Все те же грабли?

8 июня, 2007, 13:33 Распечатать Выпуск №22, 8 июня-15 июня

Инфляционные показатели, опубликованные Госкомстатом, вызывают смешанные чувства. Официальные темпы роста потребительских цен в мае ускорились до 0,6%...

Инфляционные показатели, опубликованные Госкомстатом в среду, 6 июня, вызывают смешанные чувства. Официальные темпы роста потребительских цен в мае ускорились до 0,6%, оказавшись на максимуме опубликованного ранее прогноза Минэкономики (0,3—0,6%). Сама по себе цифра вроде бы и не так уж значительна, но неприятный осадок в душе остается хотя бы по той причине, что в нынешнем тысячелетии (после 2000 года) более высокая майская инфляция была зарегистрирована лишь в 2004-м (0,7%). Да и вообще, очень уж много просматривается аналогий и параллелей в ситуации нынешней и трехлетней давности.

Справедливости ради сразу отметим, что по итогам января—мая инфляция составила всего 1,9% (за аналогичный период прошлого года она составляла 2,8%). Более низкий показатель за всю историю независимой Украины был зафиксирован лишь в дефляционном 2002 году.

Так что публика, в общем-то, могла бы хлопать в ладоши антиинфляционным успехам нынешнего правительства. Если бы не целый ряд довольно-таки неприятных «но». Так, в годовом измерении (к аналогичному месяцу прошлого года) рост цен остается двузначным. В мае он даже ускорился до 10,6% (10,5% в апреле).

Начавшееся с весны снижение цен на товары непродовольственной группы (-0,3% в мае, по сравнению с -1,4 и 0,3% в апреле и марте соответственно) на этот раз уже не смогло перевесить ускорившийся рост цен на продовольственные товары. В мае их увеличение достигло максимума с начала года (1%). Внесла свою «положительную» лепту и сфера услуг, цены в которой в мае выросли на 0,8% (с начала года — 4,4%).

Основной вклад в рост индекса потребительской инфляции внесло подорожание фруктов (на 15,7%) и овощей (4,6%), а также горюче-смазочных материалов (7,9%) и проезда в железнодорожном транспорте (3,3%).

Так что инфляционные показатели могли быть еще хуже, если бы официальная статистика не зарегистрировала снижение цен на яйца (12,1%), молоко (4,2%) и картошку (2,6%).

Также данные Госкомстата свидетельствуют, что в прошлом месяце, благодаря сезонному 4-процентному падению расценок на оплату горячей воды и отопления, на 0,8% снизилась стоимость коммунальных услуг в целом.

Как уже отметили многие эксперты, аномальная майская засуха (читай — плохой урожай) и уже начатое правительством в борьбе за электоральные симпатии повышение социальных выплат не дают оснований рассчитывать на летнее ценовое затишье. Признают это и в Минэкономики. Как заявил в комментарии для одного из деловых изданий директор департамента экономической стратегии Минэкономики Вадим Пищейко, «нынешний год — нехарактерный, сейчас рост доходов граждан компенсирует рост производства», поэтому традиционной сезонной дефляции, по его мнению, этим летом не будет. Впрочем, 7 июня министр экономики Анатолий Кинах озвучил официальный прогноз своего ведомства, согласно которому в июне прирост индекса потребительских цен замедлится до 0,4—0,5%.

Что ж, в летние месяцы инфляция действительно вряд ли заметно ускорится. За последние 10 лет в июне—августе она лишь в очень редких случаях превышала в общей сложности 1%. А нынче, до парламентских выборов (если они 30 сентября таки состоятся), правительство будет сдерживать рост потребительских цен любыми доступными способами. И если увеличение цен на бензин Кабмин пока намерен ограничивать рыночными методами — за счет товарных интервенций, то в дальнейшем для недопущения подорожания социально значимых товарных позиций в ход наверняка будут пущены и административные рычаги. А вот что будет дальше — это уже совсем другая история. Поэтому в нынешнем году страна рискует войти в одну и ту же реку во второй раз, пережив инфляционный сценарий 2004 года.

Разве что нынешние власть имущие стали чуть умнее. И, коль уж массового социального подкупа избирателей не избежать, смогут, например, воздержаться от соблазна залповых увеличений бюджетных выплат. Тогда и инфляционные последствия предвыборного роста социалки могут сказаться попозже и не будут столь шоковыми, как три года назад.

Непростая задача для ведомства г-на Азарова, если учесть, что за оставшиеся четыре месяца правящей коалиции необходимо еще реабилитироваться за не слишком впечатляющие темпы повышения благосостояния нации. Напомним, что, по последним данным Госкомстата, рост реальной зарплаты украинцев в апреле 2007-го составил всего 10,5% по сравнению с апрелем 2006-го. Для сравнения, в апреле 2006-го аналогичный показатель был почти в 2,5 раза выше, составляя 24,6%. Причем темпы роста реальной зарплаты начали резко снижаться именно во второй половине 2006 года — после формирования правительства антикризисной коалицией.

По опубликованным 5 июня с.г. данным все того же Госкомстата, реальная средняя заработная плата наемных работников в апреле по сравнению с мартом даже снизилась (на 0,4%), составив 1224,33 грн.

Пока власть изыскивает все имеющиеся резервы. Один из них — скоропостижное привлечение миллиардного внешнего займа, особой надобности в котором, по мнению большинства наблюдателей, у правительства, как минимум, пока нет. Бюджет выполняется с профицитом (за январь—апрель — 6,2 млрд. грн., или 3,4% ВВП).

По опубликованным на днях оперативным данным Госказначейства, поступления в общий фонд госбюджета (с официальными трансфертами) превысили план на 4,8%, а прошлогодний уровень — более чем в 1,3 раза. Запас прочности в виде остатков на едином казначейском счету по состоянию на 31 мая с.г. превышал 14 млрд. грн.

А посему напрашивается вывод, что уже анонсированные увеличения социальных выплат из госказны — это далеко не предел в нынешнем году. Слишком велика ставка в политическом противостоянии. А инфляционные последствия — дело десятое. Как, впрочем, и структурные реформы.

Это заглянувший на денек в Украину «для знакомства» первый заместитель директора-распорядителя МВФ Джон Липски может вежливо соглашаться (или делать вид, что соглашается) со словами первого вице-премьера, что, «несмотря на искусственно созданный политический кризис, правительство продолжает работу над системными структурными реформами и проводит взвешенную финансовую, экономическую и бюджетную политику». А вот у экспертов, более близко знакомых с сутью происходящих сейчас в Украине процессов, на этот счет возникают весьма серьезные сомнения.

На этой неделе парламент наконец-то сподобился проголосовать за 11 законов, необходимых для снятия препятствий для вступления во Всемирную торговую организацию. Ведь столько времени стоять там одной ногой «в интересной позе» становится ну просто уже неприлично. Но терзают смутные сомнения, что и эти препятствия не были последними, хотя Николай Азаров и заявил, что с принятием вышеупомянутых законов официальный Киев выполнил свои обязательства по интеграции в эту международную организацию. А Анатолий Кинах, расписывая это «знаковое событие», заверил, что теперь-то мы уж точно стоим на ее пороге.

Министр очень серьезно, если верить сообщению на веб-сайте Минэкономики, внушал своим подчиненным мысль об актуальности задания эффективной подготовки к отчету Рабочей группы по вступлению Украины в ВТО. Дескать, завершить процесс вступления во всемирное торговое сообщество в текущем году вполне реально.

Но как же тогда относиться к замечанию аналитиков Укрсиббанка, которые в своем еженедельном отчете пишут, что, проголосовав за 11 ВТОшных законов, цитируем, «правительство и Верховная Рада проигнорировали требование Рабочей группы по вступлению в ВТО относительно необходимости ликвидации льгот отечественному автопрому. В связи с этим мы не ожидаем, что принятие законов открывает путь к вступлению Украины в ВТО и ожидаем очередных требований Рабочей группы после рассмотрения законодательных изменений». И далее — прогноз: эксперты не думают, что Украина сможет вступить в ВТО ранее 2008 года.

Как вам такой поворот? Тут одно из двух: либо аналитики все дружно что-то путают, либо чиновники темнят и что-то скрывают. Кто из них прав?

Однако не все так уж безрадостно. К примеру, конъюнктура внешних рынков для нас пока более чем благоприятна. И, по прогнозам западных аналитиков, цены на металлы пока будут оставаться высокими, достигнув новых рекордов в ближайшие несколько месяцев. В том числе и потому, что многие крупнейшие международные институциональные инвесторы, пытаясь найти источники вложения средств, которые могли бы принести большие доходы, чем инвестиции в акции и облигации, начинают вкладывать средства в сырьевые товары. По оценкам Man Financial Inc., на их долю (сырьевых товаров) приходится менее чем 0,2% инвестиций мировых фондов, оценивающихся примерно в 150 трлн. долл. Поэтому базовые факторы для сырьевых рынков очень позитивны, считают иностранные аналитики. Огромная масса денежных средств институциональных инвесторов, которая уже есть на рынке или придет туда позже, будет поддерживать рост цен на металлы.

Так что у отечественной экономики, будем надеяться, еще останется время не только оправиться от послевыборного осеннего инфляционного шока, но и адаптироваться к уже надвигающимся с севера новым повышениям газовых цен.

Как свидетельствуют аналитики Укрсоцбанка, в январе—мае 2007 года увеличили объемы производства готового проката большинство крупнейших металлургических комбинатов страны. «Однако такой рост производства и его активный экспорт породили новую проблему для металлургов, которая станет негативно влиять… уже с осени, — пишут в аналитическом обзоре эксперты. — Речь идет о быстром выборе компаниями экспортных квот. Так, в январе—мае 2007 года украинские металлургические предприятия получили лицензии на поставку в страны Евросоюза 695, 5 тыс. тонн металлопроката, или 69% минимальной годовой квоты для ЕС. На оставшиеся семь месяцев остается всего 31% квоты, а это лишит компании диверсификации рынков сбыта и заставит сфокусироваться в основном на азиатских рынках, что повысит их уязвимость перед потребителями».

Пока же высокие мировые цены на основные позиции отечественного экспорта не только поддерживают рост экономики, но и провоцируют дополнительное ускорение инфляции. Месячный прирост индекса цен производителей промышленной продукции (ИЦП) в мае повторил январский максимум нынешнего года — 2,3% к предыдущему месяцу, а по итогам января—мая он составил уже 9,8%. В годовом исчислении (май к маю прошлого года) темпы роста цен по сравнению с апрельскими ускорились сразу на 1,5 процента (до 20,2%). Тенденция роста ИЦП уже приобрела угрожающие масштабы — по сравнению с июнем 2006 года увеличение цен зафиксировано по всем отраслям промышленности.

То, что этот инфляционный абсцесс сам по себе никуда не денется и обязательно даст о себе знать этак через полгодика, доказано многолетним опытом. И памятного 2004-го тоже.

Между тем и Национальный банк, кажется, тоже пока явно недооценивает инфляционные угрозы. По крайней мере, такое мнение напрашивается после предпринятого им с 1 июня с.г. снижения учетной ставки с 8,5 до 8%.

А ведь так называемая широкая базовая инфляция (не учитывающая изменения цен на топливо и административно регулируемые услуги), на которую значительно влияет монетарная политика, хоть и не растет в последние месяцы, но остается на уровне 8,9% в годовом выражении. И учетная ставка, по определению, должна быть выше инфляции. Или мы опять что-то путаем?

Кроме того, грядущие увеличения социальных расходов не только будут выступать дополнительным стимулятором потребительского спроса со стороны населения, а значит — фактором инфляционного давления, но и означают, что прижимистой бюджетной политики в таких условиях не предвидится по определению. Тогда кто же, как не Нацбанк, должен принимать меры?

Конечно, сама учетная ставка влияет на стоимость ресурсов в украинской экономике весьма опосредованно. Однако ее изменения воспринимают как сигнал о грядущей направленности денежно-кредитной политики монетарного ведомства. Снизил Нацбанк учетную ставку — читай, будет стимулировать более щедрое насыщение экономики ресурсами.

А куда уж щедрее, если остатки на корсчетах коммерческих банков в НБУ уже и так колеблются вокруг исторического максимума, на прошлой неделе превысив 20 млрд. грн. (отчасти по причине возрастания бюджетных выплат). Лишь 4,7—5 млрд. грн. из этой суммы — обязательные резервы ком­банков. И если в середине мая, когда уровень остатков на корсчетах колебался вокруг 17 млрд. грн., директор департамента монетарной политики НБУ Наталья Гребенник оценивала избыточную ликвидность банковской системы в 12 млрд., то сейчас она достигла, получается, уже 15 млрд. грн.

Краткосрочные ресурсы на межбанковском рынке в результате уже упали в цене настолько, что практически ничего и не стоят. Средневзвешенная ставка по кредитам «овернайт» 6 июня составила всего 0,8% годовых. Ну и кого при этом могут заинтересовать ставки по аналогичным «ночным» займам Национального банка, составляющие 9% годовых для обеспеченных первоклассными ценными бумагами кредитов и 10% — для бланковых кредитов? Разве что пару-другую проблемных банков, испытывающих нехватку ликвидности и доверия рынка.

Кстати, самих банкиров такая дешевизна вряд ли радует. Ведь размещение ресурсов под 0,8% годовых — это далеко не самый выгодный вид заработка, тем более что привлечение ресурсов, как правило, обходится значительно дороже.

«Нейтральным» (при котором ставки не приобретают выраженной тен­ден­ции к изменению) банковские эксперты сейчас называют уровень остатков на корсчетах порядка 12 млрд. грн. Таким образом, считают аналитики, для того чтобы процесс снижения ставок, начавшийся в середине мая, прекратился, банкам необходимо дополнительно освоить как минимум 7 млрд. грн., что в связи с наступлением лета довольно проблематично. Так что тенденция планомерного снижения ставок может сохраниться как минимум до августа. В то же время в конце лета на рынок повлияет целый ряд факторов, включая предстоящие парламентские выборы, сезонный спрос на кредитные ресурсы и необходимость привести резервы банков в соответствие с новыми нормативами НБУ.

Между тем глава совета НБУ Петр Порошенко уже заявил, что «в январе—мае текущего года показатель инфляции оставался в запланированных рамках», поэтому он уверен, что НБУ должен снизить учетную ставку еще раз. Снижение учетной ставки, по его словам, является стимулом для экономики, так как это повод для уменьшения стоимости кредитов и увеличения по срокам привлекаемых ресурсов. И следующий такой шаг может быть сделан НБУ в начале 2008 года. Тогда, по мнению главы совета НБУ, «появятся все предпосылки для снижения учетной ставки».

Не будет ли этой предпосылкой новое увеличение цены на газ, после которого темпы роста цен производителей с высокой вероятностью превысят максимум за все годы экономического роста? Или предпосылку следует усматривать в очередных повышениях коммунальных и других тарифов?

Петр Алексеевич знает что-то особенное или выдает желаемое за действительное? Конечно, как владельцу достаточно крупного бизнеса, ему бы хотелось снижения стоимости ресурсов в экономике. Но как тогда быть с нуждами макроэкономической стабильности?

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42, 9 ноября-15 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно