«ОБЛЭНЕРГО — ЭТО РУБИЛЬНИК, КОТОРЫЙ МОЖЕТ БЫТЬ ВЫКЛЮЧЕН В НУЖНЫЙ ВЛАДЕЛЬЦУ МОМЕНТ

20 ноября, 1998, 00:00 Распечатать

«Облэнерго - это рубильник, который может быть выключен в нужный владельцу момент... После доклада 1...

«Облэнерго - это рубильник, который может быть выключен в нужный владельцу момент... После доклада 10 ноября в парламенте первого вице-премьер-министра Анатолия Голубченко о готовности жилищно-коммунального хозяйства и энергетики страны к зиме, народный депутат Алексей Кучеренко поинтересовался его мнением по поводу приватизации областных энергораспределяющих компаний, ставших, по мнению многих, «полигоном для оффшорного капитала», контролируемым одним и тем же инкогнито. А.Кучеренко спросил вице-премьера и о том, что же это за «Энергорынок» в Украине такой, где предлагают электроэнергию за 15-20% от номинала?

А.Голубченко по поводу приватизации облэнерго заметил, что «хуже государственной монополии может быть только частная», и что антимонопольное законодательство не позволяет приватизировать «в одни руки» более 35% собственности, в том числе и облэнерго... А по поводу цен «Энергорынка» вице-премьер констатировал, что демпинг цен на электроэнергию происходит за счет остальных отраслей.

Вряд ли можно такие ответы считать исчерпывающими. Тем более, что ситуация в энергетике, в том числе и приватизационная, за последнюю неделю, похоже, еще более усугубилась. Поэтому корреспондент «ЗН» и обратился за комментарием к депутату Алексею КУЧЕРЕНКО - члену парламентского комитета по вопросам ТЭК, ядерной политики и ядерной безопасности: как он сам ответит на заданные вице-премьеру вопросы?

- Алексей Юрьевич, как вы расцениваете приватизационные «преобразования» в Украине вообще и в электроэнергетике в частности?

- Если бы тогда, когда будучи кандидатом в депутаты Верховной Рады я ездил по холодному и голодному избирательному округу и тем не менее утверждал, что вижу будущее Украины, в том числе в разгосударствлении приватизации (чем вызывал шквал вопросов, недоумение и возмущение избирателей по поводу «прихватизации»), - если бы тогда мне кто-то сказал, что через девять месяцев я стану чуть ли не врагом приватизации, я бы по его поднял на смех. Хотя настаивая на необходимости реформ, завоевать доверие избирателей было значительно сложнее. Как депутат, избранный по мажоритарному округу, я хорошо знаю по собственному опыту (и, думаю, многие депутаты, также избранные по мажоритарным округам, со мною согласны), насколько весомым доводом в пользу кандидата в депутаты для многих избирателей, особенно в отдаленных селах округа, в ходе предвыборных встреч было то, что кандидат избегал даже произносить такие слова как реформа, приватизация, частная собственность на землю и вообще частная собственность.

Но глядя на то, как приватизационный процесс развивается в Украине в настоящее время, и уже с позиции народного депутата, могу сказать, что если бы сегодня парламент рассматривал вопрос о моратории на приватизацию, я бы, наверное, голосовал за. Потому что методы и средства, используемые в ходе разгосударствления и приватизации и в Украине - это прежде всего моральное преступление, дискредитирующее в глазах граждан саму идею приватизации.

Как можно убеждать человека в том, что будущее страны - в приватизации, если он видит, что в результате реальной «прихватизации» завод, мясокомбинат или птицефабрика, на которой он работал, оказалась в долговой яме, оборудование разворовывается, новые владельцы (если они еще остались) массово увольняют рабочих, производство свернуто, да и сам он оказался выброшенным на улицу?! Причем, если результаты «малой прихватизации» в действительности наносят невосполнимый моральный урон, сводя на нет идею приватизации, то способы и результаты проведения «большой» приватизации (я имею в виду предприятия, имеющие стратегическое значение) заведомо ставят под угрозу экономическую безопасность всего Украинского государства. И даже если сегодня этого упрямо стараются не замечать, то заложенная в нынешнем процессе мина замедленного действия, все равно взорвется, пусть даже уже при другом составе парламента и правительства.

Все это имеет самое непосредственное отношение и к ставшему уже скандальным процессу приватизации предприятий такой стратегической отрасли, как электроэнергетика. Специфика самой отрасли и особенности создания «Энергорынка» наложили свой отпечаток на этот процесс, сделав его иррациональным в квадрате.

Система передачи и распределения электроэнергии (предприятия которой кратко именуют облэнерго) - это естественная монополия, имеющая стратегическое значение для государства. И я считаю, что вообще не следовало ставить вопрос о продаже контрольных пакетов акций этих предприятий в чужие руки. Я подчеркиваю, речь даже не о том, в чьи руки - в любые чужие руки: будь то стратегический инвестор или оффшорная компания.

Но большая опасность в другом. Управление (а тем более владение) естественными монополиями, например, компаниями облэнерго, имеет не только экономический, но и политический характер. Грубо говоря - это рубильник, который в нужный владельцу момент может быть включен либо выключен. И соответствующим образом такое включение и выключение может быть аргументировано. Вы прекрасно представляете, наверное, что значит сегодня оставить без света, например, какой-то район, животноводческую ферму, металлургический завод (помимо и так ежедневных проблем с энергоснабжением) и сказать при этом, что, мол, виноват Петров (или Сидоров). И вы скажете, что это не большая политика?!

Не хочу еще раз останавливаться, так сказать, на шараханьях Минэнерго и противоречиях, возникших в последнее время между Фондом госимущества и Минэнерго относительно стратегии и тактики приватизации энергогенерирующих и энергораспределяющих компаний. На мой взгляд, в самом подходе к приватизации предприятий облэнерго запрограммирована ошибка. Нужно отдавать себе отчет в том, что система энергораспределяющих компаний - это как раз то узкое горлышко, через которое, собственно, до недавнего времени обеспечивался пусть и минимально скромный, но все же приток реальных денежных средств вообще в энергетику. И именно в связи с этим обстоятельством я убежден, что начинать нужно было разгосударствление с передачи в управление и затем только продажи пакетов акций не распределяющих, а энергогенерирующих компаний. Потому что именно они, обеспечивающие практическое производство электроэнергии, ее физическое присутствие в энергосистеме, в результате приватизации облэнерго - этих финансовообеспечивающих сосудов - оказались отрезанными от ими же заработанных денег. Потому что новые владельцы предприятий облэнерго, используя нюансы законодательства, нашли возможность переориентировать денежные потоки в удобном именно им направлении. Остается только удивляться, как теперь генерирующие компании умудряются выживать, обеспечивать себя топливом, проводить ремонт оборудования. В этом контексте показателен такой факт. На Запорожской ТЭС из трех новых и вполне современных турбин одну просто разобрали и использовали в виде запасных частей для поддержания работоспособного состояния двух оставшихся.

Я уже не говорю о проблемах атомной энергетики, о том, что работники АЭС по полгода не получают заработной платы. Но поскольку сегодня мы просто не готовы даже к разговору о разгосударствлении и приватизации атомной энергетики, предлагаю присмотреться к тепловой энергетике.

- И в чем вы видите логику этого процесса?

- На мой взгляд, логичнее было бы начать приватизацию предприятий электроэнергетики даже не с продажи, а с передачи в управление пакетов акций именно генерирующих компаний - ТЭС. Сегодня в этом сегменте энергетики действительно существует избыток мощностей. И, в принципе, можно было бы подумать о передаче для начала в управление неконтрольных пакетов их акций. Исходя из того, что в этой сфере деятельности выживут сильнейшие, те, кто научатся: закупать дешевое топливо (уголь, газ, мазут); максимально оптимизируют сам процесс производства электроэнергии; привлекут реальные инвестиции для модернизации оборудования. В этом контексте и применительно к этому сегменту энергогенерации можно говорить о рыночной среде, конкуренции и, соответственно, о выживании сильнейших. Причем даже при неэффективном управляющем или впоследствии даже инвесторе ущерб может быть нанесен отдельной генерирующей компании, энергоснабжению отдельного региона, что в принципе можно исправить. В масштабах единой энергосистемы урон может быть не столь значителен. Ущерб же недобросовестным управляющим или новым собственником энергораспределительной компании может носить масштабный характер, а посему затрагивать стратегические интересы государства. И если новые хозяева уже проданных предприятий облэнерго окажутся недобросовестными, я не представляю, как можно будет исправить ситуацию.

Разумеется, распределительным компаниям также нужны средства, в том числе, образно говоря, и для «поддержки штанов». Но парадокс ведь в том, что в результате состоявшейся продажи пакетов акций предприятий облэнерго слишком маловероятен приток инвестиций. На мой взгляд, обещанные инвестиции в лучшем случае будут «сделаны» путем погашения долгов предприятий облэнерго. Это может быть сделано так «красиво», что ни один контрольно-ревизионный орган не сможет этого определить и придраться к этому. Потому что действующая законодательная база позволит сделать это совершенно законным способом.

Причем возможность сделать вышеупомянутое дешево заложена в тарифной политике и делается это за счет генерирующих компаний, которым предлагают по бартеру товар по ценам, завышенным в несколько раз. Иначе, как объяснить, откуда берется на рынке электроэнергия за 15% стоимости, как не тем, что этот механизм заложен в лжетарифе на электроэнергию?

- Простите, но что касается тарифов - ведь существует «Энергорынок»...

- Бытовал и до сих пор бытует миф о том, что именно по настоянию МВФ был создан «Энергорынок» в его современном виде, и это именно «то счастье», к которому должна стремиться Украина. Но... Присутствие в названии государственной акционерной компании слова «рынок» предполагает и реальное денежное обращение на этом рынке. Без реального денежного оборота это не рынок, а профанация. А в последнее время функции и роль «Энергорынка» сведены к так называемым бумажным операциям, формальному учету бартерных операций, в результате которых, по данным, которыми я располагаю, этой компании едва удавалось собрать только около 7% денежных средств. А с приватизацией облэнерго, на фоне общего финансового кризиса этот процент только уменьшается.

Как я понимаю, изначальный механизм работы «Энергорынка» задумывался как своеобразная программа компьютера, который ежечасно, ежедневно вычислял бы среднюю цену электроэнергии, произведенной всеми генерирующими компаниями энергосистемы. Убежден, что этот «компьютер» мог стоять на рабочем столе министра энергетики и он бы отлично справлялся с работой всего энергорынка, просто глядя на монитор. И вся затея...

Я абсолютно не претендую на то, что мое мнение - истина в последней инстанции, но мой здравый смысл заставляет меня усомниться: что это за рынок, что за структура, позволяющая продавать электроэнергию за 15% ее стоимости?! Кто украл остальные 85%? И почему прокуратура закрывает на это глаза?

Кстати, во время недавнего приезда Президента Украины в Запорожье, в ходе его встречи с руководителями промышленных предприятий и госорганов, никто из присутствующих не смог ответить Леониду Кучме на вопрос: почему цена киловатт-часа электроэнергии, установленная «Энергорынком», составляет 3,6 цента, а все заводы завалены предложениями от каких-то коммерческих структурок, предлагающих поставки электроэнергии по 0,8-1 центу?

Так какова же истинная цена электроэнергии?! Вот с чем нужно разобраться.

- Но ведь вы не отрицаете вообще приватизацию пусть части предприятий энергетической отрасли?

- Процесс приватизации преследует две основные цели. Первая - поиск эффективного собственника (и, соответственно, смену формы собственности госпредприятий). Для отечественных предприятий - это актуальнейшая проблема. Я убежден, что сегодня государство не справляется с функциями собственника, и об этом красноречиво свидетельствуют «успехи» большинства госпредприятий практически во всех сферах экономики.

Вторая цель - привлечение инвестиций. Но уже летом этого года, когда разразился финансовый кризис, было понятно, что ни о каких серьезных инвесторах в ближайшее время не может быть и речи. А в Украине в это время выставляют на продажу энергораспределяющие компании в расчете на стратегического инвестора, который, похоже, ушел надолго...

К тому же, несмотря на опыт соседних государств, в Украине почему-то принято считать, что мы одновременно сможем решить обе вышеназванные задачи приватизации. Но практика соседей, да и отечественная, свидетельствует, что задачи приватизации решаются поэтапно.

Именно поэтому я считаю, что нужно немедленно остановить приватизацию энергораспределяющих компаний и заняться поиском отечественных компаний, которые бы взяли на себя управление пакетами акций предприятий. Впрочем, последние действия в этом направлении лично у меня вызывают большие сомнения в успехе предприятия...

Надо называть вещи своими именами. Сначала должен прийти отечественный управляющий, который бы привел доверенное ему предприятие в чувство, сделал бы там прозрачным баланс, соответствующий принятым в цивилизованных странах стандартам учета, погасил бы или хотя бы структурировал долги...

Это первый этап, после окончания которого предприятие будет готово к приватизации, как некий полуфабрикат.

А вот второй этап возможен, только если в этой стране наступит хоть какая-то политическая и экономическая стабильность. Только тогда можно ожидать серьезного инвестора. Сегодня же просто кому-то выгодно рассказывать сказки о том, что сюда придет серьезный инвестор и принесет на каждое предприятие по 50-100 млн. долл. инвестиций.

Причем, передача пакетов акций в управление должна быть обязательно на конкурсной основе и прозрачной. Победитель конкурса еще до его начала должен внести в банк или НДЦ конкретный и весомый залог, который может быть востребован в случае неэффективного управления акциями генерирующей компании - для покрытия убытков, причиненных действиями или бездействием управляющего акциями. Причем сумма залога должна быть весьма значительной, скажем, в несколько десятков миллионов долларов. И устанавливать ее нужно, исходя не, как теперь, из 10% от стоимости пакета акций, а из суммы оборота компании. А то получается, например, что при цене пакета акций в 20 млн. грн., 10%-й залог составляет всего 2 млн. грн. (около 600 тыс. долл.), а оборот компании при этом составляет свыше 10 млн. долларов в месяц. Так кто рискует при таком залоге?! Уж вряд ли покупатель пакета.

- И что, по вашему мнению, послужит критерием оценки эффективности деятельности управляющего акциями генерирующей компании?

- Только конкретные факторы и показатели работы этой компании. Первое - непосредственно генерация: в условиях конкуренции с другими генерирующими компаниями, электроэнергия либо производилась бы отдельной компанией, либо нет, если бы она не смогла обеспечить рентабельность этого процесса. То же самое и по другим параметрам, четко зафиксированным в обязательствах управляющего, например: сокращены рабочие места или нет; заменено устаревшее оборудование либо нет и т.д. Это простые и легко проверяемые условия. И если управляющий акциями выполнит все условия, можно судить об эффективности его управления. Тем более что в аналогичных предприятиях отрасли то же самое должен будет делать другой управляющий. Сравнение показателей работы генерирующих компаний уже само по себе будет говорить об эффективности управления.

Возможно, только после этого и нужно перейти к продаже пакетов акций, причем не контрольных, а прежде передаваемых в управление. На мой взгляд, такой подход, что называется, - по уму, логичен. При этом я не претендую на истину в последней инстанции.

…На моей памяти конкурс по продаже акций одного из заводов, когда лжеинвестор (задачей которого было сорвать этот конкурс, затянуть время) предложил в качестве инвестиций привлечь 400 млн. долл. Это при том, что построить новый завод, что называется в чистом поле - 250-300 млн. долл. хватило бы, а он обещал 400 млн. инвестиций. И члены конкурсной комиссии умилялись, мол, какой серьезный инвестор к нам пришел. Но у последнего цель была одна - сорвать конкурс, затянуть ситуацию до тех пор, пока она будет отвечать интересам конкретного претендента.

- Вы считаете, что это уже не контролируемый процесс?

- Теоретически в Украине существует госорган, который обязан контролировать этот процесс - это Антимонопольный комитет. Но он в ходе приватизации облэнерго, похоже, занял весьма странную позицию. Если внимательно присмотреться к победителям конкурсов на покупку пакетов акций облэнерго, то нетрудно заметить, что чуть ли не 90% из них - оффшорные компании. Да, у них разные названия, и, наверное, Антимонопольный комитет может себе позволить найти в них различия. Да и я не берусь утверждать, что это одни и те же люди. Но оффшорный бизнес характерен тем, что в нем практически невозможно отследить конкретного владельца капитала. И нет гарантии, что оффшорные компании, выкупившие акции отечественных облэнерго, не принадлежат одному лицу (или одной группе). И именно Антимонопольный комитет должен был бить в набат, так как он, можно сказать, остался на последнем рубеже обороны интересов государства в этой стратегической отрасли. Потому что Фонд госимущества, долго бывший без главы, пусть и формально, но выполнял свою задачу - привлечение средств в бюджет от приватизации. И не его задача отслеживать соблюдение антимонопольного законодательства. Кабмин тоже вроде бы ни при чем. Вроде, как и спросить не с кого, все по закону.

Причем, на мой взгляд, Антимонопольному комитету не нужно было доказывать, что все оффшоры - одно лицо; комитету достаточно было предположить, что за всеми этими фирмами стоит одно лицо, и предложить победителям конкурсов по облэнерго доказать обратное. В этом задача Антимонопольного комитета. Повторяю, я не знаю: реально ли за теми фирмами - одно лицо или нет. Но последние события и появление некоего инвестиционного пула говорит о том, что мои опасения не безосновательны.

Этот процесс уже стал предметом противостояния в парламенте, среди органов исполнительной власти, в том числе и в регионах. И дальше он уже не может конструктивно развиваться. В связи с этим возникает вопрос: зачем было затевать процесс, который дестабилизирует сегодня работу всех органов власти, нагнетает и без того напряженную ситуацию в стране?!

Процесс приватизации должен быть четким и прозрачным, в котором четко должно прослеживаться кто и каким образом выиграл конкурс. Да, я не наивный человек и прекрасно понимаю, что идеально справедливого передела собственности не может произойти, и пример других государств тому свидетельство. Но процесс этот должен быть прозрачен и понятен гражданам, как и известным то, насколько компании, выигравшие приватизационные конкурсы, соблюдают взятые на себя обязательства. В противном случае перераспределение собственности грозит обернуться полной дестабилизацией украинского общества.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №29, 11 августа-17 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно