ПЯТНО - Среда обитания - zn.ua

ПЯТНО

7 декабря, 2001, 00:00 Распечатать

Площадь в восемь квадратных метров. Экспозиционная доза — пятьсот микрорентген в час. Таковы параметры радиоактивной отметины, обнаруженной недавно между колеями черниговского локомотивного депо...

Площадь в восемь квадратных метров. Экспозиционная доза — пятьсот микрорентген в час. Таковы параметры радиоактивной отметины, обнаруженной недавно между колеями черниговского локомотивного депо. Фонящая «клякса» напомнила жителям нашего города о том, о чем ликвидаторы хотели бы забыть, а начальство усиленно предпочитает не вспоминать.

Как сообщила местная печать, пятно выявил инженер-радиолог санучастка ст. «Чернигов» Дарницкой линейной санстанции Юго-Западной железной дороги А.Довгань. В сообщениях подчеркивалось, что участок, где притаился «чернобыльский след», был довольно безлюдным. Впрочем, окажись он в самом что ни на есть густонаселенном районе — это ничего бы не изменило.

Железнодорожники окружили опасную зону вешками, известили кого следует из местного руководства и вызвали специалистов комбината по захоронению радиоактивных отходов государственного объединения «Радон», подчиненного МЧС. Все еще раз обследовали, перемерили, уточнили чернобыльское происхождение опасного участка (об этом свидетельствовали следы изотопов цезия). Составили соответствующий акт.

Дальше началось такое, о чем и писать неловко. Пребывающий на хозрасчете «Радон» выставил за дезактивацию и захоронение грязного грунта счет. Где-то около двенадцати тысяч гривен. То ли такой умопомрачительной суммы не отыскалось в казне Юго-Западной железной дороги сразу, то ли по иным причинам вышла заминка. Но в паузе, образовавшейся после обнаружения цезиевого отпечатка, местные СМИ успели проинформировать читателя, от чего зависит его безопасность. От предоплаты. Оказывается, лишь полный предварительный расчет потерпевшей стороны с государственными дезактиваторами позволяет сегодня надеяться на своевременное «разминирование» меченных Чернобылем территорий. Ну ладно, железнодорожное ведомство — не из бедных. А если следующую «кляксу» найдут на территории загибающегося от нищеты предприятия или иного заброшенного собственником объекта?

О том, что с захоронением радиоактивных отходов нечернобыльского происхождения (отслуживших свое медицинских приборов, содержащих плутоний радиоактивных датчиков и т.п.) постоянно возникают проблемы, нам уже доводилось писать. И могильники перегружены, и средств не хватает... Но что подобный беспредел распространяется также и на следы самой страшной в истории экологической катастрофы, следы, обнаруженные в центре крупного города и угрожающие здоровью людей, — оказалось обескураживающей новостью. Нам-то представлялось, что подобные вещи должны ликвидироваться молниеносно, без торга, вроде того, как мгновенно обезвреживаются в США обнаруженные споры сибирской язвы. И не так уж важно, какой финансовый механизм гарантирует своевременное уничтожение опасности — оперативное государственное финансирование, муниципальный резервный фонд, целевой кредит или обязательная страховка. Важно, чтобы он был и срабатывал безотказно. Но для этого необходима самая малость. Соответственный уровень компетентности и заинтересованности руководителей.

В своем отношении к последствиям Чернобыля региональные власти прошли несколько стадий. От полного отрицания таковых до того, что в народе называют «итальянкой». Молчаливого и неброского игнорирования проблем, связанных с аварией на ЧАЭС. В промежутке имеет место период, который характеризовался более-менее нормальным, очеловеченным отношением власти к беде. Но длился он очень недолго.

1987 год. Влияние Чернобыля на жителей региона (кстати, от Чернигова до взорвавшегося реактора приблизительно 80 километров) априори объявляется радиофобией. Свирепствует чернобыльская цензура: слова «цезий», «стронций», «радиация» вычеркиваются из текстов местных журналистов на стадии предварительного редактирования. Идея построить на союзные (не местные) деньги Центр радиационной защиты населения у областного руководства не вызывает энтузиазма.

Конец 80-х. Отношение к проблеме на глазах меняется. И хотя следствием этого становятся порой абсолютно абсурдные начинания — вроде попыток переселения беженцев из зараженных районов Житомирской области в загрязненные же районы Черниговщины, чернобыльская программа финансируется. Здравый смысл побеждает. Центр радиационной защиты населения построен.

Начало 90-х. Статус области как пострадавшей ни у кого не вызывает сомнений. Осуществляется мониторинг пораженных территорий (в том числе и с воздуха). В газетах публикуются соответствующие карты. На базе лечебных учреждений области разворачивается ряд многообещающих исследовательских программ. Например, по изучению воздействия альфа-излучений на головной мозг при так называемом «внутреннем облучении», то есть когда радионуклиды попадают в организм с пищей. В черниговском воздушном лесном патруле создается десантная служба — чтобы моментально тушить пожары, вспыхивающие в неблагополучных с точки зрения радиоактивности районах леса. Понятно, что все это — полумеры. Что, скажем, участки заражения альфа-, бета- и гамма-излучениями могут не совпадать, а эффективных детекторов альфа-излучения нет... Но все равно — какие-то шаги предпринимаются.

2001-й год. Центр радиационной защиты населения ликвидирован решением за подписью губернатора. Насколько эффективным окажется созданный на его базе гибрид клиники с физкультурным диспансером — пока сказать трудно. Десантная служба охраны лесов приказала долго жить. Целый ряд признаков свидетельствуют: и областному, и городскому руководству всех уровней есть чем заняться, кроме чернобыльских проблем. Последние интересуют его крайне мало. В центре внимания — кадровая чехарда, предвыборная суета и тому подобные «судьбоносные» вещи).

...Интересно, сколько еще радиоактивных пятен не выявлено на Черниговщине? То, что нашли в локомотивном депо, — образовалось, по-видимому, просто. Постоял на том месте работавший в зоне тепловоз. Кто тогда, в 1986-м, думал о подобных мелочах?

Один из тогдашних руководителей облисполкома А.Рыженко (он и сейчас во властных структурах) рассказывал нам, что санобработка эвакуированных из зоны производилась в старой черниговской бане, для работы с радиоактивной грязью совершенно не приспособленной. Сейчас это здание продается с молотка. Кто бы ни был его нынешний хозяин — «Радону», в случае чего, ему заплатить явно нечем.

Тридцатикилометровая зона «расползается». Кто знает, на чьих машинах дослуживают сейчас запчасти с разбарахоленной техники из могильников? На черниговском «хитром рынке» продают явно бэушные респираторы-лепестки, приборы для измерения радиоактивности военного образца. Разок видели там даже вертолетные шасси. Кто даст гарантию, что не над Чернобылем отлетал свое этот вертолет? Пару лет назад среди торговцев вспыхнула паника. Чей-то индивидуальный дозиметр зашкалило. Радиологи санстанции проверили все своей аппаратурой — но источник излучения не нашли. Однако внутренняя готовность продавцов в любой момент напороться на радиоактивную железяку говорит о многом.

Рыночная экономика вошла в нашу жизнь явно не в ту дверь. Не так, как у нормальных людей водится. И хозрасчетное захоронение чернобыльских радиоактивных отходов на условиях полной предоплаты — яркое тому свидетельство.

Постскриптум. Чернигов сейчас переживает период бурной реконструкции. Насущные дела (вроде текущего ремонта текущих — пардон за каламбур — крыш) заброшены. И не то что в бедняцких кварталах — в суперэлитной школе с углубленным изучением английского языка номер один во время дождя хоть зонтики бери на занятия.

Но зато на проспекте Мира (бывшая ул. Ленина) вскрыт асфальт, спилены деревья. Прохожие, чертыхаясь, перепрыгивают через здоровенные ямы, уворачиваются от оккупировавшей тротуары строительной техники. Въезд в скверно отапливаемый, обшарпанный областной центр обустраивается по всем правилам потемкинской деревни. Будет ли этот евроремонт выполнен столь же бездарно, как выполнялись работы по созиданию новых торговых точек на ул. Рокоссовского, Шевченко, Щорса? (Ледоколами врезавшиеся в тротуар крылечки, выдувшиеся грыжи новых фасадов, декоративная плитка вместо асфальта, превращающаяся зимой в каток, штыревые металлические «оградки» кладбищенского вида высотой по колени прохожим, будто специально сделанные, чтобы наколоться на них при неудачном падении... И весь этот кошмар не то что разрешен — в заслугу себе городской архитектурой ставится... Подробно писали об этом в статье «Градостроительная вакханалия» («ЗН», №20, 2001 г.) — а уродующая город «трансмутация» еще пуще пошла, словно катализатор добавили. Уже после нашей статьи на улице Савчука едва бунт не вспыхнул, когда очередная торговая точка уничтожила зеленые насаждения, детскую площадку и возможность нормально ходить по двору для жителей многоэтажного дома. Местное телевидение показывало возмущенную толпу, чего уж больше... Но, как водится, с мнением людей черниговские власти не посчитались.

Так вот. Не знаем, хорошо ли, плохо ли подгримируют бывшую улицу Ленина. Но денег на это — уже сейчас видно — уйдет немыслимо много. А вот если с ее обитателями случится какое-то несчастье (радиоактивное пятно под ногами или нечто иное), то копеек на оперативную ликвидацию этой беды наверняка не найдется. Такой уж менталитет у нынешнего черниговского руководства.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №15, 21 апреля-27 апреля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно