КРИЗИС ОППОЗИЦИИ

20 апреля, 2001, 00:00 Распечатать Выпуск №16, 20 апреля-27 апреля

Блицкриг оппозиции не удался. Именно такая неутешительная мысль гуляет ныне в среде самой оппозиции...

{Фото УНИАН}
 
{Фото УНИАН}

Блицкриг оппозиции не удался. Именно такая неутешительная мысль гуляет ныне в среде самой оппозиции. Оппозиционным средам не удалось в полной мере овладеть зимним политическим кризисом и заставить власть считаться с собой — хотя бы превратиться в ее реальный противовес в сознании большинства населения Украины. Теперь, после политического кризиса в государстве, потихоньку начинает намечаться кризис оппозиции.

«Кассетный скандал» и дело Гонгадзе стали катализаторами антипрезидентских выступлений и способствовали объединению оппозиции. Но последняя допустила несколько существенных ошибок, из которых следует сделать выводы.

1) Во-первых, оппозиции можно смело ставить слабенькую троечку за организационные моменты. Слишком уж не хватало хороших организаторов, которые наладили бы не так связь между отдельными регионами, как систему ответственности и дисциплины в оппозиционной среде. Опыт истории учит: насколько тяжело поднять украинское Гуляй-Поле, настолько же трудно удерживать его в определенных рамках и направлять в нужное русло. Более того, массам, поддерживавшим оппозицию, следовало организовывать учения по правилам поведения во время уличных акций, осуществлять агитационно-пропагандистскую подготовку. Дисциплина привлекает симпатии значительно более широких масс, чем анархия.

Понимание всего этого приходило в ходе «революции». И потому было любопытно наблюдать студенческую инициативу по проведению «учений». В процессе общения со студентами и их инструкторами я узнал для себя немало любопытного. Например, что при использовании против демонстрантов слезоточивого газа необходимо дышать через фильтр от сигареты и на всякий случай стоит захватить на демонстрацию очки для плавания. Также я узнал о способах борьбы против «беркутовцев» и даже о том, что при расклеивании листовок нужно расходовать 17 граммов клея на один лист формата А-4.

Где же были эти советы в начале «революции»? Неужели все готовились к тому, что Кучма отречется от власти, послушав собственный голос на кассетах? Или что Президента замучает совесть при постоянной апелляции к памяти о Гии Гонгадзе?

Во-вторых, оппозиция увлеклась работой среди городского населения, забыв о периферии. Село осталось практически вне зоны внимания агитаторов. А между тем кризис совпал с «мертвым сезоном» для крестьян, поэтому следовало позаботиться о популярных лозунгах, которые могли бы всколыхнуть село. Скажем, в середине января во многих украинских селах, где проведен газ, начало падать давление в трубах. Народ по простоте своей, не зная даже о существовании «Итеры» и украинско-российских договоренностей, начал связывать этот досадный момент с отставкой Юлии Тимошенко. «Вот пока была Юля — и газ нормально подавали», — возмущался народ на моей родной Уманщине. Дай в этот момент крестьянам лозунги и платформу — они хотя бы процентов на 10 включились в «революцию». А так — дождались посевной: с 7 апреля, в соответствии с агрокалендарем и традициями, начинается пора полевых работ, то есть село для оппозиции потеряно. (Еще Владимир Мономах на Долобских озерах настаивал, что в поход нужно выступать до того, как засеют ниву.)

В-третьих, оппозиция так и не смогла создать какой-никакой единый руководящий орган типа Директории 1918 года — чтобы объединенное антирежимное движение смогли возглавить не полтора десятка, а три-пять лидеров, если уж невозможно найти одну приемлемую для всех харизматическую фигуру. «Хорошо, Украина — без Кучмы, а кто вместо Кучмы?» — спрашивали в народе. Большинству требовалась определенность, оно не могло мыслить категориями «коллективный лидер» или «с лидером будем определяться потом». Большинству хотелось видеть этого лидера — хорошего или плохого.

В-четвертых, оппозиция слишком увлеклась Ющенко, и от этого увлечения также чувствительно пострадала. Сам Виктор Андреевич не стал героем-суперменом, каковым его желали видеть оппозиционеры (вспомним его политическую жеманность в течение последних месяцев и заигрывания то с оппозицией, то с олигархами или то же «заявление троих»). Его присутствие во власти и принадлежность к Системе обезоруживали многих желавших бороться против этой Системы. Виктор Пинзеник на недавнем совете партии «Реформы и порядок» заявил: «Виктора Ющенко партия поддерживает и в дальнейшем как премьера-реформатора. Партия постоянно была в оппозиции к Системе. В этом смысле Виктор Ющенко также является оппозиционером, поскольку способствует разрушению нынешней системы». Подобного мнения придерживаются многие центристы — не нужно выступать против Кучмы, чтобы не навредить Ющенко. Оппозиция сама подсказала власти два любопытных шага:

1) Переключить внимание общественности с «плохого» Кучмы на «доброго» Ющенко (дескать, пока вы здесь воюете с Кучмой, олигархи готовят свержение Ющенко — давайте не заниматься ерундой, а поддерживать премьера. Отсюда и многочисленные митинги в поддержку Ющенко, и сбор подписей, что едва ли поможет Виктору Андреевичу, если Президент пожелает его «сдать». Хотя, с другой стороны, это может быть неплохая база данных для кого-нибудь перед грядущими парламентскими выборами);

2) оставить Ющенко как символ реформ, окружив его сплошь представителями генералитета и ставленниками олигархических кругов. Этакий симбиоз «реформ» и «порядка».

Младшее поколение оппозиционеров особенно остро чувствует натянутость ситуации вокруг Ющенко. «Нужен ли нам Ющенко любой ценой? Нужен ли нам Ющенко только потому, что он Ющенко? Не лучше ли ему уйти в отставку и честно заявить о своей поддержке оппозиции?» — спрашивают они. Но ведь Ющенко уже откровенно задекларировал — причем неоднократно — свою позицию. Он — вместе с властью и в оппозицию не собирается. «Ющенко более опасен, чем Кучма, поскольку он является Кучмой с белым платочком в нагрудном кармане, представителем Системы, приобретшим европейские привычки», — утверждал Олесь Доний. Недопущение критики премьера могло быть выгодным только в том случае, если бы оппозиция сделала четкий и однозначный упор на недопустимости превращения кризиса политического в кризис экономический. Но этот лозунг если и прозвучал, то слишком тихо и неслышно. Общественности стало ясно, что оппозиция зависит персонально от Ющенко (особенно учитывая статьи в «Часі», где уже прогнозируется переход Ющенко в оппозицию и даже состав возглавляемого ним «теневого кабинета»).

Можно приводить множество иных аргументов в пользу того, что оппозиция упустила немало моментов и не использовала великое множество неосознанных «пасов» со стороны власти. Кажется, фронде самой не верилось в то, что она превратилась в довольно заметную силу и может противостоять Президенту. Тарас Чорновил не случайно указал на наличие «дурноватой» власти, допускающей ошибки, и «безголовой» оппозиции, не умеющей воспользоваться этими ошибками.

Несмотря на все, оппозиция еще не проиграла. Потерпела поражение тактика блицкрига — «молниеносной войны». Следует готовиться к затяжным позиционным «боям». Тарас Стецькив, выступая на семинаре «Украина после Кучмы» в конце марта текущего года, справедливо отметил: первое активное выступление оппозиции против Милошевича в Югославии состоялось еще в 1992 году. Нашей оппозиции — лишь несколько месяцев.

2) Поражение «блицкрига» и крах надежд на быстрое завершение процесса отставки Леонида Кучмы и его окружения привели к некоторому разочарованию в потенциальных возможностях оппозиции. Начало появляться полупараноидальное ощущение того, что затягивание «революции» кому-то выгодно. Взгляните на сообщения интернет-сайтов и вы увидите, кого только не сватают в «отцы» «кассетного скандала» в Украине. Тех, кого можно было бы считать инициаторами и заказчиками акции Мороза — Мельниченко, можно распределить следующим образом:

а) окружение Президента (эсдеки, трудовики, Е.Марчук);

б) российские круги (В.Путин, Л.Черной);

в) западные круги (К.Паскуале, администрация США, Дж.Сорос, «Shell», Германия).

Видимо, правда о кассетном скандале выплывет не скоро. Более того — всей правды мы никогда не узнаем. И свои догадки сможем строить лишь на эмпирическом материале: кто от этого больше всех выиграл? Кто и как себя вел? Кто сорвал самые большие дивиденды? Есть только две силы, которые невозможно заподозрить в организации революции: Леонида Кучму и нынешнюю оппозицию.

Ощущение того, что последней удачно манипулируют, усиливается не только тем, что сегодняшние основные политические процессы в Украине происходят без участия оппозиции. Пока велись войны оппозиционеров с Президентом и его администрацией, в Украине постепенно изменились внешнеполитические ориентиры — с Запада на Восток. Произошло «перераспределение» власти — у олигархов инициативу исподволь перехватили региональные лидеры — преимущественно при материальной поддержке двух ветвей донецкого клана. Изменилась ситуация в парламенте и в правительстве. И все это — фактически без участия оппозиции.

Даже процессы в оппозиционной среде начинают провоцировать недовольство отдельных ее участников. Возможно, в оппозиции ожидается «второй призыв» — преимущественно из среды Народного руха Украины, Украинского народного руха и «Реформ и порядка». Но это возможно только в случае отставки Виктора Ющенко. «Свежая кровь» не будет означать качественного улучшения оппозиции. «Старики»-оппозиционеры (не по возрасту, а по стажу) будут враждебно относиться к «новобранцам». Попробуйте объединить в одной структуре Чорновила и Кендзьора — и это только один узел разногласий, а их накопилось немало.

Тем не менее оппозиция уже в ожидании «весеннего призыва». И даже начинает делить портфели. Вот проект теневого Кабинета министров по версии «Часу», который может сформироваться после отставки Виктора Ющенко: премьер-министр — В.Ющенко, первый вице-премьер — А.Матвиенко, вице-премьер по гуманитарным вопросам — С.Головатый, вице-премьер по ТЭК — Ю.Тимошенко, правительственный секретарь — С.Соболев, министр обороны — З.Ромовская, министр иностранных дел — Б.Тарасюк, министр внутренних дел — Ю.Кармазин, министр АПК — Р.Шмидт, министр промышленной политики — Н.Павловский, министр экономики — С.Терехин, министр финансов — А.Турчинов, министр науки и образования — К.Сытник, министр труда и социальной политики — Е.Жовтяк, экоминистр — А.Мельников, министр культуры и искусств — Н.Косив, министр юстиции — В.Стретович, министр транспорта — И.Салий, министр по делам семьи и молодежи — В.Онопенко, министр по вопросам чрезвычайных ситуаций — Ю.Костенко, председатель Госкомитета по вопросам информационной политики — Н.Томенко, генеральный прокурор — В.Шишкин, председатель СБУ — А.Жир.

Даже неспециалисту видно, что подобное «правительство» должно стать своеобразным компромиссом между четырьмя партиями — НРУ, УНР, «Батькіщиною» и ПРП. А где же социалисты, приложившие немало сил в первом туре «революции»? А как объяснить Тарасу Чорновилу и Тарасу Стецькиву, что они должны поступиться местом в правительстве более революционным и более заслуженным Соболеву, Терехину, Косиву? Я лично этих людей во время подготовки разнообразных акций не встречал. Да и Романа Михайловича Шмидта в революционных порывах никогда не мог заподозрить. А как в одном правительстве совместить таких антиподов, как Зорислава Ромовская и Роман Шмидт, между которыми, кстати, не завершена судебная тяжба?

Хочется верить, что теневое правительство — это лишь проект газеты «Час», которому не суждено сбыться. Но подобные планы также провоцируют не очень здоровые тенденции. И чем больше затягивается революция, тем больше шансов на повторение традиционной схемы: великий бунт — размежевание на жирондистов и якобинцев — взаимопожирание — самопожирание — приход Наполеона. Украинского Наполеона пока не видно. Но он появится под конец — просто не реализован весь логический ряд по французскому сценарию конца ХVІІІ века.

3) Одним из признаков «кризиса оппозиции» и стремления наобум наметить тактику после поражения «блицкрига» является тезис Юлии Тимошенко о необходимости провести референдум о недоверии Леониду Кучме. О референдуме Юлия Владимировна говорит после выхода из Лукьяновского СИЗО. Но наиболее концентрированно эта идея прозвучала в прошлую субботу на заседании Форума национального спасения.

Логика Юлии Тимошенко простая: мы не можем отправить Кучму в отставку, пока не продемонстрируем волю народа. Иначе на любой наезд оппозиции Кучма будет отвечать: «У меня — поддержка 16 миллионов населения Украины». Юлию Владимировну поддержал и Александр Мороз, желающий начать подготовку к референдуму «уже немедленно».

Однако эта идея не лишена недостатков и слабых мест. И они даже доминируют над ее внешней привлекательностью.

Во-первых, сосредоточившись на идее референдума, мы персонифицируем врага. Все силы оппозиции в этом случае будут направлены против Кучмы, а не против системы, породившей его. Бить нужно не по последствиям, а по причине. Референдум не разрешает эту проблему.

Во-вторых, технически референдум почти невозможен. Тарас Чорновил подчеркивал: «Реально собрать, а не переписать из каких-то ведомостей три миллиона подписей, когда люди должны поставить свой номер паспорта и адрес (ведь очень хорошо будут знать, что в том же Кировограде или Полтаве предложат написать заявление об увольнении), сегодня этих подписей мы можем и не собрать».

В-третьих, в старом законе о референдуме определено, что комиссии формируются властью, а во время голосования не предусмотрен такой момент, как наличие наблюдателей. А на новый закон о референдуме Президент наложил вето...

В-четвертых, референдум, если и состоится, то совпадет с моментом, когда основные усилия политических партий будут направлены на избирательную кампанию — не стоит забывать, что впереди у нас парламентские выборы. Увлекшись идеей свержения Кучмы, оппозиция может проиграть выборы. И тогда олигархически-коммунистический парламент сможет отбросить на обочину и самого Кучму, и оппозицию — мавры сделают свое дело и смогут уйти. А что до усиленной предреферендумной агитации, то впереди лето, а народ не очень восприимчив к агитации в период отпусков.

В-пятых, не следует сбрасывать со счетов возможность того, что Леонид Кучма сам поддержит идею референдума «по народной инициативе» и продемонстрирует оппозиции «всенародную любовь» к себе. Такого поражения оппозиция не выдержит. 10 апреля, кстати, Кучма уже заявил, что он не против референдума, но не видит возможностей для его проведения.

Как бы там ни было, но не стоит забывать и решение Конституционного суда Украины запретить референдумы о доверии или недоверии органам государственной власти. Вадим Долганов в «7 днях» даже сыронизировал: «Придется, мол, оппозиции самой и подписи собирать, и комиссии формировать, и бюллетени считать. Только чем тогда такой референдум будет отличаться от обычного социологического опроса?» Тем более что Леонид Кучма даже после удачно (с точки зрения оппозиции) проведенного референдума сможет заявить: «Вы отказались признавать мой референдум, а я не буду признавать ваш», и едва ли согласится уйти в отставку даже под давлением такого мощного аргумента, как воля народа. На давление Европы и мирового сообщества также рассчитывать не приходится — Европа нам, как мы знаем, давно не указ.

В сложившейся ситуации народные депутаты Тарас Стецькив и Тарас Чорновил указали на опасность персонификации власти: Кучма может быть смещен самими олигархами, а на его место придет Тигипко, Азаров или Медведчук. И именно поэтому они выступают с откровенной критикой референдума (эту позицию одно электронное издание уже поторопилось охарактеризовать как «Стецькив против Тимошенко»). И все же очевидной является необходимость не просто подвергать критике позицию Тимошенко, но и предлагать конкретные пути деятельности оппозиции.

Нынешняя ситуация такова, что политик, который предложит самый оптимальный путь развития и деятельности оппозиции в новых условиях «затяжной революции», автоматически превратится в лидера оппозиции. И не нужно переживать, что сама оппозиция может претерпеть ряд мутаций и изменений. В небытие могут уйти одни структуры, на их месте активизируются другие. Также на обочине рискуют оказаться одни политики, но на смену им придут другие — с новым видением проблем и путей их разрешения.

4) После провала «блицкрига» в довольно любопытной ситуации оказалась одна из оппозиционных структур — общественный комитет сопротивления «За правду!». В декабре прошлого года это объединение образовалось как региональная оппозиционная группа, поставившая своей целью моральное оздоровление общества. Внешний идеализм и оторванность от проблем сегодняшнего дня компенсировались тем, что в комитет «За правду!» вошли люди, которых никак нельзя считать романтиками от политики: народные депутаты Т.Стецькив и Т.Чорновил, лидер студенческой революции 1990 года Маркиян Иващишин, журналисты, бизнесмены, ученые, студенты.

«За правду!», в отличие от других комитетов (ФНС, УБН), имел несколько преимуществ. Во-первых, более умеренный характер, что способствовало достаточно широкому привлечению в комитет и в оппозиционное движение представителей интеллектуальных кругов. Во-вторых, «заправдовцы» разработали довольно любопытную и за короткое время ставшую популярной символику. В-третьих, акции «За правду!» отличались организованностью, лаконичностью, точностью и были лишены банальностей и безвкусицы. В-четвертых, идеология комитета била по подсознанию человека, поскольку задевала вопросы нравственности, духовности, общественного катарсиса. В-пятых, ОКС «За правду!» начал наводить мосты между общественным движением и церковью. В-шестых, он больше всех прочих работал в студенческой среде и сумел заинтересовать студенчество. В-седьмых, именно «За правду!» первым выступил с вопросом: хорошо, Украина без Кучмы, но что будет после Кучмы? Можно перечислять и другие плюсы ОКС «За правду!»

Кто-то обвинял «заправдовцев» в излишней умеренности. Кто-то восхищался эстетикой акций во Львове. Между тем довольно долго комитет «За правду!» воспринимался как львовская, а не всеукраинская акция. Подобное восприятие акции продолжалось до 9 марта, когда в Киеве состоялся съезд ОКС «За правду!». В тот же день киевская милиция избила участников акции, чем способствовала распространению информации и возрастанию популярности движения в Украине и за ее пределами. То, чего сами «заправдовцы» добиться не смогли бы — массовой молниеносной «раскрутки», — за них сделала власть. Очень быстро возникли центры «За правду!» по всей Украине. Особенно популярным движение стало среди студентов.

В то же время наметилась еще одна любопытная тенденция. Студенты, которых избила и задержала киевская милиция, радикализировались, озлобились, и, как следствие, действия «За правду!» в течение марта этого года максимально приблизились к действиям УБК или Форума национального спасения. Появилось и два взгляда на дальнейшую деятельность «За правду!». Одна часть «заправдовцев» настаивала на том, чтобы унифицировать действия комитета и осуществлять его деятельность в русле Форума национального спасения, другая считала, что «За правду!» должно быть самостоятельным оппозиционным движением, которое не должно подчиняться Форуму. По мнению первых, необходимо доказывать единство оппозиционных сил и нельзя распылять силы на этапе, когда нужна сплоченность. По мнению вторых, в 1990 году «Народная Рада» и «реальные» политики, пользуясь жаргонной терминологией, «кинули» тогдашнее студенчество. Так почему же не ждать подобного «кидания» теперь уже со стороны таких «зубров» политики, как Юлия Тимошенко или Александр Мороз, с которыми комитет пока не может состязаться?

Отметим: пока! Мировой опыт учит: умеренные течения на этапе «спада» революционного движения и перехода его в затяжную форму начинают играть большую и более заметную роль, чем радикалы. Вспомните радикальное движение Балгангатагара Тилака в Индии и умеренное, полуфилософское-полуиррациональное течение Мохандаса Карамчанда Ганди. Вспомните умеренных кадетов в России между первой и второй революциями. Вспомните галицкое Украинское национально-демократическое объединение, бывшее до 1939 года самой массовой и влиятельной украинской политической силой в Галиции — несопоставимо более массовой, чем радикальная ОУН.

Не отвергая лозунга изменения системы власти в Украине, комитет «За правду!», видимо, теперь может сосредоточиться на нескольких моментах, которые будут способствовать его дальнейшему развитию. Первым может стать институционное развитие украинского общества и разработка действенных механизмов общественного контроля над системой власти, наработка конкретных предложений по изменению власти и законодательства. Вторым моментом — контроль над выборами. Третьим — налаживание отношений с церковью и превращение в определенного посредника между церковью и политикумом (функции, выполнявшиеся на Западе рыцарскими орденами). Четвертым моментом является работа на селе и среди студенчества, в иных корпоративных группах с агитационно-пропагандистскими целями. Шестое — это мониторинговая деятельность для информирования мирового сообщества о положении дел в Украине. Таким образом, «За правду!» может превратиться в политически определенную, довольно разветвленную в организационном плане, иерархизированную, с хорошо поставленной системой подбора и подготовки кадров общественную организацию с внутренней дисциплиной, идеологией, принципами работы. Не стоит иронизировать: дескать, очередная парамилитарная структура. Существует дисциплина и самоорганизация галицкого типа, прекрасно проявившая себя в Киеве в 1918 — 1919 годах и базирующаяся на традиционной германской модели. Именно она может лечь в основу организационного момента в деятельности «За правду!».

Что до остальных оппозиционных структур — ОКС «За правду!» может делегировать одного-двух представителей в Форум национального спасения для обеспечения взаимной информированности об акциях обеих структур и для недопущения деятельности, направленной на противостояние между ними.

В этом случае исчезнет и чувство манипулированности, и опасения, что кто-то кого-то снова «кинет» и использует в своих целях, и даже референдум по инициативе Юлии Тимошенко превратится в дело, поддержка которого станет делом совести каждого, а не оппозиции в целом. Да и оппозиция сможет приобрести новые формы и предстать в новой — более конструктивной — ипостаси. Ведь с одними лишь лозунгами «Геть!» и «Ганьба!» думать о будущем невозможно.

Особенно, когда у многих сторонников оппозиции чувствуется «кризисный синдром» и разочарование от провала блицкрига.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 8 декабря-14 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно