ПРИЗРАК «РЕЖИМА ОТКРЫТОЙ ЭКОНОМИКИ»

24 мая, 1996, 00:00 Распечатать Выпуск №21, 24 мая-31 мая

уже четыре года бродит по Крыму: сначала как мечта, теперь - как мираж... Образное определение Крыма как «медали (а иногда и - ордена!) на груди планеты» приписывают и К.Паустовскому, и П.Неруде...

уже четыре года бродит по Крыму:

сначала как мечта, теперь - как мираж...

Образное определение Крыма как «медали (а иногда и - ордена!) на груди планеты» приписывают и К.Паустовскому, и П.Неруде. Взглянуть на карту - похоже! С точки зрения географии, уникальность Крыма действительно подобна редкой жемчужине, которая как поэтический символ этой земли и изображена на крымском гербе. Жизнь, однако, состоит не из одной поэзии. И когда в 1992 году утверждали эскиз герба автономии, то с легкостью начертали на нем лозунг «Процветание в единстве», ибо тогда казалось, что оно - процветание! - совсем рядом. И не только из-за надежд на автономию, но главным образом - благодаря выдвинутой тогда идее «режима открытой экономики», который предполагалось ввести на полуострове. Основные его слагаемые - оффшорная зона, собственная налоговая и банковская системы, зарубежные инвестиции...

Стоит ли говорить, какие картины процветания рисовало среднему крымчанину его воображение? Предполагалось, что блага со всего мира широкими потоками хлынут в Крым...

Реально ли это было?

Две идеи: от триумфа к банкротству...

Пустые прилавки и гиперинфляция 1991 и 1992 годов убедили крымчан, что «так жить нельзя». Однако ответ на вопрос «а как нужно?» каждый искал на своих путях. Согласно опросам социологов, еще 60 - 62 процента крымчан по-прежнему отдавали предпочтение социализму, 20 - 27 - капитализму, 11 - 18 совсем не представляли себе модели общества. Но оно лихорадочно искало выход из тупика, куда было ввергнуто итогами коммунистического эксперимента. Я помню воодушевление бывшего крымского лидера Н.Багрова, только возвратившегося из Татарстана. «Мы воочию увидели, что может сильная президентская власть!» - рассказывал он журналистам. Именно в его команде была рождена и обоснована идея «режима открытой экономики», вооружившись которой Н.Багров надеялся на победу в президентских выборах...

Осенью 1992 года Президент Украины Л.Кравчук издал Указ о формировании режима открытой экономики в Крыму. В научной сфере, в программах политических объединений, недостатка в которых не было, дискутировались модели налогового законодательства, собственной банковской системы, свободных экономических зон, оффшорной зоны. Мечты достигали крайних пределов, Крым виделся многим равноправным мировым партнером, и от губительного сепаратизма идею отделяла тонкая грань - полуостров должен был развивать экономические связи, сохраняя свою принадлежность Украинскому государству.

Но «не та погода» стояла в умах людей. Партии экономических реформ, по данным социологов, поддерживали только от двух до шести процентов населения, 45 процентов шли за «блоком «Россия» и коммунистами, еще 45 процентов голосовали против всех и не намерены были участвовать в этом спектакле. В условиях, когда почти 70 процентов отвечали, что в отношении к завтрашнему дню ими владеет отчаянье, тревога, безразличие, 47, а потом и 58 процентов опрашиваемых считали, что власть в Крыму принадлежит мафии, - не удивительно, что толпа ухватилась за поверхностное и легковесное. Нашлось немало охотников поиграть с «российским статусом» Крыма. Инициатива перешла к митинговой части общества...

Ю.Мешков тиражировал обещания выплачивать зарплату и пенсии в рублях, развивать связи «прежде всего с Россией», разрушить границы и таможни. Честно говоря, в возможность этих «прожектов» верили немногие: 70,39 процента опрошенных ответили, что Ю.Мешков «не выполнит» и «скорее не выполнит, чем выполнит» свои обещания. Но дело было сделано. Тем самым был перейден рубикон между самостоятельностью Крыма и сепаратизмом, что поставило Крым на грань конфликта. Примечательны результаты опроса социологов центра «Демократические инициативы»: 79 процентов экспертов считали угрозу конфликтов реальной. Относительно причины ее, мнения распределились так: 86 процентов - влияние политики России, 71 процент - экономический кризис, 69 - исторические причины, 47 - территориальные противоречия, 47 - борьба элит за власть, 33 процента - дискриминационная политика относительно национальных меньшинств, семь процентов - влияние политических сил развитых стран Запада.

Окружение Ю.Мешкова было столь одиозно, непопулярно и неквалифицированно, что сегодня даже возлагать на него ответственность за фактическое крушение крымского пути развития кажется несерьезным. По большому счету виноваты все-таки те «симферопольские мечтатели», которые недооценили опасность «мешковщины». Популярной в те дни была работа одного из предпринимателей под названием «Крымское чудо за 500 дней». Для них то, что реальная жизнь может повести себя совсем не так, как ей предписывается программой, оставалось как бы за скобками. Потому с самого начала судьба Крыма ставилась ими как бы зависимость от внешних, привходящих обстоятельств - иностранных инвесторов, которые неизвестно почему должны были именно неподготовленный к этому Крым осыпать деньгами. А о статье на внутренние факторы, на саморазвитие Крыма как бы и речи не было...

История таких ошибок не прощает.

И так как в программе победившего Ю.Мешкова рациональных зерен не было, то приглашенное из Москвы «правительство» Е.Сабурова стало выполнять программу... побежденного Н.Багрова. Но странным образом. Поэт Сабуров направо и налево раздавал интервью, восхваляя себя и свои идеи покупки крымских предприятий «за один рубль», а премьер Сабуров даже вместе с пятью «министрами», пропадавшими все лето в Алуште, за восемь месяцев так и не удосужился составить мало-мальски связную программу для правительства. Вся деятельность была направлена на то, что если уж нельзя Крым взять и присоединить к России, то надо полуостров просто... купить. Крымские депутаты вовремя поняли, что после российского капитала приватизировать в Крыму будет нечего, и «московское правительство» было отправлено в отставку...

Так оказались дискредитированными обе идеи. Крым не получил ни открытой экономики, ни сближения с Россией - заключенные более 40 договоров с российскими регионами до сих пор остаются на бумаге...

1991 - 1995: пять ступеней вниз по лестнице, направленной вверх...

Здесь я сознательно рискую утомить читателя обилием цифр - но я призываю каждого внимательно посмотреть, насколько же глубокой оказалась депрессия в Крыму. Передовые по социалистическим меркам промышленность и сельское хозяйство полуострова оказались бессильными в рыночных условиях и в руках неумелых политиков. Обратимся к сводкам комитета по статистике.

В целом по Крыму производство товаров народного потребления за пять лет уменьшилось на 52,9 процента, в том числе продовольствия - на 49,7. В среднем за год в последнюю пятилетку население получило мяса на 80,3 процента меньше, чем в 1990 году, масла - на 59, молока - на 82,8 процента. Производство непродовольственных товаров сократилось на 71,5 процента, в том числе товаров легкой промышленности - на 87,9, обуви - на 91,6, верхнего трикотажа - на 92,6 процента...

В сравнении с 1990 годом, производство даже тех товаров, которыми славился Крым, сократилось: телевизоров - на 86,7 процента, в т.ч. цветных - на 91,9, радиоприемников - на 90,4, посуды - на 81,3, товаров бытовой химии - на 84 процента.

Гигантскими скачками сокращался розничный товарооборот, этот барометр экономического самочувствия общества: в 1992 году - на 41,5 процента, в 1993 - на 28,8, в 1994 - на 17,8, в 1995 году - еще на 23,7 процента. Это в сопоставимых ценах, ибо в действующих он увеличился в восемь-девять раз, а в 1993 году - в 32,5 раза. Обман зрения, инфляционный мираж...

Из года в год увеличивался удельный вес предприятий, снижавших выпуск промышленной продукции. В 1991 году их было 39,3 процента, в 1992 - 58,2, в 1993 - 56,4, в 1994 - 75,6, в прошлом году - уже 77,7 процента. В то же время темпы рыночных преобразований оставались черепашьими. В 1990 году удельный вес арендных предприятий составлял 8,5 процента, в 1995 - только 23,9. За пять лет в Крыму создано лишь 26 акционерных предприятий, всего восемь процентов от числа предприятий в промышленности. Ими выпущено в 1994 году - 2,9 процента, в 1995 - 8,9 процента всей продукции...

Даже в стабильном и высокотехничном, как считалось ранее, аграрном секторе Крыма спад продукции составил 30 процентов, в том числе в общественном секторе - 42 процента. Сама жизнь подсказывает выход: производство мяса и молока в общественном секторе упало на 49 и 37 процентов соответственно, а в частном секторе возросло на 10 и на 82 процента. Если в 1986 - 90 годах в среднем за год частным сектором производилось 25,3 процента мяса и 10 процентов молока, то за 1991 - 1995 годы его доля увеличилась по мясу до 42,2, по молоку - до 24,4 процента. Однако крымский агропром до сих пор сопротивляется реформированию колхозов и созданию фермерства...

Но лучше всего миф об открытой экономике иллюстрирует статистика внешнеэкономических связей и инвестиций. Объем внешнеторгового оборота Крыма составляет менее пяти процентов всей его продукции, а чистый экспорт - меньше трех процентов. Инвестиции других государств коснулись только 74 предприятий и составляют сегодня всего 17 миллионов долларов, т. е. меньше двух процентов стоимости его основных фондов (см. таблицу 2).

Человек в системе псевдоидей

Сегодня наконец простому крымчанину стало понятно, что «завлекалочки» типа «банковская республика», «оффшорная зона» и другие служили только «оживляжем» для скучной политики. Люди все больше разочаровывались в тех приоритетах, которые выдвигались раньше. Например, серьезно снизились ожидания результатов от такой политики. Если в средине 1992 года за «связи преимущественно с Россией» высказывались 61,3 процента опрашиваемых, за «расширение самостоятельности» - 30,5 процента, за связи «с развитыми странами Запада» - 30,1 процента, то уже спустя два года интерес к связям с Россией упал до 49,3 процента, к «самостоятельности» - до 14,3, к «странам Запада» - до 15,9 процента. Зато за «связи в рамках всего СНГ» высказывается уже не 59,4, а 95,1 процента, за отношения «преимущественно с Украиной» стабильно высказываются 37,7 процента опрошенных, в средине 1992 года и 35,7 - 37,0 процентов в последнее время. Не удивительно - из нескольких тысяч всего 330 - 360 предприятий оказались в состоянии проводить минимальные экспортно-импортные операции, в том числе со странами СНГ.

Нельзя сказать, что крымчане пережили шок, но растерянность - налицо. Крым, продекларировавший свою уникальность и бесценность с таким азартом, оказался... невостребованным. Возможные инвесторы отнеслись к нему с крайней осторожностью и выжиданием гарантированной стабильности, которой в Крыму все нет и нет...

Третий путь или поиски первого?

Сегодня «режим свободной экономики» напоминает о себе только воспоминаниями. Они приходят преимущественно тогда, когда нет-нет, да и развернутся опять баталии вокруг налоговой системы. Второй год Кабинет министров Украины по настоянию Симферополя подписывает межбюджетное соглашение об одноканальной системе налогов в Крыму. Но, отшумев в начале года, оно срывается к концу его, заканчивается спорами о том, кто кому недоперечислил денег. Лучшее доказательство того, что новация не дала главного результата - не привела к увеличению производства товаров, а значит, и увеличения объема налогов...

В похожей ситуации оказался и Севастополь. Еще два года назад все надежды города связывались с созданием свободной экономической зоны, но когда все было готово, депутаты горсовета приняли решение о статусе города «как главной базы российского Черноморского флота». И сколько теперь заседаний трейд-клуба ни проводи, а никто своими деньгами рисковать не станет. Катастрофически стоят предприятия, безработица достигает опасных пределов, концентрация негативных явлений близка к пределу - но депутаты никак не нащупают рыночный путь...

Единственной альтернативой «режиму открытой экономики» оказалась свободная экономическая зона. Ее проектируют в Керчи, «сдали под ключ» в Красноперекопске. Специальная экспериментальная экономическая зона (СЭЭЗ) «Сиваш» положила конец простаиванию мощного химического комплекса. Кабинет министров Украины предоставил региону налоговые льготы ориентировочно на 800 миллиардов карбованцев, но выплаты в бюджет от предприятий зоны возрастут, согласно расчетам, от 10 до 17 - 18 триллионов карбованцев. Здесь создается дополнительно около 1700 новых рабочих мест, осваивается выпуск более 30 новых видов продукции, значительно увеличивается финансирование инфраструктуры. СЭЭЗ «Сиваш» - детище мэра Красноперекопска С.Куницына, человека деятельного и конкретного. «Надоело ждать деловых решений сверху, надоела политическая трескотня, - рассказывает он. - Главное, что зона «Сиваш» - это экономический гарант социальной, политической, психологической стабильности в регионе...»

Суть процесса ясна: люди пошли третьим путем - заменили экономический романтизм оффшорных зон и политический популизм реализмом рыночных отношений...

Правительство Крыма, вдоволь намытарившись с политическим диктатом над экономикой, привлекло Академию наук к разработке путей выхода из довольно запутанного кризиса. Крымские ученые нащупали главное, нашли деловые подходы: разработана концепция устойчивого развития Крыма, создан соответствующий комитет, который завершает разработку 20 новых программ - по энергетике, по воде, по использованию земли, полезных ископаемых, рекреации, переработке вторсырья, экологическому мониторингу...

Можно ли говорить, что поверхностный, легковесный подход к жизни в Крыму преодолен? Подождем конкретных результатов, пока все миражи исчезнут за горизонтом. Итак - четыре года потеряны на бесплодные митинги. Митинговая экономика оказалась такой же бесталанной дочерью, как и ее мать - митинговая политика...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно