ОСОБЕННОСТИ НАЦИОНАЛЬНОЙ ЭНЕРГОПРИВАТИЗАЦИИ: ТРЕТИЙ ПЕРЕКУР - Новости экономики. Обзоры экономической ситуации в Украине и мире. - zn.ua

ОСОБЕННОСТИ НАЦИОНАЛЬНОЙ ЭНЕРГОПРИВАТИЗАЦИИ: ТРЕТИЙ ПЕРЕКУР

3 августа, 2001, 00:00 Распечатать

В начале августа ФГИ собирался возобновить проведение конкурсов по продаже очередной партии облэнерго...

 

В начале августа ФГИ собирался возобновить проведение конкурсов по продаже очередной партии облэнерго. А точнее, всех еще остающихся в госсобственности двенадцати штук. Однако уже очевидно, что этого не произойдет — объявлена большая передышка. По официальной, еще майской версии, предстоит осмотреться и проанализировать результаты предыдущих продаж. Хотя специалисты подтвердят: эффект от приватизации целесообразнее оценивать по итогам прохождения энергосистемой зимы. Такая задержка вряд ли обрадует Фонд госимущества Украины, задыхающийся от нехватки объектов на продажу, однако трудно не признать ее необходимость — ставки в игре слишком уж велики. Ну а Фонд… Ему не привыкать.

 

Если считать началом процесса льготную продажу трудовому коллективу 12% акций «Житомироблэнерго», то приватизации энергокомпаний в этом году исполняется пять лет. Забавно, но и тогда, и сейчас во главу угла ставилось привлечение в отрасль эффективного собственника и инвестиций. С инвестициями за последние пять лет не сложилось — по самым мягким расчетам, из энергетики откачали раз в десять больше, чем в нее вложили.

С менеджментом дела были получше: в приватизированных облэнерго его уровень явно вырос. Именно акционерам вкупе с новыми менеджерами выпало приучать потребителей к основательно подзабытой в начале 90-х мысли, что за электроэнергию надо платить. Хотя справедливости ради стоит отметить: приучить облэнерго к мысли, что полученными деньгами надо рассчитываться с генераций, оказалось еще труднее.

Вообще история украинской приватизации достаточно четко продемонстрировала приоритет политики над экономикой и уж тем более — над технологией…

В какие бы формы ни облачали приватизационные процессы, главным всегда и везде оставалось содержание. Между прочим, ничего нового в этом нет, так происходит во всем мире.

А основным содержанием украинской приватизации вообще и энергетики в частности являлся процесс формирования национальной буржуазии и первых отечественных бизнес-групп. И совершенно не случайно первым заказчиком на приватизацию облэнерго стал самый известный в мире украинский премьер — Павел Лазаренко.

К началу приватизации энергетики в основном закончился первичный передел в экспортно ориентированных отраслях: металлургии (в основном через аренду с выкупом), химической и проч. Правда, тогдашние их первые собственники, в основном «красные директора», позже были оттеснены от управления. Предприятия эти весьма энергоемкие, и вскоре они стали попадать в зависимость от поставщиков энергоресурсов. На первых порах это были в основном поставщики газа, но уже появились и первые трейдеры, работающие с электроэнергией.

Да и набиравшему силу процессу передела собственности были просто необходимы новые сферы приложения. Энергетика подходила на эту роль едва ли не идеально. Она выпускала товар, нужный всем, товар, который нетрудно конвертировать в что-то ликвидное и экспортно ориентированное; в ней была масса активов в виде того же почти бесплатного топлива (конверсионного урана и запасов Госрезерва). К тому же руководство отраслью явно не страдало избытком профессионализма. Будучи более-менее адекватным в условиях плановой экономики, в рыночной оно демонстрировало свою низкую квалификацию ввиду избытка добротных «технарей» и почти полного отсутствия хотя бы средненьких экономистов, не говоря уже о политиках.

А тут еще подсуетились международные доноры. Построенная с их помощью модель Энергорынка обладала совершенно изумительным качеством: за электроэнергию можно было на совершенно законном основании не платить.

Не надо думать, что они ставили перед собой подобную задачу, — им было в общем все равно. Просто высокооплачиваемых (постановка системы обошлась примерно в 20 млн. долларов) консультантов так и не осенила мысль, что произойдет с платежами в реальном правовом поле Украины.

Справедливости ради отметим, что формального заказчика, Минэнерго Украины, эта мысль тоже почти не посещала, а если и посещала, то от нее отмахивались. Систему расчетов торжественно внедрили, уровень денежных платежей, и без того жалкий — 20—25%, сразу «грохнулся» до 10—15%, которые в основном платило население. Энергетика быстро стала (сохраняя черты полувоенной организации) одной из самых коррумпированных отраслей экономики страны.

Хотя внедрение новой системы оказалось для самой энергетики катастрофическим, но с точки зрения построения рыночной экономики эффект был вполне положительный. Выводимые из ТЭКа деньги не только «откатывались на оффшор» — частично они вкладывались в покупку той же украинской собственности, формируя тем самым новый класс крупной национальной буржуазии.

А в целом жизнь бурлила, да и запах был вполне нормальный как для периода «первоначального накопления». Чего стоила одна история с выпуском векселей Национального диспетчерского центра на сумму примерно в полтора миллиарда долларов! На этом жизнеутверждающем фоне и разворачивалась первая волна приватизации областных энергопоставляющих компаний.

В 1997 году предполагалось едва ли не за год продать все облэнерго, а потом генерацию. Причем поначалу продавали даже не блокирующие, а 20-процентные пакеты (это потом их увеличили до 35—40%). Эффект продаж оказался тот же, что несколько раньше в химической промышленности и в металлургии: все купили свои. Из семи проданных облэнерго ни одно не купила сколь-нибудь известная западная фирма. Зато вскоре стало ясно, что пять из них контролируются одной группой — так называемым «Инвестиционным пулом», а еще парочку прикупили компании, дружественные банку «Финансы и кредит».

По иронии судьбы, о том, что пять энергокомпаний куплены «группой товарищей», ясно стало как раз из их же обращения к премьеру Валерию Пустовойтенко. Власти впали в легкую истерику, надолго отбив охоту у всех остальных пробовать легализовать свои приобретения. А большую приватизацию энергетики на пару лет приостановили...

Возобновилась она только в прошлом году и на несколько иных условиях. Основным из них стало привлечение известной западной компании, которая должна была проконтролировать, чтобы все было честно. Заодно попробовали качнуть маятник в другую сторону. Условия продаж под лозунгом «Все на борьбу с оффшорами!» были составлены так, что легально приобрести какое-либо облэнерго национальный бизнес оказался не в состоянии. В итоге возник скандал с попытавшимся принять участие в конкурсе приватизированным «Полтаваоблэнерго».

Но в целом эффект получился довольно забавный. Формально — таки отсекли. Фактически же публика пребывает в полном убеждении, что из шести проданных весной этого года компаний четыре приобретены именно своими. Вопрос: стоило ли огород городить — ну не бывает приватизации без участия национального капитала! Тем более что народ у нас тертый и привык действовать в любой обстановке.

По ходу «большой приватизационной паузы в энергетике» государство утратило контроль над несколькими энергокомпаниями. Причем речь идет не только о трех облэнерго, блокирующие пакеты акций которых в конце 1998-го передали в управление Украинскому кредитному банку. Пока народ развлекался, наблюдая за достаточно безуспешными попытками Минэнерго и отчасти Кабмина вернуть их обратно, в том же Донбассе из местного облэнерго незаметно сделали три, отработав технологию и для дальнейшего деления.

Летом 2000 года «донбасская технология» получила дальнейшее развитие. Из «Донецкоблэнерго» за вполне умеренную сумму в 25 млн. грн. вывели наиболее ценные высоковольтные сети. Впрочем, эта сделка на фоне перепродажи вообще всех сетей «Луганскоблэнерго» кажется довольно-таки скромной. Ну а не превзойденым пока пиком «местной приватизации» стал увод трех станций «Донбассэнерго». Отечественный бизнес наглядно показал как наличие зубов, так и умение ими пользоваться.

Заодно в прошлом году произошла вполне удачная попытка перехватить у государства управление в «Запорожьеоблэнерго».

Куда более опасным для отечественного бизнеса оказалось другое решение властей — продавать весь госпакет акций. Решение било по тем, кто уже собрал вполне приличные пакетики в 10—15%, что резко сужало круг желающих. Теперь, в отличие от 1997—1998 годов, потенциальный покупатель приобретал в большинстве случаев именно полный контроль и мог при желании игнорировать мелких владельцев акций. Более того, возникла потенциальная возможность захода в хорошо «обжитый регион» кого-то совсем «левого». Представьте себе, к примеру, трогательную картину: «Полтаваоблэнерго» побеждает в конкурсе на приобретение «Донецкоблэнерго» или наоборот — корпорация «ИСД» покупает контрольный пакет, скажем, «Запорожьеоблэнерго», где у одной из групп уже есть блокирующий... То-то смеху будет!

А если серьезно, то все прекрасно понимают, что есть регионы, заход в которые чужаков, мягко говоря, не будет приветствоваться местными бизнес-группами. Донецк и Запорожье мы уже отметили, к критическим относятся также Харьков и Днепропетровск. Хотя влияние тамошних бизнесменов сейчас ослабло, но все-таки...

Что происходит при игнорировании местных интересов, наглядно продемонстрировала судьба оффшорок, дружественных банку «Финансы и кредит». Их попросили из обоих купленных облэнерго — Одесского и Луганского. В том же Луганске новые собственники вообще не оплачивали купленную электроэнергию (печальный рекорд «Луганскоблэнерго» — 4% оплаты купленной электроэнергии в первом квартале 2000 года — вряд ли кто решится побить). Но, думается, далеко не последней причиной «пролета» стало то, что новоявленных собственников воспринимали как чужаков, приехавших выкачать из региона «бабки».

Нетрудно предположить, что в случае, если на каком-то из конкурсов выиграет «не свой», его результаты будут немедленно оспорены.

Другое дело, что в нынешней обстановке это отнюдь не гарантирует пересмотра итогов. Центральная власть иногда демонстрирует и местным бизнесменам, что на дворе все-таки XXI, а не XI век, и в возрождении раннефеодальной раздробленности она не слишком заинтересована. Те же зародыши «Днепропетровской республики» громили вовсе не для того, чтобы получить «Донецкую» или «Запорожскую». Так что в дальнейшем ряд конкурсов может преподнести их участникам серьезные сюрпризы.

Но и власти придется несладко. К примеру, некоторые объекты с юридической точки зрения она пытается продать дважды: 36% акций «Черновцыоблэнерго» и 40% — «Николаевоблэнерго» уже были проданы. Более того, есть и решение суда, обязывающее ФГИ эти конкурсы завершить. Фактически это означает, что пакеты надо отдать двум компаниям, входящим в группу «Инвестиционного пула». Предыдущему правительству этого до ужаса не хотелось… В итоге тогда «Николаевоблэнерго» с торгов, от греха подальше, сняли. Но что будет теперь?

Кстати говоря, о Пуле. Чисто формально его уже не существует — после серии перепродаж во всех пяти облэнерго акционерами является группа мелких оффшоров, плюс больший пакет акций концентрируется у номинального держателя, солидного западного ING. Однако если посмотреть, кто входит в состав наблюдательных советов этих приватизированных компаний, то мало что изменилось. Да этого, в принципе, никто особо и не скрывает.

Первым шагом к легализации можно считать создание консорциума «Металлургия», куда вошли приватизированные группой предприятия металлургии, «Полтаваоблэнерго» и перекупленный у «Энергоатома» банк «Зевс» (ныне «БИГ-Энергия»), контрольный пакет которого теперь совершенно официально принадлежит именно приватизированным облэнерго. В Антимонопольном комитете уже зондировалась почва насчет оформления холдинга из группы облэнерго. Что ж, с точки зрения повышения цивилизованности и прозрачности рынка все эти шаги можно только приветствовать… В ближайшем будущем не исключено появление и других альянсов — в частности на базе «словацких» и «оффшорных» приватизированных облэнерго.

Кстати, недавно г-н Суркис публично заявил, что не имеет отношения к приватизированным облэнерго. Те, кто при этом начал ехидно ухмыляться, неправы: сказанное — чистейшая правда. Среди реальных акционеров приватизированных облэнерго Григория Михайловича нет и не было. Если его иногда и привлекали к переговорам с правительством со стороны приватизированных облэнерго, то это были чисто партнерские отношения, объяснявшиеся недостатком опыта и желанием использовать немалый политический вес как самого депутата, так и его фракции. Теперь люди и сами умеют решать вопросы, а значит, содействие Григория Михайловича для них уже далеко не столь важно…

Но не будем отклоняться от темы. Сейчас в правительстве продолжают изучать ситуацию вокруг приватизации облэнерго, создавая для этого все новые рабочие группы. Хотелось бы, чтобы по ходу изучения дел отечественным инвесторам все-таки предоставили возможность поучаствовать в конкурсах — это будет дешевле, чем снова загонять их в приватизацию через посредника, а потом гадать, что и кто купил..

Ну и конечно изюминкой приватизации стало участие в ней «настоящих иностранцев». Таковых оказалось аж четверо — американцы AES Washington Holdings, французы из EDF, россияне из РАО ЕЭС и испанцы из Union Fenosa. Новичками их назвать трудно — все имеют опыт работы в регионе: AES — в Грузии и Казахстане, EDF даже неудачно участвовала в приватизации «Одессаоблэнерго», испанцы владеют тремя четвертями энергосистемы Молдовы, ну а о россиянах и вообще помолчим.

Правда, испанцы в последний момент с приватизации спрыгнули, французы проиграли, а русских к ней не допустили. А американцам досталось два облэнерго, и нынче все не без интереса наблюдают, что они с ними будут делать. Пока можно отметить, что новый собственник полностью оплачивает купленную электроэнергию и завез для руководства компаниями пенсионеров из Иллинойса и молодых менеджеров из Казахстана.

Впрочем, ключевой вопрос — будут ли они продолжать участвовать в приватизации дальше. Скорее всего, да, и тем же французам не мешало бы, для поддержания репутации, выиграть хотя бы один конкурс на территории бывшего СССР, о РАО «ЕЭС» и говорить не приходится. Хотя в ходе первой попытки поучаствовать РАО — видимо, с непривычки — сделало все мыслимые ошибки. Но надо же на чем-то учиться…

Итак, в энергоприватизации перекур. Уже в третий раз. Стороны копят ресурс, принимают решение на участие и проч. Кстати, не надо думать, что с заключением последнего договора купли-продажи приватизация в энергетике закончится. Облэнерго еще будут покупаться и перепродаваться. Вероятно, на какой-то стадии за неплатежи их будут просто банкротить (а еще лучше — если неплатежи исчезнут). Новые собственники будут появляться у электростанции (строить еще довольно долго не начнем). Жизнь продолжается.

Что же касается обещаний быстро закончить приватизацию в отрасли, то обещанного ждут уже довольно долго. Первые пять лет прошли. Ровно половина юбилея, который в августе-сентябре будет праздновать Фонд госимущества и украинская приватизация в целом.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №14, 14 апреля-20 апреля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно