НИКОЛАЙ ОБИХОД: «КАДРОВЫЙ РАБОТНИК, УШЕДШИЙ ИЗ СИЛОВОГО ВЕДОМСТВА, НЕ УХОДИТ ИЗ НЕГО НАВСЕГДА»

19 июля, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск № 27, 19 июля-26 июля 2002г.
Отправить
Отправить

К сожалению, нам так и не удалось остановиться на одной-единственной версии безвременной отставки заместителя Генерального прокурора Николая Обихода, позволяющей с уверенностью отбросить все остальные...

К сожалению, нам так и не удалось остановиться на одной-единственной версии безвременной отставки заместителя Генерального прокурора Николая Обихода, позволяющей с уверенностью отбросить все остальные. Согласившись дать эксклюзивное интервью «ЗН», Николай Обиход первым делом категорически отмел все наши предположения. Поэтому предлагаем читателям его собственный вариант ответа на поставленный вопрос. Конечно, наивно было бы надеяться на «момент истины», когда речь идет о человеке, который больше привык задавать вопросы, чем отвечать на них. Однако мы уверены, что для многих рассказ Н.Обихода «о времени и о себе» покажется небезынтересным.

Николай ОБИХОД:

«Перед тем, как ответить на ваши вопросы, должен сразу сказать, что не на все из них вы услышите полные и удовлетворяющие ваше любопытство ответы. Практически каждый кадровый работник, ушедший из силового ведомства, не уходит из него навсегда и соблюдает профессиональные традиции, даже продолжая свою жизнь и деятельность за его стенами. Не являюсь исключением из этого правила и я. Никогда не видел ничего плохого в необходимости защищать честь мундира, дорожить авторитетом и престижем ведомства, к которому принадлежу. Я патриот прокуратуры, которой отдал более 20 лет сознательной жизни, которая воспитала меня и дала мне самому возможность воспитать многих настоящих прокурорских работников, профессионалов, принесших значительную пользу не только прокуратуре, но и в целом нашему государству.

Следственная работа, которой я посвятил себя в прокуратуре, по определению несовместима с излишней «прозрачностью», как это теперь модно называть. Прозрачность уместна в суде, при публичном рассмотрении конечного продукта, который создается следствием. Хотя в настоящее время я пенсионер, но необходимость соблюдать известную мне следственную тайну, правила конфиденциальности, взятые на себя обязательства, заботиться о безопасности людей, сотрудничающих со следствием, неприязнь к излишней болтовне являются для меня и сегодня естественными правилами поведения.

Кое-кто уже выдвинул свои версии этого нормального, на мой взгляд, решения, принятого мною с учетом существующих реалий. У меня вызывают улыбку утверждения некоторых несведущих людей о том, что новый генеральный прокурор отправил меня на пенсию, акцентирующих на том, что Обиходу всего 46 лет и что у него для ухода на пенсию минимальная выслуга 20 лет, хотя полноценная выслуга должна составлять 25 лет. Это намек на то, что меня якобы отправили на пенсию вопреки моему желанию и что причиной этого стал, по логике этих знатоков, развал в работе. Некоторые договорились до того, что это случилось в наказание за направление мною за своей подписью представления Генеральной прокуратуры в Верховную Раду Украины о даче согласия на привлечение к уголовной ответственности Тимошенко Юлии. Есть и другие догадки, изложенные в газетах. Я ценю «Зеркало недели» за то, что вы не поспешили нацепить дешевые ярлыки на отставного генерал-лейтенанта от прокуратуры, которому действительно 46 лет, но который как раз и видит в своем возрасте и достаточном жизненном и профессиональном опыте свое преимущество перед теми, кто отправляется на пенсию в инвалидной тележке или в сопровождении людей в белых халатах из всем известной больницы. Я не принадлежу к тем чиновникам — бумажным душам, которые обеими руками мертвой хваткой держатся за свое кресло и которых возможно удалить из кабинета только вынеся вперед ногами. Кстати и выслуги у меня 25 лет, а не 20, как это кто-то неправильно подсчитал, будучи не в ладах с арифметикой.

Если говорить серьезно, то я подал новому генеральному прокурору рапорт об уходе на пенсию по собственному желанию, и это было моим личным решением. Могу сказать, что это было неожиданностью и для генерального прокурора, предложившего мне широкий выбор для дальнейшей трудовой деятельности в органах прокуратуры. Причина принятого мною решения проста и в цивилизованном обществе она воспринимается естественно и без ажиотажа: в Генеральную прокуратуру пришла новая команда, руководитель которой имеет другие взгляды на следствие в прокуратуре, его организацию, методы его осуществления. Поэтому нужно дать новой команде возможность осуществить свои новые идеи, не мешая своим присутствием, поскольку мои взгляды на следствие в прокуратуре являются несколько иными и не в моих правилах проявлять многовекторность на этом поприще. Я воспитанник старой прокурорской школы 80-х годов и никогда не изменял принципам, заложенным в мое становление как следователя моими наставниками в то порядочное, но, увы, далекое время.

Когда-то в середине 90-х годов новоназначенный генеральный прокурор 60-летний Григорий Ворсинов предложил мне — в то время 39-летнему генералу — освободить должность заместителя генерального прокурора Украины, а затем и должность начальника Управления по расследованию особо важных дел Генпрокуратуры Украины и в последнем случае уйти на пенсию по выслуге лет, мотивируя это тем, что он создает молодую команду в Генеральной прокуратуре. Мне — сорокалетнему человеку, тогда самому молодому из руководителей органов прокуратуры в Украине — сложно было понять его логику, поэтому я не согласился с последним вариантом. Я получил соответствующую поддержку, после чего, оставшись в прокуратуре, мне удалось сделать много полезного для Закона и государства. Сейчас же, в отличие от былого, дает себя знать усталость, имеются проблемы со здоровьем, а поэтому необходимо некоторое время отдохнуть и восстановить силы.

Если же через некоторое время мой опыт и профессиональные возможности понадобятся руководству государства, я буду готов выполнять порученные функции на том участке, на котором требуются качества, свойственные моему стилю работы.

Я не буду перечислять сделанное за годы работы в Генеральной прокуратуре — об этом знают мои коллеги в правоохранительных органах, а именно уважение профессионалов я ценю больше всего. О проделанной работе можно рассказывать долго и интересно, но не в сегодняшнем кратком интервью. Знают и другие осведомленные люди, в том числе из числа процессуальных оппонентов — подследственные, их защитники, — а это сотни людей за годы независимой Украины. И я думаю, тоже не с подлой стороны. Непременная обязанность следователя — быть чистым перед Богом и людьми при решении людских судеб, не использовать для достижения праведных целей негодные, тем более преступные средства и в этом отношении следователи Генеральной прокуратуры всегда были на высоте. Тем не менее, хотел бы упомянуть, что практически почти все широко известные уголовные дела в Украине за годы независимости расследовались с моим непосредственным участием или под моим руководством. Это и дело известного маньяка-убийцы Оноприенко, дело братьев-убийц Боротьбенко, дело бывшего руководителя Черноморского пароходства Кудюкина, дело руководителей «Дамианабанка», дело известного дипломата Коваля, дела об убийствах народных депутатов Украины Щербаня и Гетьмана, дела в отношении отца и сына Агафоновых, дело Лазаренко, дела в отношении Тимошенко и других руководителей корпорации «ЕЭСУ», множество других уголовных дел.

Огромное, уникальное дело бывшего премьер-министра Украины Лазаренко расследовано возглавляемым мною коллективом следователей почти полностью, а оставшиеся формальности уже легко будет доработать новой команде. Стратегия и тактика расследования этого дела полностью спланирована, а огромная аналитическая работа по этому делу, которая проводилась ежечасно и ежедневно в течение четырех лет, осуществлена лично мною и под моим непосредственным руководством. Нами найдены и арестованы в разных регионах мира около 275 млн. долларов США денежных средств Павла Лазаренко, добыты доказательства неправомерной деятельности его и ряда других лиц, представлены органам юстиции других государств достаточные доказательства для привлечения его к судебной ответственности в этих странах.

Американское дело против Лазаренко построено почти на 90% на доказательствах, добытых следователями Генеральной прокуратуры как в Украине, так и во многих других странах, и переданных коллегам из США, которые затем еще раз своими собственными расследованиями подтвердили объективность этих доказательств.

Дело в отношении Тимошенко и других руководителей корпорации «ЕЭСУ» также почти на финише, что подтверждается подписанным мною в июне этого года представлением в Верховную Раду Украины о даче согласия на привлечение Ю.Тимошенко к уголовной ответственности. Под этим представлением необходимо изменить лишь подпись. Еще четверо руководителей «ЕЭСУ», которые с 2001 года пребывали «в бегах» и были объявлены Генпрокуратурой в розыск, задержаны 1 июня в Турции на основании документов, представленных Генеральной прокуратурой Украины, и вследствие проведенных под моим руководством следственно-розыскных мероприятий. Новому руководству необходимо будет выполнить лишь формальности, связанные с экстрадицией четырех руководителей «ЕЭСУ» из Турции в Украину на основании подписанного мною ходатайства о их выдаче и с получением согласия в Верховной Раде в отношении Тимошенко.

Я горжусь тем, что именно мне и моим ближайшим коллегам довелось стать теми людьми, которые своей работой в 1998—99 гг. в значительной мере не допустили прихода к государственному руководству через президентские выборы П.Лазаренко — человека, который обвиняется в разных странах не только в ограблении собственного народа, получении взяток в особо крупных размерах с использованием занимаемых высоких государственных постов, в должностных и других преступлениях. Кроме того, в результате напряженной и филигранной работы следователей Генпрокуратуры в последнее время он обоснованно обвиняется в заказе и организации убийств выдающихся деятелей в Украине — народных депутатов Украины Евгения Щербаня и Вадима Гетьмана, подготовке убийств не менее известного народного депутата Украины Александра Волкова, всем известного в газовой сфере украинской экономики Игоря Бакая. Гитлер, как вы знаете, также пришел к власти демократическим путем, и куда этот выбор привел Германию в конечном счете — всем хорошо известно. К сожалению, на его пути к властному Олимпу не нашлось правильного полицейского или прокурора — при наличии всех предпосылок для этого.

Я горжусь тем, что в судебном процессе уголовное дело против исполнителей этих гнусных злодеяний рассматривается ровно, взвешенно и на основании Закона, без закулисных интриг и без каких-либо эксцессов, которые уже стали привычными в других судебных процессах вокруг резонансных уголовных дел.

Раскрытие и расследование этих преступлений — это тоже несомненная заслуга возглавляемого мною коллектива, из которого, к слову, ни один из работников прокуратуры не был отмечен государственными наградами. А следователи работали по 5—7 лет без отпусков, без разгрузочных моционов в Крыму или Трускавце и не знают, что такое нормальный отдых.

Я не берусь самостоятельно оценивать свой вклад в работу следственных органов прокуратуры Украины — наверное, каждый из нас не может это сделать достаточно объективно из-за свойственного человеческой природе эгоцентризма. Возможно, вам будет интересна оценка этой работы коллегами из правоохранительных органов некоторых стран, которые традиционно сдержаны в своих оценках состояния правоохранительной работы в бывших странах СНГ и в Украине в частности. Кстати, в связи с уходом на пенсию мною получено значительное количество писем от руководителей разных правоохранительных структур, не только прокуратуры, из ряда стран, например, из Швейцарии, Германии, Израиля и других.

Если говорить, как отнеслись к моему уходу на пенсию причастные к расследуемым делам лица, то об этом должны быть осведомлены те, кому это положено знать по службе. Мне, в частности, известно, что супруга господина Лазаренко в Днепропетровске дала по данному поводу банкет доверенным лицам, усмотрев в этом заурядном событии какой-то положительный знак в будущей судьбе ее мужа. Но она ошибается.

Сожалею об одном: что мне не пришлось заниматься расследованием известных дел об убийствах Гонгадзе и Александрова, вокруг которых так много шума и за которыми в свое время генеральным прокурором Михаилом Алексеевичем Потебенько были закреплены в качестве руководителей расследования другие заместители генпрокурора. Кое-кто из них уже работает в новой команде нового генерального прокурора.

С сожалением оставляю также прекрасный коллектив работников прокуратуры, который я до сих пор считаю своим. Я уверен в том, что кадровый потенциал в Генеральной прокуратуре при всех кадровых изменениях остается сильным и доведет до конца те дела, которые не завершены мною. Ведь по оценке уже нового генерального прокурора Украины Святослава Пискуна готовность этих дел составляет 97%. Я бы оценил их готовность несколько скромнее — примерно на 90%».

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК