ВИКТОР ЮЩЕНКО: «Я НЕ МОНЕТАРИСТ, Я ПРОСТО БАНКИР»

22 сентября, 1995, 00:00 Распечатать Выпуск №38, 22 сентября-29 сентября

Беседа с председателем правления Национального банка Украины Виктором ЮЩЕНКО, предлагаемая вниманию читателей, состоялась 15 сентября...

Беседа с председателем правления Национального банка Украины Виктором ЮЩЕНКО, предлагаемая вниманию читателей, состоялась 15 сентября. Прошло совсем немного времени, но появилось больше оснований для оптимизма: программа правительства, вызывавшая мрачные инфляционные предчувствия, отозвана из Верховного Совета и будет пересмотрена. «Премьер сделал мужественный шаг», - прокомментировал это событие Виктор Ющенко. Тогда еще не было принято официальное решение о переносе сроков денежной реформы. Принятие его только подтвердило те опасения за судьбу скоропалительно введенной гривны, которые читаются между строк предлагаемого интервью.

С денежной реформой или без нее, но проблемы, о которых здесь идет речь, не решены, дискуссии продолжаются - недаром же г-н Ющенко определил свою позицию фразой, вынесенной в заголовок. А раз уж «просто банкир», то и первый вопрос - традиционный: в каком состоянии наша банковская система?

- Я расцениваю ситуацию в банковской системе на сегодня как достаточно стабильную, - сказал Виктор Андреевич. - Прежде всего, если вести речь о здоровье этой системы с точки зрения цены на деньги и с точки зрения кредитной активности. Сохраняется тенденция соответствия учетной ставки НБУ и уровня инфляции. Если говорить о кредитном рынке, то в предыдущем месяце банковская система выдала кредитов на 70 трлн. крб., в сентябре - 73 трлн. Таких кредитов (в сравнительных ценах) банки не выдавали почти три года. Анализ двух названных параметров показывает, что ситуация на банковском рынке оптимизируется.

С другой стороны, нынешнюю ликвидность банковской системы нельзя назвать избыточной. Это весьма условное понятие для системы в целом. Потому что при одних и тех же показателях у одного банка могут возникать проблемы, а у другого их нет.

Если говорить о «средней температуре», то у нас ликвидность около 69 трлн. при денежной массе 597 трлн. крб., что близко к показателям, необходимым для обеспечения текущей ликвидности по операциям.

- Кредиты, о возросших объемах которых мы с вами говорили, относятся к категории краткосрочных. В этой связи вспоминается настоятельное желание государства оказывать своим предприятиям «точечную» поддержку. Нет никаких оснований предполагать, что коммерческие банки по мановению правительственной руки примутся за долгосрочное или среднесрочное кредитование. Это означает, что поддержка предприятий будет вновь осуществляться за счет эмиссионных кредитов НБУ. Следовательно, всех нас, и банковскую систему тоже, ожидает новый инфляционный водоворот? Что делать банкам?

- Даже по динамике объемов кредитования в августе видна негативная реакция банковской системы на «дошедшую» июльскую эмиссию. Тогда за одну неделю процентная ставка по кредитам поднялась почти на семь пунктов. А ставка НБУ выросла с 60% до 70%. И то на сегодня она является пока что отрицательной. Банки выдают кредиты за 77,9% годовых, фактический уровень инфляции 74% с лишним, а учетная ставка НБУ 70%. То есть впервые за последние семь месяцев ставка НБУ стала отрицательной.

Нас осуждают за то, что мы подняли ставку с 60 до 70% и продемонстрировали некоторое «замораживание» процессов улучшения. Мы же реагировали на объективное ухудшение. К сожалению, если сохранятся инфляционные ожидания, которые хотя и не оправдались в июле-августе, но потенциально укрепились, если мы будем подталкивать ситуацию к такому варианту, то... На инфляционные действия НБУ - эмиссию под адресные кредиты, кредиты правительству и т.п. - первая реакция проявится на бирже. На самом «быстром», валютном, рынке. Вы уже можете оценить, что на валютном рынке такие действия отзовутся буквально через несколько дней.

- Когда биржа сработает как «барометр» и карбованец начнет падать, что будет делать НБУ? Будет ли он продолжать политику «сглаживания тенденции»? Ведь Нацбанк, являясь одновременно и эмитентом, и биржевым игроком с определенными обязанностями, «сам себе» устраивает проблемы...

- Конечно, если делать эмиссию, а потом, через несколько дней, покрывать ее последствия на бирже за счет собственных валютных резервов, то логики в этом мало. Такую политику можно проводить максимум несколько недель. В итоге резервы будут «сожжены». Их нужно тратить не на пласты эмиссионных денег, которые взрывают ситуацию на рынке, а на компенсацию оперативных колебаний курса в пределах 1 - 2%.

Давайте посмотрим, что произошло в первой декаде августа. Десять дней интервенционная роль НБУ менялась практически на каждых торгах. Мы один день покупали, на следующий день должны были продавать - стихия, которая возникла не только из-за порции эмиссии, но и благодаря другим факторам. И даже в той ситуации было решено, что девальвацию проводить необходимо. Потому что, как ни пытайся интервенционно погасить эти взрывы, но если резервов не так уж и много, то адекватно отвечать на такие объемы эмиссионных денег трудно.

- В свое время вы подчеркивали, что проведение денежной реформы должно положить конец дискуссиям о способах покрытия бюджетного дефицита, регулирования денежной массы в обороте и других макроэкономических параметров. То, что сейчас происходит в области экономического регулирования, по-видимому, не оставляет надежды на неинфляционные решения. Может, стоит отложить денежную реформу?

- Окончательным ответом на ваш вопрос станет откорректированный бюджет 1995 года. Вы знаете, какие стороны принимают участие в этой дискуссии. Я уважаю точку зрения каждой из сторон, но существует еще и консолидированное решение, общее. Бюджет этого года в окончательном варианте прорабатывается, и каков будет дефицит, какой в итоге будет уровень инфляции еще неясно. Хотя мне лично досадно, что снова идет дискуссия об уровне инфляции.

Тут следует подчеркнуть, что НБУ собственной позиции по этому вопросу по закону никому навязать не может. Определять дефицит бюджета, масштаб цен и, соответственно, уровень инфляции - это компетенция правительства и парламента. Согласно закону, Национальный банк должен идти в фарватере этой политики. В 1995 году НБУ полностью обеспечил исполнение тех параметров, которые определило правительство. Если говорить о будущем, то когда принимается такой экономический базис, как сейчас предлагают властные структуры, то НБУ не имеет ни экономических инструментов, ни законодательной возможности для того, чтобы проводить какую-либо иную политику.

- Но, все-таки, не стоит ли в таких условиях отсрочить денежную реформу?

- Пока нет бюджетных цифр за 1995 год, нет ответа и на ваш вопрос. Трудно говорить об условиях, в которых может быть введена гривна, не имея основополагающего документа - бюджетного баланса.

- Коль трудно говорить о том, что происходит сейчас, давайте поговорим о том, что будет происходить в следующем году. По проекту бюджета на 1996 год около 70% ВВП планируется распределять через бюджет. Если такая концепция будет принята, то, пользуясь вашим выражением, банковская система будет вынуждена как-то реагировать. Вернемся ли мы к формуле: одно государство, один бюджет, ну, и заодно - один банк?

- Концентрация финансов и их монополизация, я имею в виду бюджетных финансов, безусловно, затруднят управление деньгами. Я даже не говорю о том, что появляются встречные потоки денег сначала в Киев, потом - из Киева, для соответствующих субъектов хозяйствования. Я хотел бы только заметить, что агентами государства по кассовому исполнению бюджета являются коммерческие банки. То есть через них идут сегодня все бюджетные финансовые потоки. Этот ресурс - однодневный или трехдневный - носит условно-постоянный характер. Иными словами, это один из существенных факторов мультипликации денег в обороте. Потому что иметь «короткие деньги», но постоянно - это все равно, что иметь инвестицию.

Таким образом мы можем сформировать ситуацию, при которой будем децентрализовать ресурс, инвестиционный по времени нахождения в бюджете, но краткосрочный по исполнению. Все это приведет к умножению денежной массы, и НБУ с помощью таких инструментов, как увеличение норм обязательного резервирования, блокирование ликвидности и т.д., будет ее сдерживать. Потому что такая система вызывает рост инфляции, цен. И нас, как центральный банк, могут потом упрекнуть, что цены вышли за пределы контроля, за рамки показателей, предусмотренных бюджетом и в плане экономического развития на 1996 год.

Но я не думаю, что о бюджете на 1996 год можно говорить как о законченном документе. Вы знаете, что проект, предусматривавший 15% дефицита, отправлен на доработку с требованием - не выше 6%. Что касается влияния на регулирование денег и возможных осложнений, то о них я уже сказал.

- В продолжение темы государственных финансов - о планируемом создании Казначейства и его уполномоченного банка (или группы банков). Как с вашей точки зрения должна выглядеть система Казначейство - банк?

- Относительно Казначейства, безусловно, замечаний нет никаких. Потому что механизм исполнения бюджета, который есть на сегодня и о котором мы уже говорили, фактически контролируется весьма условно. После распределения на счета отраслевых министерств, бюджетные финансы попадают в зону, которую государство практически не контролирует: дальше идет областной бюджетный счет, затем хозяйственные счета предприятий, и это все в рамках Минфина проконтролировать невозможно. Должен быть вертикальный «срез» Казначейства, который доводит, через учреждения центрального банка, все средства «на места». А также переводит оттуда все платежи в центр. Это классика.

- Все-таки - через учреждения Национального банка?

- Через учреждения Национального банка. Впрочем, есть и другая точка зрения, и я понимаю тех людей, которые ее отстаивают, хотя и считаю ее нерациональной. Речь идет о создании специального Бюджетного банка. Года три тому назад, в нашем Минфине уже была идея - создать управление государственными кредитными ресурсами. Вы знаете, чем она закончилась.

- Для наших читателей, которые могут и не знать, - чем же она закончилась?

- А просто ничем. Три месяца трудились высокопрофессиональные работники, собрали данные в разрезе балансов коммерческих банков и показали, что государство, госструктуры, как потребители ресурсов, потребляют больше этих самых ресурсов, чем имеют на расчетных счетах в качестве пассивов коммерческой банковской системы Украины. Таким образом, тема сама себя исчерпала. Искали топор под лавкой - его там не оказалось.

Идея бюджетного банка имеет те же корни. Мол, давайте аккумулируем бюджетные финансы в одном государственном банке, который назовем Бюджетным. Потом эти ресурсы вторично будем использовать на субсидирование, финансирование, кредитование каких-то приоритетных проектов. Какая здесь опасность? Я знаю точку зрения министра финансов - он против идеи создания Бюджетного банка, и я хотел бы подкрепить такую позицию некоторыми соображениями.

Первая заповедь финансового рынка - не клади все яйца в одну корзину. Сегодня мы забываем об этом принципе, когда предлагаем все бюджетные средства положить в государственный банк, который будет иметь коммерческий характер. Это недопустимо. Это непрофессионально. Ни одно государство не может позволить себе такого риска при размещении своих денег. Второе. Существует система клиринга центрального банка - банка, который не занимается, кстати, рискованными кредитными и коммерческими операциями, то есть имеет 100-процентную ликвидность. Почему НБУ сегодня «непотопляем»? Потому что не ведет кредитной деятельности. У него нет проблемы возврата средств.

- Разве НБУ не кредитует самые рискованные и безнадежные проекты правительства?

- Он кредитует правительство в рамках эмиссионного решения парламента по дефициту бюджета. Раз дефицит, то в этом случае кредитные деньги, направленные на его покрытие, заведомо не вернутся назад.

- Нет, я имею в виду так называемые приоритетные программы - космос, энергетика, социальная сфера и т.д.?

- Практика рефинансирования, к которой мы приступили в третьем квартале 1995 года, начинает вытеснять механизм кредитования правительственных программ, заменяя его традиционным механизмом рефинансирования ценных бумаг правительства. Этот механизм станет основой политики НБУ в следующем году...

- ...Если дефицит бюджета и расходы правительства будут находиться в разумных пределах...

- Финансовый рынок может профинансировать за счет ценных бумаг правительства только приемлемый уровень дефицита. На гипердефицит есть один ответ - эмиссия. Нельзя перегружать финансовый рынок, ставить перед ним невыполнимые задачи по мобилизации ресурсов для покрытия гипердефицита. Так что это вопрос оптимума: если мы находим оптимальный дефицит, тогда можно говорить и об оптимальных источниках его финансирования.

- С вашего позволения, вернемся к проблематике Бюджетного банка...

- Да, так вот. Если разместить все средства в одном балансе и дать этому банку возможность кредитовать любой коммерческий проект, включая санационную или адресную поддержку тех или иных предприятий, то это всегда сопряжено с колоссальным риском невозврата. Я утверждаю, что на сегодня нет такого банка, который мог бы гарантировать, что кредитные деньги вернутся вовремя. А бюджетные финансы, уж извините, имеют конкретное предназначение: финансирование конкретных статей бюджета, а не формирование ресурсных средств для последующего кредитования коммерческих проектов. Это ошибка. Ну почему Украину вновь толкают на очередную авантюру? Посмотрите на Германию, Францию, Англию: где вы видели, чтобы недиверсифицированные бюджетные финансы обслуживались в одном банке? Снова мы блуждаем в трех соснах...

- Давайте попробуем подойти с другой стороны. Потенциальные возможности коммерческих банков в сфере собственно банковского обслуживания давно переросли те объемы негосударственных финансов, которые есть на сегодня и, очевидно, сохранятся в будущем. Смены собственника в промышленности в ближайшее время не произойдет. Ввиду такой перспективы комбанкам очень «вкусно» поработать именно с государственными финансами, разве нет?

- Вполне корректно. И вполне вероятно. Если обслуживание финансовых потоков госбюджета будет обеспечиваться так, как это делалось с ноября 17-го года. Формула будет приблизительно такая: центральный банк контролирует поток бюджетных денег - через систему Казначейства - от Киева до области. Это 70% встречных потоков. На уровне области Казначейство подписывает агентские соглашения с банками, которые обслуживают в районах бюджетных потребителей. В соглашении указывается, что платит комбанк за использование средств, какие финансовые условия он предоставляет клиенту, с другой стороны - каковы обязательства банка по срокам перечисления этих средств, какого типа аналитика должна быть у главы Казначейства по данному региону.

Все это может делать банковская система. Вместо этого нам говорят, что нужно сделать новый «ствол», новую математику расчетов, нужно обеспечить ее функционирование, нанять людей - и это великое открытие 1995 года. Это триллионы карбованцев расходов, которые снова предлагается взвалить на плечи Украины. И это при том, что уже существует отрегулированная функциональная система.

- Понятно, что вопрос болезненный и спорный.

- Тут нет спора.

- Не я с вами спорю, есть просто другие точки зрения. И все они не мои, так что Бог с ними. Еще одна тема - международные кредиты. В нашей ситуации есть большая вероятность того, что третьего транша МВФ Украина все-таки не получит. Что произойдет с финансовой сферой, с бюджетом и, естественно, с его дефицитом?

- Есть два пути. Первый - пересмотр бюджета и приведение его к управляемым нормам - путем уменьшения расходов, если мы не способны сформировать его доходную часть. Это шаг смелых. В конце концов, выиграют те, кто сделает именно так. В нынешнем году или через год, или через несколько лет. Ведь Украина так же подчиняется закону Ньютона, как и остальной мир, независимо от того, понимает она это или нет. Так же и с законами финансового рынка. Рано или поздно мы вернемся к этой проблеме. Только пройдем более длинный путь и растратим свой потенциал. Но против такой политики работает уровень жизни людей. Если мы не найдем конструктивных решений, с нас спросят не за металл и не за машины, а за уровень жизни, за его падение. И это будет критической гранью, за которой все равно придется принимать решения, обеспечивающие сбалансирование финансов, потому что только таким путем можно поднять производство.

Есть другой вариант. Мы можем утратить международную кредитную поддержку, но продолжать тратить столько, сколько сейчас наметили, покрывая эти траты эмиссией. А это означает, что мы принимаем решение о подъеме цен. Я не думаю, что у нас сегодня есть люди, которые пойдут на такой вариант. Мне кажется, что и в этом году, и в следующем у нас есть еще возможность обойтись без очередного падения в инфляционно-ценовой «штопор».

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно