ДАВИД ТЕВЗАДЗЕ: «ПОИМКА ОДНОГО ТЕРРОРИСТА РЕЗУЛЬТАТА НЕ ДАСТ. НУЖНО ЛИКВИДИРОВАТЬ ИДЕОЛОГИЮ ТЕРРОРИЗМА»

22 февраля, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск №7, 22 февраля-1 марта

Министр обороны Грузии генерал-лейтенант Давид Тевзадзе родился 30 января 1949 г. в г.Сухуми. Имеет два образования — гражданское и военное...

Министр обороны Грузии генерал-лейтенант Давид Тевзадзе родился 30 января 1949 г. в г.Сухуми. Имеет два образования — гражданское и военное. В 1971 г. окончил факультет философии Тбилисского государственного университета, в 1978 г. — Тбилисский институт иностранных языков, в 1983 г. — высшие курсы синхронного перевода. В том же году получил ученую степень доктора философии. Опубликовал 20 научных трудов, с 1994 г. является членом Академии наук Нью-Йорка.

Военное образование получал в Колледже обороны НАТО в Риме (1994 г.), Центре Дж.Маршалла, Гармиш-Пантеркиршен в Германии (1995 г.), Колледже командования и генерального штаба в Канзасе, США (1996 г.).

С 28 апреля 1998 г. — министр обороны Грузии.

Женат, имеет трех сыновей и трех дочерей.

— Господин министр, на днях российские министры — обороны и иностранных дел — заявили, что они не исключают, что бин Ладен находится на базе террористов в Панкисском ущелье и что Москва и Тбилиси уже ведут переговоры о степени и форме возможного участия России в антитеррористической операции на территории ущелья. Как вы можете прокомментировать эти заявления?

— О совместных операциях речь идет уже два-три года. Но они нереальны. Наши некоторые структуры сотрудничают, но все ограничивается обменом информацией. Во-первых, у нас нет никакой законодательной базы для совместных с другими государствами операций на территории Грузии. Во-вторых, это очень громко сказано — «базы в Панкисском ущелье», поскольку это ущелье в общей сложности чуть меньше Крещатика. В-третьих, с таким же успехом я могу говорить, что бин Ладен находится в Москве, ведь его связывают с чеченцами, а в Москве чеченская диаспора намного больше, чем в самой Чечне.

Если же говорить о проблеме терроризма серьезно, то вряд ли поимка одного-двух человек или ликвидация какой-то структуры даст результат, пока не будет ликвидирована идеология терроризма. В начале XX столетия терроризм подпитывался революционной идеологией. В середине прошлого века, в период «холодной войны», он поддерживался государствами, которые таким образом хотели расширить свое влияние. Сегодня же основа терроризма — не только фундаментализм, но и воинственный национализм, сепаратизм. Посмотрите, например, на Ближний Восток, постсоветское пространство.

Но насколько эффективно бороться с идеологией с помощью винтовки? Сложностей больше, чем некоторые политики и государственные деятели себе представляют.

— Сообщалось, что свою помощь министерству обороны Грузии, в частности в создании структуры по борьбе с террористами, готовы оказать и Соединенные Штаты. Собираетесь ли вы ее принять?

— Действительно, разрабатывается программа обучения персонала, чтобы дать Грузии возможность через некоторое время самой справляться, скажем так, с нестандартными ситуациями. Эта программа сейчас в стадии разработки. Мы и раньше посылали наших офицеров на обучение. Но в этой программе все будет несколько иначе — уже отобранные для этой деятельности подразделения будут проходить обучение и тренироваться на месте.

— Насколько известно, американцы выделяли еще деньги и на укрепление грузинской границы.

— Да, эта помощь используется очень эффективно: за весь прошлый год не было зафиксировано ни одного нарушения на чеченском участке грузино-российской границы. Конечно, вместо грузин американцы на нашу границу никогда не станут. Но они могут помочь нам сделать свои границы более безопасными. Кстати, и в рамках ГУУАМ у нас тоже есть очень широкое поле для сотрудничества по пограничным вопросам.

— С «совместной» операцией с россиянами все понятно, ну а самостоятельно Грузия собирается проводить какую-либо операцию в Панкисском ущелье?

— Начнем с того, что в прессе определенные явления несколько преувеличены. Обстановки, требующей немедленного задействования там военных, слава богу, пока нет. Конечно, Грузия, как и всякое другое государство в подобной ситуации, намерена восстановить порядок в любой из своих частей — не только в Панкисском ущелье, но и в Абхазии, Южной Осетии.

— Что планирует руководство Грузии относительно Абхазии?

— Использовать все возможности процесса мирных переговоров. Несмотря на все сложности, у этого пути, я считаю, есть определенные перспективы.

— Насколько нам известно, Грузия хотела бы, чтобы в урегулировании этого конфликта участвовали и украинские миротворцы.

— Миротворческая деятельность в этом регионе Грузии идет под эгидой Содружества Независимых Государств. И мы бы желали облегчить работу российских коллег и интернационализировать этот процесс.

— Вы считаете российское миротворчество неэффективным?

— Есть некоторые нюансы, на которых мне не хотелось бы останавливаться. Дело в том, что первоначальной задачей было создание гарантий для невозобновления крупномасштабных боевых действий. Что практически уже выполнено. Сейчас нужно идти дальше. То есть создавать условия для безопасного и достойного возвращения беженцев. А также способствовать возобновлению доверия между противоборствующими сторонами. Для этого требуются какие-то другие рамки миротворческой деятельности.

— Под эгидой ООН, ОБСЕ или, может быть, НАТО?

— Вы знаете, ООН сегодня не готова к решению этих проблем. Очень много сложностей, в том числе и политических. Кроме того, мы еще не использовали возможность интернационализировать процесс в рамках СНГ. Когда мы говорим об Украине, то учитываем ее миротворческую деятельность в мире, начиная от Балкан и заканчивая Африкой. Кстати, грузинские миротворцы тоже находятся в Косово.

— Последние события, в том числе и в Афганистане, показали, что НАТО постепенно расширяет свою зону ответственности. В этой связи не планируете ли вы обратиться за помощью к альянсу в урегулировании тех или иных проблем?

— Нужно ставить перед собой реальные цели. НАТО пришлось бы очень долго обдумывать это предложение, согласовывать, обсуждать структуру требуемого механизма. Потом, когда все эти проблемы будут решены, альянс станет действовать довольно быстро. Но, повторяю, еще не все возможности исчерпаны в рамках СНГ.

— Когда-то президент Шеварднадзе говорил о вероятности подачи Грузией заявки в НАТО. Каковы планы вашей страны в настоящее время?

— Президент и сейчас об этом говорит. Психологически Грузия готова к такому шагу. Но у нас есть проблемы в экономике, построении вооруженных сил. Ведь существуют определенные критерии, которым страна должна соответствовать, прежде чем становиться членом НАТО. Сначала мы должны почувствовать себя уверенно.

— По какому образцу вы собираетесь реформировать свою армию?

— Есть только один образец, приемлемый для демократического государства: когда армия абсолютно подконтрольна гражданским властям, не создает каких-либо угроз для государства. Кроме того, она должна быть способна действовать совместно с вооруженными силами тех стран, с которыми намечается партнерство. То есть иметь примерно одинаковое военное мышление, одинаковую систему планирования.

— В Украине многие эксперты и политики часто ставят Грузию в пример, когда речь заходит о выводе российских военных баз. Поделитесь, пожалуйста, опытом, как вам это удается.

— Я бы не сказал, что все проблемы уже решены. Две базы у нас закрыты, по двум другим еще идут переговоры. Но то, что они подлежат выводу, под сомнение не ставится. Очень важной был Стамбульский саммит ОБСЕ, где обе стороны зафиксировали в документе, что Грузия будет освобождена от иностранного военного присутствия. Остается еще много сложностей социального характера — в том числе и для России. Она запрашивала срок вывода в несколько десятков лет. Сейчас, правда, уменьшила до 10—15-и. Россияне обращают наше внимание на проблемы, связанные с обеспечением личного состава баз, когда они будут выводиться в РФ. Кроме того, в районах, где расположены российские базы, местное население практически завязано на них. Вся местная экономика связана с базами. Решение этих проблем тоже должно быть продумано.

Мы сами долго изучали прибалтийский опыт. Иностранные военные базы существуют во многих странах. И когда отношения складываются цивилизованно, то сторона, которая развертывает свои войска на чужой территории, за это платит. Когда я был в Косово, то увидел, что половина населения Македонии практически кормится с этих баз, поскольку все услуги покупаются на месте.

Суть не в том, есть иностранная база или нет, а в том, что эта база не должна разрушать государство. Мы только сравнительно недавно добились, чтобы зарплата российским военнослужащим выплачивалась в грузинской национальной валюте. Так как в течение нескольких лет у нас была серьезная интервенция рубля.

— Какова цель вашего нынешнего визита в Украину?

— Вы знаете, что президент Шеварднадзе наградил вашего экс-министра обороны Александра Кузьмука Медалью Чести. Насколько я знаю, эта награда впервые покинула пределы Грузии. Я считаю, что Александр Иванович действительно заслуживает этой награды. Последние три года мне довелось работать в качестве его коллеги. Это был приятный опыт.

— Давид Давидович, как складываются отношения с нашим новым министром обороны?

— В духе преемственности.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно