Ринат Старков: «Цена ошибки огромна. Речь идет о судьбе самой крупной в Украине инвестиции»

8 октября, 2010, 18:20 Распечатать

Два месяца назад комбинат «Криворожсталь» (или, точнее говоря, ОАО «АрселорМиттал Кривой Рог») получил нового руководителя...

Два месяца назад комбинат «Криворожсталь» (или, точнее говоря, ОАО «АрселорМиттал Кривой Рог») получил нового руководителя. От предыдущих «генералов» гигантского предприятия его отличает молодость (родился в 1969 году) и… полное отсутствие опыта работы в металлургии. Да еще запоминающееся имя Ринат.

Ранее г-н Старков (с дипломом экономиста МГИМО и степенью МВА, полученной в американском университете) работал в консалтинговых компаниях и российском лесопромышленном комплексе. С этим багажом он и приехал на «войну» в Кривой Рог — происходящее вокруг комбината все больше ее напоминает. В эксклюзивном интервью «Зеркалу недели» новый генеральный директор рассказал о нынешней непростой ситуации и перспективах ключевого для украинской металлургии предприятия.

— Ринат Анверович, ваш предшественник был металлургом с огромным опытом. О вас этого не скажешь. Это вам сильно мешает?

— Если быть точным, то до августа нынешнего года мой опыт в этой отрасли был строго равен нулю. Но не думаю, что это так уж критично. В руководстве комбината работает достаточно профессионалов, знающих все технологические тонкости. Так что при необходимости есть у кого о них спросить. Моя же задача заключается в том, чтобы выстроить систему взаимоотношений, при которой на выходе будет максимальный результат.

— Ваше назначение связано с тем, что вы имеете опыт работы в условиях конфликта? Российская лесная промышленность ими традиционно славится.

— Отрасль была действительно нескучной, но думаю, что пригласившие меня акционеры руководствовались другими мотивами. Условно говоря, первый директор от «АрселорМиттал» просто разбирался — «а что мы тут, собственно говоря, купили?», второму пришлось работать в условиях жесточайшего кризиса. Передо мной поставлена задача выстроить нормальную, прозрачную структуру работы комбината, внедрить процедуры. Работа над этим уже была начата, но трансформация такого гиганта в современное динамичное предприятие — дело не одного года. Конечная цель — чтобы он работал по международным правилам и стандартам, а не по понятиям.

— А в Украине такое возможно?

— Думаю, что возможно везде. В свое время я ушел из консалтинга в реальный бизнес, когда увидел, что наши правильные рекомендации воплощаются в жизнь едва ли не на 1%. И многое получилось из того, что я считал нужным сделать.

— Если здесь получится внедрить треть ваших рекомендаций, это будет хороший результат?

— Вполне стандартный результат. Главное, чтобы в эти 30% попали все ключевые моменты.

— Что для вас стало самым неожиданным за эти два месяца?

— Откровенно говоря, не ожидал такого жесткого прессинга комбината. Обычно с градообразующим предприятием работают более осторожно… А в нашем случае это еще и самый крупный иностранный инвестор, один из крупнейших работодателей в стране, один из самых крупных налогоплательщиков…

— И кто стоит за этим?

— Не хотел бы углубляться в область догадок. Но государство уже заявило, что не имеет к нам претензий. На этой неделе представитель правительства заявил в суде, что не поддерживает иск Генеральной прокуратуры в связи с отсутствием нарушения интересов Кабмина. То есть это не государство.

Между тем иск прокуратуры подан именно в интересах Кабмина. Таким образом, если сам Кабмин данный иск не поддерживает, то возникает закономерный вопрос: а чьи интересы защищает Генеральная прокуратура?!

Для нас же самым важным моментом за эти две недели судебных слушаний стало именно заявление уполномоченного представителя Кабинета министров. Их поддержка в этой ситуации для нас — показатель реального отношения правительства к инвестору. И мы это очень ценим.

— Разъясните, пожалуйста, о чем, собственно, спор? Вы действительно срываете выполнение инвестобязательств?

— Когда в 2005 году принимались обязательства, никто не предполагал такого мощного и глобального кризиса в мире. Собственно говоря, за послевоенное время это первый. По металлургии он ударил особенно больно. Согласно договору купли-продажи, подписанному в 2005 году, кризис в ГМК является форс-мажорным обстоятельством. Встал вопрос о продлении срока действия инвестиционных обязательств ОАО «АрселорМиттал Кривой Рог». И когда все украинские металлурги свернули программы развития, обратились за помощью и мы. Она была оказана. В частности, на период кризиса Фонд государственного имущества продлил срок выполнения некоторых инвестобязательств.

Здесь важно заметить вот что — это не было уступкой или подарком со стороны государства. Это было общим компромиссным решением и даже в некоторой степени жестом доброй воли со стороны предприятия, ведь вступление в силу форс-мажорных обстоятельств формально освобождало нас от ответственности за невыполнение своих обязательств. В то же время инвестор согласился продолжить выполнение социальных обязательств, несмотря на кризис, еще на один дополнительный год, до конца 2011-го. То есть социальные обязательства теперь будут выполняться в течение шести лет вместо пяти, предусмотренных первоначально.

Таким образом, объем социальных обязательств был значительно увеличен. Я знаю, что данный вопрос был рассмотрен на конференции трудового коллектива и согласован с профсоюзом комбината. А само подписание дополнительного соглашения происходило публично, в присутствии СМИ именно потому, что компания и ФГИУ принципиально хотели сделать это максимально открыто.

Теперь это дополнительное соглашение хотят расторгнуть, причем быстро и не очень обращая внимания на обязательства сторон. Ведь, согласно договору купли-продажи акций «Криворожстали», рассмотрение всех вопросов должно происходить в Международном коммерческом арбитражном суде (МКАС) при Торгово-промышленной палате Украины. Это положение игнорируется.

Кроме того, такое серьезное дело рассматривается с просто молниеносной скоростью — три заседания за две недели. Судью меняют за несколько часов до рассмотрения, выделяя ему на изучение многотомного дела всего несколько часов.

Дело ведется одним судьей, а не тройкой судей, как обычно в делах подобного масштаба. А ведь коллегиальное решение более объективно. Вообще создается впечатление, что нас просто не слышат или не хотят слышать, что какое-то решение в голове судьи уже готово. Ведь цена вопроса — несколько миллиардов долларов.

Если судья постановит, что дополнительное соглашение с ФГИУ было незаконным, мы банально можем не успеть выполнить обязательства до 28 октября — пятилетия подписания договора купли-продажи.

— Но вы же, очевидно, оспорите решение суда.

— Естественно, мы в любом случае подадим апелляцию и будем отстаивать свою позицию. Но стоит ли до этого доводить?

— То есть вы хотите, чтобы процесс, для начала, шел хотя бы медленнее?

— Естественно, мы хотим, чтобы выполнялись условия договора купли-продажи и действующее законодательство, в том числе чтобы судья с уважением относился к международным обязательствам Украины.

Мы ожидаем объективного и непредвзятого рассмотрения дела без спешки и с соблюдением всех процессуальных норм и правил. Ведь цена ошибки огромна. Речь идет о судьбе самой крупной в Украине инвестиции. Если проблемы возникают у нас, то что говорить о перспективах инвесторов поменьше? Хотя у нас с противной стороной, возможно, не только разный инструментарий, но и разные цели. Мы заинтересованы в построении здорового инвестиционного климата в стране.

— А что будет в следующем году, кроме судов? Ведь программа развития комбината достаточно скромная.

— А это смотря с чем сравнивать. Если с планами 2006 года, когда будущее мировой металлургии предполагалось в оптимистичных тонах, это одно. Если с прошлогодним разгаром кризиса, мы явно делаем неплохой шаг вперед…

В частности, на будущий год предусмотрено строительство машины непрерывного литья заготовок. Возможно, что мы досрочно — уже до конца 2011 года, а не 2013-го, как предполагалось, — выведем из эксплуатации мартены.

— Однако сомнительно, что закрытие мартенов очень порадует людей, на них работающих. Профсоюзы вас и так обвиняют в увольнении 20 тыс. человек…

— Мы не уволили ни одного человека: нам это прямо запрещено договором купли-продажи. Более того, когда были продлены сроки реализации инвестиционной программы, нам продлили и сроки запрета на увольнение персонала.

— А как вы тогда объясните, что численность работников упала с 57 тыс. до 38 тыс.? Это было сделано в добровольно-принудительном порядке?

— Исключительно в добровольном порядке. На предприятии действует система добровольного увольнения. Люди досрочно уходят с комбината на пенсию, получая денежное вознаграждение — в среднем примерно двухлетний заработок. Иногда, в зависимости от стажа, и четырехлетний. Это неплохой вариант. Насколько мне известно, на других предприятиях сокращения провели гораздо более жестко.

— И до какого уровня вы будете «добровольно ужиматься»?

— В мире принято, что на одного работника металлургического предприятия приходится около 1000 тонн выплавляемой стали. Правда, там другая структура производства, к примеру, там на балансе предприятия нет социальной сферы.

— Неужели пара тысяч ее работников так уж дорого обходится?

— Это действительно не самая серьезная проблема, и социальную сферу мы даже развиваем. Вот недавно открыли новую поликлинику. Но производительность труда у нас намного ниже, чем у конкурентов, и вопрос ее подъема придется решать...

В какой-то степени ситуацию с занятостью сглаживает наличие горнорудного комплекса, который будет развиваться. Поставлена задача увеличить производство руды, в том числе и для других предприятий группы.

— Это касается существующего Новокриворожского ГОКа или заявленного вашими акционерами проекта переработки окисленных руд?

— В первую очередь будут развиваться существующие мощности — как по надземной, так и по подземной добыче. Что касается окисленных руд, то, скорее всего, этот проект будет осуществляться как совместный, с привлечением инвесторов — в первую очередь украинских. Думаю, без них он вообще невозможен.

Однако все это останется на уровне прожектов, пока государство не определится — что оно хочет делать с окисленными рудами? Как по мне, то национальным интересам Украины отвечало бы скорейшее начало переработки окисленных руд, которые в Кривбассе уже просто некуда складировать…

— Относительно сырья. В августе против комбината возбудили уголовное дело по уходу от налогообложения при импорте коксующегося угля.

— Это совершенно надуманная история. С прошлого года мы начали завозить импортный уголь, так как украинского на всех украинских потребителей просто не хватает. Завозим от предприятий группы в Караганде, из Кузбасса, заключили контракт о поставке американского по цене 216 долл. за тонну.

И тут к нам приходят и говорят, что какая-то украинская компания ввезла коксующийся уголь из США по цене… 380 долл. за тонну. То есть, завозя такой уголь дешевле, мы якобы занижаем его стоимость. И с разницы мы должны уплатить налог на добавленную стоимость.

Вообще-то это скорее вопрос к не к нам — зачем они завозят уголь по цене вдвое выше рыночной? Но контрабандистами пытаются сделать почему-то нас.

— Может, вам мягко намекают, что надо больше покупать украинского?

— Да мы бы купили, но нужных марок угля просто нет. Причем не только коксующегося. У нас уже больше десятка лет на складах лежит оборудование для пылеугольного вдувания, позволяющее сократить потребление газа. Но необходимых углей нет…

Мы предлагали разрешить нам участвовать в приватизации угольных шахт или, возможно, построить новую. Хотя, естественно, для всего этого нужна в первую очередь инвестиционная стабильность.

— «АрселорМиттал Кривой Рог» откровенно «не везет» с уплатой налога на добавленную стоимость. Недавно комбинат получил вместо возмещения НДС много облигаций. Что вы собираетесь с ними делать?

— Действительно, примерно половину задолженности по НДС (на май 2010-го она составляла 3,5 млрд. грн. — И.М.) мы оформили НДС-облигациями. Это 1,7 млрд. грн. Пока держим их у себя, так как предлагаемый по ним уровень дисконта на рынке — до 20% — слишком велик. Мы теряем на этом сотни миллионов гривен.

Вообще, если сложить сумму не возвращенного нам НДС и сумму уплаченных нами наперед налогов, получается около 4,8 млрд. грн. Фактически комбинат беспроцентно одолжил их государству. Но это выведенные из оборота деньги…

В прошлом году и в начале этого невозврат НДС и требования переплаты налогов вообще шли лавиной. В начале прошлого года было 800 млн. грн., в конце — 1,8 млрд. Если бы не поддержка материнской структуры, это привело бы к очень большим проблемам. Фактически нам было бы нечем платить зарплату.

— Но сейчас вы не можете реализовать новые бумаги.

— Это все-таки лучше, чем ничего. Кроме того, есть договоренность о возмещении «свежего» НДС живыми деньгами.

Задолженность по НДС несколько сократилась. Надеемся, дальше будет так же.

А вообще контролеры нас не забывают. Количество проверок в текущем году увеличилось на более чем 30% по сравнению с прошлым годом. Каждый день на предприятии работают в среднем три комиссии.

— Может, вы их кормите хорошо?

— Разве что в столовой. Компания строго придерживается международных стандартов и не «прикармливает» проверяющих.

— Какие у вас отношения с местными властями?

— Я считаю, нормальные. Там вполне адекватные люди. У нас конструктивное сотрудничество с городскими властями, ощущается желание руководства области помочь решать проблемы предприятия…

— А впечатления от самого города?

— А я его толком еще и не видел. Просто некогда: на комбинате с утра до позднего вечера. В городе знаю, где «Макдональдс»…

Янукович обещает,
что реприватизации «Криворожстали» не будет

Как сообщило агентство УНИАН, вопрос о расторжении соглашения с компанией «АрселорМиттал», которая приобрела комбинат «Криворожсталь», подниматься не будет. Об этом заявил президент Украины Виктор Янукович в Париже во время официального визита.

«Реприватизации не будет», — заявил президент. Он сказал, что причиной проблем с компанией «АрселорМиттал» стало то, что Фонд госимущества Украины не вынес на заседание правительства вопрос о переносе сроков выполнения инвестиционной программы компанией «АрселорМиттал», а самовольно продлил эти сроки.

По словам президента, Генпрокуратура Украины затронула соответствующий вопрос. Но, заверил он, все проблемы будут решены в рамках подписанного между правительством и компанией договора.

Он сообщил также, что в ближайшее время планирует встретиться с владельцами компании, чтобы выяснить все обстоятельства, связанные с этим делом.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №23, 16 июня-22 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно