За честь мундира

24 марта, 2006, 00:00 Распечатать Выпуск №11, 24 марта-31 марта

С начала нынешнего года украинская банковская система оказалась замешанной в целой серии крупных и мелких скандалов...

С начала нынешнего года украинская банковская система оказалась замешанной в целой серии крупных и мелких скандалов. В СМИ явно активизировалось появление информации о возникновении претензий к тем или иным банкам со стороны то их собственного регулятора, Национального банка, то ГНАУ, а то и вовсе силовых ведомств. Но это — далеко не главные неприятности. Также что-то зачастили сообщения о проблемах не только с платежеспособностью отдельных банков, но и о случаях надувательства клиентов других финансовых учреждений.

К счастью, в основном речь идет лишь о достаточно мелких банках, значащихся в рейтинге отечественных банковских учреждений за пределами первой сотни. Тем не менее это вовсе не снижает актуальность тех репутационных рисков, с которыми столкнулась сейчас вся банковская система и ее регулятор. Воспринимают ли банкиры эти риски всерьез и прилагают ли достаточно усилий, чтобы сохранить доверие общества?

Что происходит?

На фоне более чем активного освещения в отечественных медиа истории об инвесторах, обманутых «Элита-центром», в новостных выпусках некоторых телеканалов «вдруг» мелькнул другой душещипательный сюжет. Вкладчики сразу трех киевских банков, среди которых немало пенсионеров, пикетируют здание НБУ, возмущенно требуя от руководства Национального банка объяснить, что происходит с этими финучреждениями, а также кто и когда будет возвращать их кровные. Не хочется никого обидеть, но почему-то вдруг возникает впечатление, что за всем этим прячется рука умелого режиссера, скоординировавшего и спланировавшего происходящее. Слишком уж профессионально выглядят люди, задающие тон акции протеста…

Но обо всем по порядку.

Напомним, что проблемы у Интерконтинентбанка и банка «Гарант» всплыли наружу еще прошлой осенью. 22 февраля к списку «особо отличившихся» добавилось еще одно финучреждение: НБУ объявил о назначении временной администрации в ООО «Киевский универсальный банк» (до 2004 года — банк «Буковина»). Основанием для подобного решения стали «факты осуществления банком деятельности с серьезными нарушениями банковского законодательства и нормативно-правовых актов НБУ, проведение операций с серьезной степенью риска, установленные по результатам плановой инспекционной проверки деятельности банка, закончившейся в январе 2006 года».

В ходе проверки было установлено, что проблемные активы «Киевского универсального» составляют 41% от общего уровня активов, капитал полностью потерян, а финансовым результатом являются убытки. Банк не способен в полном объеме обеспечить расчеты по своим обязательствам.

Также надзорный орган констатировал причины случившегося: «Вопреки требованиям нормативно-правовых актов НБУ, при предоставлении кредитов банк не проводил надлежащий анализ платежеспособности заемщиков, контроль целевого использования кредитных средств, высокой концентрации кредитных рисков. Банк проводил политику долгосрочного кредитования (45% активов банка составляют кредиты со сроком погашения в 2015 году) при отсутствии источников финансирования с соответствующим сроком. Кроме того, с февраля текущего года в банке сложилась неуправляемая ситуация в руководстве в связи с увольнением с должности председателя правления и главного бухгалтера, а назначенные на эти должности новые кандидатуры не соответствовали законодательным требованиям относительно безупречной деловой репутации и не были согласованы НБУ».

С 1 февраля банк по собственной инициативе прекратил привлекать деньги физлиц — после того как в ноябре-декабре объявил новогоднюю акцию и собрал с них около 10 млн. грн. Потенциальных вкладчиков, как сообщают печатные издания, заманивали в «Киевский универсальный» процентными ставками, намного превышающими рыночные (даже как для акции). Особенно банк нуждался в долгосрочных вкладах: для депозитов сроком свыше одного года он предлагал 19% в гривне. Возле двери соответствующего кабинета выстраивались очереди. Состояли они, главным образом, из людей пожилого возраста, поскольку наиболее привлекательными у КУБа были ставки по пенсионным вкладам.

Затем появилась информация об ухудшении дел в банке «Гарант», в котором еще 23 ноября 2005 года Нацбанк ввел временную администрацию и наложил мораторий на выплату вкладов. 28 февраля НБУ отозвал у «Гаранта» банковскую лицензию и принял решение о его ликвидации. Тем самым были прекращены полномочия временного администратора, отказавшегося от попыток восстановить платежеспособность финучреждения.

Как говорится в сообщении НБУ, причиной неудовлетворительного финансового состояния АКБ «Гарант» была рисковая кредитная политика прежнего руководства банка по операциям со связанными лицами. В частности, в прошлом году «Гарант» приобрел на большую сумму векселя, предварительно не изучив, как того требуют нормативно-правовые акты НБУ, финансовое положение и платежеспособность их эмитентов. Впоследствии временный администратор выяснил, что предприятия-эмитенты векселей реально не осуществляли никакой хозяйственной деятельности, что дает основания утверждать об их создании с целью прикрытия незаконной деятельности (фиктивное предпринимательство). Кроме того, прежнее руководство банка предоставило связанным лицам кредиты на значительную сумму без оценки реального финансового положения заемщиков, при отсутствии документов, которые удостоверяют наличие и состояние обеспечения предоставленных кредитов, или с получением неликвидного залога.

Допускались также другие нарушения банковского законодательства. В связи с этим временный администратор направил соответствующие обращения в судебные и правоохранительные органы. В феврале 2006 года прокуратурой Днепровского района Киева возбуждено уголовное дело по факту злоупотребления служебным положением должностными лицами АКБ «Гарант». Дело было открыто 10 февраля 2006 года по ст. 364 ч. 2 УК («Злоупотребление властью или служебным положением, приведшее к тяжким последствиям», которое карается лишением свободы на пять-восемь лет).

Явно пытаясь отмежеваться от не слишком приятной ситуации, чиновники Нацбанка заявили, что прежде не имели оснований применять к АКБ «Гарант» упреждающие меры, поскольку это финансовое учреждение длительное время подавало недостоверную статистическую отчетность о своей деятельности.

Реально же серьезные проблемы у банка, судя по всему, возникли еще в начале прошлого года. Об этом косвенно свидетельствует приход в июне новых акционеров и то, что летом банк активно привлекал вклады под 22% годовых. Хотя средняя ставка по депозитам в украинских банках уже тогда была ниже 18%. Как сообщают отечественные СМИ со ссылкой на пострадавших клиентов, наблюдалась настоящая давка в очередях тех, кто жаждал доверить свои средства именно банку «Гарант».

С учетом непростой политической и макроэкономической ситуации в стране, а также постоянно усиливающейся конкуренции в банковском секторе (особенно после начала активной экспансии на отечественном рынке иностранного капитала) многие эксперты прогнозируют, что перечисленные выше неудачники — далеко не последние в списке потенциальных банкротов.

Не «устаканилась» окончательно до сих пор и ситуация в Интерконтинентбанке. Скандальные публикации в отношении него начали появляться в сентябре 2005-го, а 4 октября Нацбанк ввел временную администрацию. В конце года нашлась группа инвесторов, выкупившая две трети акций Интерконтинентбанка, убытки которого в минувшем году составили 59,4 млн. грн. Было обещано, что с начала 2006 года в банк переведут 41 млн. грн. — на погашение задолженности перед вкладчиками. Реально поступившая сумма почему-то оказалась в несколько раз меньше.

А на прошлой неделе в СМИ появилась информация о том, что Интерконтинентбанк могут продать латвийскому Ogres Komercbanka. Намерения у латышей вроде бы серьезные: с целью покупки контрольного пакета сейчас в банке проводится аудит. Эту информацию подтвердил и первый зампред НБУ Анатолий Шаповалов, сообщив, что «ситуация в Интерконтинентбанке улучшается, он уже начал выплачивать проценты по вкладам физических лиц за февраль».

Но расслабиться представителям регулятора, похоже, пока не удастся. Последнее из происшедших событий пока не имело прецедентов в современной отечественной истории.

18 марта вкладчики банка «БИГ Энергия» обратились с открытым письмом к НБУ, президенту Украины и СНБОУ с просьбой ввести временную администрацию в банке для улучшения его финансового положения. Свою просьбу авторы открытого письма мотивируют появившейся у них информацией о якобы имеющем место ухудшении финансового положения и выведении руководством «БИГ Энергии» активов из банка. Вкладчики также просят Генпрокуратуру рассмотреть возможные нарушения руководства банка и утверждают, что их обращения к менеджменту финучреждения были проигнорированы.

Примечательно, что, в отличие от «малюток», в данном случае речь уже идет о судьбе более крупного, с активами более 1 млрд. грн., банка, входящего в группу средних. По состоянию на 1 января 2006 года, вклады физлиц в «БИГ Энергии» превышали 400 млн. грн.

Ранее в СМИ появлялась информация, что НБУ начал проверку этого банка 7 марта, а 18 января закончилась плановая выездная проверка ОАО Банк «БИГ Энергия» рабочей группой ГНАУ. В результате проверки были выявлены факты неуплаты налогов в бюджет на общую сумму более 3 млн. грн., а также раскрыты схемы «вымывания» активов. Против должностных лиц банка «БИГ Энергия» заведено дело по статье 212 Уголовного кодекса Украины «Уклонение от уплаты налогов, сборов, других обязательных платежей».

В распространенном банком пресс-релизе говорится, что «так называемое письмо вкладчиков, о котором сообщил ряд СМИ, есть не что иное, как очередное проявление грязных технологий, направленных на дестабилизацию ситуации в банковской системе… Информационная атака на банк, которую мы наблюдаем на протяжении последних двух месяцев, имеет все признаки райдерской операции, старт которой дало выступление одного известного в Украине российского бизнесмена».

Видимо, под определением «известного в Украине российского бизнесмена» в банке подразумевают Константина Григоришина, который, вроде бы являясь одним из совладельцев «БИГ Энергии», еще в январе, на международном инвестиционном форуме в Киеве «Политика процветания», впервые заявил, что банк является техническим банкротом. Также г-н Григоришин обвинил финансовое учреждение в том, что оно минимизирует налоги для определенной группы людей и компаний, в том числе и для облэнерго, участвуя в выводе прибыли этих компаний.

Интересно, что, помимо новостей о проблемных банках, достаточно регулярно появляются сообщения и о тех или иных злоупотреблениях в финансовых учреждениях. То аферу с депозитными счетами почти на 1 млн. грн. разоблачили правоохранители Ивано-Франковской области, то прокуратура Львовской области установила, что со счетов вкладчиков более 2,5 млн. грн. незаконно снял сотрудник одного из филиалов акционерного коммерческого банка во Львове…

Но самая любопытная информация появилась в одном из деловых изданий. В так никем и не опровергнутой публикации сообщалось, что СБУ возбудила уголовное дело против «неустановленных» должностных лиц одного из отделений Приватбанка в г.Днепропетровске. Сотрудники «Привата» якобы фальсифицировали депозитные договора, без ведома клиентов снимали деньги с их депозитных счетов и, таким образом, примерно за год присвоили более 18 млн. грн. Для усыпления бдительности невнимательных вкладчиков аферист из «Привата», получая деньги, взамен вручал клиентам ничего не значащие мемориальные ордера, которые на самом деле не могли быть основанием для внесения денег в кассу банка, поскольку являются документами для внутренних операций.

В самом Приватбанке подтвердили, что уголовное дело в отношении их сотрудника, злоупотребившего своим служебным положением, действительно возбуждено. Более того, заявление в правоохранительные органы подал сам банк.

Тем не менее обратившимся в суд вкладчикам было отказано в возврате денег, поскольку в «Привате» подозревают, что некоторые граждане могли сами состоять в сговоре с сотрудником банка. Главный аргумент — депозитные договоры недействительны, потому что при заключении не была выдержана письменная форма договора вклада, вкладчику не была выдана ни сберегательная книжка, ни сертификат, ни другой документ, соответствующий требованиям законодательства (ст.1059 ГК Украины).

Получается, что владельцы и управляющие Приватбанка посчитали, что их детищу вполне по силам справиться с подобным риском для репутации банка. Ведь клиентов обманывал не кто-нибудь, а сотрудник, работавший в его отделении!

Кто виноват?

Cнижение доверия украинцев к родной банковской системе, сумевшей успешно выстоять в смутные времена президентских выборов, пока не набирает критическую массу. Даст Бог, и не наберет. Хоть гривневые вклады в банках за первые два месяца с начала года и сократились, за счет прироста валютных общая депозитная база держится примерно «при своих» (и даже чуть-чуть выросла — на 0,3%).

Вклады физлиц за январь-февраль выросли на 2,7 млрд. (3,6%). Произошло это не только благодаря росту валютных вложений, но и возобновлению в феврале прироста гривневых депозитов (хотя в целом этот показатель пока остается отрицательным — «минус» 107 млн. грн.). Подобным беспрецедентным доверием со стороны украинских граждан, учитывая все вышеизложенные экономические нюансы, да еще и выборы, банкиры могут смело гордиться.

И все же создается впечатление, что и они сами, и регулятор ходят по лезвию бритвы. Заняв позицию «моя хата с краю», и Национальный банк, и Ассоциация украинских банков, и руководители крупнейших и крупных банков (которые, кстати, являются первыми потенциальными жертвами массового оттока вкладов) игнорируют очевидные серьезнейшие репутационные риски, с которыми столкнулся сейчас банковский сектор.

Как бы там ни было, по состоянию на 1 марта украинцы доверили отечественным банкам более 75 млрд. грн. А в состоянии ликвидации на сегодняшний день пребывает 21 банк из 186 числящихся в государственном реестре (11%).

В то же время, как справедливо отмечают наблюдатели, из всех банков, в которых в свое время вводилась временная администрация НБУ, восстановили свою платежеспособность и деятельность только два — банк «Столичный» и Пивденкомбанк. Отсюда — начавшие звучать в адрес НБУ обвинения не только в недостаточно эффективном надзоре, но и в назначении временных управляющих и ликвидаторов, преследующих собственные интересы.

Действительно, банковское регулирование и надзор являются одной из функций НБУ. И если банк вдруг оказался неплатежеспособным, значит, логично предположить, что не уследил именно регулятор банковского рынка.

В свою очередь в Нацбанке подобные обвинения считают не вполне обоснованными. «Мы не контролируем банки, мы лишь надзираем, — заявил недавно первый зампред НБУ Анатолий Шаповалов, — и не несем ответственности за нарушения законности операций». По его словам, проблема в этих банках была в том, что их правление предоставляло НБУ недостоверную информацию. «Собственники банков подчас не диверсифицируют свои риски, а проводят высокорисковую политику в части предоставления кредитов инсайдерам, — сказал Анатолий Шаповалов. — Вот и результат — банкротство банка».

Действительно, именно «неосторожные», а порой и незаконные операции со связанными лицами, наряду с «чрезмерно рисковой политикой менеджмента» (за которой, кстати, запросто может скрываться и злой умысел), чаще всего называют среди главных причин плачевного положения банков.

Нацбанк заявляет, что полностью устранить эту проблему пока не в состоянии, поскольку не имеет для этого достаточных полномочий.

Эта проблема была даже удостоена особого внимания в недавно разработанном Нацбанком совместно с АУБ проекте программы развития банковской системы в 2006—2010 годах. Констатировав тот факт, что ему в действительности неизвестны реальные собственники 2/3 украинских коммерческих банков, НБУ заявил, что для повышения прозрачности нужны соответствующие изменения в законодательстве. Впрочем, примечательно наличие в проекте и такого пассажа: «Хотя, учитывая, что значительное количество реальных собственников банков являются народными депутатами, существуют сомнения в возможности принятия таких изменений».

Сложно не признать резонность этих доводов чиновников НБУ. Ведь не зная реальных владельцев банка, проверять его связи с инсайдерами действительно крайне затруднительно. Впрочем, некоторые эксперты считают, что Нацбанк вполне мог бы выявлять схемные операции на основании анализа ежедневных банковских балансов. Хватило бы только желания.

Практически всякому мало-мальски интересующемуся банковской тематикой наблюдателю хорошо известно, что подавляющее число украинских банков не функционируют как полноценные и самостоятельные бизнес-единицы. Как правило, возле банков существуют целые сети хозяйственных структур, которые либо создали банк, либо возникли на его базе, а сами банки чаще всего выполняют функцию расчетных центров, обслуживающих и оптимизирующих финансовые потоки подобных «конгломератов».

Об этом недавно заявил и председатель Нацбанка Владимир Стельмах, признав, что большинство украинских банков «призваны обслуживать конкретные проекты их собственников, и не более».

Как любит повторять г-н Стельмах, тем самым совмещаются понятия капитал-собственность и капитал-функция. Действительно, сам по себе банковский бизнес в Украине, дающий в среднем рентабельность капитала до 10%, пока не очень интересен как объект его вложения, серьезно уступая по доходности другим сферам предпринимательства. Банки более интересны их владельцам в качестве казначейств для других, более доходных сфер собственного бизнеса, и попутно используются для оптимизации, в том числе и налогообложения, либо, еще хуже, для зарабатывания денег на не совсем законных конвертационных и «отмывочных» операциях.

Как видим, положение дел, при котором у лиц, распоряжающихся привлеченными деньгами, не могут не возникать конфликты интересов, является благодатной почвой для финансовых злоупотреблений. Тем более что, украв несколько десятков или даже сотен миллионов, в нашей стране не так уж сложно уйти от уголовной ответственности благодаря недостаткам отечественного законодательства, а также коррупции в органах МВД, прокуратуры и судопроизводства. Как очень удачно подметило одно из деловых изданий, «после падения каждого банка всегда открываются уголовные дела, но реально за убийство фининститута никто из действительно виновных ответственности не несет. В Украине на девять лет лишения свободы был осужден только Борис Фельдман (банк «Славянский», да и то скорее по политическим мотивам. — А.А.). Но его вина так и не была до конца доказана, а сам он досрочно, через пять лет, вышел на свободу».

Что делать?

Хотя бы частично решить эти проблемы был призван законопроект «О внесении изменений в некоторые законы Украины» (регистрационный №3669), поданный Нацбанком на рассмотрение ВР еще в июне 2004 года.

Помимо всего прочего, в него были включены нормы, которые давали бы возможность НБУ на этапе согласования устава банка получать информацию относительно деловой репутации учредителей и лиц, приобретающих существенное участие в банке, в том числе контролеров (реальных собственников) банка, то есть лиц, которые прямо или опосредованно владеют существенным участием в банке.

Но когда «ЗН» в последний раз поинтересовалось его судьбой, из НБУ поступила информация следующего содержания: «В комитете ВР по вопросам финансов и банковской деятельности этот законопроект отрабатывался секретариатом, но на заседании комитета рассмотрен не был».

И это — за полтора-то года! Впрочем, чему удивляться: в финансово-банковском комитете парламента трудится немало представителей банковского лобби. Они же — главные противники инициируемых новшеств, поскольку для них, как и в случае с новой редакцией закона об акционерных обществах для некоторых лиц в комитете по экономической политике, эти изменения пока «не на часі».

Что в таком случае говорить о законодательных возможностях НБУ, если и президент, и большинство украинских премьеров всегда жаловались и жалуются на сложность борьбы с подобной круговой порукой законодателей.

Тем более что в результате конституционных изменений, принятых в декабре 2004-го, с января 2006 года Нацбанк и вовсе лишен права законодательной инициативы. Кстати, в связи с этим ВР вернула в Нацбанк все ранее поданные, но не принятые законопроекты, и в том числе многострадальный №3669.

Впрочем, и в Нацбанке, кажется, не слишком озабочены этим обстоятельством. В частности, Владимир Стельмах, отвечая на вопрос, окажет ли это влияние на выполнение НБУ своих функций, заявил: «Думаю, что нет. Банковская сфера в действительности должна быть оптимально консервативна, поэтому еще предыдущее руководство Национального банка посчитало данное право (законодательной инициативы. — А.А.) не особенно необходимым. Депутаты же решили, что главный банк страны не слишком активно загружал соответствующие комитеты ВР своими законопроектами».

Также глава Нацбанка отметил, что в случае необходимости законопроекты будут представляться в Верховную Раду от имени секретариата президента или Кабмина. И добавил: «Наконец, есть (и будет) когорта депутатов, хорошо знающих и понимающих специфику работы банковской системы. А у них право законодательной инициативы никто отбирать не собирается».

Здесь, видимо, прежде всего имелся в виду глава финансово-банковского комитета Сергей Буряк, в банке которого (АКБ «Брокбизнесбанк») Владимир Стельмах во время вынужденной ссылки из НБУ в 2003—2004 годах даже возглавлял наблюдательный совет.

Поневоле возникает вопрос — а почему же при таких-то «связях» руководство Нацбанка так и не смогло добиться рассмотрения столь важного законопроекта хотя бы в комитете? Может быть, потому, что не очень-то и хотелось? Ведь при нынешнем положении дел можно смело переводить стрелки на нехватку законодательных полномочий…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно