Из жизни ряженых

8 июля, 2011, 14:55 Распечатать Выпуск №25, 8 июля-15 июля

Стычка казаков с милицейским спецназом на въезде в Феодосию; непослушание казачьих формирований призывам митрополита Симферопольского и Крымского Лазаря; приезд в Крым Юрия Мешкова — простое совпадение событий в течение одной недели или детали одного сценария?

© kerch.fm

Стычка казаков атамана Миниха с милицейским спецназом во время установки поклонного креста на въезде в Феодосию; откровенное непослушание нескольких казачьих формирований призывам митрополита Симферопольского и Крымского Лазаря и выведение его из членов Священного синода УПЦ (МП); приезд в Крым первого и последнего президента автономии Юрия Мешкова и его зов «опустить поднятые руки и взять вилы» — простое совпадение событий в течение одной недели или детали одного сценария? Не ошибусь, если обозначу и третье — все закономерно. Скажем так, процесс достреливания рассыпанных ранее патронов. Очень напоминает последние секунды приготовления поп-корна в микроволновке: вроде бы уже пакет раздулся, заполнившись, а еще «достреливают» одинокие зерна. Только в жизни Крыма это будет бесконечно — зерна разносортные.

Начнем с хронологии событий, всколыхнувших Крым по традиции в самый неподходящий момент — на старте курортного сезона, который целый год крымчан кормит. Поклонный крест, установленный 2 мая на въезде в Феодосию феодосийскими казаками, что «ходят» под атаманами Минихом и Бараевым, — уже четвертый по счету. Феодо­сия окружена ими со всех сторон. Намере­вались устанавливать его давно, еще в конце прошлого года, и соответствующее разрешение получили в Бере­говском сельсовете, дату назначили на 6 мая, приурочив мероприятие также ко Дню Победы. Но земля в этом месте — за границами населенного пункта, поэтому решение должен был бы принимать Совет министров. Против установки еще одного пок­лонного креста на въезде в Феодосию выступила и мусульманская община. Митрополит Ла­зарь и благочинный Феодо­сийс­кого округа отказались дать благословения на установку крес­та и его освящение. Тем не менее 4 мая крест был установлен и объявлен одновременно «памятным знаком в честь Дня Победы», а 7 мая его освятил отец Илла­ри­он, предс­тавляющий Русскую пра­во­славную церковь за рубежом.

Шестого мая Совет минист­ров Крыма и Береговский сельс­кий совет одновременно подали иски в Хозяйственный суд АРК, и 20 мая необходимое для принудительного демонтажа установленного креста решение было получено. На рассвете 1 июля при поддержке спецподразделений МВД решение суда было исполнено. Важно сказать, что в промежутках между указанными датами и событиями велись многотрудные, разноформатные и безрезультатные переговоры о мирном урегулировании с участием атаманов и казаков, депутатов, правоохранителей и представителей власти разных уровней, а также владыки Лазаря…

«Казаки не послушались ме­ня, не взяли у меня благословения на постановку креста и само­вольно водрузили крест в одном из мест Феодосии, — говорил затем в интервью Интернет-изда­нию «Новоросс.инфо» митрополит Лазарь. — Когда об этом узнал, я пригласил к себе казаков, с ними была проведена беседа. Я сказал, что без благословения крест не ставится, и потом, на это у вас нет разрешения светских властей. Обратился к их совести и сказал: «Прекратите это бесчинство». 1 июля мной была послана телеграмма следующего содержания: «Во избежание попрания великой христианской святыни поклонный крест благословляю установить на территории храма Архистратига Михаила с последующим совершением чина его освящения».

Для установки креста на территории храма разрешения властей не нужно, то есть все могло бы закончиться мирно. Но феодосийские казаки, к которым уже присоединились «коллеги» из Бахчисарая, Севастополя и Симферополя, решили иначе. 2 июля крестным ходом они отправились на место демонтажа, где их уже поджидали спецназовцы. Результат: около десятка пострадавших (трое еще в больнице), полтора десятка задержанных и на сегодня выпущенных на свободу, под арестом остается только атаман Миних, объявивший в четверг голодовку. Ситуация у него непростая: кроме мордобоя с милиционерами за ним числится и статья «незаконное хранение оружия и боеприпасов», обнаруженных во время обыска дома и магазинов (тренер по боксу Юрий Миних также торгует спортинвентарем). В рукописном обращении к Василию Джарты атаман призывает премьера — «фактического хозяина полуострова» — спуститься «к казакам со своего Олимпа» и убеждает, что никаких политических целей казаки не преследовали, а только духовные.

У премьера мнение другое: не называя конкретно, он подтверждающе отвечает на вопросы журналистов о «внутренних и внешних силах», заинтересованных в дестабилизации на полуострове. Оценки Джарты жесткие и нелицеприятные — как в отношении участников установки креста, так и тех неназванных, кто за ними стоит. И тут державная позиция, которая у Джарты никогда не колебалась, удачно совпала с личным: не может быть в Крыму процессов, которые ему не подчинены. Кроме того, люди приближенные также предполагают, что во время сборной протестной акции под стенами Совмина на этой неделе просматривалась и тень тезки Василия Георгиевича — профсоюзного лидера, имеющего на крымского премьера большую обиду: именно с его подачи ГПУ развернула проверки по всем объектам ФПУ, счет уголовным делам пошел на десятки. Но это уже последствия, вернемся к причинам.

О них совершенно правильно в уже упомянутом интервью напомнил владыка Лазарь. Тот период в истории Крыма некоторые называют «крестоповалом». В конце 90-х — начале двухтысячных в Крыму, с благословения того же митрополита Лазаря, начали повсеместно ставить поклонные кресты, что часто вызывало протест, а то и сопротивление мусульманской общины. Самое памятное событие произошло в 2000 году в Мирном близ Судака — там крест установили на месте старого мусульманского кладбища. После бурных выяснений отношений репатрианты крест снесли, но в село пришлось вводить не только милицейский спецназ, но и войсковые подразделения. Тогда компромиссом стало установление креста в другом месте — на возвышенности над морем. К такому же решению митрополит взывает и ныне: «Крест — это величайшая святыня нашей Церкви, и он не может и не должен быть орудием политической спекуляции и саморекламы каких-либо общественных организаций (что, к сожалению, в данном случае имело место)».

На сегодня наличествует видимость большой дискуссии в казачьей среде — за и против действий власти. Союз казаков Феодосийского региона, возглавляемый депутатом от Партии регионов атаманом Степано­вым, и Крымский казачий союз во главе с атаманом Владимиром Черкаши­ным действия власти поддерживают. Казачья сотня «Соболь» категорически осуждает и зовет на улицы, куда также уже вышли (в смысле участия в событиях в Феодосии) казаки Сергея Юрченко, возглавляющего Объединение казаков Крыма и Крымскую паланку «Войска Запо­рожс­кого». И это только маленькая толика из списка организаций, называющих себя казачьими. Поэтому стоит разобраться: кто же эти люди, чем занимаются и чего нам — остальным, без формы и нагайки — следует от них ожидать. И главное: что за процесс нынче наблюдается в этой среде и чем он может завершиться.

Первые «казаки» в автономном Крыму появились в начале 90-х. Их с одинаковой долей вероятности можно было встретить и на пророссийских митингах, и в эскорте Мешкова, и на южнобережных виноградниках. У одних был боевой опыт Приднестровья, у других — бандитских разборок, третьи просто хотели ходить в красивой форме и трудоустроиться. На казачьи формирования почти всегда был большой спрос и у политиков , и у предпринимателей, и у церкви. Охрана здравниц, рейдерские захваты предприятий, силовые стычки с крымскими татарами, антураж для предвыборной кампании или церковных мероприятий.

Конечно, как таковых «крымских казаков» отродясь не было, но рядом — кубанские, донские, запорожские, потомками и последователями которых нынешние переодетые охранники, торговцы, бывшие военные и спортсмены, рейдеры и «мурчащие» (говорящие нараспев бывшие члены ОПГ) себя считают и называют. Причем многие — по полному праву, то есть имея в роду казаков и казачек, искренне возрождающие эту культуру и чтящие традиции, истинно верующие в Бога и занимающиеся богоугодными делами. Это и «оседлые», как сказали бы раньше, казаки-фермеры из Холмовки братья и сыновья Горьковенко, возрождающие сады под Эски-Керменом и занимающиеся зеленым туризмом. И атаман Ялтинского казачьего куреня Анатолий Кусливый, у которого две страсти — кони и дети. Он организовывает конные походы и содержит кадетский корпус в Мазанке под Симферополем. Это два фольклорных ансамбля «Черноморской сотни» в степном Крыму и Южно­бережный курень Войска Запорожс­кого в Алупке, занимающийся охраной общественного порядка. И никакой политики, никакой митинговщины, и никаких мордобоев.

На другом полюсе — четыре «бригады», именующие себя казаками, которых можно нанять на выполнение широкого спектра услуг. От украшения митинга до рейдерской атаки. Их можно было видеть в рукопашной с репатриантами на самозахватах, на попытке подчинить торговцев Куйбы­шевского рынка в Симферополе и рисоводческого хозяйства в Красно­перекопском районе, завода «Прод­маш» или обороне санаториев и земельных участков от наезда таких же «казаков». В прошлом году случилось непоправимое: казаку из ялтинской сотни отстрелили в такой стычке самое дорогое.

Из многих, но малочисленных казачьих формирований, а также атаманов и казачьих деятелей в Крыму по степени влиятельности и активности стоит отметить следующих. Уже упоминавшийся атаман Сергей Юрченко из Бахчисарая, возглавивший Союз казачества Крыма, участник многих силовых столкновений. Второй созыв избирается депутатом Бахчисарайского горсовета. Но главное — Сергей Николаевич — единственный из Крыма, кто входит в Межгосударст­венный координационный совет по вопросам казачества при Союзе казачьих войск России и зарубежья (СКВРЗ). Это дало прямой выход на Москву и особое положение среди других атаманов в Украине. Юрченко и еще с десяток казаков в Крыму стали депутатами местных советов от партии «Русское единство». Но партия их не контролирует, и ее лидеру Сергею Аксенову под выборы пришлось одевать и окармливать донское землячество. Второй по популярности у казаков партийный список — Партии регионов. К разряду «подорванных», то есть способных на многое, причисляют депутатов-казаков из Инкермана — очень мобильные предприниматели.

Казачья сотня «Соболь» на особом счету у правоохранителей и российского генконсульства, ее руководитель атаман Храмов публично подвергается жесткой критике. Несос­тоявшийся медик-хирург одно время собрал неплохую коллекцию недвижимости и предприятий (самые крупные — «Крымавтотранс», санатории «Горное солнце» и «Искра»), коих лишился в результате зеркальных рейдерских перехватов. Иногда со стрельбой и жертвами. Слывет идеологом русской идеи и партнером радикальных российских структур.

Отдельный интерес (с точки зрения будущего) представляет Севас­топольское отделение общественной организации «Верное казачество», в рядах которого много молодежи, студентов и активистов организаций российских соотечественников. Они активны и креативны, многим известны по акциям типа «Георгиевская лента». И по этой линии им благоволит нардеп-регионал, севастополец Вадим Колесниченко. Вторая линия — намного интереснее. 5 марта этого года атаманы 40 реальных казачьих подразделений из большинства областей Украины создали Координационный совет атаманов православных казачьих организаций Украины при Синодальном отделе УПЦ по делам пастырского окормления казачества. Совет возглавляет епископ Иосиф — глава Синодального отдела. Решения атаманов будут вступать в силу только после его благословения. А секретарем совета стал главный атаман «Верного Казачества» Алексей Сели­ванов. Этот Синодальный отдел был создан еще в 2009 году решением Священного синода УПЦ Московского патриархата, но активность получил только в этом. Подобный процесс, к слову, идет и в Белоруссии. И это не случайно — Синодальным комитетом РПЦ поставлена задача «выработки единой стратегии деятельности Церк­ви в отношении казачества Украины, России и Белоруссии как международного движения, которому следует привить строго православную идеологию».

Но вначале — объединить вокруг УПЦ МП все казачьи организации Украины. Методика отработана на примере воцерковления разношерстных казачьих организаций и войск в самой России. Но без участия государства здесь никак. В РФ существует 10 госреестров казачьих войск, и вертикаль в каждом из них без участия церкви невозможна. В типовом Уставе казачьего общества, утверждённом президентом РФ Д.Медведе­вым, указано, что при выборах атаманов реестрового казачества списки кандидатов утверждаются «уполномоченным представителем религиозной организации РПЦ», а собрания казаков нелегитимны без присутствия уполномоченного представителя РПЦ.

То, что сегодня происходит в созданном Совете при синодальном отделе УПЦ МП, можно смело назвать созданием единого казачьего реестра. И не только. Принято решение перейти к единой символике, систематизации формы по регионам и войскам и, главное — к единому чинопроизводству. «Не секрет, что современное казачество во многом дискредитировано огромным количеством «генералов» и «маршалов», зачастую не имеющих ни казаков, ни соответствующего уровня образования и адекватности, — говорится на сайте «Верного казачества». — «Для того, чтобы отмежеваться от таковых, атаманы приняли решение ввести для атаманов уровней от областного до всеукраинского погоны не по «званиям», а по должностям, которые не будут повторять генеральские погоны армии и других силовых структур».

Генеральских звезд у атаманов больше не будет, а выдача удостоверений —книжки казака будет контролироваться Синодальным отделом и КС атаманов. Честность поданных реестров, говорится в публикации, также будет проверена представителями Церкви и других братских казачеств.

По рассказам тех, кто «в форме по Лавре ходит», формирование единого синодального реестра уже активно ведется: «Списки проверяют просто — звонят выборочно по указанным телефонам. В Совет будут приняты только те атаманы, у которых есть «живые» сотни и полки. Остальные — на мороз. Как в России: не в реестре — иди песни пой, на гармошке играй, но в войске тебе не место и в форме ходить не имеешь права».

По мнению собеседника «ЗН», при достижении соответствующих договоренностей на высшем уровне совет атаманов, созданный при синодальном отделе УПЦ МП, может трансформироваться в какую-то структуру при президенте Украины. Опять же — по образу и подобию РФ. Так что с «подорванными» в Крыму скоро может быть покончено. Будет хорошо координируемая РПЦ структура.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 20 октября-26 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно