СЕРДЦЕ, ТЕБЕ НЕ ХОЧЕТСЯ ИНФАРКТА?

13 октября, 1995, 00:00 Распечатать Выпуск №41, 13 октября-20 октября

В конце сентября состоялся паблик-тур «Экологические, экономические и социальные аспекты энергет...

В конце сентября состоялся паблик-тур «Экологические, экономические и социальные аспекты энергетики в жизни регионов», организованный Международным центром «Энергетика и информатика - ХХІ век» при участии и содействии Минэнерго, Минприроды, Минкультуры Украины, Запорожской и Николаевской областных госадминистраций. Сотрудники центральных органов исполнительной власти, депутаты Верховного Совета Украины, представители политических партий и общественных объединений, ученые, журналисты, побывав в городах Запорожье, Энергодар, Марганец, Южноукраинск, Николаев, получили возможность ознакомиться с работой Днепровской ГЭС, Запорожской и Южно-Украинской АЭС, Запорожской ГРЭС, посетить стройплощадку Ташлыкской ГАЭС, встретиться с руководителями местных органов власти, энергетических и промышленных предприятий, общественностью.

Факты. В качестве предисловия

Суммарная мощность электростанций Украины равна 52200 МВт. В том числе доля тепловых станций составляет 66,7 процента, атомных - 24, 5 процента.

В первом полугодии 1995 г. в Украине выработано 98909 млн. киловатт-часов электроэнергии (доля производства АЭС составила 39 процентов).

С начала 1990-х производство электроэнергии в Украине неуклонно снижается. Так, в прошлом году оно составило 67,3 процента объема 1990 г.

Не веером, так реструктуризацией

Тот, кто первым назвал энергетический комплекс сердцем народного хозяйства, возможно, и не догадывался, насколько метким окажется это сравнение. Особую актуальность метафора приобрела в последние годы, вводившие энергетику в предынфарктное состояние. Вот уж и дает сбои пульс, и давление пошаливает - страна все больше ощущает признаки энергетического кризиса.

Сначала это вызывало недоумение - как же так: то, чего было вдоволь по две копейки за киловатт, вдруг оказалось дефицитом? Затем появилась тревога. Когда в домах гаснет свет и внезапно останавливаются целые производства, общественное мнение невольно настраивается на ожидание худшего. Ведь впереди - зима...

Электроэнергия, являясь товаром, обладает характерным отличием от других: ее нельзя выработать впрок, сохранить на складе. Выражаясь профессиональным языком, необходимым условием нормальной работы энергокомплекса должно быть постоянное поддержание баланса производства и потребления электроэнергии, определяемое частотой тока в 50 герц. Все, как в живом организме: показывает тонометр «сто двадцать на восемьдесят» - человек бодр, а выше или ниже - ему и белый свет не мил, приходится «глушить» кофе или таблетки, - говорят, помогает. У энергетики тоже есть свой метод лечения. Применительно к нынешним условиям - это принудительное отключение потребителей электроэнергии, ведь падение частоты ниже отметки 49 герц ведет к автоматическому отключению атомных электростанций и дальше - к развалу энергосистемы. Поскольку система изначально спроектирована на самосохранение, отключение потребителей также производится автоматически, без разбора на правых и виноватых - тех, кто своевременно уплатил «за свет», и должников.

Удавка неплатежей, характерная для экономики страны в целом, не пощадила и энергетический комплекс. В силу своей специфики он по сути обрел несвойственную функцию кредитора всего народного хозяйства. Достаточно сказать, что за отпущенную в мае электроэнергию с Запорожской ГРЭС расплатились только в сентябре, а соседняя атомная об этом пока лишь мечтает. Перекладывая на себя чужие трудности, энергетики обзаводились собственными - не за что стало приобретать топливо, ремонтировать оборудование, выплачивать заработную плату. Естественно, производство электроэнергии пошло на убыль. А раз так - возникла необходимость регламентации ее отпуска посредством так называемого веерного отключения.

Впрочем, только неплатежами проблемы энергокомплекса не исчерпываются. По мнению заместителя начальника управления Национального диспетчерского центра (НДЦ) Министерства энергетики Украины Альфреда Тураса, на сложившуюся ситуацию в значительной мере оказала влияние несовершенная структура управления отрасли:

- До недавних пор в Украине существовало восемь региональных объединений, в составе которых находились генерирующие мощности (электростанции) и предприятия электросетей. На них возлагалась полная ответственность за энергоснабжение регионов. Однако генерирующие мощности расположены по стране неравномерно. Ведь электростанции преимущественно строились там, где имелись большое промышленное потребление, топливные и водные ресурсы. При этом гидро- и атомные станции обязаны были продавать всю вырабатываемую электроэнергию, а тепловые - лишь ту часть, которая превышала нужды региона. Когда подорожало топливо, возникли трудности с его приобретением, энергетическим объединениям стало невыгодно заниматься производством - дешевле было купить электроэнергию и зарабатывать на перепродаже. Это привело к падению частоты в системе, поставив энергетику на грань катастрофы.

По варианту, предложенному Минэнерго и поддержанному Президентом, у энергетических объединений изъяты из подчинения генерирующие мощности, на базе их созданы четыре энергокомпании. Они, а также две компании, объединившие гидроэлектростанции, и АЭС, находящиеся в ведении Госкоматома, выступают конкурирующими продавцами на энергорынке страны. НДЦ обязался покупать всю электроэнергию, произведенную атомными станциями, по фиксированной цене, утвержденной правительством. Электроэнергия, вырабатываемая ГЭС, также полностью закупается НДЦ. Тепловые же станции должны продавать свою продукцию согласно ценовым заявкам, и покупатель (он же - НДЦ) волен выбирать. Таким образом предполагается снижение оптовой цены, что должно повлечь за собой удешевление розничного тарифа.

Было бы странно, если бы эта схема получила всеобщее одобрение. Противниками ее прежде всего оказались областные госадминистрации. Руководители Днепропетровской, Запорожской, Донецкой, Луганской областей в обращениях к Президенту предлагали взять региональные энергообъединения под свою опеку. Однако в Минэнерго такая позиция была расценена как проявление местничества, способного привести к полному развалу энергосистемы страны. С точки зрения министерства, энергодефицит должны ощутить все в равной мере.

Вряд ли такая установка выдерживает критику с эмоциональных позиций. Хотя бы потому, что живущие в непосредственной близости с атомной станцией вряд ли сочтут справедливым положение, при котором свет в их домах будет отключаться наравне с домами, расположенными за сотни километров от АЭС. Но есть аргументы и повесомей.

- То, что реорганизация в энергетике нужна, - вне всяких сомнений, - поделился в беседе генеральный директор Южно-Украинской АЭС Владимир Фукс. Однако, на мой взгляд, вышестоящего распределения на продажу электроэнергии в условиях рынка быть не должно. Иначе мы не избавимся от «телефонного права».

Свои контраргументы имеются и у гидроэнергетиков. Объединение в компании лишило станции статуса юридических лиц, затруднив тем самым ведение хозяйственной деятельности.

С определенной долей скептицизма относится к реструктуризации генеральный директор ПО «Запорожская АЭС» Владимир Бронников, обращая внимание на то, что рынок в том виде, в котором он создается у нас, нигде в мире не работает. И можно ли быть уверенным в том, что он заработает, если концепции Минэнерго и Госкоматома полярно противоположны и совпадают лишь в одном - декларировании конечной цели, коей представляется создание энергорынка?

Первый заместитель председателя Запорожской облгосадминистрации Владимир Пикинер еще более категоричен:

- Во внедряемой модели напрочь отсутствует здравый смысл. Впечатление такое, что все делается для того, чтобы разрушить последнее, оставшееся в энергетическом комплексе. Вместо конструктивных преобразований создан монополист-монстр - Национальный диспетчерский центр.

Конечно, резкость оценки можно, что называется, списать на преобладание местнического интереса над общегосударственными. А как быть с мнением тех, для кого ведомственный патриотизм отнюдь не отвлеченное понятие?

- Практически в одночасье структура энергетики развалена до основания, - говорит главный инженер Запорожской ГРЭС Иван Стрельченко. - Я понимаю, что стране нужна дешевая электроэнергия, которую обеспечит конкуренция производителей. Но как может конкурировать тепловая станция на рынке, если в калькуляции тарифа на электроэнергию 92 процента составляет цена топлива? За счет чего удешевлять продукцию? Урезав зарплату? Так она и без того составляет всего 0,8 процента тарифа...

Из всего этого напрашивается весьма неутешительный вывод: благое желание создать конкурентную, рыночную среду внутри энергетической отрасли вполне может обернуться банальной погоней за дешевизной, цена которой окажется непомерно высокой. Настолько, насколько в недалеком будущем могут оказаться слишком дорогостоящими последствия пренебрежения социальными программами, реконструкцией изнашивающегося оборудования, элементарными требованиями его безопасной работы...

Ну и наконец время для перестройки энергокомплекса вряд ли сочтешь подходящим. Ведь впереди - зима...

Факты. В качестве дополнения

ДНЕПРОВСКАЯ ГЭС. Первый энергоблок гидроэлектростанции введен в действие в 1932 г. В 1939 г., с пуском девятой турбины, мощность Днепрогэса составила 560 МВт. В

1975 г. мощность расширена до 1300 МВт, а с пуском в 1980 г. второй очереди (Днепрогэса-II) - доведена до 1500 МВт. В настоящее время эксплуатируемое оборудование первой очереди электростанции полностью выработало свой ресурс. За восемь месяцев этого года Днепровской ГЭС произведено 2493 млн. киловатт-часов электроэнергии - на 32 процента меньше, чем за аналогичный прошлогодний период. Дебиторская задолженность электростанции за отпущенную электроэнергию на конец сентября составляла 470 млрд. карбованцев.

ЗАПОРОЖСКАЯ ГРЭС. Первая очередь тепловой электростанции, включающая четыре энергоблока суммарной мощностью 1200 МВт, введена в эксплуатацию в 1973 г. В 1977 г., с пуском третьего блока второй очереди ГРЭС достигла проектной мощности - 3600 МВт. За восемь месяцев этого года электростанцией выработано 4227 млн. киловатт-часов электроэнергии - 67,5 процента уровня аналогичного прошлогоднего периода. Дебиторская задолженность станции составляет 2,2 трлн. карбованцев. В настоящее время ГРЭС работает наполовину мощности из-за дефицита топлива. В частности, в конце сентября на складе оставалось 17 тыс. тонн угля, тогда как согласно стандарту госрезерв должен составлять 150 тыс. тонн.

ЗАПОРОЖСКАЯ АЭС. Тип эксплуатируемых реакторов - ВВЭР-1000. Первый блок электростанции мощностью 1000 МВт начал вырабатывать электроэнергию в 1984 г. С пуском в 1989 г. пятого блока мощность станции достигла 5000 МВт. За восемь месяцев года АЭС выработала 17688 млн. киловатт-часов электроэнергии - на 14,2 процента больше, чем за аналогичный прошлогодний период. Дебиторская задолженность станции за отпущенную электроэнергию составляет 12 трлн. карбованцев.

ЮЖНО-УКРАИНСКАЯ АЭС. Тип эксплуатируемых реакторов - ВВЭР-1000. В соответствии с проектом, электростанция включает в себя четыре энергоблока мощностью 1000 МВт каждый. Три блока АЭС поставлены под промышленную нагрузку поочередно в 1982, 1985 и 1989 гг. Сооружение четвертого блока прекращено в 1990 г. в связи с принятием моратория на строительство АЭС в Украине. В то время строительная готовность объекта составляла 30 процентов, сейчас он не подлежит восстановлению. С начала года АЭС недовыработала 2009 млн. киловатт-часов электроэнергии из-за внеплановых остановок энергоблоков для устранения повреждений основного оборудования конденсаторов. Причиной является увеличение солесодержания Ташлыкского водохранилища (запрет на его продувку действует с 1988 г.), вызывающее интенсивную коррозию оборудования станции. Дебиторская задолженность АЭС за отпущенную электроэнергию на конец сентября составила 11,6 трлн. карбованцев.

ТАШЛЫКСКАЯ ГАЭС. Гидроаккумулирующая электростанция является составной частью гидрокомплекса, объединяющего, кроме Ташлыкской, Константиновскую ГАЭС и Александровскую ГЭС. Ввод в эксплуатацию Ташлыкской ГАЭС позволил бы ежегодно вырабатывать около 2 млрд. киловатт-часов электроэнергии. Строительство гидрокомплекса начато в 1980 г. и остановлено в 1989-м постановлением правительства Украины. В то время готовность к пуску первого агрегата ГАЭС составляла порядка 80 процентов. Окончательное решение по гидрокомплексу не принято до сих пор. Отсутствие финансирования на содержание недостроенной ГАЭС привело к аварийному состоянию сооружений и угрозе сползания гранитной скалы.

Старинная отечественная забава:

борьба с долгами

...Когда автобус за полночь въехал в Южноукраинск, невольно подумалось: все-таки хорошо, что от Марганца он за несколько сотен километров. Ведь город, залитый светом, способен вызвать далеко не положительные эмоции у тех, кто вынужден жить в темноте. Марганчанам вполне достаточно вида освещенного Энергодара - в шести километрах на противоположном берегу Каховского водохранилища он хорошо просматривается.

- Это в больших городах ночные бары имеются, а мы, провинциалы, ночным горнообогатительным комбинатом довольствуемся, - горько шутят местные жители.

Для Марганецкого ГОКа - одного из крупнейших в Европе предприятий по добыче и обогащению марганцевой руды - с середины лета отключения электроэнергии стали постоянными. Надо ли объяснять, сколь отрицательно это сказывается на работе оборудования (к примеру, компрессорная станция, которая согласно правилам должна выключаться не чаще одного раза в месяц, останавливается по нескольку раз в сутки), на темпах производства, а значит - заработках горняков, составляющих основную массу жителей города. При этом, как ни парадоксально, марганчане в должниках за электроэнергию не числятся. Впрочем, не они одни. И запорожская индустрия рассчитывается с энергетиками максимум в течение десяти дней...

Я вовсе не хочу утверждать, что проблема неплатежей является надуманной. К сожалению, это не так. Речь о другом - о дефиците, который «должны ощутить все в равной мере». И о том, можно ли при подобном подходе приучить должников к порядку. В конце концов метод, практикуемый российскими энергетиками, о котором поведал директор Днепрогэса Николай Дубовец, намного эффективнее:

- Представитель некой структуры предлагает директору станции продать долги за отпущенную электроэнергию. Эдак процентов за 98. Деньги перечисляет тотчас. А на разборку с должниками у него уходит от силы три дня. Все - проблемы как не бывало.

Конечно, ценность такого, с позволения сказать, опыта весьма сомнительна. Но ведь и метод «веерного лечения» не годится, ибо не только не решает проблему, а еще более усугубляет ее. Выход, по мнению специалистов, в другом: уровень цены на электроэнергию должен позволять компенсировать затраты на ее производство. Мысль, правда, не нова и, на первый взгляд, наиболее уязвима в том плане, что коль потребители не могут осилить нынешнюю цену, то более высокая окажется для них и вовсе недоступной. При нашей-то бедности... Выходит, очередной тупик?

Отнюдь, говорят все те же специалисты. Коль в Украине нет платежеспособного потребителя, значит, его необходимо создать.

- Наша идея заключается в том, - рассказывает генеральный директор Запорожской атомной Владимир Бронников, - чтобы заложить расходы будущих периодов в так называемые диференц-контракты. То есть, отпускать электроэнергию крупным потребителям под определенные инвестиционные программы. Сейчас, скажем, подешевле, а через несколько лет - по более высокой цене, которая станет для них вполне приемлемой. Пока это предложение остается без ответа.

Надо полагать, кому-то проект показался несвоевременным. И без него забот полно - надо думать, как до весны дотянуть. И что с того, что и эта зима - не последняя...

«Атомные» дворники подметают дворики

Метлы у них самые что ни на есть обыкновенные - не на атомной тяге, это уж точно, как и мусор ими убираемый. Разница лишь в зарплатах: у дворника с атомной станции она в два раза выше, чем у коллеги с ГРЭС. Исходя уже из этого различия, несложно догадаться, что классные специалисты на тепловой станции предпочитают не задерживаться - устраиваются на атомную, которая в Энергодаре рядышком. Впрочем, знающий себе цену профессионал зачастую и оттуда уходит, поскольку российским атомщикам платят в четыре-пять раз больше.

Правда, проблема текучести кадров для украинских АЭС в этом году несколько потеряла свою остроту. Но вовсе не потому, что исчез дисбаланс зарплат. Просто вакансий на российских АЭС уже практически не осталось. Скажем, директор, главный инженер и его заместитель на Балаковской станции совсем недавно были работниками Южно-Украинской атомной, с которой, кстати, только в прошлом году ушло 400 ведущих специалистов. А ведь подготовка для АЭС работника даже не высшего, а среднего звена стоит ни много ни мало 16 тысяч долларов. Поскольку профессиональные требования к энергетикам-атомщикам очень серьезные. И, к слову, уровнем профессионализма вопрос не исчерпывается. Был на Запорожской атомной случай, когда начальник смены во время работы бросил в сердцах, дескать, если и дальше выдачу зарплаты будут задерживать, то придется не ту кнопку нажать - «по ошибке». Ясное дело, не всерьез сказал, что называется, сболтнул. Но выводы последовали незамедлительно: не только начальника, но и всю его смену от работы отстранили. В рабочее время шутить на АЭС не положено по инструкции.

Вполне закономерно, что профессиональные строгости должны быть обеспечены надежными бытовыми тылами. Поэтому и задумывались городки атомщиков эдакими островками благополучия, лишенными дефицитов и неурядиц. И поначалу были основания полагать, что такими они и станут...

Сейчас на Запорожской атомной завершается подготовка к пуску шестого энергоблока. Это значит, что станция выходит на проектную мощность, и весь комплекс подлежит приемке государственной комиссией. Но, кроме реакторов и генераторов, комплекс включает в себя жилье, школы, детские сады, словом, все то, что объединено понятием соцкультбыт. Это - согласно закону. Но в том-то и проблема, что если с производственными мощностями дела обстоят более-менее благополучно, то с соцкультбытом - из рук вон плохо. Достаточно сказать, что дети энергодарских атомщиков вынуждены посещать школу в три смены, в городе нет кинотеатра, служба быта - в эмбриональном состоянии... Словом, для того, чтобы члены госкомиссии смогли с чистой совестью поставить свои подписи в акте приемки Запорожской АЭС, нужны еще немалые капвложения. А взять их негде.

В мае этого года специальным решением Кабмина был предложен вариант, как принять АЭС в обход закона: производственные мощности ввести в эксплуатацию, а объекты социальной сферы построить со временем, финансируя работы по специальному графику. На этот год предполагалось выделение 4 триллионов карбованцев. Из этой суммы энергодарцы в первом полугодии получили 160 миллиардов да еще 200 - во втором. На этом финансовый ручеек иссяк. А с ним иссякла и вера в то, что до 2005 года в бюджете найдутся необходимые средства. В итоге возникло противостояние: Запорожский областной и Энергодарский городской Советы запретили своим депутатам, входящим в состав госкомиссии, подписывать акт приемки.

На проявление «местнического бунта» официальной реакции из Киева не последовало, несмотря на то, что на днях уже состоялся физический пуск реактора шестого блока. Запорожцы было предложили свой вариант выхода из тупика: расходы по строительству соцкультбыта заложить в стоимость производимой АЭС электроэнергии, естественно, без права тратить получаемые средства не по назначению. Однако в Киеве это сочли покушением на государственные интересы и объяснили: трудности должны испытывать все в равной мере...

Ядерная энергетика: между «розовым»

и «зеленым» спектрами мнений

- Отключая электроэнергию, нас хотят поставить на колени. Чтобы мы не только не возражали, а наоборот - попросили: введите шестой блок на Запорожской АЭС как можно скорее.

Будь это точка зрения рядового обывателя, повода для недоумения не возникало бы. Однако так расценивают создавшуюся ситуацию руководители Марганца, сполна испытывающие последствия энергодефицита.

Специалисты вольны до хрипоты объяснять вынужденность отключений экономическими трудностями, а не способом давления на противников ядерной энергетики, но их аргументы так и останутся без внимания. Общественное мнение получило слишком тяжелый чернобыльский урок, чтобы в очередной раз безропотно принять заверения даже профессионалов. И этот антагонизм, кстати, отнюдь не отличительная особенность отечественного менталитета. Противников «мирного атома» в мире немало. Однако в цивилизованных странах практикуется, возможно, и несовершенный, но довольно эффективный способ примирения противоречий. Там плата за риск или, если угодно, за страх - в ранге государственной политики является неотъемлемой частью программы развития атомной энергетики. Скажем, в Японии государство оказывает мощную поддержку территориям, на которых возводятся АЭС. Она включает в себя систему дотаций и субсидий на строительство дорог, объектов образования, здравоохранения, культуры, выплат населению и предприятиям, соседствующим с атомными станциями. В пересчете на один энергоблок эта сумма составляет 32 миллиона долларов ежегодно.

Приведенный пример отнюдь не свидетельствует о том, что общественному мнению, грубо говоря, затыкают рот денежными подачками. Люди вольны настаивать и в конечном итоге добиваться своего. Скажем, в тех же Штатах по требованиям общественности закрыты пять атомных станций: полностью готовые к эксплуатации, они содержатся на консервации полным штатом обслуживающего персонала. Та же участь постигла и две испанские АЭС. Но при этом расходы по их содержанию вынуждено нести все население. Ничего не поделаешь - протест тоже имеет свою цену.

У нас же, увы, как и прежде, все ограничивается эмоциями. Это отчасти характерно для судьбы Ташлыкского гидроузла.

Согласно проекту, этот объект предусматривался как составная часть комплекса, включающего и Южно-Украинскую АЭС. Поскольку регулировать мощность атомной станции в течение суток технологически невозможно, эту функцию должен был выполнять гидроузел. Схема выглядит следующим образом. Ночью, когда потребность в электроэнергии падает, включаются агрегаты Ташлыкской ГАЭС, перекачивающие воду из нижнего (Александровского водохранилища) в верхний (Ташлыкского водохранилища) бассейн. В часы же пиковых нагрузок вода сбрасывается из верхнего в нижний бассейн через агрегаты ГАЭС, работающие в режиме генерации. Таким образом, стабилизируется частота в сети и ежегодно экономится порядка 3 - 4 миллиардов киловатт-часов электроэнергии.

Эта идея, получившая золотую медаль в Монреале и трижды повторенная в США, встретила мощный отпор отечественных экологов. Основной аргумент сводился к тому, что с созданием Александровского водохранилища река Южный Буг прекратит свое существование. Возражения эти отнюдь не безосновательны, беда лишь в том, что они были приняты во внимание, когда сооружение гидроузла уже приближалось к завершению. Теперь же, спустя семь лет после запрета на строительство, загнанная в угол проблема начала коварно проявляться в иных, не менее пагубных последствиях.

Замкнутость Ташлыкского водохранилища с каждым годом все больше увеличивает его солесодержание, крайне отрицательно сказываясь на работе оборудования АЭС. Станция попросту не может работать на полную мощность. В контурах ее реакторов накапливается радиоактивный тритий, поскольку на продувку наложен запрет. Кстати, гостившие на АЭС немцы такую ситуацию сравнили с положением человека, которого усиленно поят шампанским, запрещая при этом вставать из-за стола. Во втором случае неизбежно случится конфуз, а вот в первом - последствия могут оказаться непредсказуемыми.

Не меньшую угрозу представляет и начавшая разрушаться скала (в нее вмонтирована Ташлыкская ГАЭС), подпирающая водохранилище. То самое, на берегу которого стоит Южно-Украинская атомная. Для расхолаживания ее реакторов в случае остановки нужна вода. Много воды. И взять ее, кроме как из Ташлыка, больше неоткуда. Тем не менее, окончательного решения по гидроузлу так до сих пор и не принято. Ежегодно из средств атомной станции выделяется порядка 4 миллионов долларов на поддержание безопасного состояния Ташлыкской ГАЭС, консервацию оборудования, но, к сожалению, сумма эта более чем скромная для покрытия необходимых затрат.

На площадке еще недостроенной, но уже разрушающейся гидроаккумулирующей станции довелось услышать: «Забота об экологии - удел богатых». Признаться, вначале эта фраза мне показалась кощунственной. Однако категоричному выводу препятствовала мысль: а борьба за экологию вопреки здравому смыслу - не кощунство? Или, скажем, непрекращающийся торг в ущерб безопасности?

По общепринятым критериям, расчетный срок эксплуатации атомной электростанции составляет 30 лет. Для полной и эффективной выработки ее ресурса в реконструкцию и модернизацию каждого блока-миллионника ежегодно необходимо вкладывать порядка 30 - 50 миллионов долларов. В противном случае гарантия безопасной эксплуатации распространяется от силы на два десятка лет. Наша страна, подписав ряд международных конвенций, в том числе и относительно охраны окружающей среды, обязалась придерживаться норм безопасности эксплуатации АЭС. Однако, согласно данным, предоставленным руководителями АЭС, упомянутые расходы по каждому блоку Южно-Украинской атомной не превышают 2 миллионов, Запорожской - 13 миллионов долларов.

...Конечно, нет желания завершать разговор на минорной ноте. Хотя бы потому, что в создавшейся сложной и противоречивой обстановке вокруг электроэнергетики в целом и атомных ее мощностей в частности все же стали появляться просветы трезвых оценок. Скажем, в отличие от прежних лет, «зеленые», по словам их никопольского лидера Вячеслава Сандула, уже не выступают с категоричным требованием наложить вето на шестой блок Запорожской атомной, правда, делая акцент на том, что у ядерной энергетики в Украине нет будущего. Что ж, оппонентов пусть рассудит время. Но даже оно не сможет излечить пагубных последствий, сынициированных ошибками в настоящем. Будь то превратившееся в самоцель экологическое радение, экономические трудности или близость предстоящей зимы...

Факты. вместо послесловия

Удельный вес электроэнергии, вырабатываемой атомными электростанциями Украины, возрос с 25,5 процента в 1990 г. до 34,3 в 1994-м.

На атомных электростанциях США работает 110 энергоблоков общей мощностью 100630 МВт, во Франции - 56 блоков суммарной мощностью 55778 МВт, в Японии - 41 (30917 МВт), в Германии - 27 (24370 МВт).

С 1977 по 1994 гг. на атомных станциях Украины введено в действие 16 энергоблоков общей мощностью 14800 МВт. Кроме того, сооружены 3 энергоблока, запланированный ввод которых не состоялся ввиду принятия моратория на строительство АЭС.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно