Цена на сахар как инструмент политики

27 июня, 2008, 14:25 Распечатать Выпуск №24, 27 июня-4 июля

В 1988 году французскому экономисту Морису Аллэ была присуждена Нобелевская премия «За научно обоснованные тарифы на электричество и контроль за уровнем цен»...

В 1988 году французскому экономисту Морису Аллэ была присуждена Нобелевская премия «За научно обоснованные тарифы на электричество и контроль за уровнем цен». Прямого отношения к ценам на сахар этот факт, конечно, не имеет, однако он четко свидетельствует о том, что правильное определение уровня цены, а тем более организация контроля за ней в условиях рыночной экономики — ох какое непростое дело.

Природа и глубинная сущность цены изумляет и озадачивает человеческий род с глубокой древности. Великие мыслители Аристотель, В.Пети, Д.Риккардо, А.Смит, К.Маркс, Ф.Кенэ, Дж.М.Кейнс и другие, казалось бы, разрешили многие теоретические и практические вопросы ценообразования. Однако бурные дискуссии о том, что лежит в основе формирования цены — затраты человеческого труда или полезность вещи, — не закончились и по сей день.

Развивать дискуссию в этом направлении считаем неуместным. Разве что напомним читателю некоторые общие истины. Например, о том, что цена есть денежное выражение стоимости товара, инструмент управления товарным производством и экономикой в целом. Что она характеризует количественные отношения в процессе купли-продажи, выступает средством обмена, регулятором общественного производства, мерилом участия товаропроизводителей в распределении продукта, а ее сущность как формы стоимости заключается в эквивалентном возмещении овеществленного в товаре общественно необходимого труда, уровень которого определяется рынком, то есть спросом и предложением.

Обыкновенным покупателям знать эти премудрости, в общем-то, не обязательно. Их интересует одно — чтобы товар обладал необходимым качеством, отвечал их вкусам и при этом был недорогим. Производителя товара, наоборот, интересует, как его подороже, побыстрее и побольше продать. А поскольку стихийно эти обоюдоострые желания удовлетворяются плохо, общество изобрело цивилизованный рынок с целым набором атрибутов, который определяет уровень цены на данный товар на основе спроса-предложения и устанавливает правила поведения участников рынка: производителя, продавца, покупателя и государства как активного регулятора и участника рыночных процессов.

Во всех странах мира рынки регулируются, в т.ч. и те, что называются свободными. Регулируются и контролируются цены, за что, как показано выше, присуждаются нобелевские премии. Ибо если в уровне цены случается перекос и нарушаются интересы одной из сторон — участников рынка или же цена насильственно и необоснованно резко изменяется в ту или иную сторону, то страдают не только отдельные лица, но и целые предприятия, банки, отрасли и даже страны. Яркий пример — распад Советского Союза по причине обвала мировых цен на нефть, финансовый кризис в России 1998—1999 годов, вызванный очередным падением цен на нефть. И, как бы в награду, — рост экономики этой страны в связи со значительным ростом цен на нефть и газ уже в нынешнем тысячелетии.

С ценами сталкиваются все, но далеко не все знакомы с их сутью и разнообразием. Обычно знают розничную цену, оптовую, мировую. А их еще примерно 70 наименований: биржевые, демпинговые, дискриминационные, дифференцированные, договорные, единые, закупочные, интервенционные, монопольные и т.д. и т.п. Для определения уровней цен и изучения конъюнктуры рынка существует целый ряд служб, методик, правил и даже национальных обычаев.

В то же время разнообразие цен и их либерализация — настоящее раздолье для комбинаторов различного рода, особенно в такой неокрепшей экономике, как украинская. Это разливанное море схем и вариантов манипуляций, от которых дух захватывает! Свобода, при которой кажется, что путем произвольного изменения цены можно достичь желаемого, обогатиться за счет ближнего. И главное — что это легко, доступно, ненаказуемо и результативно.

Однако какое же это все-таки опасное и горькое заблуждение! На самом деле игры с ценами не что иное, как мины замедленного действия, причем большой разрушительной силы, которые взрываются в самый неожиданный момент.

Это легко проиллюстрировать на примере манипулирования ценами не только на нефть и газ, но и на такой очень нужный товар, как сахар. Именно произвольное манипулирование ценой этого продукта за весь период функционирования сахарной отрасли независимой Украины привело ее к значительному разрушению, а практически к развалу.

Сравните. В период 1985—1990 годов Украина производила свыше 5 млн. тонн сахара в год, собирала 43 млн. тонн свеклы, посевная площадь под этой культурой достигала 1650 тыс. гектаров, в республики поставлялось 3 млн. тонн сахара. В 2008-м Украина засеет этой культурой порядка 350—400 тыс. гектаров, соберет 11—12 млн. тонн свеклы, выработает от силы 1,3—1,4 млн. тонн сахара и… будет импортировать сахар-сырец из тростника. При наличии плодородных земель и избытке перерабатывающих мощностей сахарных заводов. Если срочно ничего не предпринимать, отрасль погибнет через год-два, в основном из-за ценовых игр. Есть и другие причины, но именно здесь роль цены решающая.

Вот краткая и сжатая хронология ценового произвола в свеклосахарном производстве.

Большинство украинцев хорошо помнят стабильную розничную цену сахара в период бывшего Союза — 0,78 рубля за килограмм, которая держалась десятилетиями. Ей соответствовала оптовая цена сахара 605 рублей за тонну, а последней — закупочная цена свеклы — 50 руб./тонна. Соотношение цен свеклы и сахара было — 1:12 (50:605). Напомним уже забытое положение о том, что сахар производителям сахарной свеклы отпускался по определенным нормативам по льготной цене 0,38 рубля за килограмм. То есть существовало взаимовыгодное экономическое равновесие: крестьянам было выгодно выращивать свеклу, заводам — ее перерабатывать, а оптовикам и торговле — продавать.

Но не успела еще толком обрести Украина независимость, внедрить рыночные отношения, как тут же, как из пены морской, появились свои Большие Собственники, Большие Коммерсанты и Высокие Чиновники. Для них устоявшееся соотношение цен показалось смешным и ничтожным. Уже в 1992 году соотношение цен на сахарную свеклу и сахар они изменили на 1:20. При закупках сырья по тогдашним галопирующим ценам недоплаты сельскохозяйственным производителям только за один год составили 38,3 млрд. рублей. А дальше пошло-поехало: соотношение увеличилось до 1:24 и даже до 1:40.

Свекловоды ежегодно стали терять от четверти до трети положенных им средств. Сначала счет по тогдашней «валюте» шел на миллиарды, затем на триллионы. Какая отрасль может это выдержать? Вот и пошло свекловодство резко под откос: производство сахара уменьшилось в 3,5 раза, Украина с 1998 года начала импортировать сахар-сырец из трост­ника. Свои заводы пускались под нож и закрывались, продавались за бесценок на лом.

Все эти манипуляции с ценами производились, конечно же, с целью «социальной защиты населения». Был выдвинут лозунг: «Не допустить подорожания сахара как одного из крайне необходимых продуктов питания для бедных». Даже талоны ввели. В 1991 году по талонам отпускалось по 23 кг сахара на душу населения, в 1992-м — по 18 кг, в 1993-м — по 12 кг по средней цене 185 долл./тонна. Реализация составила соответственно 33, 27 и 18% от валового производства сахара. Основное же его количество было реализовано коммерсантами по 500 долл. за тонну. Догадайтесь с трех раз, какую категорию населения мы в то время защитили?!

Однако манипуляции с ценой сахара и сахарной свеклы на этом не закончились, они продолжались и продолжаются до сих пор. Не имея ни денег, ибо село обобрали до нитки, ни кредитов, свекловодство вынужденно перешло к давальческим схемам переработки свеклосырья. Сахарную свеклу теперь уже не закупали за деньги, а принимали в переработку без оплаты по расчетной фиксированной цене на начало уборки. В дальнейшем цена на свеклу не индексировалась и не увеличивалась, а цена на сахар, произведенный из этого сырья, стремительно росла, в результате чего собственники сахара реализовывали его в три-четыре раза дороже, чем сельхозпроизводители. Один гектар сахарной свеклы стал давать дохода в 11,43 раза меньше, чем гектар картофеля. Отрасль свекловодства не была тогда стерта с лица земли лишь по одной-единственной причине: сахар стал эксклюзивным бартерным товаром, т.е. служил своеобразной валютой для покупки горючего, минеральных удобрений, средств защиты растений.

Большие Собственники, Большие Коммерсанты и Высокие Чиновники, таким образом, загнали отечественную отрасль в тупик, а затем обратили свои взоры на сахар-сырец, который на мировом рынке стал дешеветь. Под лозунгом «защиты населения» они добивались лоббистским путем снижения импортных пошлин на сахар до нуля или 1—5%, зарабатывая на каждой ввезенной тонне сырца по 100 долл. чистой прибыли.

Так, в 1995 году было ввезено 358 тыс. тонн сырца, в 2001-м — 449 тыс. тонн, в 2002-м — 437 тыс., а в 2003 году — 1481,3 тыс. тонн! Якобы для переработки на давальческих основах, но после каждого очередного ввоза крупных партий сахара-сырца цены на собственный сахар на внутреннем рынке стремительно падали. Так, в конце 2001/02 маркетингового года цена составила 2,45 грн. за килограмм, а в начале 2002/03-го, после ввоза сырца, упала до 2,05 грн., соответственно в 2003/04-м — с 2,80 грн. до 2,15 грн., в 2004/05-м — с 2,48 до 2,35, в 2005/06-м — с 4,02 до 2,48 грн. То есть мы активно развивали сахарное производство других стран.

Стало очевидным, что собственная отрасль стоит на краю гибели. Тогда согласованными усилиями патриотически настроенных производителей, представителей ведущих научных учреждений отрасли и ряда государственных органов были обоснованы и приняты серьезные нормативно-правовые акты по преодолению кризиса в свеклосахарном производстве (и среди них — Закон Украины «О государственном регулировании производства и реализации сахара», 1999 г.), ряд постановлений Кабинета министров о защите внутреннего рынка сахара, осуществлены отдельные научно-технические отраслевые программы.

Не все они полноценно выполнялись, однако перелом к лучшему наступил, и прежде всего в ценовой политике. Законом были введены квоты на производство сахара, а также минимальные закупочные цены на свеклосырье и сахар, которые не могли быть произвольно уменьшены. Наступила некоторая ценовая стабилизация. В 2001 году, например, минимальные закупочные цены на сахарную свеклу были подняты с 115,83 до 137,5 грн./тонна (без НДС), на сахар — с 2000 до 2370 грн./тонна, которые продержались до 2005 года. В 2005-м цена реализации сахарной свеклы составила 178,5 грн./тонна (без НДС), сахара —2370 грн./тонна. В 2006-м — соответственно, 187,2 и 2850 грн./тонна. Как результат, в 2004-м импорт сахара-сырца в Украину сократился до 400 тыс. тонн, в 2005-м
— до 220 тыс., а в 2006 и 2007 годах практически прекратился (20—30 тыс. тонн в год).

Период 2004—2006 годов следует рассматривать как начало возрождения отечественной свеклосахарной отрасли. И это действительно было так. Правительства продолжали вести ответственную ценовую политику, ограничивали импорт сахара-сырца. Был принят ряд законодательных актов, направленных на повышение эффективности отечественного свеклосахарного производства, что положительно отразилось на его показателях. Посевные площади под сахарной свеклой стабилизировались на уровне 650—700 тыс. гектаров, урожайность уверенно возрастала: в 2004-м — до 238 ц/га, в 2005-м — до 249,7ц/га, в 2006-м — до 283 ц/га, а в 2007-м — до 292 ц/га. Украина стала полностью независимой от импорта сахара державой.

Но вот новая беда. В 2006 году в стране был собран урожай на уровне 22,34 млн. тонн свеклы с площади 789 тыс. гектаров и произведено 2,6 млн. тонн свекловичного сахара. Казалось бы, очень хорошо. А оказалось — хуже некуда. Имевшиеся на то время запасы предыдущего периода вместе с сахаром нового урожая составили 3,3 млн. тонн, что значительно превысило внутренний спрос на уровне 1,9 млн. тонн в год. При отсутствии внешних рынков сбыта внутренние оптово-отпускные цены на сахар снизились до 2,2—2,4 тыс. грн. за тонну, промышленность понесла убытки, так как себестоимость продукта составила около 3,2 тыс. грн. за тонну.

Как же в данной ситуации повели себя Большие Собственники, Большие Коммерсанты и Высокие Чиновники? Ответ: гениально! Но только для себя. О судьбе отрасли и государства в целом они не подумали и никогда не подумают. Это аксиома!

Так вот, они резко, в один прием, снизили закупочную цену на сахарную свеклу до 141,67 грн. за тонну, хотя прекрасно понимали, что это обвалит рынок свеклосырья. Не могли не знать, свидетельством чему есть продление этого уровня цены и на 2008 год, хотя ее разрушительная функция обнаружилась уже в начале 2007-го. Сельхозпроизводители отреагировали на такие действия синхронно: в 2007 году сократили посевные площади до 584 тыс. гектаров, в 2008-м — до 350 тыс. гектаров. Производство сахара в 2007 году сократилась до 1,85 млн. тонн, что еще вполне прилично, зато в 2008-м
сахара будет произведено 1,2—1,3 млн. тонн, а это уже неприлично. Даже с учетом переходных остатков сахара — это прелюдия к дефициту.

Отрасль повисла на последней ниточке, дальше — коллапс.

Вот тут-то включается «хор мальчиков» из представителей Больших Собственников, Больших Коммерсантов и Высоких Чиновников. Песня старая: караул! В стране не хватает сахара, надо спасать население, конечно же, «с целью социальной защиты». Короче, нужно завозить в страну сахар-сырец из тростника, «чтобы не допустить подорожания». Первые куплеты этой песни уже напечатаны в виде проектов законов для Верховной Рады о беспошлинном ввозе значительных партий сахара-сырца, помимо 260 тыс. тонн, которые Украина может ежегодно ввозить по условиям ВТО. То есть опять вернулись на исходные позиции. На импортную иглу, к чему, собственно, и стремились. И это — при наличии еще достаточных запасов сахара в стране на уровне 750 тыс. тонн.

А чтобы были весомые аргумен­ты, Большие Коммерсанты и Большие Собственники сахар в запасах попридержали, взяли кредиты и еще докупили, затем начали взвинчивать цены, повторяя сахарный кризис 2005 года, только в более жесткой форме. На какое-то время сахар исчез с прилавков в Донецкой и Луганской областях, кризис добрался до центральных регионов и Киева.

Вам это ничего не напоминает?

И надо же такому случиться — Кабинет министров снова подыграл Большим Коммерсантам своим меморандумом, ограничив уровень оптовой цены под тем же лозунгом «не допустить подорожания». А почему, собственно, не допустить?! Один килограмм моркови или капусты по 7—10 грн. можно допустить, а цену 1 кг сахарной свеклы, которая сейчас равна 14 коп., увеличивать нельзя? Один гектар моркови при урожайности 30 тонн приносит 210 тыс. грн. выручки, один гектар более технологически сложной культуры сахарной свеклы при той же урожайности 30 тонн — всего 4250 грн. (30 тонн х 141,67 грн.), или в 49,41 раза меньше. Что же это за заколдованный продукт такой, что его держат на минимальной цене, а целую отрасль — в постоянных убытках?

Удорожание любого продукта сельскохозяйственного производства (зерна, подсолнечника, мяса, молока, капусты и т.д.) не вызывает столько крика, как удорожание сахарной свеклы и сахара. Недавно в Министерстве аграрной политики Украины из уст высокопоставленного чиновника на одно из предложений пришлось услышать в ответ фразу — «Что, вы не понимаете, это же поднимет цену на сахар на 10%».

Боже ж ты мой!

Выходит, требование «не повышать цену на сахар» не только переросло в аксиому, но и закрепилось уже на генетическом уровне. Как заклинание.

Между тем цены на сахар и сахарную свеклу должны быть подвержены тем же закономерностям, что и на другие товары, т.е. регулироваться спросом и предложением при жестком государственном контроле за объемами производства, реализацией, нижними уровнями цен. Этот путь прошли все цивилизованные страны, которые производят сахар из свеклы. Везде объем поставок сахара на внутренние рынки добровольно, но жестко ограничивался квотой «А», поставки по межгосударственным договорам — квотой «В», а произведенный сверх этих квот сахар — квотой «С». Последний мог реализовать его производитель исключительно самостоятельно на свободном мировом рынке.

При этом все четко придерживаются рекомендованных в регулятивах цен на сахарную свеклу и сахар. Если, например, за сахарную свеклу для производства сахара квоты «А» цена равнялась 100%, то для квоты «В» — 70% от цены квоты «А», для квоты «С» — 16% от цены квоты «А» (например, для ЕС: 45 евро, 28 евро и 7 евро за тонну). Хочешь производить себе в убыток, пожалуйста. Кроме того, внутренний рынок ЕС жестко защищен высокими таможенными пошлинами и требованиями к качеству ввозимого сахара. Он также удерживает достаточно высокую внутреннюю цену на сахар — около 10 грн. за килограмм в пересчете на нашу валюту. Все! Какие еще колеса необходимо придумывать?

Мы не призываем к тому, чтобы искусственно поднять цену на сахар до 10 грн. за килограмм, но и против тех, кто ее искусственно занижает. Сахар должен стоить столько, сколько он стоит. Например, в условиях производства 2007 года, когда 17 млн. тонн сахарной свеклы были закуплены по средней цене реализации 152,7 грн. за тонну при фактической себестоимости 180,4 грн., село недополучило 476 млн. грн. Сахарная промышленность выработала из этого свеклосырья
1,85 млн. тонн сахара с себестоимостью 3200 грн./тонна, а реализует его по средней оптовой цене — 2500 грн./тонна, тоже недополучая свыше 1 млрд. гривен. При таком раскладе розничная цена сахара даже при упрощенной схеме расчета должна была бы составить 3250 грн./тонна, или 3,25 грн./кг, а она была 4,0 грн./кг и выше.

Объем спроса на сахар для населения в Украине — 1 млн. тонн в год. Если посчитать доход от его продажи, то он составит ((4000 грн./тонна – 2500 грн./тонна) х 1 млн. тонн) 1,5 млрд. гривен! При полнейшем искусственно-убыточном производстве!

Где эти полтора миллиарда осели — вопрос риторический.

А вот какой ценовой расклад должен быть на сезон 2008—2009 гг.,
когда цены на ресурсы резко возросли? Чтобы вырастить урожай сахарной свеклы на уровне 35 тонн/га, с учетом плодородия украинских земель, необходимо затратить 7000 грн., тогда себестоимость тонны корнеплодов должна будет равняться 200 грн. (7000:35), а цена свеклы при рентабельности 20% — 240 грн./тонна без НДС. На производство тонны сахара необходимо расходовать 8,5 тонны корнеплодов, что в денежном выражении составит 2040 грн. Поскольку в себестоимости сахара сахарная свекла занимает 65%, его полная себестоимость должна равняться 3138,0 грн./тонна. При рентабельности производства сахара на уровне 10% его оптовая цена должна составить 3452 грн).тонна, а розничная — 4488 грн., или 4,5 грн. за килограмм. И никого она не должна удивлять, ибо является реальной.

Но мы твердо знаем, что в 2008 году не будет закупочной цены на сахарную свеклу 240 грн./тонна, ибо Кабинет министров уже утвердил ее на уровне 141,67 грн./тонна плюс небольшие доплаты — по 18,33 грн. на тонну. И не будет оптовой цены сахара на уровне 3452 грн./тонна, потому что утверждена 2370 грн./тонна. На сей раз недоплаты свекловодству в расчете на тонну корнеплодов составят 80 грн. (240 –(141,67+18,33)), а в промышленности на тонну сахара —768 грн. Производству, как видим, кислород перекроют полностью. Зато навар в сфере посредничества и торговли предвидится на уровне 1650 грн. с тонны.

Интересно, почему все-таки в Украине из года в год игнорируются принципы организации и регулирования сахарного рынка, существующие во всех свеклосеющих странах мира? Почему допускаются игры с ценами, манипулирование объемами поставок сахара на внутренний рынок, почему до сих пор не сдают позиции давальческие схемы переработки сахарной свеклы с «откатами» и прочей атрибутикой? Почему государство не следит за реформированием рынка и реструктуризацией столь сложной отрасли, не сделает надежной таможню, не создает биржи, а отдает все на откуп кучке дельцов? Почему не функционирует надлежащим образом Аграрный фонд, который бы влиял на цены на рынке? Просто интересно, как мог Кабинет министров Украины утвердить минимальную цену на сахарную свеклу на уровне 141,67 грн./тонна на два года подряд при тотальном подорожании ресурсов? Чьи подписи стоят под ее обоснованием, пустившие целую отрасль под откос в течение одного года?

И главный вопрос — когда это закончится, и закончится ли вообще?!

В заключение — некоторые элементы экономической теории, правильное применение которых могло бы дать поразительные результаты.

Дело в том, что, как установили великие экономисты Ф.Кенэ, А.Маршалл и др., источником богатства для человека на Земле является не только и не столько прибавочная стоимость по К.Марксу, сколько результат деятельности Солнца, кванты энергии которого через растение, почву и микроорганизмы превращаются в продукты питания и многие другие полезные вещи. Так вот. На основании гениальных таблиц Ф.Кенэ была предложена столь же гениальная схема распределения полученного за год продукта в обществе. А именно: две пятых его обязательно должно быть возвращено земле для восстановления ее плодородия (через удобрения, машины, средства защиты среды и т. п.), одну пятую необходимо направить на нужды работников сельского хозяйства, в т.ч. на кормление скота, еще одну — перерабатывающей промышленности для оплаты работников и технического переоснащения. И только оставшуюся 1/5 — отдать на нужды государства. Применяя эти принципы, царская Россия в начале ХХ века, осуществив только на 30% Столыпинскую аграрную реформу, завалила все рынки Европы хлебом и сахаром, производство которых увеличилось за восемь лет в два раза; этот же принцип позволяет Китаю получать ежегодный прирост валового продукта на уровне 10%.

А что делаем мы? Обдираем Производителя и Землю и обогащаем Больших Собственников, Больших Коммерсантов и отдельных Высоких Чиновников.

Вот как должен был бы распределиться доход от продажи тонны сахара за 4000 грн. в духе принципов Ф.Кенэ и других экономистов-физиократов:

2/5 — возврат земле
= 1600 грн.

1/5 — свекловодам
= 800 грн.

1/5 — сахарной промышленности = 800 грн.

1/5 — торговля, транспорт
= 800 грн.

Государство свою долю должно изъять через налоги со всех.

На самом деле распределение произойдет, согласно приведенным выше ценам, следующим образом:

• возврат земле и доля свекловодов = 1295 грн.,

или 32% вместо 60%;

• сахарной промышленности = 658 грн.,

или 16,45% вместо 20%;

• посредникам и торговле = 2047 грн.,

или 51,18% вместо 20%.

Нерадивое государство получит крохи, не поддающиеся вычислениям, потому что сахарные заводы не отпускают напрямую сахар оптовикам или в торговую сеть (боже упаси!), а реализуют через массу посредников и созданных ими структур, неуловимых для налоговой, в появлении которых виновато государство ввиду непомерных налогов. Так оборачивается для Украины свобода предпринимательства и торговли, при которой государство само себя, по существу, исключило из участников рынка, а вместе с собой и Производителя.

Так какое ж это государство?

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно