УХОДИТ ТОТ, КТО СЛАБЕЕ СТАРЕЙШИЙ БАНК БРИТАНИИ СТАВИТ ТОЧКУ В СВОЕЙ ИСТОРИИ

24 ноября, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №46, 24 ноября-1 декабря

В понедельник неприятная весть поразила лондонский Сити — голландская финансово- страховая груп...

В понедельник неприятная весть поразила лондонский Сити — голландская финансово- страховая группа ING Barings заявила о намерении реорганизовать свою инфраструктуру, а именно — отказаться от инвестиционной деятельности. Таким образом, крупнейший банк Голландии перечеркнул свои амбиции войти в первую инвестиционную десятку мира. Конкуренция с американскими банками-гигантами — Goldman Sachs, Morgan Stanley Dean Witter, Merrill Lynch — оказалась не по силам европейцу ING Barings.

Заявление, прозвучавшее из штаб-квартиры в Амстердаме, было, во-первых, неожиданным, поскольку наблюдающийся бум финансовых слияний сулит большие выгоды, во-вторых, нелогичным, потому что доходы банка, оглашенные в июле текущего года, выглядели весьма оптимистично. Но четыре месяца спустя ING изменил приоритеты и решил свернуть деятельность своего инвестиционного филиала — банка Barings. По предварительным данным, лондонский офис филиала будет закрыт, а нью- йоркский — продан. И это означает, что 237-летний Barings, старейший и самый аристократический банк Британии, так называемая голубая кровь Сити, исчезнет с рынка и, вероятно, навсегда.

А между тем его родословная берет начало в 1717 году, когда Фрэнсис Бэринг иммигрировал из Германии в Британию и начал свой бизнес в Эксетере. В 1763 году его внуки, используя прибыли от торговли шерстью, основали банк под фамильным именем Barings.

У банка свои заслуги перед британской историей. В XIX столетии он финансировал военные действия против Наполеона Бонапарта. Среди его клиентов некогда числилась королева Елизавета.

За 237 лет существования банк пережил два сильнейших кризиса — с разницей в сто лет. В 1890 году неудачные кредиты Аргентине заставили британский нацбанк — Bank of England — спасать Barings от краха. Скандал 1995 года еще у всех на слуху: когда один из банкиров Barings, рисковый трейдер сингапурского филиала Ник Лисон в ходе авантюрных операций с деривативами на Токийской бирже создал банку убытки в 860 млн. фунтов стерлингов. Тогда от банкротства Barings спасла голландская финансовая группа ING, купившая банк всего за один фунт. Но в придачу «спаситель» получил все долги банкрота и прибавил его имя к своему названию.

Так в 1995-м появился банк ING Barings, намеревавшийся играть по-крупному на глобальном инвестиционном поле и завладеть рынком Европы. Глава и исполнительный директор Barings Дэвид Робинс, назначенный в 1998 году, предложил «целеустремленную» стратегию для вхождения банка в высшую лигу. Доходы действительно стали выглядеть намного лучше, однако не оправдывали расчетов и планов, составленных менеджментом в амстердамской штаб-квартире ING.

Конечно, долгожитель лондонского Сити не был ни самым большим, ни самым активным, однако он мог похвастаться впечатляющими сделками, как, например, прошлогоднее слияние двух крупных фармацевтических компаний, конкурировавших между собой, Wellcome и Glaxo. В Украине банк ING Barings известен как посредник, проводивший в начале этого года реструктуризацию внешнего долга.

В последние год-два выживание инвестиционных банков «второй лиги» становится все более сложным. Да и выбор у них невелик — либо укрупняться за счет покупки других банков, либо оказаться поглощенными. Бывшие британские конкуренты Barings закончили свою самостоятельную историю по второму варианту: Morgan Grenfell согласился стать частью немецкого Deutsche Bank, Hambro был продан французскому Societe Generale, Warburg отошел к швейцарскому UBS. Уже в этом году два последних британских инвестиционных банка перешли под американскую крышу: Schroder‘s был куплен Solomon Smith Barney (в свою очередь — инвестиционным крылом концерна Citigroup), а Fleming стал частью Chase Manhattan Bank.

Нельзя сказать, что ING — маленький банк. Он входит в мировую пятерку финансовых компаний, но его сила в розничных операциях и в страховании. Сегодня он решил, что ему нет смысла вбрасывать огромные суммы в инвестиционный бизнес, чтобы идти в ногу с американскими банками- тяжеловесами, получившими на Уолл-стрит прозвище The bulge bracket ( в приблизительном переводе — «раздутые карманы», «толстосумы») за их финансовую удаль. Даже Deutsche Bank, став собственником Morgan Grenfell, осознал, что этого недостаточно для пребывания в высшей инвестиционной лиге, и для веса за океаном приобрел еще американский Bankers Trust, дабы состязаться с такими лидерами, как Goldman Sachs и Merrill Lynch. Оба «американца», кстати, начинали свою деятельность в Сити практически с нуля, а теперь распоряжаются львиной долей лондонского бизнеса.

Судьба Barings — еще один повод задуматься о будущем крупнейшего финансового центра — лондонского Сити. Обозреватели вспомнили в эти дни книгу бывшего инвестиционного банкира Филиппа Огара «Смерть джентльменского капитализма», где он как раз пишет о том, что почти все лондонские банки уже принадлежат иностранцам, и Сити рискует потерять свою силу и финансовую мощь, если зарубежные собственники будут консолидировать бизнес вокруг главных офисов.

Итак, бизнес-ландшафт меняется, причем стремительно и масштабно, как показали события последнего года. Слабые игроки не могут брать на себя высокие риски, из которых и состоит инвестиционный бизнес. Особенно это касается британских банков: привыкшие существовать на комиссию от традиционных сделок, они не выдержали агрессивного напора заокеанских «братьев». И теперь все больше над европейским банковским полем расстилается тень американских «раздутых карманов».

Покупки, слияния, продажи — все последние успехи глобального бизнеса оборачиваются для лондонского Сити трагедией массовых сокращений рабочих мест. И на этот раз ING предстоит уволить около 3 тысяч человек, работающих в лондонском и нью-йоркском филиалах. При этом Эвальд Кист, возглавивший ING в мае с. г., заявляет, что голландская банковская группа, которая оценивается на амстердамском фондовом рынке в 74 млрд. долл., основное внимание будет теперь уделять интеграции в европейские операции и сосредоточит свою деятельность на трех главных направлениях — страховании, розничных банковских операциях и управлении активами. ING также намерена сохранить свои позиции на «новых рынках» Азии, Центральной и Латинской Америки.

На сегодняшний день пока неизвестно, оставит ли руководство ING в названии банковской группы приставку Barings. Когда в 1995 году ING купил за один фунт Barings и его многомиллионные долги, он приобрел тогда же запятнанное имя и имидж нуждающегося банка. Вполне возможно, что сегодня «голландец» захочет сбросить этот багаж в одночасье.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно