из экспертов вспомнит, что как минимум две политические силы в последние годы заявляли о создании теневого правительства — но далее нескольких заседаний и заявлений дело не шло.

Ведь что является главной задачей оппозиционного правительства? Мониторинг действий власти с особым вниманием к отдельным секторам — бюджетной политике, экономике, социальной сфере. Анализ и публичная реакция на работу действующего правительства, наработка альтернативных законопроектов и предложений, к которым власть, в идеале, должна прислушиваться.

В Украине до сих пор есть несколько серьезных проблем, что делают невозможной эффективную работу теневого правительства.

Во-первых, это непубличность, критическая закрытость нынешней власти, в частности, и относительно деятельности Кабмина. Вспомните, как готовился госбюджет-2013. Даже министры и действующие депутаты не знали его ключевых параметров аж до самой минуты голосования. Это недопустимо и мы будем требовать от власти большей прозрачности.

Вторая проблема — власть абсолютно не настроена на диалог с оппозицией. Ритуальные заявления Азарова о необходимости сотрудничества вряд ли стоит принимать во внимание. Поскольку диалог начинается тогда, когда власть осознает, что оппозиция — не просто три парламентские фракции, в которые входят 180 депутатов. За ними — миллионы граждан Украины. Это нужно учитывать.

Поэтому мы не настроены тратить свое время зря и заниматься имитацией деятельности, в том числе создавая теневое правительство. Мы добьемся, чтобы наша позиция звучала, чтобы ее воспринимали, к ней прислушивались и учитывали. Это принципиально для выполнения нашей избирательной программы.

Мы планируем сосредоточиться на законодательной работе. Будем добиваться, чтобы эти законопроекты не просто вносились в сессионный зал, но и поддерживались им. Мы приложим все усилия, чтобы вернуть парламенту его независимость и авторитет. Парламентская оппозиция должна получить контрольную функцию через соответствующие комитеты Верховной Рады. Также считаем важным сформировать рабочую группу демократических сил — из представителей трех оппозиционных фракций и независимо настроенных мажоритарщиков. Она должна сосредоточиться на работе над законопроектами. Сегодня задача номер один — изменения в бюджет. Поскольку более позорный, непродуманный и драконовский к регионам и представителям бюджетной сферы документ сложно себе и представить. Вот в этих вопросах демократические силы должны координировать свои действия и добиться их принятия.

2. Первая линия контроля — принуждение власти к соблюдению требований Конституции, законов Украины и регламента, в частности, относительно личного голосования и прохождения всех законопроектов через комитеты, а также полноценного их рассмотрения в ВР. Голосование в двух чтениях и в целом за одну минуту, как это было в прошлом парламенте, когда наиболее одиозные законы принимались за пять минут, должны уйти в прошлое.

Демократические силы уже начали это делать в парламенте, требуя личного голосования. Пленарное заседание должно начинаться с объявления отсутствующих и изъятия их карточек. Мы каждый день будем требовать так делать. Мы также уже внесли постановление о срочном введении системы голосования, которая предусматривала бы использование сенсорной кнопки, чтобы сделать физически невозможным голосование вместо других депутатов. Будем требовать на регламентном комитете рассмотреть примеры кнопкодавительства, зафиксированные журналистами уже на этой сессии, и применять санкции к нарушителям — вплоть до запрета принимать участие в нескольких заседаниях. Мы заставим придерживаться регламента и в комитетах, и в сессионном зале.

Следующая линия контроля — анализ решений власти (законов, правительственных постановлений и указов президента) на коррупционную составляющую. Мы инициируем создание временной следственной комиссии по изучению фактов коррупции высших должностных лиц и хотим привлечь к этому внимание общества, заставить правоохранительные органы реагировать на этот фактаж.

Кроме этого, во время избирательной кампании в ходе реализации проекта «Люстрация власти» мы отработали механизм интерактивного взаимодействия с гражданами. Мы должны развить этот опыт для контроля решений и действий власти.

В конечном итого, мы планируем максимально использовать контрольные полномочия парламента. Это — «дни правительства», когда мы заставим руководство и членов Кабинетами министров перед всей страной объяснять провалы в работе правительства. Также это — деятельность Временных следственных комиссий, которые нужно наделить большими полномочиями, дабы их труды и наработки не шли в корзину. И еще — бюджетный контроль: должны заставить работать Счетную палату, которая сообщала бы обществу о случаях злоупотребления бюджетными средствами.

3. Мы считаем, что главная функция парламентской оппозиции — контрольная. Принимать участие в заседаниях правительства целесообразно лишь в том случае, если это будет иметь значение в контексте контроля власти, законности и прозрачности принимаемых ею решений. Массовкой мы работать не будем.

Олег Тягнибок, лидер ВО «Свобода».

1. Как оппозиция, мы должны обеспечить качественное оппонирование действиям власти в законодательной плоскости. Еще перед выборами мы договорились с нашими партнерами о перечне первоочередных законодательных инициатив, которые мы не только внесем, но и единогласно проголосуем. Кроме того, накануне выборов «Свобода» презентовала пакет собственных инициатив, которые мы предложим к рассмотрению Верховной Рады VII созыва.

Сегодня оппозиционные силы совершают все необходимые шаги, чтобы обеспечить наше единство, поэтому было бы нелогичным единолично принимать решение о создании собственного оппозиционного правительства каждым из представителей оппозиции отдельно. Мы еще не рассматривали вопрос создания общего оппозиционного правительства, но уже отрабатываем механизмы качественной межфракционной коммуникации и общие позиции относительно оппонирования действиям власти.

2. Нынешний режим практически не реагирует на законные требования общественности, СМИ и даже народных депутатов отчитываться перед обществом за свои шаги, такие как трата средств Государственного бюджета и др. Очевидно, что лишь общие усилия общества, медиа, депутатов Верховной Рады Украины и местных советов позволят привести действующую власть в сознание, заставят отвечать про использование государственных средств и исполнение чиновниками полномочий, возложенных на них налогоплательщиками. Первым из наших шагов должно быть опубликование всех известных фактов коррупции со стороны чиновников.

3. Гласность и открытость органов государственной власти и местного самоуправления предусмотрены Конституцией и законами Украины. Мы будем использовать все имеющиеся у нас полномочия ради возможности донести наши позиции по тем или иным вопросам до Кабмина, в том числе рассмотрим возможность участия в заседаниях правительства и адекватного реагирования на антиконституционные, антигосударственные решения руководителей исполнительной власти.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно