ХОЗЯИН, ОСТАВШИЙСЯ БЕЗ СТРАНЫ

22 января, 1999, 00:00 Распечатать Выпуск №3, 22 января-29 января

В новогоднем, с 98-го на 99-й год, номере «ЗН» Юлия Мостовая с определенным прискорбием отметила, что мне, «к сожалению», так и не удалось «по душам» поговорить с Павлом Ивановичем в «Пятом угле»...

В новогоднем, с 98-го на 99-й год, номере «ЗН» Юлия Мостовая с определенным прискорбием отметила, что мне, «к сожалению», так и не удалось «по душам» поговорить с Павлом Ивановичем в «Пятом угле». Я действительно сожалею, что мне не довелось провести через «Пятый угол» чувство, похожее на острую мужскую любовь, которое я испытываю к Павлу Ивановичу. По душам же поговорить с ним никогда не стремился, и совсем не потому, что его душа - какие-то там «потемки» - с политиками возможен, с моей точки зрения, лишь жесткий разговор. «Страна осталась без хозяина» - один из заголовков, трепещущий в пароксизме верноподданности в «Правде Украины» старого образца. Что ж, поговорим о хозяине, оставшемся без страны.

Есть старые политики и есть смелые политики, но нет старых смелых политиков. Судя по политическому поведению Павла Ивановича, политическая зрелость к нему придет еще не скоро. Впрочем, не только к нему. Согласно Джорджу Сантаяне, «кто не помнит своего прошлого, обречен пережить его вновь». Чтобы не переживать прошлое вновь, нам необходимо и помнить, и знать - причем так, как все это было на самом деле.

Днепропетровск

Карьера Павла Лазаренко является классическим примером тех, которые на Западе получили название «кессонных». Подобно тому, как слишком быстрое поднятие из-под воды водолаза может сопровождаться опасным для него повышением кровяного давления, «кессонный» характер политкарьеры неизбежно связан с такой эйфорией самого карьериста по поводу своих успехов, следствием которой является явная переоценка собственных возможностей и не менее явное игнорирование интересов и возможностей собственных противников. В жизни такого человека всегда найдется место подвигу. Нам, добавлю, желательно оказываться подальше от этого места.

Не буду останавливаться здесь на уже написанном о т.н. «днепропетровском клане», о взаимоотношениях «единственных» Леонида Даниловича и «сильнейших» Павла Ивановича. П.Лазаренко, в отличие от Президента, принадлежит к тому поколению номенклатуры, которое не имело отношение к годам расцвета днепропетровцев, которое воспользовалось дезинтеграцией КПСС, институционализировало себя в качестве крупной региональной элиты. Павел Иванович, используя уже тогда присущие ему волевые качества, в свою очередь смог состояться в качестве «хозяина» - на днепропетровском уровне. Исполняя основную админфункцию в своем регионе, он смог получить поддержку ведущих финансово-промышленных групп региона в обмен на содействие им в выходе на национальный уровень, становление их в качестве отраслевых монополий, одновременно постепенно размещая в структурах власти представителей собственной команды, налаживая «взаимодействие» с органами правопорядка, банковскими структурами и средствами массовой информации. Потом и сам он, и его структуры вслед за ним перейдут в Киев.

Скромно заметим, что для того, чтобы описать эти годы политической карьеры Павла Лазаренко, потребовалось бы перо гораздо менее блестящее, чем мое. Уже тогда у Павла Ивановича полностью проявились все те политические качества, которые можно было наблюдать и в киевский период его карьеры.

Это не случайно. Согласно «дадзыбао» одного из классиков марксизма, «ключ к анатомии обезьяны - анатомия человека». Не претендуя на универсальное применение аналогии, заметим, что днепропетровская пресса времен П.Лазаренко является своеобразной микромоделью того, что случилось впоследствии с некоторыми киевскими изданиями.

Провинциальный политик таков в своих глазах, как его представляет провинциальная пресса. А провинциальная пресса является или быстро становится той, какой ее желает видеть провинциальный политик. И слыша стенания некоторых «защитников демократии» о репрессиях против антигуанской печати или их предложения (ноябрь 97-го) создать т.н. «фонд защиты журналистов», я всегда помнил судьбу моих друзей и коллег из «Форума», одной из лучших, с моей точки зрения, самиздатовских газет Украины, закрытой в Днепропетровске.

Нам провинциальная пресса нужна, поскольку она дает факты. А факты - не просто упрямая вещь, они всегда голые - даже если одеты по последней моде.

В областной днепропетровской прессе времен работы П.Лазаренко представителем Президента (Л.Кравчука. - В.П.) в Днепропетровской области - переизбыток «нетленок» типа «симпатию вызывает мужественность позиции руководства.., основной выход из сложившейся ситуации руководство... стремится найти на месте» («Днепровская панорама», 16 октября 1993-го). Переход от «симпатии» к признанию занял где-то полгода. Это же издание, 28 мая 1994-го, с выступлением директора Института предпринимательства: «Это крупный государственный деятель с глубокими знаниями. Он умеет убеждать людей, добиваться поставленной цели». От признания веса госдеятеля областного масштаба - к незатейливым предвыборным призывам: предвыборный заголовок в одной из газет в 1994-м: «Голос 200 коллективов: Мы - за Лазаренко!».

Иногда бывает так, что лавровый венок пускает корни в голову. Тогда же, и именно в «Днепровской панораме», в июне 1994-го появилась ставшая впоследствии знаменитой самохарактеристика Павла Ивановича: «...нужен хозяин. Не велеречивый политик, а именно хозяин, готовый засучить рукава...».

С «велеречивостью» Павел Лазаренко и тогда был не в ладах, предпочитая короткие, рубленые, конкретные фразы. То, что одни его короткие, рубленые, конкретные фразы противоречили другим его коротким, рубленым, конкретным фразам, а также невольная склонность к каламбурам самого Павла Ивановича не беспокоило никогда. Один из моих друзей уверен, что моя любимая цитата из Павла Ивановича - о ступеньках в днепропетровском метро, которые он «знал в лицо». Мне же лично нравятся шедевры лобзаний типа «с ним до десерта никогда не дойдешь» («Киевские ведомости», 14 октября 1995-го). Что происходило с Павлом Ивановичем по дороге к десерту, остается загадкой. Может, то же происходило с ним, когда его лицо узнавало каждую ступеньку?

И уже тогда Павел Иванович был убежденным монополистом в отношении власти. Одно из его изречений в тот «днепропетровский период»: «...в области должна быть одна власть, избранная народом». Констатирую, что даже в тот «днепропетровский период» Павел Лазаренко смог достичь этой цели лишь частично. Он, к примеру, таки не смог официально возглавить судебную власть своей области. Прав Д.Актон: «власть развращает, абсолютная власть развращает абсолютно».

Последовательный сторонник Л.Кравчука Павел Лазаренко был известен поддержкой Леонида Макаровича в президентских выборах 1994-го, поддерживал памятное Леониду Даниловичу и сейчас разделение «Л.Кравчук - гражданский мир, Л.Кучма - гражданская война» - «Я выступаю за Л.Кравчука как опытного государственного деятеля, уравновешенного политика, который смог и сможет избежать противостояния в обществе» - П.Лазаренко, «Днепровская панорама», 1 мая 1994-го). Однако Павел Иванович никогда не клал все яйца в одну корзину - и не старался не спускать глаз с этой корзины.

Киев

7 июля 1995 года Павел Иванович, пока еще «первое лицо» Днепропетровска, заявил в прессе: «...чтобы уверенно держать рычаги управления, нужно определить главное, приоритетное направление, быть последовательным...» Главное, приоритетное направление, где Павел Лазаренко был настойчив и последователен, - желание возглавить правительство Украины. В мае 1994-го появились сообщения о возможном решении Л.Кравчука представить П.Лазаренко на премьера. Тогда Павел Иванович, публично заявив, что «сегодня премьер - не глава исполнительной власти, а мальчик на побегушках», все же не удержался от демарша депутатов-днепропетровцев, покинувших 20 июня 1994-го фракцию «Единство», протестуя против утверждения премьером В.Масола. А в марте 1995-го, после отставки Виталия Андреевича, кандидатура П.Лазаренко снова была в списке потенциальных кандидатов в премьеры. До 5 сентября 1995-го, назначения первым «вице-», оставалось меньше полугода, до назначения премьером - полтора.

Спустя годы Леонид Данилович заявит, что «у меня нет вопросов к деловым качествам премьера, но на вопросы о достоинстве и морали премьер должен ответить сам» (июнь

97-го), затем Президент утвердится в мысли, что «вседозволенность власти закончилась после ухода Лазаренко с должности премьера» (ноябрь 97-го). Затем глава государства перейдет к определениям типа «гарантии, которые предыдущее правительство давало в пользу определенных коммерческих структур, обернулись сотнями миллионов украденных долларов» и «миллионы выбрасываются на предвыборную кампанию криминализированной экономической элиты» (февраль

98-го). А в марте 98-го Кучма перейдет к констатациям «главное для него (П.Лазаренко. - В.П.) в жизни - это власть и деньги. А людей он делит на врагов и рабов. Не дай Бог сделать еще одну такую ошибку и допустить таких людей к власти».

Все это будет потом, а 9 июля 1996 года, когда вопрос о назначении Павла Лазаренко премьер-министром Украины был практически решен, Президент сформулировал свое видение того, каким должен быть руководитель украинского правительства так: «Сегодня, как никогда, нужен премьер - не политик, а пахарь». 10 июля 1996 года в выступлении на сессии ВР Украины Л.Кучма, представляя «не политика, но пахаря» на премьера, сказал: «Сейчас должность премьер-министра требует от кандидата совершенного и не только теоретического знания экономики, серьезного опыта управленческой деятельности, решительности и сбалансированности в решениях и действиях, способности в случае необходимости пойти на нестандартные шаги и разумные компромиссы...». Президент заявлял, что «я дал полную свободу... Лазаренко в вопросе формирования правительства» (июнь 96-го), что «у нас наконец-то появилось действенное правительство, которое берет ответственность на себя» (июнь 96-го). Президент вместе с Павлом Ивановичем получал «почетного гражданина Днепропетровска», нечетного 29 декабря 95-го наградил П.Лазаренко «Ярославом» пятой степени.

Орден является знаком заслуги перед тем, кто дает орден. Леонид Данилович неоднократно и поддерживал действия Павла Ивановича-премьера, и высказывал неудовлетворение его действиями - было все это. К чести Президента следует сказать, что в декабре 97-го он признал, что «сделал ошибку, когда уволил бывшего премьера П.Лазаренко не за злоупотребление служебным положением».

До 2 июля 97-го, дня отставки П.Лазаренко, Павел Иванович был для Леонида Даниловича частью решения проблем. Но после 2 июля 97-го Павел Иванович стал для Леонида Даниловича частью проблем, которые следовало решать.

Это сейчас Павел Лазаренко, «пламенный борец с преступной диктатурой», заявляет, что «понимает, против кого восстал» и «чьи великодержавные планы» он «пытается сломать». Это в январе 98-го «Правда Украины» открыла всем ее читающим глаза на то, что «еще на должности председателя Днепропетровского облсовета молодой и уверенный в себе П.Лазаренко вынашивал планы увольнения с работы гендиректора «Южмаша» за развал роботы» (любопытная оговорка - следуя уголовному праву, «вынашивать» можно только «преступные замыслы». - В.П.). Только в конце января - начале февраля 98-го Павел Иванович заявил, что партия «Громада» является «единственной силой», которая находится в «жесткой оппозиции» к существующей власти. Лишь в феврале 98-го потребует привлечь к уголовной ответственности Зиновия Кулика и Владимира Горбулина. Только в январе 98-го вспомнит о таинственной даче стоимостью в млн. Только в марте 98-го он будет против торговли землей и тогда же обвинит Владимира Горбулина в разработке варианта фальсификации выборов. Только в декабре 98-го П.Лазаренко заявит, что кем-то, им неназванным, «перейден определенный предел» и что «победителей в этой войне не будет».

Мне показалось тогда (и я даже перекрестился), что Павлу Ивановичу начала изменять память. Мне же память не изменяет.

Сначала было заявление Павла Ивановича от 29 мая 96-го: «Моя принципиальная позиция - твердая поддержка политики экономических реформ и структурных изменений в экономике, которые проводит Л.Кучма». От твердой поддержки П.И. перешел к «трудностям». Слова П.Лазаренко на встрече с делегацией МВФ 19 июня 96-го: «Трудности, которые сейчас преодолевает наше государство,.. не повлияют на курс экономических реформ, провозглашенный Л.Кучмой». Заявление Павла Лазаренко в интервью «Зеркалу недели», 21 сентября 1996-го: «мое - еще будет... я буду поддерживать на следующих президентских выборах Л.Кучму». Высказывание Павла Ивановича в другом интервью 24 февраля 1997-го: «...всегда готов работать именно на том участке, куда меня направит глава государства». Статья Павла Лазаренко в «Уолл-Стритт Джорнэлл» 22 мая 1997-го со словами: «Под руководством Президента Леонида Кучмы мы стремимся двигаться к улучшению уровня жизни и благосостояния 52 миллионов наших граждан». «Удивительное» самооправдывание Павла Ивановича после появления в «Правде Украины» 12 декабря 96-го «Конца чернобородой демократии»: «унизительный тон публикации, касающийся высоких должностных лиц государства - Президента Л.Кучмы и секретаря СНБО В.Горбулина». Павел Иванович «забыл», что за формально независимую «Правду Украины» он оправдываться не обязан...

Последовательность экс-премьера не удивительна. Многим политикам вообще свойственно собственные шатания выдавать за творческое развитие взглядов. В марте 98-го сам Павел Иванович так объяснил случившееся с ним: «...я надеялся, что мне позволят осуществить запланированные мной конкретные шаги.., но вскоре я понял, что мои усилия... не имеют успеха, ибо противоречат интересам Президента Украины и его окружения... я, возможно, очень долго терпел всевозможные преграды и провокации... пока не решил - дальше так работать невозможно и не стоит».

Терпение, как основная мотивация работы премьера, ставит крест на куче достижений, сформулированных П.И.: защите отечественного товаропроизводителя, обеспечении энергетической безопасности Украины и т.д. и т.п. Если Павел Иванович год вкалывал премьером для того, чтобы «терпеть», то возникает не только сложный для него вопрос «как вознаградилось терпение», но и саму его работу трудно назвать как-то иначе, нежели «околачиванием груш». Вдобавок, терпение - конечно, добродетель, но объяснение слабенькое - после высказанной готовности вкалывать на участке работы, определенном Президентом.

Ближе к истине А.Ельяшкевич, в феврале 1998-го заявивший: «...он абсолютно не кривил душой, когда заявлял, что не является политиком. Если бы Павел Иванович им был изначально, он никогда не стал бы, будучи премьер-министром, клясться в верности Президенту. Или, по крайней мере, сделал бы это мягче и элегантнее». Так или иначе, «мягче» или «элегантнее» - до политической зрелости Павлу Лазаренко еще действительно далеко. После верноподданнических заявлений в поддержку Президента, кто решится гарантировать, что после принятия решения о том, что «дальше так работать невозможно и не стоит» и перехода к «жесткой оппозиции», П.Лазаренко когда-нибудь не «замкнет» собственный политический круг и не вернется к поддержке Л.Кучмы?

В любом случае Павел Иванович сможет попытаться оправдываться тем, что он не менял собственные взгляды - это взгляды изменили его.

«Уроки П.Лазаренко»

Я намеренно ухожу от коммерческой деятельности Павла Лазаренко. Как законопослушный журналист и лояльный гражданин Украины, я даже не утверждаю, что она «имела место быть», не ссылаюсь на многочисленные публикации на Западе, а просто склонен доверять в этом случае «Правде Украины», которая 16 августа 1996-го утверждала, что «украинский премьер имеет склонность к великим делам и проворен в коммерческих делах».

Я не буду касаться возможной связки «А.Мороз - П.Лазаренко». Александр Александрович, уверен, помнит, сколько раз его пробовали «снять» с должности спикера. Павел Иванович никогда не побеждал своих врагов, превращая их в друзей. Наоборот, своих врагов он делал еще большими врагами, даже если эти враги сейчас утверждают, что они с ним дружат.

Я не буду комментировать текст, подписанный П.И. в «Труде-5» (июнь 98-го), где он приглашает в Украину А.Солженицына и ратует за создание крымского Славянского корпуса. Сам П.И. неоднократно подчеркивал, что он является украинским государственником.

Я не буду комментировать «панамско-швейцарскую эпопею» Павла Ивановича, получившую название «стиха о панамском паспорте». Что увлекало на последовавшей за заточением пресс-конференции Павла Ивановича, так это его артистизм, умение держать паузы, весьма уместные для демонстрации значимости сказанного... Уверен, что и власти Украины, да и сам Павел Лазаренко понимают, какой удар они нанесли по собственным имиджам и что отмыться от такой репутации невозможно даже при участии Поля Гюли-Харта, действительно одного из опытнейших европейских адвокатов, который когда-то занимался и «делом Е.Звягильского». А в нашей, в общем-то «византийской» стране, где прижились поговорки «был бы человек, а дело найдется» и «закон - как дышло», действия ее власти реально демонстрируют, чего может и чего не может эта власть.

Я не буду углубляться в окологромадовский кризис, связанный с фамилиями Ю.Тимошенко и А.Турчинова. Мне не кажется убедительным объяснение Юлии Владимировны, что она как бы внезапно поняла, что «Лазаренко убирает из партии инакомыслящих», - ее сосуществование с Павлом Ивановичем всегда основывалось на том, что при распределении «50:50» он всегда требовал себе больше оговоренного. Скорее всего, решив, что лучше делать новости, чем рассказывать о них, Юлия Тимошенко правильно использовала ситуацию.

Самый важный из этих уроков тот, что карьера Павла Ивановича доказала: институт олигархии в Украине де-факто уже не состоялся и не может состояться в будущем. Он пресекается властью, поскольку потенциально стремится к тому, чтобы стать выше существующего де-юре института президентства. Он не мог состояться, поскольку при одном «олигархе», который у нас назывался «хозяином», не было бы других «олигархов».

Павел Иванович вне президентских выборов достаточно успешно вышел на самый верх украинской власти, но он вовремя не понял, что каждый, кто достигает вершины, неизбежно оказывается над пропастью. Не поняв этого и даже не почувствовав пустоту, он в пропасть и свалился.

Можно сделать вполне определенный вывод, касающийся политических убеждений Павла Лазаренко. Здесь есть и «твердая поддержка политики экономических реформ и структурных изменений в экономике, которые проводит Л.Кучма». Есть и слова о нем Петра Симоненко 15 октября 96-го: «...мы честно сотрудничаем (с П.Лазаренко. - В.П.), и такая позиция дает возможность для дальнейшей конструктивной работы...» Павел Иванович имеет право каждый раз поступать в соответствии со своими решениями, он также имеет право ошибаться - и он успешно пользуется этими правами.

Говорить с политиком об изменении его политических взглядов - все равно, что беседовать с лошадью о скачках. Зная метаморфозы политической карьеры Павла Лазаренко, а также располагая информацией о том, что после женевской эпопеи Лазаренко предлагал власти перемирие на любых условиях, я уверен, что он еще не раз изменится в собственных позициях и взглядах. А мы будем внимательно наблюдать за этими его изменениями. Как, впрочем, и за изменениями других политиков. Мы не злопамятные, но злые, и память у нас хорошая.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно