ВЗЯТКОНОМИКА

15 ноября, 1996, 00:00 Распечатать Выпуск №45, 15 ноября-22 ноября

Попытки понять такое явление, как коррупция, ее истоки, «функции» и способы «лечения болезни», при...

Попытки понять такое явление, как коррупция, ее истоки, «функции» и способы «лечения болезни», приводят к достаточно циничным выводам, особенно когда подключишься ко всемирным банкам реферативной экономической информации. К несчастью, весь мир в той или иной мере подвержен этому недугу. Но меру хорошо бы знать. Помните, как в старом анекдоте о приеме в партию - товарищ знал меру.

Объективная реальность, не всегда данная нам в ощущениях

«Мы вкладываем 115%, зато получаем 200%», - доходчиво объяснял экономическую специфику России какой-то британский менеджер газете «Файнэншл таймс». Сообразительный читатель уже догадался, о каких 15% идет речь. Цифры могут быть спорными, но моральная сторона вопроса с точки зрения бизнеса ясна - речь идет об умеренных дополнительных затратах, как правило, неизбежных. В аналитических фирмах, разрабатывающих стратегические планы открытия предприятий и ведения операций в определенных регионах мира, коррупция - это всего лишь один из показателей. Измеряется он в процентах. Например, один знакомый стратегический аналитик из фирмы, входящей в «большую шестерку» крупнейших в мире в сфере аудита, после разработки модели фабрики в Китае, сказал, что они внесли в отчет коэффициент коррупции - 10%. Объяснил, что речь идет о реальности и заказчик модели должен знать, что его ждет. Справедливости ради заметим, что случай с Китаем имел место до полнокровного развертывания там кампании террора против взяточников.

Когда заходит речь о коррупции, многие вспоминают о Латинской Америке. Там действительно есть колоритные политико-экономические феномены. Например, руководители одной американской нефтяной компании, интересующейся месторождениями в Украине, смеялись при упоминании об определенных трудностях ведения у нас бизнеса, вспоминая об успешно проведенном трубопроводе через Анды в районе боевых действий правительственных войск против подразделений кокаиновых баронов и при активности коммунистических партизан.

Определение феномена в квазинаучной литературе звучит примерно так: «Коррупция - это использование общественного положения в личных целях». Некоторые вариации огрубляют «личные цели» до «наживы». Как теперь нам всем стало известно, ни в первом, ни во втором ничего плохого нет. Что же плохо? Есть два варианта: или само «общественное положение», или «использование». Первое звучит свято. За все, видно, должно ответить противное «использование». Хорошо бы... Увы, его порождает сама система «положений» в обществе.

Достаточно неприятно, что все беды идут от того, что принадлежит народу и чем от его имени распоряжается государство посредством своих служащих. Вот вам пример из жизни здешних островитян. Правительство решило приватизировать предприятия, сдающие в аренду железнодорожным компаниям поезда. Здесь так устроено: дороги - отдельно, поезда - отдельно. Одна из систем депо была куплена у государства, если я не ошибаюсь, за 70 миллионов фунтов (на одолженные неглупым банковским синдикатом деньги), новая частная компания, как водится, стала публичной, то есть выпустила акции, которые через несколько месяцев суммарно стоили под полмиллиарда. Внешне это было представлено как просчет соответствующих правительственных структур. Явной связи с «личным» не было установлено. Аналогичный, если не тот же, случай с подвижным составом был снабжен некоторыми подробностями, размывающими понятие «личных целей» до, скажем, «целей определенной части общества». Так, в августе сего года лондонская «Индепендент» писала, что три члена консорциума, участвовавшего в весьма прибыльной приватизации все тех же поездов, делали существенные пожертвования в пользу правящей консервативной партии. Коммерческий банк «Хамброс», выступивший советчиком правительства по данной приватизации, с 1979 по 1990 годы жертвовал ежегодно до 112 тысяч фунтов в партийную казну, где казначеем является и в настоящее время сэр Чарльз Хамбро, председатель совета управляющих банка. Тут все чисто и в рамках закона. Не надо бегать с чемоданами денежных знаков.

Приятные черты взяткономики

Воевать с ветряными мельницами, утверждая, что коррупция плоха по определению, по меньшей мере противонаучно. Попробуем разобраться более объективно. Попытаемся найти смягчающие обстоятельства. В аналитических целях закроем, по возможности, глаза на «недостатки».

Аргумент 1: коррупция позволяет делать дело. Попробовали бы вы купить лет десять назад холодильник «Минск-...надцать» не переплатив. А так процентов, кстати, «семь-восемь, не больше» - и дело в шляпе. В определенных организационных системах существует такая неразбериха, что по правилам ничего сделать просто невозможно. Представьте себе, сколько согласований и разрешений надо получить, чтобы, скажем, построить завод. Есть страны, где все, что нельзя, четко записано. Есть страны, где написано, кто должен решать, что можно. В этом случае по закону - не получится. За определенное же вознаграждение человек с приличным общественным весом может все устроить. В этой ситуации, заметьте, на первый взгляд - все в выигрыше. Взятки по сути эквивалентны плате за услуги по ускорению прохождения формальностей. Они окупятся более ранним получением прибыли, особенно если позволяют уменьшить срок бездействия капитала. Обществу тоже вроде бы плюс: будет реализован некоторый проект, который может привести к возникновению рабочих мест, поступлениям части будущей прибыли в бюджет, уплате подоходного налога наемными работниками.

Аргумент 2: явное повышение авторитета властей. Представляете, как смотрит миллионер на депутата парламента, получающего в Англии примерно полтора оклада его секретарши. Иногда, однако, от бедолаги зависит решение некоторой комиссии. Не говоря уже о людях из министерств, решающих вопросы государственных заказов, квот. Какой, скажем, тип истребителей закупить этак миллиардов на 5-10. Или кто будет что-нибудь копать, или, самое приятное, - модернизировать. Последнее можно делать непрерывно. Надо только, чтобы государственная комиссия приняла заключение о несоответствии.

Аргумент 3: коррупция - дело полюбовное. Ей претит насилие. Она сродни бизнесу. Какие-то управленческо-организационные услуги кого-то вроде внешних директоров. Чистое, аккуратное дело во имя, часто, всеобщего блага. Мало того, коррупция освобождает общество от нецивилизованной уголовщины. Зачем кого-то взрывать или стрелять, если можно решать вопросы деликатно, с большей экономической результативностью. Надо, конечно, при этом укреплять свои позиции в правительственных кругах. В Италии, кстати, все шло спокойно, пока не взорвали пару прокуроров. Одно невозможно понять - как они там не могли поставить своих людей прокурорами.

Суммируя достаточно очевидные вышеприведенные аксиомы, нетрудно сформулировать ТЕОРЕМУ О ПРИЯТНОСТИ КОРРУПЦИИ: коррупция способствует совершенствованию организованности общества, повышению авторитета властей и вытеснению неэкономической преступности из сферы экономики.

Веселая получилась шутка...

Но давайте серьезно. Ведь нет предела совершенству, а значит, следуя Гегелю, естественно заподозрить, что не может быть все только хорошо. Должны быть противоположности, обеспечивающие диалектическое развитие. Сразу оговоримся, что в предмет нашего рассмотрения не входит коррупция в целях ведения противозаконной деятельности. Если речь идет о подкупе таможни при транспортировке наркотиков - это уже не совсем экономика. Итак...

Первый минус. Моральный ущерб обществу. С практической точки зрения - это лирика. Ну, вырастет еще одно поколение японцев с чувством, что большой бизнес должен много платить политикам (особенно либерально-демократического толка), а южным корейцам полегчает, что Чон Ду Хван получил смертный приговор, где упоминалась его коррумпированность. В обеих странах состояние экономики не внушает опасений. Конечно, некоторым народам становится обидно. В Брюсселе 20 октября прошла трехсоттысячная демонстрация разволновавшихся на предмет гнилости юридической и политической систем бельгийцев.

Второй минус. Коррупция стимулирует беззаконие. Это на первый взгляд звучит как тавтология, но на самом деле означает существование положительной обратной связи в системе: чем запутаннее юридические нормы, тем необходимее должностные лица, которые заинтересованы в продолжении и усилении неразберихи. Разве что последняя лишает высших контроля над низшими в системе. Вот тут высшие спохватываются - надо заниматься организацией. Но об этом позже.

Третий минус. Коррупция заведомо требует установления монополии на власть, ведущей к монопольным выгодам для взяткодателей. Если бы не было монолитного единства чиновников в вопросе получения взяток, то для решения некоторого вопроса можно было бы найти одного честного. Потом к нему могли бы обратиться другие и так далее. Этого не происходит. Этого не могут допустить те, кто здесь кормится. Значит, система должна быть замкнутой и исключать сбои. Во избежание такого положения мелкие сошки не могут обладать правом окончательных решений, последние должны приниматься сплоченным кругом ответственных лиц. Если можно за определенное вознаграждение добиться разрешения для себя, значит, можно добиться и запрещения для конкурента, обеспечив себе эксклюзивность и монопольные прибыли. Это автоматически работает при проведении тендеров, конкурсов и т.п. Приходим к неприятному результату - ГЛАВНОЙ ТЕОРЕМЕ О КОРРУПЦИИ: экономическая коррупция обворовывает общество в целом. Данное утверждение не столь очевидно. Докажем его от противного. Предположим, что взятки бизнесменов чиновникам никак не влияют на благосостояние общества в целом. Чтобы опровергнуть, нужен всего лишь контрпример. Рассмотрим ситуацию конкурса с двумя претендентами. У первого проект лучше и дешевле. Кто предлагает более крупную взятку? Естественно - второй. Чей проект проходит? Того, кто больше предложил. Значит, тот, который хуже и дороже. Кто должен расплачиваться? Налогоплательщик. Доказано.

Оптимальность

Коррупция может быть неразумной. Диковатой. Когда взятки требуют все. И государственный чиновник, и муниципальный, и полицейский, и рэкетир, не считая таможни, налоговой инспекции, экологической службы и т.д. От каждого зависит часть вопроса, и дача взятки одному не гарантирует успеха. Да еще если каждый хочет по максимуму. Это вселит пессимизм в клиента, и он может бросить свою затею. Так взяточники могут задушить свой «бизнес». Любой же бизнес живет благодаря клиентам. Процветает лишь тот, который расширяет клиентуру. Услуги должны быть качественными и гарантированными, тогда число клиентов будет расти, а с ними и доходы. С точки зрения взяткополучателей, ОПТИМАЛЬНАЯ КОРРУПЦИЯ ТАКАЯ, КОТОРАЯ ПОЗВОЛЯЕТ МАКСИМИЗИРОВАТЬ ОБЩУЮ СУММУ ВЗЯТОК. Важно не сорвать разок куш, а установить систему, когда число желающих давать взятки будет расти, значит, сами «гонорары» должны быть умеренными, а предоставляемые за них «услуги» вести к надежному получению результатов. В конце концов такой системе выгодно здоровое экономическое развитие. Это элементарно - чем больше в экономику поступает капитала, тем большую сумму составляют, скажем, 10% от него. Для создания такого привлекательного инвестиционного климата лучше всего, если система централизирована и позволяет консолидированную форму оплаты - один раз и в одни руки, а там потом все будет распределено между теми, кто участвовал в решении вопроса. Призрак близкой к идеалу системы такого рода возник недавно в откровениях одного из офицеров безопасности покойного президента Франсуа Миттерана, якобы интересовавшегося незаконными операциями на бирже. Если точно оценить французского президента в этой области все же невозможно, то уж в случае с бывшим южнокорейским, или того лучше - филиппинским, можно констатировать построение тотальной системы. Обеспечивая, по-видимому, наиболее эффективное функционирование с точки зрения «клиентов», такие системы обречены на скандальные разоблачения, поскольку они достаточно прозрачны и все нижестоящие элементы чувствуют себя обделенными.

Как бы то ни было, а хорошо организованная умеренная коррупция с точки зрения интегральных экономических показателей, как видно из диаграммы, не обязательно препятствует экономическому росту. Классификация стран по степени коррумпированности их государственной системы взята из результатов исследования фирмы «Бизнес Инвайронмент Риск Интеллидженс».

Противоядия

Помните - Рабкрин, КНК, ОБХСС, наконец? Кстати, на Западе считают, что в бывшем Союзе коррупция была умеренная и хорошо организованная. Но, с другой стороны, помните «хлопковое» дело, Гдляна и т.п.? Система позволяла делать чудеса. Времена голодных обмороков у наркома Цюрупы прошли давно. А как бы так устроить, чтобы и волки сыты, и овцы целы? Смешно говорить, но, опять же, без народного контроля не разберешься. И контроля прямого. Не случайно Билл Клинтон в последней речи перед выборами заявлял, что Америка построила общественную систему, где босс - народ. Там у народа есть простой способ сделать так, чтобы не чувствовать себя обманутым. Президента - от одной партии. В парламенте - доминирует другая. Одни других контролируют. Если администрация при некоторой партии зарвалась (это уже общее для всех демократических стран) - расплачивается вся партия. Приходим к принципу партийности в демократии - НАРОД МОЖЕТ КОНТРОЛИРОВАТЬ ТОЛЬКО ПАРТИИ. Контролировать огромное количество «независимых» депутатов невозможно. Во-первых, ни один из них конкретно погоды не делает, во-вторых, заменив одного на другого, вы ничего не измените в системе. Далее. Партии должны группироваться, как и положено, в пару блоков, которые надо подпускать к власти поочередно. В правительственных системах, которые, в идеале, не слишком громоздки и контролируются парламентом, в свою очередь контролирующимся народом, единственный выход - делегирование. Почему трудно просто красть сотрудникам деньги где-нибудь в банке? Потому что для получения денег в кассе надо много подписей, которые фиксируются, и все знают, что и за сколько будет.

С другой стороны - сама экономическая среда. Вы можете представить, что на базаре одни продавцы дают взятки другим? Это нонсенс. Поэтому в системе, где преобладает частная собственность, коррупция меньше. Но здесь очень далеко не уйдешь, так как государство перераспределяет даже в наиболее капиталистических странах огромные суммы. В Великобритании - это около 40% всех доходов, поступающих в виде различных налогов и платежей в государственную казну. Итак приходим к АДМИНИСТРАТИВНОЙ ТЕОРЕМЕ - избежать коррупции можно только при честной администрации. Достижение этого возможно, как представляется, на основе двух принципов. ПРИНЦИП КНУТА: администрация боится депутатов, депутаты боятся своих партий, партии боятся народа. И ПРИНЦИП ПРЯНИКА: для «сильных мира сего» привлекательна система, где им все позволено по закону.

Может быть, на последнем и должны строиться все реальные надежды.

Послесловие

В докладе Всемирного банка, посвященном развитию, Украина приводится в качестве примера страны с непомерно высокими, по международным стандартам, ставками взяток, которые могут достигать «до двухмесячного объема продаж в год». Одна шестая товарооборота. Что примерно равно всей прибыли в обычных экономиках. Это уже слишком. Всемирный банк считает, что это вредит темпам экономического роста. Доклад, правда, писался в первой половине этого года...

Видимо, об успехах борьбы за сужение сферы взяткономики придется писать отдельно. Последний из них - устранение под предлогом борьбы с непомерным разгулом коррупции премьер-министра Пакистана...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно