КЕМП-ДЭВИДСКОЕ ФИАСКО

28 июля, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №30, 28 июля-4 августа

Нет, не нужно было Биллу Клинтону выбирать для палестино-израильских консультаций на высшем уровне свою летнюю загородную резиденцию в живописном уголке Мэриленда...

Нет, не нужно было Биллу Клинтону выбирать для палестино-израильских консультаций на высшем уровне свою летнюю загородную резиденцию в живописном уголке Мэриленда. Конечно, он хотел как лучше, к тому же ему не давали покоя лавры главного ближневосточного миротворца Джимми Картера, при посредничестве которого двадцать два года назад в этом самом месте премьером Израиля Бегином и президентом Египта Садатом были подписаны документы, определившие судьбу Ближнего Востока на последующие десятки лет. Тогда Советский Союз потерял свой египетский оплот в регионе, а американцы получили возможность использовать территорию Египта в качестве плацдарма для развертывания сил быстрого реагирования. Одновременно в выгодном для Вашингтона и Тель- Авива ключе была решена и палестинская проблема. Палестинцам было предоставлено ограниченное самоуправление на Западном берегу реки Иордан и секторе Газа при сохранении фактического израильского контроля над этими территориями.

Однако результат попытки второй раз войти в одну и ту же реку заранее известен, поэтому Кемп-Дэвид не стал удачливым талисманом для президента США, и Клинтон таким образом не смог «застолбить» себе место в американской истории как политический деятель, решивший проблему сосуществования палестинцев и израильтян и под занавес своего правления ставший «повивальной бабкой» ближневосточного урегулирования.

В начале июля американский лидер, надеясь добиться заключения перманентного мирного договора между израильтянами и палестинцами, решился на отчаянный шаг и предложил провести решающий трехсторонний саммит. Его поддержал и премьер Израиля Эхуд Барак, понимая, что отступать уже некуда. Израильско-палестинские переговоры и так безнадежно отстали от графика, в соответствии с которым мирное соглашение должно быть подписано в сентябре нынешнего года. Однако уже в момент объявления решения о проведении саммита мало кто смотрел на его будущий исход с оптимизмом — ведь решение самых главных и самых сложных вопросов — таких, как статус Иерусалима, будущее еврейских поселений, граница и судьба палестинских беженцев, — долгое время находилось на точке замерзания. Еще в июне администрация Клинтона признавала, что палестинцы и израильтяне пока не готовы окончательно разрешить конфликт, разделяющий их 52 года, а один официальный американский представитель оценил вероятность успеха на саммите всего в 30 процентов.

Ситуацию осложняло и то, что правительство Барака только что едва устояло на ногах, а главный переговорщик израильтян министр иностранных дел Давид Леви отказался ехать с делегацией в Вашингтон. Тем временем палестинцы времени не теряли. Их лидер Ясир Арафат в очередной раз заявил, что если к сентябрю добиться мира не удастся, то его народ приступит к исполнению своего намерения учредить независимое государство на самоуправляемых территориях, которые он получил в соответствии с достигнутыми ранее в том же Кемп-Дэвиде договоренностями, и пригрозил снова начать интифаду.

Арафату не нужны были никакие саммиты. Израильский премьер и так предложил палестинцам беспрецедентные условия заключения соглашения, которые еще год назад невозможно было даже вообразить. Он просил взамен лишь гарантий, что у палестинского государства не будет больше претензий к Израилю.

Но Арафату этого явно было мало. Он уже почувствовал слабость в партнере по переговорам и ожидал, что тот окончательно погрязнет во внутренних политических дрязгах. Тогда палестинский лидер в одностороннем порядке быстренько объявил бы о создании своего государства, о признании которого он уже договорился с Европейским союзом и арабским миром. Поэтому-то палестинцы до последнего момента и отвергали мысль о проведении трехсторонней встречи, аргументируя свою позицию отсутствием прогресса в попытках сгладить противоречия в подходах к ключевым вопросам ближневосточного урегулирования.

Пытаться договариваться о мире в таких условиях было просто наивно, и не было бы ничего страшного, если бы Клинтон повременил с саммитом хотя бы до тех пор, пока израильское правительство не оправится от потрясения и не обеспечит себе поддержку в стране. Но находящийся в цейтноте президент США не мог ждать и был чрезвычайно настойчив. Он таки уговорил Арафата, намекнув ему, что возможны дополнительные уступки со стороны израильтян.

Стало ли это решающим или палестинский лидер просто решил уступить нажиму американского президента, заранее зная результат переговоров, сказать трудно. Но саммит начался 11 июля, как и было запланировано.

В тот день большинство телекомпаний мира в выпусках новостей беспрестанно крутили одну и ту же трогательную сцену — Барак и Арафат прогуливаются по аллеям Кемп-Дэвида, а затем потешно толкаются в дверях коттеджа: один норовит пропустить другого вперед, а тот не дается, предлагая войти первому, пока наконец хохочущий Клинтон не растворяет двери пошире, чтобы они могли протиснуться вместе.

Все это выглядело вполне дружелюбно и могло расцениваться как признак оптимизма, однако трезвые головы аналитиков с ходу опустили оптимистов на землю, заметив, что если израильтянин и палестинец не смогли договориться даже о такой мелочи, то в важных вопросах они тем более не найдут общего языка. Подтверждением этому служил и факт того, что за несколько минут до этого Барак и Арафат отказались обменяться рукопожатием.

В общем, пессимисты оказались правыми. Несмотря на информационную блокаду, которой были окружены встречи Арафата, Барака и их делегаций, во внешний мир просачивались сведения о том, что переговоры идут день и ночь, а стороны остаются на прежних позициях. Американцы, тем не менее, старались удержать участников за столом переговоров, почти не оставляя ни израильтянам, ни палестинцам свободного времени, постоянно заваливая их работой.

Самым главным камнем преткновения в достижении компромисса стал выбор схемы передачи земель палестинцам. По некоторым сведениям, Барак был готов согласиться с тем, что им отойдет до 80—90 процентов территорий Западного берега, но настаивал на том, что несколько крупных еврейских поселений с общим населением примерно в 130 тысяч человек там останутся. Арафат же, ссылаясь на резолюции ООН, требовал освободить все земли. Однако на деле он понимал, что это требование на практике выполнить не удастся, поэтому взамен на сохранение израильского присутствия на оккупированных землях он предложил передать палестинцам часть собственно израильской земли. Израильский премьер на это не соглашался, будучи уверенным, что это будет представлять слишком большую угрозу безопасности его страны.

Еще сложнее сторонам было достичь компромисса по поводу Иерусалима. Любая схема, предлагаемая одной стороной, полностью отвергалась другой. Американские предложения по предоставлению палестинцам частичного суверенитета над некоторыми районами города нашли понимание у израильтян, но были с ходу отвергнуты делегацией Арафата. Даже папа Иоанн Павел II, желая «подсобить» зашедшим в тупик участникам переговоров, во время своей очередной проповеди в Ватикане предложил закрепить за Иерусалимом особый международный статус центра трех влиятельнейших мировых религий, однако услышан он не был.

Переговоры осложнялись еще и тем, что отдельные их подробности просачивались в Ближневосточный регион и вызывали бурную реакцию среди израильтян и палестинцев. Израильские поселенцы обвиняли Барака в предательстве, организовывая многочисленные акции протеста против уступок, которые, по их мнению, готов сделать Барак.

Но и в автономии предлагаемый компромисс устраивает далеко не всех. Тысячи палестинцев выходили на улицы, пытаясь дать Арафату понять, что он ни в коем случае не должен отступать от намеченных сроков и целей, главными из которых являются статус Иерусалима и возвращение палестинских беженцев.

Отчаявшемуся Клинтону пришлось оставить израильского и палестинского лидеров на три дня и вылететь на встречу «большой восьмерки». А возвратившись с Окинавы, он вынужден был констатировать тот факт, что его «подопечные» еще больше отдалились друг от друга. Израильская и палестинская делегации сидели в отдельных домиках и встречались лицом к лицу лишь изредка на организованных американцами банкетах.

В последние дни в успех переговоров уже не верил никто, споры велись только об окончательных сроках их завершения. И вот в минувший вторник поступило официальное уведомление о том, что продолжавшийся две недели саммит в Кемп-Дэвиде закончился безрезультатно.

Кто от этого выиграл? Сказать сложно. Одной из главных жертв неудачного саммита стал, по общему мнению, его хозяин — Билл Клинтон. Он надеялся вытащить переговоры из тупика за счет чистого упорства и силы воли. И то, и другое не раз выручало его, например в эпизоде с импичментом, когда он устоял несмотря ни на что. Однако на этот раз успеха такая тактика ему не принесла, и надежды американского президента войти в историю удачливым модератором снова кажутся далекими как никогда. К тому же явно провальная деятельность на внешнеполитической арене администрации демократов, которая превозносила главным успехом в этой сфере именно свои посреднические усилия на Ближнем Востоке, еще больше осложнит позиции кандидата от Демократической партии на президентских выборах в ноябре этого года.

Для Барака и Арафата провал переговоров означает, что ни тот ни другой не добился своей главной цели: Арафат — создания палестинского государства, а Барак — прочного мира.

Но у израильского премьера есть и другая причина для беспокойства — теперь оппозиция «навесит на него всех собак», заявляя, что он сделал палестинцам огромные уступки, а взамен получил пшик.

Арафат, со своей стороны, в особой уступчивости замечен не был. По контрасту, палестинский руководитель даже удостоился похвалы за жесткость позиции и несогласие с предложениями отказаться от притязаний на Восточный Иерусалим. Поэтому опасается теперь он гнева не своих сторонников, а администрации Клинтона, превратившей его из террориста в партнера по мирным переговорам и теперь способной взвалить на него вину за их провал.

Если палестинцы в сентябре все же провозгласят независимость своего государства, то, несмотря на свое миролюбие, находящийся под жестким прессом оппозиции Барак вынужден будет ответить на это жесткими мерами, которые избавят Арафата от тяжелой и рискованной обязанности убеждать свой народ в необходимости компромисса.

Очевидно, что обострение обстановки на палестинских землях неминуемо. Поэтому американские дипломаты безусловно будут предпринимать все новые попытки сблизить позиции лидеров. На Ближний Восток в ближайшие дни, видимо, отправится очередной посланник США. Однако если учесть, что Барак и Арафат не смогли договориться на переговорах лицом к лицу в практически принудительных условиях, вероятность успеха новой миссии выглядит весьма незначительной.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно