Зерновая лихорадка

15 июля, 2005, 00:00 Распечатать

В этом году мы бездарно проиграли жатву еще до ее начала. Не в валовом измерении, а в ценовом. Чтобы ...

В этом году мы бездарно проиграли жатву еще до ее начала. Не в валовом измерении, а в ценовом. Чтобы переплюнуть мировую цену, по которой правительство планирует покупать зерно у крестьян, недостаточно ее задекларировать. Нужно привести в порядок ток и под цеп положить эти самые 690 гривен за тонну пшеницы третьего класса. Чтобы молотилось легко и наверняка... Кто от имени государства будет манить такой суммой? Переполненный дорогими прошлогодними запасами Госрезерв? Хронически больная ГАК «Хлеб Украины»? Или поздний ребенок — Аграрный фонд, у которого еще молозиво на губах не обсохло?

Но хилым государственным операторам приказано утереть нос конкурентам — зернотрейдерам — не только на внутреннем, но и на внешнем рынке. Вот это зрелище будет! Только крестьянам все равно, кто в соревновании победит: они, как всегда, на проигрышных задворках. Это при том, что почти 65% доходов аграрии получают за счет именно зернопроизводства. Соответственно, в этом году возрастет количество обанкротившихся сельскохозяйственных предприятий. И как музыкальная кода: еще не объявленный Год села может превратиться в печальную годовщину...

«Впали сльози на покоси»

По логике, после зимних коньков и театрального партера всеядный модератор, вице-премьер Николай Томенко должен был бы вручить соратникам косы. Заранее намантачить их, отклепать серпы и отпраздновать зажинки где-нибудь на Черкасщине или Кировоградщине. Им бы обрадовались, поскольку в страду каждая пара рук пригодится. В глубинке «десантники» увидели бы намного больше, чем на столичном асфальте. Не одинокого разочарованного фермера с канистрой под стенами Верховной Рады, готового превратиться в живой факел из-за того, что власть пообещала дешевую солярку, но обманула...

В селах горят пшеничные поля. Не из-за чьей-то черной зависти... Это засеявшие поля крестьяне, не находя сегодня выхода, превращают свой труд в пепел. Аккуратно обваловывают поле, чтобы огонь не перекинулся на соседние посевы, и пускают «петуха». Приговаривая: если я не получаю выгоду, то пусть хоть земля обогатится калием... Дорогое удобрение, не так ли?!

На пожарище порой наведывается участковый инспектор, начинает составлять протокол. А за что горемыку штрафовать? В соответствии с недавними изменениями к статье 77-1 Кодекса Украины об административных правонарушениях, можно было бы взыскать от десяти до двадцати необлагаемых минимумов доходов граждан за сожженную стерню. Но поле спелых хлебов — это не остатки соломы на корню. Разве могли законодатели предвидеть, что согнувшиеся до земли под тяжестью зерна колосья подвергнутся огненной экзекуции?

Тому есть серьезные причины. Себестоимость тонны зерна, в зависимости от региона, колеблется в пределах 580—730 гривен. А если к ней прибавить, по словам академика Петра Саблука, еще и цену собственно земли, то к тысяче приближается. Министр Александр Баранивский доказывает, что минимальная закупочная цена в 690 гривен за тонну пшеницы третьего класса обеспечивает 15% рентабельности при урожайности 30 центнеров с гектара. При этом предостерегает, что любое отклонение от «генеральной линии» не останется безнаказанным и для острастки потрясает Законом Украины «О ценах и ценообразовании»: «К тем, кто будет продавать зерно по более низким ценам, могут быть применены штрафные санкции».

Не поленился, вчитался в статьи закона, но «страшилки» в нем не нашел. В документе определены только два вида государственного регулирования цен и тарифов. Первый — установление государственных фиксированных цен и второй — предельных цен или предельных отклонений от государственных цен. Дефиниции «минимальная закупочная цена» в законе вообще не нашел. Как и санкции за ее несоблюдение.

Минимальные ценовые параметры на зерновые разработали на основании постановления Кабмина №399 от 26 мая с.г. «Об утверждении Методики установления минимальной закупочной цены на отдельные объекты государственного ценового регулирования и перечня таких объектов на 2005/06 маркетинговый год». Приняли его в соответствии со статьями 3 и 4 Закона Украины «О государственной поддержке сельского хозяйства Украины», который, собственно, и дает определение минимальной закупочной цены. Она — ценовой индикатор, который является основанием для принятия решения об осуществлении финансовой интервенции, а также используется для планирования доходов продавцов объектов, подлежащих государственному регулированию.

Но, кроме минимальной закупочной цены, законодатель предусмотрел еще и другие способы поддержки аграриев: регулирование цен, рынка страхования, государственные залоговые закупки зерна, кредитование, дотации и тому подобное. И руководить этой работой должен Аграрный фонд: формировать государственный продовольственный резерв, проводить товарные или финансовые интервенции. Собственно, в этом и состоит в соответствии с Законом Украины «О государственной поддержке сельского хозяйства Украины» суть государственного ценового регулирования.

Разумеется, в условиях цейтнота Кабмин приналег только на один рычаг — минимальные закупочные цены. Членам правительства, судя по всему, индифферентно, что статья 7 Закона «О ценах и ценообразовании» гарантирует установление свободных цен и тарифов на все виды продукции, товаров и услуг.

Не знаю, покалывают ли организационно-правовые колючки кого-то из высоких чиновников, но крестьяне точно от них почесываются. Крымчане в письме на имя Президента, премьер-министра и председателя Верховной Рады предостерегли: если цена на продовольственную пшеницу упадет ниже 680 гривен за тонну, сельхозпроизводители полуострова понесут убытки на сумму 100 млн. грн.

Жатва началась на половине территории Украины, но ни в одной из областей земледельцам еще не предложили агроминистерскую таксу — 690 гривен. Вместо этого шастают зерноторговцы с кейсами, готовые прямо из бункера купить горячее зерно за 400 гривен. 300 — на руки, а сто — пополам.

При такой цене не то что росы, слезы проливаются на покосы. Осенью посевной материал, горюче-смазочные материалы, минудобрения аграрии покупали по курсу 5,3 грн./долл. Но подоспела правительственная инициатива по укреплению курса национальной валюты. Окончательно же пасть духом заставили преджатвенные цены на солярку. Времена, когда за тонну дизельного топлива нужно было выложить 3,5 тонны пшеницы, сейчас вспоминают как масленицу. Поскольку сейчас соотношение 1:6! А еще дороговизна запчастей, минудобрений, прочих услуг... Нет, уж лучше пусть горит оно синим пламенем, чем даром отдавать перекупщикам!

Дырявое решето

Как-то вяло мы отметили знаменательную веху — финишный этап Программы «Зерно Украины 2001—2004». И так же скромно начали новую — «Зерно Украины 2005—2010». Для этого есть несколько причин. За минувший период Украина обещала нарастить производство зерна с 35,4 млн. тонн до 40 — в 2004 году. До намеченного недобрали 2,4 млн. тонн. Не выполнив предыдущие обязательства, МинАП в сверстанном пятилетнем плане замахнулось на еще более высокие показатели: довести объемы зернопроизводства в 2010 году до 42 млн. тонн. Но начало очередной жатвенной эпопеи продемонстрировало самую большую дезорганизованность — прежде всего аграрного ведомства и власти в целом — не только за годы независимости, но и, пожалуй, советских времен.

Госчиновники, словно в лихорадке, носятся по жатвенному полю с решетами, к тому же дырявыми, не зная, куда их приткнуть. Любое постановление, приказ, распоряжение – все «в свинячий голос» того поголовья, которое будут выращивать по датским технологиям. Ну, с профильным министерством и его руководителем вроде бы все понятно. Меня интересует, кто из умников-советников нашептывает премьеру Юлии Тимошенко совершать те или иные действия (причем неуместные) на зерновом рынке и так легкомысленно трактовать их перед всем народом?

Если по-умному, то еще задолго до 1 января 2005 года, с тех пор, как начал действовать Закон Украины «О государственной поддержке сельского хозяйства Украины», нужно было формировать Аграрный фонд. Четко очертить инфраструктуру этого института, «выбить» бюджетные средства для его функционирования, подобрать кадры... Ведь все понимали, что с принятием рамочного закона перестают действовать нормы, касающиеся государственных залоговых и интервенционных закупок зерна, выписанные в Законе «О зерне и рынке зерна в Украине». Функции государственного агента — ценового регулятора, в соответствии с новым законом, полностью возлагаются на Аграрный фонд, и временные фигуранты не должны были бы путаться под ногами.

Вместо этого началась непонятная возня вокруг двух не первой молодости государственных агентов — Госрезерва и ГАК «Хлеб Украины», взявших на себя функции Аграрного фонда. Основание? Нехватка средств на деятельность новой структуры, которую, к тому же, нужно было еще «благословить» кабминовским постановлением. Между тем нынешнюю жатву обе компании встречают крайне ослабленными. И финансово, и кадрово. Даже в прошлом году Госрезерв из доведенного объема в миллион тонн продовольственного зерна закупил только 90,3%. Но тогда было полегче: из неурожайного 2003-го мы вошли в обильный 2004-й. Нынешняя ситуация усложняется тем, что из урожайного мы перешли в такой же богатый зерном год 2005-й.

Ожидаемое валовое производство в объеме 37 млн. тонн вместе с 4,1 млн. переходящих остатков радует и вместе с тем пугает. Представьте, что зерновая волна массой 41 млн. тонн в реализационный пик — с августа по декабрь — накроет Украину. Это пострашнее цунами! Если на протяжении пяти месяцев не изъять с рынка хотя бы три миллиона тонн зерна, неминуемо стремительное падение цен. Кто же на этот раз выступит в роли спасателей? Полтора миллиона тонн должны осесть в региональных зернохранилищах, миллион — в Госрезерве и полмиллиона — в виде залоговых закупок в ГАК «Хлеб Украины». За регионы я более или менее спокоен, а вот за столичные структуры...

С чем выйдет к продавцам Госрезерв? С пустыми руками! Хотя, по большому счету, компанию, оперирующую «зерновыми» 400 млн. гривен, назвать нищей язык не поворачивается. Только пошуршать ими не может, поскольку овеществлены они в прошлогоднем зерне, хранящемся в амбарах. Лишь продав запасы, Госрезерв может реально вмешаться в ценообразование на зерновом рынке. Так за чем остановка? А вы попробуйте избавиться от прошлогоднего зерна, цена которого 800 гривен за тонну, при сегодняшнем спросе на уровне 600 грн.! К тому же, заполнив им внутренний рынок, можно накликать большую беду. Экспортные горизонты туманны из-за той же неблагоприятной ценовой разницы. Единственно правильное решение — «сплавить» дорогие запасы по межгосударственным соглашениям. И то — еще позавчера.

За последние три года Госрезерв создал запас в более чем 1,5 млн. тонн зерна, довольно недешевого. Из урожая 2003 года приобрел полмиллиона тонн по цене почти тысячу гривен за тонну, в прошлом году докупил еще 332 тыс. — по 665 грн./т. И это без учета затрат на хранение, которые соответственно увеличивают его стоимость. Учитывая, что на госкомрезервовских мощностях могут одновременно храниться около двух миллионов тонн зерна, остается свободный отсек еще на 500 тыс. тонн. Но заполнить его можно только при наличии средств...

Кто-то советует разжиться ими, спешно продав часть материальных ценностей. Поискав по складам, можно наскрести кое-что из «ликвидов»: лежалые валенки, пэтэушные юфтевые ботинки с заклепками, допотопные винтовки Мосина... Если же говорить о продовольственной номенклатуре, то по многим позициям ее залежи на 10—15% ниже уровня неснижаемого запаса.

Не лучше перспектива и у ГАК «Хлеб Украины». Вообще-то я бы не рискнул доверить залоговые закупки компании с не очень старательным менеджментом да еще и финансово нищей. По итогам 2004 года убытки от основной деятельности центрального аппарата ГАК достигли 41,6 млн. гривен, а дочерних предприятий — 21,3. Не выровнялась ситуация и в первом полугодии текущего года: еще минус 13 млн.

Экономическая «прозорливость» предыдущего руководства состояла в том, что несмотря на сдачу в аренду 18 лучших дочерних предприятий, у него появилось... 2,6 млн. гривен долга. Я уже не говорю о том, что зерно на ГАКовских элеваторах имеет свойство бесследно испаряться. Если «кидают» частных владельцев хранящегося зерна, то где гарантия, что то же не произойдет и с государственным зерном, призванным гарантировать продовольственную безопасность Украины?

Сколько помню, ГАК «Хлеб Украины» постоянно реанимируют, финансово оздоравливают. Зачем? Могу назвать несколько бывших руководителей этой структуры, за которыми не тянется шлейф финансовых злоупотреблений и откровенных махинаций. А у остальных рыльце не то что в пушку — в перьях! Ведь кредиторская задолженность ГАК «Хлеб Украины» на сумму 1115 млн. гривен накопилась не за год-два...

Можно ли считать удачной (и для кого?) прошлогоднюю операцию между двумя компаниями — государственной и зерноторговой со стопроцентным иностранным капиталом — по купле-продаже 205,5 тыс. тонн казахстанской пшеницы третьего и четвертого класса урожая 2003 года по цене 1290 и 1250 грн./т? При том, что как государственный оператор «Хлеб Украины» должен был, кровь из носу, материально поддержать прежде всего украинского крестьянина. И для этого были все возможности: когда «обмывали» драконовское соглашение, цены на внутреннем рынке, в сущности, уже «лежали». Более того, для закупки зарубежной пшеницы ГАК взяла кредит в немецком банке HSB Nordbank на сумму 35 млн. долл. при... отсутствии финансовой возможности его погасить.

Сейчас новое руководство компании пытается поднять подупавшее реноме. Пока ГАК оперирует 102 млн. грн., и еще 76 млн. в сыпучем виде — невостребованного залогового зерна в объеме 183 тыс. тонн. Не густо! Правда, и это финансово-материальное достояние в ближайшее время перекочует в Аграрный фонд, а с передислокацией возникнет и некоторая неопределенность относительно роли ГАК на зерновом рынке.

Смена владельца средств документально подтверждено недавним постановлением Кабмина, хотя ждали ее, по крайней мере, еще три месяца назад. Это еще одно доказательство того, что в аграрной сфере все делается невовремя, с большим опозданием...

Запоздалое введение в зерновую игру еще одного форварда — Аграрного фонда — вряд ли укрепит команду государственных операторов. Точнее, произойдет полевая замена: вместо ГАК «Хлеб Украины» залоговыми закупками будет заниматься свежая сила, но без реальной финансовой подпитки. Поскольку 335 млн. грн., предусмотренные в этом году на функционирование Фонда, должны быть аккумулированы за счет возврата средств, которые Минагрополитики предоставило на залоговые и интервенционные операции с зерном, плюс возвращенные долги сельхозпредприятий по кредитам. Заемщики, судя по отчету о выполнении Государственного бюджета за 2004 год, не возвратили ни единой гривни. Следовательно, остается только пайка ГАК «Хлеб Украины», большую часть которой еще нужно трансформировать в наличные. Чтобы получить их, потребуется минимум два месяца, учитывая путь пшеницы от элеватора до покупателя за границей.

Полагаю, и без пространных комментариев понятно, что с таким достатком нереально рассчитывать на закупку полутора миллионов тонн продовольственной пшеницы. Выпутаться из коллизии пытались депутаты Николай Рудьковский, Николай Мельник и Михаил Мельничук, зарегистрировав 4 июля с.г. законопроект под №7748. В нем социалисты предложили для стабилизации ценовой ситуации на зерновом рынке выделить Аграрному фонду в качестве бюджетных кредитных ресурсов 900 млн. грн., соответственно увеличив на эту сумму предельный размер дефицита общего фонда государственного бюджета. Однако из-за предканикулярных баталий в Верховной Раде очередь до законопроекта не дошла. К счастью, депутатские флюиды уловил Кабмин и пообещал Аграрному фонду ссуду на полмиллиарда гривен.

Впрочем, радоваться еще рано. Нужно сначала выслушать по этому поводу комментарий аграрного министра Александра Баранивского, пояснения министра экономики Сергея Терехина и заявления премьера Юлии Тимошенко. Все труднее им вырабатывать коллегиальное мнение. Собственно, нестыковки возникают не только между ними, но и с первым вице-премьером Анатолием Кинахом, который 23 июня однозначно заявил, что в этом году Аграрный фонд не будет функционировать по ряду объективных причин и предложил замену — Госрезерв и «Хлеб Украины».

Но даже если финансовая помощь поступит, обладателю гривневых купюр рановато пускаться в пляс. Фонду, и к этому идет, придется единолично закупать задекларированный объем — 1,5 млн. тонн продовольственного зерна. По грубым подсчетам, на это нужен миллиард гривен.

Третьим будешь?

Осуществляемые в течение последних двух лет прямые закупки зерна Госрезервом и залоговые — ГАК «Хлеб Украины» действительно направлены на поддержку высоких цен сельхозтоваропроизводителей. Но необходимо признать, что указанные меры для государства всегда будут убыточны, поскольку их концепция не предусматривает товарные интервенции на внутреннем рынке с целью снижения цен. Обе структуры выкупают пшеницу как можно дороже, мелют и удешевленной мукой снимают напряжение на региональных рынках. Мало того, что убытки покрываются за счет бюджета, так государственные операторы еще и перебивают сбыт муки частным предприятиям.

Механизм функционирования интервенционного фонда в Украине не отработан. Если удастся, Аграрный фонд апробирует его в этом году, нет — будем ждать лучших времен. Однако интервенционные закупки не решают проблему избыточного предложения товара, поскольку последний все равно остается внутри страны и рано или поздно появляется на внутреннем рынке.

Но в спешке, когда нет времени серьезно все обдумать, и Фонд, и Госрезерв, скорее всего, окажутся в уже знакомой, накатанной колее и в очередной раз будут поддерживать крестьян высокими закупочными ценами. Хотя, по моему мнению, разумнее, да и эффективнее, не манипулировать ими, а добиваться снижения себестоимости продукции. Возмещением процентов за кредиты, дотациями на гектар посевов, экспортными субсидиями... В конце концов, мы к этому рано или поздно придем, если не на полпути в ВТО, то после вступления в ЕС — точно. Иначе о конкуренции отечественной сельхозпродукции на внешних рынках можно будет забыть!

Об этом прожужжали уши и зернотрейдеры, на которых новая власть почему-то смотрит сквозь прорезь прицела. К эпитетам «захребетники крестьян», «спекулянты», «ценовые диктаторы» добавлю и свой — «зерновые ассенизаторы». Поскольку именно они подбирают то, с чем государство не может справиться само из-за хронической нехватки средств. Роль чистильщиков зерноторговые компании будут выполнять и во время жатвы нынешнего года, но, конечно, не по ценам МинАП. Почему?

Влияние третьей силы — трейдеров — новая власть решила минимизировать тремя факторами. Заключая контракты на поставку фуражной пшеницы из свежего урожая, покупатели и продавцы в большинстве своем сходились на цене сто долларов за тонну. По тогдашнему валютному курсу это составляло 530 грн. Но пока посевы вытыкались из-под земли, руководство государства так скорректировало долларово-гривневое соотношение, что вызвало нешуточное раздражение у продавца. Пока он кипел от злости, «Укрзалізниця» на 50% повысила тарифы на перевозку зерна и с 6 апреля с.г. транспортная составляющая для трейдеров стала на 33% выше, нежели для перевозчиков металлолома, на 74% — чем для перевозчиков чугуна. Получалось, тонна зерна, преодолев путь в 400 километров, сразу дорожала на 30 гривен.

Но больше всего нареканий вызывает затягивание с выплатой налога на добавленную стоимость. Отечественные зернотрейдеры даже выдвинули налоговикам ультиматум: если до 1 июля не возместите НДС, пеняйте на себя. Такая категоричность объяснялась фактом выплаты пресловутого налога трем транснациональным компаниям. Сумму разглашать не буду, только скажу, что она равняется почти 80% долга всем зерноэкспортерам.

Обиженных не утешили слова налоговиков о возможном уменьшении, по примеру поляков, НДС для производителей сельхозпродукции до 7%. Тогда цена будет другой, а сегодня трейдеры из-за невозврата налога вынуждены от стоимости каждой тонны отнимать еще 88 гривен.

А теперь подытожим. 30 гривен — за изменение курса, еще столько же — «железнодорожные» и 88 — «эндээсные». Всего — 148 гривен, и все — в минус. Думаете, под эту финансовую ношу трейдеры подставят собственные плечи? Конечно же, нет, а как можно скорее переложат ее на крестьянские.

Повторяю, речь идет лишь о трех факторах, которые привели к существенному снижению зернотрейдерских цен. Если же проанализировать прочие инфраструктурные затраты в экспортной цепочке, которые в три-четыре раза выше по сравнению с другими странами, то они «съедят» добрую половину стоимости собственно зерна. И тогда красная цена за тонну фуражной пшеницы в базарный день и до 300 гривен не дотягивает.

Можно и больше. Возможно, и перебивать ее будут, но те, у кого есть доступ к дешевым кредитам. Нашим рассчитывать на них не приходится, а вот транснациональные компании без проблем возьмут ссуды под 2,0—2,5% годовых и потеснят (вытолкают) отечественных торговцев. Поэтому предлагаю в конце маркетингового сезона сделать перекличку национальных трейдеров для уточнения: скольких из 400 похоронил зерновой бизнес?

А о том, что Украина не обойдется без экспорта зерна, однозначно сигнализирует прогнозируемое перепроизводство. Если не вывезем за пределы страны 10—12 млн. тонн, захлебнемся. Только вот с полпредами некоторая неопределенность. Вполне справедливо считая экспорт приоритетом, правительство вместе с тем возложило экспортные функции на вышеупомянутые Госрезерв с ГАК «Хлеб Украины».

Попытки дать нескольким избранным компаниям монопольное право экспортировать зерно предпринимались и раньше. И даже при таких преференциях доля государства в общем вывозе смехотворна: в этой сфере плуга бал правит частный бизнес. И еще не скоро позиции обоих выровняются. Поэтому нынешнее противостояние власти и зернотрейдеров крайне вредное. Возможно, лучше игриво шепнуть: «Третьим будешь?»

Экспортное бездорожье

С объемами, которые следует отправить за границу, тем самым сняв зерновое переутомление на внутреннем рынке, более-менее определились: 10—12 млн. тонн. Ближайшее транспортное плечо — Европа. Однако... ЕС-25 только для привилегированных! Сообщество защитило себя импортными таможенными пошлинами, преградив путь зерну по низким ценам из третьих стран. И пошло на уступки США и Канаде, выделив обоим по тарифным квотам определенные объемы регламентированных культур.

Нетрадиционные же поставщики, которыми считаются Украина и Россия, могут протолкаться со своими мешками лишь в том случае, если заокеанские экспортеры по каким-либо причинам не заполнят квотные объемы. Но учитывая их ограниченность — почти 3 млн. тонн пшеницы среднего и низкого качества в год, нам остается только глотать слюнки.

Зернотрейдеры и не дожидались, пока повеет благоприятный ветер из Европы. Они переориентировали экспорт преимущественно на ближневосточные и африканские страны. Не буду рассекречивать потребителей украинского зерна в экзотических государствах типа Того или Мьянма. Скажу лишь: все чаще в различных уголках планеты к нашему зерну предъявляют претензии. Не из-за подмены классности пшеницы или ячменя, хотя и такое случается, а в основном из-за угрожающего фитосанитарного состояния. От карантинных сорняков, возбудителей разных бактериальных и вирусных заболеваний, растений и букашек, которыми кишит зерновой багаж, чужестранцы просто теряют дар речи. А если находят в продовольственном зерне примеси минудобрений, железорудную или цементную пыль, считай, скандал на весь мир. И при этом позорят не компанию-поставщика, а Украину.

Кто отвечает за фитосанитарную стерильность? Фумигационная служба. Два года назад еженедельник в статье «Синий туман, фумигационный обман» («ЗН», № 8 (433), 2003 г.) детально проанализировал проблему обеззараживания зерновых грузов. Что же с тех пор изменилось на рынке фумигационных услуг?

В марте 2003 года пришло время отчитываться Кабинету министров перед Президентом о выполнении поручения по усилению государственного контроля в сфере фумигации растениеводческой продукции. Однако ответом премьера Виктора Януковича администрация Президента осталась недовольна: «Как свидетельствуют результаты рассмотрения, правительство не обеспечило выполнение указанного поручения. В частности, до сих пор не решен вопрос демонополизации рынка услуг по фумигации зерна, который сегодня фактически контролируется одной иностранной компанией, не приняты решения по разграничению функций государственного и хозяйственного управления в сфере карантина растений и создания государственной компании по проведению фумигационных работ...» Дальше — постановление предписывало принять меры для выполнения упомянутого поручения Президента Украины в полном объеме.

Министерство финансов, со своей стороны, не возражало против создания на базе Центрального и региональных фумигационных отрядов структурных подразделений Главной государственной инспекции по карантину растений, государственной компании. Финансистов устраивало, что эти подразделения содержатся исключительно за счет собственных поступлений. Впрочем, пришлось ждать больше года, чтобы депутаты внесли соответствующие поправки в законы, установив, что проведение обеззараживания подкарантинных материалов и объектов, как определенный вид хозяйственной деятельности, подлежит лицензированию, а правительство 8 сентября 2004 года приняло постановление. С того времени каждый субъект, подав соответствующие документы, мог получить в Министерстве аграрной политики разрешение на проведение фумигации.

Однако аграрное ведомство не торопилось с выдачей лицензий. Возможно, бывший заместитель министра Василий Сергеев, курировавший растениеводство, больше занимался семейным бизнесом, нежели общественными проблемами. Иначе чем еще объяснить, что 23 октября 2004 года частное предприятие «Вермекс», возглавляемое Сергеевым-сыном, впервые профумигировало судно «Св. Варфоломей» с 51 тыс. тонн ячменя на борту?

МинАП не выдало ни одной лицензии и в январе 2005 года, когда изменения к законам вступили в силу. Вот тогда экологическая служба портов начала «притормаживать» экспортное зерно в трюмах «панамаксов» из-за отсутствия лицензии на проведение обеззараживания, применения токсинов, которые не значатся в списке разрешенных.

Почти с пятимесячным опозданием счастливчики получили первые 25 лицензий на проведение фумигации. 11 января 2005 года приказом по МинАП было создано государственное предприятие «Главный фумигационный отряд». А уже 21 апреля министр Александр Баранивский своим решением, без согласия на это «Укрглавгоскарантина», Департамента растениеводства, перевел новую структуру вместе с имуществом в подчинение... государственному торговому предприятию «Крещатик», которое славится нарезкой бутербродов для министерской верхушки. Возможно, кто-то с отменным нюхом посоветовал министру на ушко взять под крыло организацию с прекрасной перспективой зарабатывать деньги на специфическом рынке услуг?

Коль уж Александр Баранивский «ударился» в фумигацию, то переадресую ему мессидж из Египта: арабский мир всерьез обеспокоен фитосанитарным состоянием украинского зерна. Под эгидой Видадина Курбанова, президента Egypt International Group, генерального директора фумигационной компании «КолФум-Инвест», в Каире собрались руководители служб карантина растений шести арабских стран. Об уровне собрания свидетельствует присутствие на нем Ронни Мааса, президента Ассоциации по торговле зерном и кормами (GAFTA), Великобритания, Энрике Вилла, президента Furgan, Аргентина, и Мартина Вилла, президента Международной морской фумигационной организации (IMFO), Великобритания.

— Арабские импортеры хотят быть уверены в качественном обеззараживании зерновых из Украины, но убеждаемся в обратном, — делится впечатлениями от переговоров Видадин Курбанов. — Министерство аграрной политики выдало лицензии и считает, что на этом его миссия закончилась. А кто же будет инспектировать фумигационные работы? Знаю фирмы, где директор, бухгалтер, секретарша и... компьютер. И таких большинство из 25 лицензионных, не известных в мире, нигде не аккредитованных. Вместо фирменного немецкого препарата фостоксин используют китайские, половину из которых Европа не признает, не выдерживают заданную экспозицию. В документах же — все о’кей! Как результат, за четыре-пять суток, пока корабль добирается до Туниса или Марокко, насекомые не успевают умереть...

Все эти безобразия заставили основать египетскую компанию в Украине, которая будет инспектировать, по возможности, каждый контракт, сопровождать его, начиная от поля, линейного элеватора и заканчивая получателем. Мы не хотим на свою голову карантинных очагов, дают нам понять зарубежные партнеры, вы же пока не можете гарантировать, что такие очаги не вспыхнут!

Пощечина, звук от которой разнесется далеко. Мало нам внутренних проблем, так прибавились еще и внешние. Зато министерство с правительством — на оптимистическом подъеме! На фоне агонизирующего зернового рынка...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №18-19, 19 мая-25 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно