Что нам Хортица, что мы Хортице…

27 мая, 2005, 00:00 Распечатать

Хортица — крупнейший остров на Днепре, его длина 12,5 и ширина 3 километра. За свою многовековую историю он никогда не испытывал к себе дефицита внимания...

Хортица — крупнейший остров на Днепре, его длина 12,5 и ширина 3 километра. За свою многовековую историю он никогда не испытывал к себе дефицита внимания. Об этом свидетельствуют обнаруженные археологами стоянка эпохи неолита, следы киммерийцев, скифов, сарматов, хазар, печенегов, половцев, ранних славян, сохранившиеся до наших дней в числе 80 исторических памятников. Гранитные скалы Хортицы, возвышающиеся на 35 метров над рекой, — самые древние горные породы на территории Украины. По утверждению ученых, их возраст превышает два миллиарда лет.

Помимо того, что на Хортице представлены все ландшафты Украины, остров обладает живой коллекцией свыше 1200 растений, включая десятки редкостных и эндемических. Многие из представителей островной фауны (порядка 250 видов) занесены в Международную и Украинскую красные книги.

С учетом этих обстоятельств в 1958 году остров Хортица был признан памятником природы местного, а в 1963-м — республиканского значения. Спустя два года он стал Государственным историко-культурным заповедником. Постановлением Верховной Рады от 6 апреля 1993 г. заповеднику был присвоен статус национального. В его состав, помимо Хортицы, вошли прилегающие острова и скалы.

Однако, несмотря на серьезное упрочение статуса поистине уникального природно-исторического памятника, находящегося в ведении Минкульта, его будущее по-прежнему внушает тревогу. Одно из свидетельств тому — высказывание министра культуры и искусств Оксаны Билозир, недавно посетившей Запорожье: «Мы приехали на вашу Хортицу и увидели, что это руина».

К проблемам Национального заповедника «Хортица» наш еженедельник уже обращался в публикации «Остров невезения» (см. «ЗН», №41, 2002 г.). Продолжением поднятой темы стал организованный по инициативе редакции круглый стол с участием городского головы Запорожья, кандидата философских наук Евгения КАРТАШОВА, директора культурного центра «Хортица», кандидата исторических наук Валерия КОЗЫРЕВА и директора Запорожского областного краеведческого музея, доктора исторических наук, профессора кафедры украиноведения Запорожского национального технического университета Георгия ШАПОВАЛОВА.

«ЗН»: Дискуссии о том, каким должен быть заповедник, ведутся много лет, но о выработке согласованного мнения в обществе пока говорить не приходится. Расскажите, пожалуйста, о вашем видении этой проблемы.

Е. Карташов: Наиболее важным в развитии национального заповедника является сохранение историчности Хортицы. Для этого необходимо поднять все знаковые объекты острова. Вторая задача — создание привлекательных условий посещения Хортицы как для любителей истории, так и для желающих отдохнуть. В этом нет никакого противоречия, поскольку все исторические места предусматривают формирование определенной инфраструктуры.

Г. Шаповалов: Разброс мнений по поводу того, какой быть Хортице, меняется по мере изменения нашей жизни. Особенно отчетливо это проявилось в последние 13—14 лет, когда спектр точек зрения расширился до взаимоисключающих. С одной стороны выступают те, кто попросту желает за счет острова любой ценой «срубить» деньги, а заодно и прихватить для себя участок земли. С другой — непримиримые сторонники того, чтобы природу Хортицы оставить нетронутой. На мой взгляд, истина находится посередине. Безусловно, остров необходимо развивать как своеобразное уникальное хранилище памятников истории и природы. Их надо исследовать, музеефицировать и, не нанося ущерба, одновременно демонстрировать людям.

«ЗН»: Давайте перейдем к конкретике. Например, в заявлении городской ассоциации «Защитим Хортицу» говорится о том, что остров «нужно раз и навсегда оставить в покое! Хортица со всеми ее 2387 гектарами даже в нынешнем состоянии — САМОДОСТАТОЧНАЯ территория, имеющая животворное влияние не только на непосредственную окружающую среду, но и на состояние дел в планетарном масштабе. Эта земля не нуждается ни в каких искусственных дополнениях, особенно урбанизационного характера».

Е. Карташов: Тогда давайте построим огромный забор вокруг Хортицы, повесим большой замок, чтобы на остров никто не имел права ступать за исключением избранных. Но ведь все достопримечательности мира для того и существуют, чтобы с ними могли познакомиться как можно больше людей.

В. Козырев: Полностью согласен с Евгением Григорьевичем. На мой взгляд, проблема, в том, что Хортицу использовали и продолжают использовать как инструмент в политических процессах. Можно сколь угодно долго говорить об острове как о неком изотерическом, духовном начале, идеализируя и фетишизируя его, но нельзя упускать из виду, что Хортица — часть городской территории. Иначе за рассуждениями о космических вещах останутся без внимания интересы конкретных людей.

«ЗН»: Одна из особенностей заповедной Хортицы заключается в том, что остров расположен в центре города. На его территории проживает более 1,5 тысячи человек. Кроме того, здесь размещены несколько десятков хозяйственных объектов — санатории, базы отдыха, гостиницы, рестораны, водные станции, учебные заведения… Возможно ли их гармоничное соседство с заповедником?

Е. Карташов: Исходя из задачи, поставленной правительством, все земли Хортицы должны принадлежать национальному заповеднику. Но я считаю, что нужно смотреть на вещи реально. Способен ли заповедник обеспечить жизнедеятельность всех объектов, находящихся на территории острова? Конечно же, нет. И, думаю, в ближайшие 20 лет он не будет располагать такими возможностями. Поэтому сегодня нужно разграничить земли государственной, коммунальной собственности и национального заповедника. Это позволит обеспечить нормальные условия для тех, кто живет и работает на острове. С каждым из них необходимо заключить договор, предусматривающий передачу освобождающихся земель заповеднику по отдельно составленному графику.

В принципе для городских властей проще всего передать всю территорию в ведение заповедника и забыть о ней. Но ведь люди, живущие на острове, должны располагать такими же условиями, что и остальные горожане. А сейчас их права в значительной степени ущемлены. Достаточно сказать, что жители острова лишены возможности оформить свое жилье в частную собственность. Разве это соответствует нормам демократического государства, в котором высшей ценностью является гражданин?

Говорят, на территории одного из национальных парков Франции стоит маленький невзрачный домик, который совершенно не вписывается в общий вид. Но это строение власти не могут убрать в течение уже 60 лет, потому что его хозяин не соглашается. Откровенно говоря, такой подход для меня более приемлем, нежели позиция тех, кто бьет себя в грудь, желая доказать собственную патриотичность. От этого, согласитесь, только грудь станет более вогнутой, но человек лучше не станет.

Убежден: необходимо четко понимать, что происходит на острове и что там надо сделать через 5, 10, 15 и 20 лет. А если кому-то хочется обустроить заповедник за несколько дней, то это, по меньшей мере, несерьезно.

В. Козырев: По-моему, земельной проблемы в заповеднике вообще не существует. Ее создают искусственно, как и в целом проблему Хортицы. Спрашивается, кто мешал на протяжении десяти лет государству в лице Министерства культуры и его национального заповедника выводить пахотные земли в целину? Поэтому, честно говоря, непонятно, почему администрация заповедника столь настойчива в стремлении получить в безраздельное пользование всю землю острова? Давайте разберемся. На 700 гектарах островной земли хозяйничает лесхоз. В ведении ГСП «Хортица» — кстати, единственного сельхозпредприятия в системе Минкульта — находится свыше тысячи гектаров. За десять лет из них не стал заповедным ни один гектар. Земля продолжает возделываться, но ГСП «Хортица» не платит за пользование ею ни копейки. И в то же время хозяйство, которое фактически управляет половиной острова, требует, чтобы землю ему передали де-юре. Но когда речь заходит о размежевании территории, на это почему-то не обращают внимания. Акцент делается на невозможности передачи в городскую собственность всего каких-то 200—300 гектаров. Тогда позвольте спросить, а кто же будет заниматься коммунальным, транспортным, торговым, медицинским обслуживанием живущих и работающих на острове? Я считаю, что горисполком такой же орган исполнительной власти, как и дирекция заповедника. Если угодно, никто не в праве игнорировать мнение городского совета, поскольку в обустройство острова вложены деньги налогоплательщиков. Нравится это кому-то или нет, но интересы каждого из 700 тысяч запорожцев на острове имеются. Поэтому, выполняя закон о статусе национального заповедника, представители городской общины вправе взять на себя часть функций заповедника на время переходного периода. Разумеется, речь не идет о научных и природоохранных задачах, а о сугубо хозяйственных, с которыми администрация заповедника не может справиться. Механизм решения этой проблемы не представляет никакой сложности. Достаточно согласия министерства, на основании которого Кабмин издаст распоряжение. Что же касается профилакториев и баз отдыха, то пусть они существуют на Хортице вечно, но с обязательным условием — эти учреждения не должны менять профиль своей деятельности.

«ЗН»: Наверное, эти проблемы сегодня не стояли бы так остро, если бы Министерством культуры до 1 января 1995 года был разработан и утвержден генеральный план развития заповедника, как это было предусмотрено постановлением Верховной Рады.

Е. Карташов: Генплан разработан и утвержден сессией Запорожского горсовета и Министерством культуры в прошлом году. Естественно, этот документ нуждается в доработке. Но, как говорится, процесс совершенства бесконечен.

Г. Шаповалов: Позволю себе напомнить, что до 1965 года остров имел чисто утилитарное предназначение. И когда бывший заместитель председателя Запорожского облисполкома Николай Петрович Киценко отстаивал идею создания на Хортице историко-культурного заповедника, эта затея, откровенно говоря, была весьма авантюрной. Если шла речь о Чигирине или Батурине, их историческая ценность на то время ни у кого не вызывала сомнений. А что касается Хортицы, то заявляю об этом с полной ответственностью: по состоянию на 1965 год отсутствовали какие-либо научно доказанные следы пребывания на острове запорожского казачества. Да, были записи Якова Павловича Новицкого, Дмитрия Ивановича Яворницкого, но это — легенды, а не материальные свидетельства, которые могут быть представлены в качестве научных артефактов. Единственное, чем апеллировал Киценко, — это письменные источники, свидетельствовавшие о нахождении возле Хортицы крепости Дмитрия Вишневецкого — первой Запорожской Сечи. Но поскольку материальные памятники на то время отсутствовали, это сказалось и на формировании первой концепции развития заповедника. А если учесть, что в ее разработке могли принимать участие фактически все желающие, то нет ничего удивительного в том, что все свелось к созданию новоделов и мемориалов. Достаточно вспомнить, что вынашивались планы создания на Хортице пантеона украинских гетманов с перезахоронением их останков. Однако за последние два десятилетия мы стали свидетелями сенсационных открытий на острове: подъем кораблей, скифское городище, поселение Киевской Руси… Наконец, на Малой Хортице или острове Байды найдены останки Сечи Вишневецкого. В связи с этим закономерен вопрос: учитывает ли эти открытия генеральный план развития заповедника? К сожалению, нет. Сложилось как бы «двоевластие»: с одной стороны, есть неплохой проект развития острова, а параллельно существует реальная Хортица с огромным количеством выявленных памятников, и с еще большим — неоткрытых. Как быть с ними, если концепция не предусматривает самого главного — исследования острова? Открытие очередного памятника сразу же порождает вопрос: а что с ним делать? Особенно в том случае, если он не вписывается в уже утвержденную концепцию. За примерами далеко ходить не надо — так было с поднятой со дна Днепра казацкой чайкой, которую потом, как оказалось, и поставить вроде бы некуда.

Е. Карташов: Действительно, создание музея судоходства было включено в генплан в последний момент.

Г. Шаповалов: Хотя, если я не ошибаюсь, его создание предусматривалось еще в 1974 году постановлением ЦК. Тем не менее этот музей как бы выпадал из контекста. Потому что он не вписывался в изначальную концепцию развития, которая, увы, не лишена недостатков. Например, мне кажется нецелесообразным сооружение памятника «Казаки в дозоре». Возможно, 30 лет назад он был бы уместен, но сейчас это скульптура в стиле «а-ля Сталинград». И вряд ли стоит в начале третьего тысячелетия реанимировать идею, которая возникла 40 лет назад. Тогда это было простительно — не было памятников, нечего было музеефицировать и даже гордиться было нечем на Хортице. Сегодня все это есть.

В. Козырев: Я бы обратил внимание на еще один принципиальный момент. Образ Хортицы, безусловно, весьма привлекателен в плане идейного объединения регионов. И это особенно актуально после столь длительных и болезненных политических процессов, которые пришлось пережить нашей стране. Однако это ни в коем случае не дает право на попытки своеобразного заповедного экстремизма, который пришлось пережить в советское время. Вспомните, как по команде из центра в Феофанию свозили со всей Украины церкви, мельницы, хаты для создания этнографического комплекса. Нечто подобное наблюдается и в наши дни, когда Минкульт предлагает областям «скинуться» экспонатами на создание исторических комплексов в Запорожье или Батурине. Извините, но это не то что непрофессионально, а попросту неэтично по отношению к регионам.

«ЗН»: Тогда закономерен вопрос: где искать реальные источники финансирования заповедника?

Е. Карташов: Конечно, можно жить надеждой на то, что со временем у государства будет достаточно средств, чтобы содержать заповедник. Но пока этого нет, единственный выход — создание условий для самоокупаемости Хортицы. Иначе проблемы и впредь будут замыкаться в заколдованный круг. В очередной раз приедет новое правительство, посокрушается, как плохо обстоят дела на острове, а Хортица так и останется со своими бедами.

Г. Шаповалов: Думаю, в поисках ответа на этот вопрос совершенно нелишне вспомнить опыт советских времен. Тогда посещение музея на Хортице было обязательным элементом в туристических программах. И действовал закон, согласно которому все туристические организации отчисляли средства на развитие музеев и памятников. А если сегодня кто-то думает, что культуру удастся поднять только за счет государственного финансирования и так называемых добровольных пожертвований, то он глубоко ошибается.

В. Козырев: Полностью согласен с тем, что заповедник должен зарабатывать деньги. А для этого многие из его объектов — как имеющиеся, так и запланированные — должны стать не чисто музейными, а функциональными, особенно если они представляют собой муляжи-новоделы. Как, скажем, строящийся комплекс «Запорожская Сечь». На его базе необходимо создать гибкую хозрасчетную структуру, доходы которой будут направляться на обустройство заповедника. В противном случае та же «сечь» через пару лет развалится, поскольку не найдется денег на охрану…

«ЗН»: Идея функциональности предполагает широкое привлечение посетителей. Периодически приходится слышать о плане представления Хортицы и Запорожья в качестве туристической Мекки. Однако, похоже, на практике эта идея не выходит за рамки декларации. Ведь туризм— серьезный вид бизнеса. Но почему-то при разработке плана развития заповедника мнение профессионалов-туроператоров не было учтено.

Е. Карташов: Бесспорно, система туризма должна предусматривать глубокую теоретическую и практическую разработку. В городе к этой работе уже приступили. Создана специальная рабочая группа, готовятся соответствующие планы с учетом опыта ведущих туристических центров. А что касается заповедника, то его развитие мы предусматриваем в комплексе со строительством ряда торговых, культурных и спортивных объектов в городе. На самой же Хортице должна быть создана минимально необходимая инфраструктура, обеспечивающая комфортные условия пребывания туристов в течение дня.

Г. Шаповалов: К слову, Запорожье — это не только Хортица. Это еще и Днепрогэс в комплексе с уникальной урбанистической средой соцгорода. Здесь полностью реализованы идеи великого Корбюзье, впервые в мире построено двухъярусное жилье. Есть еще и архитектура старого Александровска — своеобразная и по-своему привлекательная.

В. Козырев: Вопрос о туризме чрезвычайно актуален, но, к сожалению, он практически не учтен в концепции развития заповедника. На мой взгляд, виной тому ведомственный подход. Несколько лет назад в поведении городских властей наблюдалось некое заигрывание: кому следует передать заповедник — Минэкологии или Минкульту; Хортица должна иметь статус национального парка или историко-культурного заповедника? Нечто похожее происходит и с туризмом. Ведь если разобраться, чиновнику от Министерства культуры глубоко безразлично развитие туризма по одной простой причине — он не видит в этом интереса ни ведомства, ни своего лично. Вот и получается, что сегодня в заповеднике 76 сотрудников, в том числе 6 бухгалтеров, но нет ни одного субсчета, хозсчета, ни одного структурного подразделения. А конный театр на острове за сезон посещает порядка 10 тысяч туристов. Потому что он — гибкая хозрасчетная структура, подобных которой на Хортице должно быть много.

«ЗН»: Возможно, одной из таких может стать строящийся комплекс «Запорожская Сечь», идея создания которого вынашивалась еще с 1965 года? Однако процесс его сооружения вызывает немало критических замечаний. Речь идет о том, что экспонаты комплекса не представляют никакой исторической и культурной ценности, грешат бутафорностью, а само строительство наносит ощутимый урон заповедной территории острова.

Е. Карташов: Воссоздание Сечи, думаю, вызовет интерес у туристов. Каждое сооружение комплекса будет в рабочем состоянии. Там будут представлены различные виды деятельности казачества, и это создаст дополнительный интерес для посетителей заповедника.

В. Козырев: Думая об этом комплексе, вспоминаю времена, когда мне приходилось возглавлять зарубежные делегации. Перед поездкой закупались сувенирные пластмассовые казаки местного производства. Особая ценность этих изделий заключалась в том, что в сувенире помещалась бутылка водки. Таможня ведь разрешала вывозить не больше литра, а так удавалось увеличить количество горячительных подарков. Прозрение наступило после того, когда увидел, что некоторые деятели культуры после пересечения границы попросту выбрасывали казаков как ненужную тару. Я понял: как в нейлоне, кримплене, болонье, так и в пластмассе, мы отстаем от заграницы на десятки лет. То же касается и демонстрации нашей истории. Я категорически не согласен с мнением городского головы. Подобный подход к музейному делу — из серии примитивных программ для школьников младших классов: вот, дети, такими были казаки, таким было оружие и так далее. Нормальному же туристу нужна достоверность, фольклорность и этнографичность. Когда в 2000 году в очередной раз решался вопрос о сооружении комплекса, он назывался фольклорно-этнографическим. Но потом оказалось, что фольклора там нет и близко. Тогда решили сосредоточиться на историко-культурной теме. Но дело не в названии, а в сути. Этот музей из муляжей и новоделов необходимо сделать интерактивным, чтобы он стал похож на городок живой истории, где казаки собираются на вече, в церкви крестят ребенка, на кузнице работает кузнец… Иначе как чисто музейному объекту ему суждена участь не гордости края, а его позора.

Г. Шаповалов: По большому счету, на Хортице происходит то, чем болеет вся Украина. Например, от Михайловского собора в Киеве в восторге далеко не все. И от очередной идеи по восстановлению Десятинной церкви — тоже. Подобное отношение наблюдается и в других городах, где очень остро стоит вопрос о сохранении и музеефикации памятников. Это вполне закономерно, поскольку во всем мире ценится качество подлинника. Наверное, при желании и в Запорожье можно построить пирамиду выше Хеопсовой. Но какой в этом смысл?! Один мой мудрый учитель говорил, что есть талант исполнителя, и есть талант заказчика. Никто сейчас не помнит богача, который заказал Леонардо да Винчи портрет жены и требовал качества работы. Я вовсе не умаляю талант мастера, просто хочу подчеркнуть условия, способствующие созданию шедевра. А в Запорожье сложилась ситуация, когда есть добросовестный исполнитель, пытающийся что-то сделать, но нет заказчика, который от начала до конца знает, каким должен быть этот комплекс. Потому что заказчиком был 40 лет назад Николай Петрович Киценко. А те, кто сегодня пытается реализовать его проект, руководствуются либо наивными соображениями, либо действуют в угоду конъюнктуре. Однако я вовсе не склонен считать положение безвыходным. Просто необходимо назвать вещи своими именами: коль уже сделана такая глупость и в нее вовлечено руководство страны, необходимо принять концептуальное решение. Тут я абсолютно согласен с Валерием Кирилловичем — городок должен быть живым, интерактивным. Как, впрочем, и заповедник в целом. И это вовсе не будет злоупотреблением духовной ценностью Хортицы, ее аурой. Конечно, при условии изящного, а не грубого и примитивного представления в стиле городка с крашеными яйцами. Иными словами, не превращая Хортицу в некое подобие Андреевского спуска.

«ЗН»: А как быть с тем, что перспектива развития заповедника преимущественно ограничивается темой казачества?

Е. Карташов: История Хортицы — это история нашей жизни. Поэтому он должен стать по-настоящему национальным заповедником с воссозданием всего того ценного, что было на острове; стать местом поклонения не только для украинцев, но и для всех ценителей истории. Реализация этой задачи должна предусматривать развитие и совершенствование ранее разработанных планов. Необходимо раскрыть как жизнь и деятельность запорожского казачества, так и все этапы бытия острова, представляющие различные эпохи и культуры.

В. Козырев: Один из них — путь из варяг в греки, на котором Хортица являлась узловым пунктом. К сожалению, в угоду кампанейщине этой теме практически не уделяется внимания, хотя именно она позволяет приблизить Украину к Европе, сделать нашу страну более узнаваемой и понимаемой.

Г. Шаповалов: Путь из варяг в греки огибал всю Европу, соединяя территории нынешних 18 стран. Днепр известен как путь транспортировки первых металлов. Приведу всего лишь один пример. На острове Готланд в Балтийском море сохранился каменный памятник X века, так называемый кенотаф — символическая могила викинга Хравна, погибшего на Айфоре. Так в древности назывался известный днепровский порог Ненасытец. Возле Хортицы найдены генуэзские пушки XIV—XV веков. Здесь открыто единственное в Украине островное скифское городище, поселения эпохи неолита и бронзы. Поэтому при всем уважении к казачеству уникальность Хортицы все же им не исчерпывается. Она — часть мировой экосистемы. Лишь осознав это, мы сможем по-настоящему оценить роль и значение этого острова.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №20, 26 мая-1 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно