ЕГИПЕТ: «ДОРОГА НА ХУРГАДУ»

1 сентября, 1995, 00:00 Распечатать Выпуск №35, 1 сентября-8 сентября

Хосни Мубарак приближается к половине своего шестилетнего срока на посту президента Египта. Уже третьего срока с тех пор, как он занял место Анвара Садата, убитого исламскими фундаменталистами в 1981 году...

Хосни Мубарак приближается к половине своего шестилетнего срока на посту президента Египта. Уже третьего срока с тех пор, как он занял место Анвара Садата, убитого исламскими фундаменталистами в 1981 году. Вряд ли можно сказать, что за это время страна обрела покой и изжила внутренние противоречия.

Годы правления Мубарака ознаменованы немалыми достижениями. Египет полностью восстановил свое положение в верхушке арабского мира, откуда он был изгнан после заключения в 1979 году одностороннего мира с Израилем. Его региональная реинтеграция была закреплена той центральной ролью, какую сыграл Мубарак в организации арабской поддержки коалиции, изгнавшей иракцев из Кувейта во время войны в заливе в 1990 - 1991 годах, и упорным посредничеством Египта на израильско-палестинских мирных переговорах.

Миллиарды долларов в основном американской помощи устремились в Египет после заключения мира в 1979 году. Еще больше миллиардов притекло после поражения Ирака. На первом этапе эти деньги помогли правительству в достижении таких отложенных ранее целей, как перестройка части инфраструктуры страны и расширение более чем вдвое программы планирования семьи, которая позволила снизить ежегодный прирост населения с примерно 3 процентов десять лет назад до сегодняшних 2,2 процента.

После 1991 года внешняя помощь, составляющая около 4 миллиардов долларов в год, подкрепляла успешную стабилизацию египетской макроэкономики. Темпы инфляции снизились вдвое - до 10 процентов, а бюджетный дефицит был урезан с 24,7 процента валового национального продукта в 1987 - 1988 годах до полутора процента сегодня. Этому помогло и решение благодарных западных союзников простить Египту около 20 миллиардов долларов его задолженности. Это было сделано путем значительного снижения тех процентов, которые Каир выплачивает в порядке обслуживания долга.

1,3 миллиарда долларов, которые США предоставляют Египту в виде военной помощи, помогли оснастить и укрепить миллионную армию, ставшую основой режима Мубарака. Президент обладает по меньшей мере молчаливой поддержкой западных друзей в подавлении бросающих вызов правительству исламистских сил. Это так называемые «исламские группы» с их продолжающимися вспышками вооруженного насилия и «Мусульманское братство», созданное еще в 1928 году и сегодня все шире распространяющее свое влияние в египетском обществе.

В стране нарастает ощущение вакуума. Правительство, а это значит президент, не имеет единой точки зрения на осуществление второй фазы реформ, согласованных с Международным валютным фондом (МВФ) и Всемирным банком. Главное в этих реформах - структурная перестройка разваливающейся командной экономики посредством ее дерегулирования и приватизации 314 государственных предприятий. В политическом плане то, что президент называет «железным кулаком», постоянно используется для репрессий против «исламских групп», чьи почти ежедневные столкновения с полицией ограничены теперь долиной Верхнего Нила. Традиционно здоровое, плюралистское и светское по характеру общество отступает. Мубарак, который все годы своего президентства правил с помощью чрезвычайных законов, не обладает той уверенностью, которая позволила бы ему мобилизовать общество на борьбу с большей политической угрозой со стороны «Мусульманского братства». Вместо этого он пытается обойти противника, кооптируя такие элементы мусульманского истэблишмента, которые, по оценке одного дипломата, «дают еще более консервативное толкование Корана, чем фундаменталисты».

Прошли те дни, когда Мубарак, сам в юности бывший членом «Мусульманского братства», приказал разрушить мечеть, закрывавшую своими минаретами вид на величественные пирамиды Гизы. Сегодня фараон считается великим шейхом исламского университета Аль-Азхар, насчитывающего уже тысячу лет, университета, который один за другим выпускает эдикты, определяющие, что читать, какие фильмы смотреть и почему девочкам следует совершать обрезание. Боевик из «исламских групп», совершивший три года назад убийство писателя Фарага Фоуда, следовал фетве Аль-Азхара.

Страх преследует Египет и за рубежом, где его международная и региональная дипломатия пользуется широким признанием. Сегодня Египет опасается, что ближневосточный мирный процесс, в который Каир внес весьма большой вклад, укрепит мощь Израиля за его, египетский, счет.

Непохоже, однако, чтобы Мубарак, бывший командующий ВВС, бесстрастный и методичный трудоголик, нервничал в этой ситуации. «Я осторожен по натуре, особенно, когда дело касается жизненного уровня народа», - заявил он в недавнем интервью газете «Файнэншл таймс». Структурные реформы в экономике идут, по его словам, «медленно, но уверенно... Мы тщательно взвешиваем каждый шаг».

МВФ и основные страны-доноры жалуются, что затяжка приватизации сдерживает приток инвестиций. А они крайне необходимые Египту, если он хочет изменений на рынке труда, увеличения экспорта и сокращения своей зависимости от внешней помощи и денежных переводов, которые шлют на родину работающие за рубежом египтяне. Доноры настаивают, что преимущества стабилизации сойдут на нет, если Египет сегодня же не сделает рывок вперед.

- Но не до такой степени, - парирует Мубарак. - Эти люди, сидящие в Европе и Соединенных Штатах, не понимают реальности, с которой мы столкнулись. Если вы хотите проложить дорогу отсюда до Хургады, что на побережье Красного моря, по ровному месту, я сделаю это очень быстро. Но когда я поднимаюсь на холмы, приходится идти медленнее, иначе я испорчу всю дорогу...

Один из главных архитекторов структурной реформы, ведущих переговоры с МВФ, - Юсеф Бутрос Гали. «Я сознаю, что чем медленнее мы идем, тем больше рискуем сорвать осуществление первого этапа, - утверждает он. - Но пока мы в безопасной зоне».

Однако доноры оказывают давление, и помощь становится все более обусловленной. «Они знают, что госсектор и иностранная помощь не обеспечат Египту необходимый рост, - считает один посол. - Это вопрос безопасности, а не только экономическая проблема».

Бутрос Гали предупреждает против «недооценки роли реформаторов, которые хотят преобразовать страну независимо от того, что они за это получат». Однако дипломаты и египетские экономисты продолжают утверждать, что процесс принятия решений в значительной мере уходит как бы в черную дыру, проглатывается государственным аппаратом, насчитывающим сейчас 5,3 миллиона служащих. Образование ориентировано на формирование огромной бюрократии, которая сопротивляется реформам и обучению дисциплинам, необходимым в рыночной экономике.

В вопросах приватизации «медленный, но уверенный» подход, защищаемый Мубараком, скорее всего оправдан страхом перед социальными волнениями, которые могут быть вызваны вероятным в скором будущем избытком рабочей силы. Уже сейчас безработица составляет 18 процентов, а частичная безработица - вдвое больше.

Надежных цифр нет, но никто не оспаривает тот факт, что в ходе реформ увеличился разрыв между бедными и богатыми, а простой египтянин мало что получил, кроме снижения разного рода субсидий. Хеба Хамдусса из Всемирного банка говорит, что «социальный контракт был разрушен» как отменой субсидий, поддерживавших жизнь людей выше уровня бедности, так и неспособностью предоставить работу молодым. Есть необходимость в целевых выплатах бедным, а также в радикальном улучшении образования и социальных служб, что обеспечивало бы безопасную базу реформам, которые ведущие доноры, как они говорят, готовы поддержать. «Пока этого не будет, - предупреждает г-жа Хамдусса, - режим будет весьма неустойчивым».

Несмотря на растущую популярность фундаментализма, утверждающего что «ислам решает все», египтяне были и остаются людьми гибкими, эклектичными в своих верованиях и оппортунистами в привязанностях. Есть, однако риск того, что, прибегая к репрессиям и заискивая перед Аль-Азхаром, правительство упустит шанс для нового экономического старта.

Кооптация представителей основного направления «Мусульманского братства», - тактика, применяемая Иорданией и Кувейтом, которые разрешили создание у себя отделений «братства» в качестве гласной и в большинстве случаев лояльной парламентской оппозиции, - категорически исключается Мубараком на том основании, что это - конфессиональная партия, обеспечивающая политическую «крышу» боевым «исламским группам». Недавно было арестовано более 60 руководителей «Мусульманского братства», собиравшихся участвовать в предстоящих в ноябре выборах. По словам Мубарака, они могут участвовать в выборах как частные лица, но не как организация, которая является незаконной.

Однако многие египетские политики и интеллектуалы озабочены политической ситуацией. «Отсутствие реальной представительной демократии, - отмечает профессор экономики Саид эль-Наггар, - означает, что в данной системе уже образовался вакуум, и его заполняет исламистское движение».

Египетское правительство достаточно проницательно и немалого добилось. Но временами кажется, что оно разделяет сентенцию, высказанную на переломе века александрийским поэтом Кавафи: «Преждевременные действия ведут лишь к раскаянию. В конце концов ты видишь: мы справляемся». Правительство надеется как-то довести дело до конца. Но «дорога на Хургаду» пока не выглядит короче.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно