ЗАКОН ОБ ОХОТЕ И КОЕ-ЧТО ОБ ОХОТНИЧЬИХ «РАЗВЛЕЧЕНИЯХ»

17 августа, 2001, 00:00 Распечатать Выпуск №31, 17 августа-22 августа

Более года прошло после принятия закона «Об охотничьем хозяйстве и охоте». Это положило конец все...

Более года прошло после принятия закона «Об охотничьем хозяйстве и охоте». Это положило конец всем неточностям в формулировках и разъяснении таких понятий, как «государственный охотничий фонд», «охотничьи угодья», «продукция охоты», «норма отстрела» и тому подобное. Но этот закон не устранил глубокие противоречия, возникшие ранее и усиливающиеся до сих пор. О них и пойдет речь.

Кто-то упрекнет, мол, с момента подписания закона прошло совсем мало времени, чтобы говорить о положительных результатах. Тем не менее нет никаких оснований надеяться на лучшее. Прежде всего потому, что не устранена основная причина: противоречие между государством и рядовым реестровым охотником. Упомянутый закон сохранил монополию государства на управление охотничьими угодьями. Кто-то «наверху» принимает решение, где-то там, в верхах, его утверждают, а охотника ставят перед фактом, что охотничьи угодья за его же подворьем принадлежат совсем другим пользователям, которые устанавливают свои правила игры.

 

Принимался закон во время активного перераспределения между пользователями охотничьих угодий, часто приводившего к настоящим драмам. В результате чего традиционные общественные организации в большинстве областей Украины, такие как УООР, потеряли самые продуктивные площади, а их члены остались, как говорится, за бортом. Только на Львовщине сегодня насчитывается более шестидесяти пользователей охотничьих угодий с разными формами собственности.

Как до принятия закона, так и после наблюдается тенденция к устранению низовых обществ от участия в воспроизведении фауны. Это и понятно, ведь «законное», ничем не ограниченное право на охотничьи угодья у тех, кто их распределяет и контролирует. Поэтому сегодня первыми же его нарушителями являются работники гослесхозов и правоохранительных структур. Ведь шила в мешке не утаишь. Под прикрытием формальных документов, по которым должны проводиться рейды по отстрелу одичавших собак или селекционный отстрел охотничьих животных, на самом деле происходит тотальная зачистка угодий. Облавные охоты с гончими собаками отгоняют зверей от привычных мест. А на незнакомых территориях животные, как известно, становятся легкой добычей волков и одичавших собак. И браконьеров.

Передача охотничьих угодий новым пользователям имеет еще один негативный результат. Большинство таких хозяев только эксплуатируют их, не вкладывая средства в воспроизведение. Но, как известно, для полноценного восстановления фауны на каждую тысячу гектаров леса нужно 1500 гривен ежегодно. Лично я не слышал, чтобы какое-то охотничье хозяйство площадью, к примеру, 30 000 га внесло необходимую сумму. Нет и этических ограничений на уничтожение маточного поголовья и перспективных самцов. А ведь это едва ли не самая большая проблема. Ведь гибель самки ставит под угрозу выживание ее молодняка, а отсутствие продуктивных самцов приводит к тому, что большинство самок остаются без приплода.

Одна из причин уменьшения популяции диких животных в Украине — некомпетентность правительственных чиновников, от которых зависит сохранение ценных видов фауны. Нередко простой охотник из далекого хутора знает суть дела значительно лучше, чем высокий чин из государственного ведомства. Всего лишь один пример. В прошлом году был запрещен отстрел волков. В Карпатах егеря только руками развели. Каждый знает, что волк ежегодно потребляет около двух тонн мяса. А это более десяти оленей! Как известно, основной причиной сокращения популяции оленя и кабана в Карпатах стало увеличение количества волков. В некоторых районах они истребили почти всех оленей и уже приближались к человеческому жилью.

Думаю, что конфликт между государством и реестровым охотником возник давно. Государство не доверяет человеку, подозревая его в нарушении закона. Эта тенденция сохраняется по сей день, и, к сожалению, в законе об охотничьем хозяйстве не предусмотрены пути решения этой проблемы. Вместо того чтобы провести настоящую реформу, правительственные чиновники формально прикрываются пришибеевскими окриками: «Нельзя!», «Запретить!», «Не пущать!». Скажем, формально на территории западных областей Украины был введен трехлетний мораторий на отстрел копытных животных: кабана, косули, оленя и лося. По этой причине из охотничьих хозяйств ушли многие квалифицированные кадры, получавшие средства к существованию продажей услуг по отстрелу этих животных.

И еще одно. Настоящим законом не предусмотрен механизм эффективного контроля за пользователями угодий, большинство из которых являются лишь их эксплуататорами. Нужно создать независимые управления охотоведения или, по крайней мере, отдать земли в ведение управлений экобезопасности. Вместе с тем не стоит забывать, что контроль со стороны общественности наиболее эффективен. Но за последние годы все делалось наоборот: общественные организации стали как бельмо на глазу для правительственных чиновников-бюрократов.

Каков же выход из этого положения? Прежде всего, Украина должна выбрать модель ведения охотничьих хозяйств подобно той, которая действует сейчас в Чехии и Польше. Там предпочтение отдано низовым обществам, объединенным в организации. Они самостоятельно проводят биотехнические мероприятия, таксацию, устанавливают нормы отстрела и формы проведения охоты. Государство лишь контролирует соблюдение действующего законодательства, и его роль сведена к минимуму. В результате за последние десять лет коренным образом изменилась ситуация в соседней Польше. Там трудные зимы 1995—1996 и 1998—1999 годов не сказались на популяции диких животных, поскольку общими усилиями егерской службы и реестровых охотников было организовано их подкармливание. В Украине потери животных в указанные периоды достигали 50%. И причина вовсе не в сложных климатических условиях, а в бесхозяйственности пользователей. В трудные зимы волки загоняют стада оленей и косуль в долины рек, где и уничтожают их. В Рогатинском районе Ивано-Франковской области прошлой зимой во время только одного егерского обхода автор этих строк нашел 37 мертвых косуль. Погибли они от голода. В сложных погодных условиях прошедшей зимы помощь животным практически никто не оказывал, спохватились, когда было уже поздно. При этом один из прокуроров Львовщины похвалялся, что ему удалось отстрелять в Сколивских Бескидах более двадцати изможденных оленей-рогачей, которые не смогли убежать.

Не будет преувеличением, если скажу — сегодня в Украине ни одна охота не обходится без элементов браконьерства. Ни разу не было привлечено к ответственности должностное лицо, по вине которого произошел массовый падеж животных, уничтожение их волками или одичавшими собаками. Как правило, показатели нарушений правил охоты «подгоняют» за счет первого попавшегося нарушителя, застрелившего вместо одного разрешенного зайца двух. Поэтому неудивительно, что популяция диких животных в Украине самая низкая в Европе.

Устаревшие методы охоты с большим количеством собак и загонщиков, постоянно практикуемые в пограничной полосе, хорошо известны нашим польским соседям. Как только у нас начинается охотничий сезон, польская егерская служба вынуждена каждые субботу и воскресенье выставлять посты и следить, чтобы кто-то «случайно» не забрел на их территорию. Любопытно, что важным гостям из Киева в последние годы тоже понравился этот дикий способ «развлечения».

 

Обычно охота в Украине выглядит так. Утром к усадьбе лесника приезжает группа людей. Как выясняется позже, тут кто-то кому-то чем-то обязан. И этот «обязанный» выкладывает деньги за лицензию или, если при власти, только забирает егеря, и уже возле первого квартального столба в лесу «охотники» опрокидывают рюмку, другую, третью — «так, чтобы пуля между ними не пролетела». Потом компания разбивается на две части: на «номера» и загонщиков. Через некоторое время спущенные собаки прочесывают лес, а загонщики с улюлюканьем и криками продираются сквозь чащи. Вдруг раздаются собачий лай, выстрел, потом лес наполняется непонятным шумом.

Затем все собираются и быстренько тащат к машине козленка. Начинается новый загон, потом еще один, потом еще и еще... Ближе к полудню егерь из машины вынимает добычу: несколько косуль, а бывает, олень или кабан. Егерь и его помощники начинают свежевать, кто-то разжигает костер... Так называемые «гости» между тем пьют дорогие напитки, вкусно закусывают и рассказывают неприличные анекдоты. Через некоторое время добычу делят, все быстро собирают вещи и едут в заказанный ресторан. Остаются только егерь с помощниками — двумя-тремя сельскими мужиками, которые жадно набрасываются на объедки и недопитую водку.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно