НАТОВСКИЙ «УРОЖАЙ» В МАКЕДОНИИ

31 августа, 2001, 00:00 Распечатать

НАТО вновь спасает Балканы от войны. Несмотря на то, что за последние несколько лет происходит это ...

НАТО вновь спасает Балканы от войны. Несмотря на то, что за последние несколько лет происходит это уже в третий раз, операция миротворческих сил альянса в Македонии «Основной урожай» значительно отличается от аналогичных, проводившихся в Боснии и Герцеговине и Косово. Во-первых, их нельзя сравнить по численности контингентов миротворцев — в первых двух участвовали соответственно 200 и 46 тысяч военнослужащих, из 28 и 39 стран мира, сейчас же задействовано всего лишь 3,5 тысячи солдат из 12 государств, входящих в Североатлантический блок.

 

Разнятся и задачи военных в этих операциях. Если в Боснии миротворцы должны были обеспечивать мир, оказывать помощь беженцам и участвовать в реформировании боснийской армии, а в Косово — разоружать АОК и предотвращать межэтнические столкновения, то в Македонии они призваны лишь наблюдать за разоружением албанских боевиков.

В первых двух случаях натовцы имели мандат на арест обвиняемых в военных преступлениях, а также на применение силы, сейчас же они этого лишены. И самое главное — «урожай» должен быть собран в течение тридцати суток. В общем, говоря о новой натовской операции, легче определить не то, что военнослужащие альянса будут делать в Македонии, а то, чего они делать не будут. Западные политики объясняют это тем, что ситуация в Македонии отличается от предыдущих конфликтов на Балканах, поскольку в стране существуют демократически избранные органы власти, в которые входят представители разных этнических общин.

Генеральный секретарь НАТО Джордж Робертсон назвал размещение на македонской земле миротворческого контингента «историческим шагом на пути к безопасности и стабильности на Балканах». А многочисленные международные обозреватели и аналитики поспешили выразить свое скептическое отношение к результатам миссии альянса. Главные вопросы, которыми они задаются, насколько реально собрать оружие албанских боевиков за установленные 30 дней и что случится, когда эти 30 дней истекут?

Сегодня уже можно назвать наиболее «тонкие места» международного плана урегулирования ситуации в Македонии за счет введения на ее территорию ограниченного контингента НАТО.

Прежде всего — это соблюдение режима прекращения огня сторонами конфликта. Полгода вооруженного противостояния на македонской земле убедили всех желающих в том, что ни албанские повстанцы, ни правительство страны не могут похвастаться наличием достаточно организованных и дисциплинированных вооруженных группировок. Не имеют они также и необходимого количества современных средств связи, обеспечивающих доведение команд вышестоящего руководства до последнего солдата. Такое положение неизбежно станет причиной множества мелких (а может и значительных) столкновений между противоборствующими силами на низшем уровне, возникающих в подобных ситуациях либо из-за недоразумений, либо по инициативе не в меру ретивых командиров.

И если какая-либо из сторон понесет в результате этого серьезные потери, за ответными действиями дело не станет. Опять насилие начнет расти как снежный ком. Непонятно, что будут делать военнослужащие альянса, если окажутся свидетелями вооруженных стычек между боевиками и правительственными войсками. Согласно их мандату, они не должны вмешиваться в ситуацию с тем, чтобы спасти режим прекращения огня. Ведь уже сейчас представители НАТО всячески подчеркивают, что у македонского контингента фактически нет миротворческого мандата. Развитие ситуации по такому сценарию неминуемо подорвет доверие ко всей операции.

Совершенно непонятна сегодня ситуация с возвращением территорий, захваченных албанскими боевиками. Решение этого вопроса можно, пожалуй, считать главным вызовом для альянса, а также ОБСЕ и Наблюдательной миссии ЕС, участвующих в операции. Контроль над этими территориями является ключевым вопросом для каждой из сторон конфликта. Никто не знает, что может произойти, если албанцы из Национальной освободительной армии (НОА) не позволят македонской полиции и беженцам-славянам вернуться в оккупированные боевиками населенные пункты. Или если возобладает другая крайность — македонские силы безопасности, возвратившись в села с преобладающим албанским населением, начнут сводить с местными жителями счеты за действия НОА. И в том, и в другом случае военнослужащие НАТО не смогут вмешаться и ликвидировать предпосылки возникновения новой волны насилия. Не будет альянс и выполнять роль полицейского и следить за выполнением мирного соглашения, которое дает больше прав албанскому населению Македонии.

Успеху операции не могут способствовать и серьезные политические разногласия: в политическом руководстве Македонии относительно миссии НАТО. Многие наблюдатели считают этот фактор главным препятствием на пути воплощения в жизнь международного мирного плана. Патриотически настроенные члены македонского парламента заранее объявили этот план «абсолютно неприемлемым» и призвали законодательный орган страны проголосовать против него. Аналогичное отношение к нему высказали и три радикальные албанские группировки, призвавшие НОА продолжать вооруженный конфликт.

Много вопросов возникает и относительно процесса сбора оружия — главной и единственной миссии НАТО в Македонии. По окончании операции натовцы должны дать абсолютные гарантии македонскому правительству, что боевики сдали все имеющееся у них оружие. Такие обещания вызывают улыбку даже у неискушенных наблюдателей. Хотя альянс добился получения от НОА перечня вооружений, которое албанцы собираются передать миротворцам, этот документ нельзя считать адекватным реальности. Сама природа албанской партизанской организации не может позволить ее руководителям провести полную инвентаризацию имеющегося у боевиков оружия. Будьте уверены, почти каждый из них захочет оставить себе что-нибудь «на всякий пожарный случай».

Больше же всего НАТО опасается, что НОА последует примеру Освободительной армии Косово и, сдав небольшую часть имеющихся у нее вооружений, остальное придержит в специальных хранилищах «до лучших времен». Судя по всему, к этому идет. Во всяком случае, пока в руки миротворцев передаются устаревшие образцы стрелкового оружия главным образом югославского производства времен Второй мировой войны. Не имея права искать оружие, применять силу для разоружения албанских боевиков, натовцы будут вынуждены верить руководству НОА. Они соберут лишь то оружие, которое будет сдано добровольно. Опять же непонятно, как НАТО сможет оставаться в стороне, пока представители власти в Скопье и лидеры боевиков спорят о том, сколько именно единиц оружия подлежит сдаче. Все это неизбежно даст право сторонникам жесткой линии в македонском правительстве обвинить альянс в провале выполнения взятой им на себя миссии.

Ну а четко определенное время продолжения миссии вообще не может вызвать ничего, кроме недоумения. Ведь из балканского опыта давно пора извлечь один важный урок — операции, основанные на согласии, а не принуждении, плохо совмещаются с жесткими временными рамками.

И, наконец, последнее — самооборона миротворцев. Напомним: силу применять в Македонии они не имеют права. В отличие от других аналогичных операций, здесь контингент НАТО имеет лишь легкое стрелковое оружие, на вооружении у него нет ни артиллерии, ни бронетехники, ни боевых вертолетов. Даже военнослужащие, выполнявшие миссию под эгидой ООН в Боснии, были вооружены лучше. Предполагается, что защиту натовских солдат обеспечат посредники, которые будут присутствовать в штабах как македонской армии, так и НОА. Однако в случае, если вооруженное противостояние вспыхнет вновь, миротворческий контингент будет вынужден немедленно покинуть Македонию.

Незащищенность миротворцев продемонстрировала первая потеря контингента, которую он понес в самом начале операции. 22-летний британский военный инженер Иэн Коллинс стал жертвой толпы македонской молодежи. Он ехал с коллегой на армейской машине из аэропорта в Скопье. Кусок цементной плиты, брошенный из толпы, пробил ветровое стекло и попал Коллинсу в голову. Машина потеряла управление и разбилась. Пострадавший был сначала доставлен в американский военный госпиталь в соседнем Косово, но затем переведен в университетскую больницу в Скопье, где спустя несколько часов скончался.

Сразу после этого инцидента многие ведущие европейские газеты назвали операцию «Основной урожай» «авантюрой, сопряженной с непредсказуемыми рисками». С ними были согласны и большинство экспертов, занимающихся проблемами Балкан. К примеру, профессор британского Королевского военного института Джонатан Айл убежден, что у нынешнего плана НАТО нет абсолютно никаких шансов на положительный результат. По его словам, он еще не встречал ни одного западного военного стратега, который бы верил в успех этого предприятия. Поэтому он полагает, что сегодняшний ограниченный контингент в Македонии со временем неизбежно превратится в довольно внушительное военное присутствие. Причем натовские войска останутся в этой стране надолго, не имея, как это свойственно балканским конфликтам, какого-либо четкого представления о собственных целях.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №29, 11 августа-17 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно