Независимость, подотчетность и прозрачность центрального банка: случай Украины

2 февраля, 2007, 00:00 Распечатать Выпуск №4, 2 февраля-9 февраля

Двузначные параметры инфляции, которые в последние три года фиксировались даже не весьма совершенными официальными индексами Госкомстата, страна с высокой вероятностью рискует лицезреть и в году нынешнем...

 

Двузначные параметры инфляции, которые в последние три года фиксировались даже не весьма совершенными официальными индексами Госкомстата, страна с высокой вероятностью рискует лицезреть и в году нынешнем. Сие обстоятельство серьезно подрывает доверие к национальной денежной единице — как иностранных инвесторов, так и наших соотечественников.

Между тем, по мере того как исчерпывается запас так называемого восстановительного роста экономики, неумолимо истекает и запас времени для реализации жизненно необходимых структурных реформ. Посмеем утверждать, что одной из таких первоочередных реформ является повышение институциональной независимости Национального банка, границы полномочий, ответственности которого, а также инструментарий, вопреки некоторым суждениям, нуждаются в кардинальном расширении.

Знаковые процессы

Январский индекс потребительских цен оказалось сложно спрогнозировать даже за несколько дней до его обнародования. Хотя бы потому, что и по сей день непонятно: будет ли инфляция за первый месяц 2007-го учитывать повышение коммунальных тарифов в Киеве и в какой степени, ввиду его сомнительной юридической легитимности. А ведь, по оценкам экспертов, лишь повышение стоимости услуг ЖКХ в Киеве в 3,5 раза должно привести к дополнительному увеличению общенационального индекса инфляции на 0,7—1%.

Ранее Минэкономики прогнозировало ускорение роста потребительских цен в Украине в январе 2007 года до 1,2—1,5%. И повышение тарифов на жилищно-коммунальные услуги среди «основных факторов, которые влияли на формирование инфляционных процессов в январе», таки фигурировало. Как и «снижение средств на счетах правительства в конце 2006 года и связанное с этим сезонное расходование населением средств во время праздников; возможное возрастание инфляционных ожиданий населения». Но четких разъяснений, заложены ли в прогноз те самые киевские 0,7—1%, никто не давал.

Никаких дополнительных намеков мы не услышали и от министра экономики Владимира Макухи. В выступлении министра в ходе состоявшейся 30 января пресс-конференции (с его текстом можно ознакомиться на сайте Минэкономики) инфляционная тема затрагивалась лишь вскользь.

Конечно, членам правительства сложно причислить прошлогоднюю инфляцию к своим достижениям — как, например, «полное выполнение бюджетных заданий». Высокопоставленный чиновник очень хотел, чтобы ему поверили, когда говорил о существовавшем в начале августа «скрытом фискальном дефиците в размере 7 млрд. грн.». Поскольку «исходя из этой ситуации, удалось обеспечить приличный уровень инфляции». Т.е. аплодисментов не надо, но, как говорится, все, что могли…

«Конечно, она (инфляция) достаточно высокая, по сравнению со странами Европейского Союза, — поправился Владимир Алексеевич, — но необходимо учитывать существенное повышение цен на энергоносители, которое в свою очередь привело к росту цен на тарифы».

Ну да бог с ним, с годом прошлым. Для нас важнее, как будем жить в нынешнем. «На следующий год (надо понимать, 2007-й. — Ю.С.) планируется обеспечить высокие темпы роста ВВП (на уровне 6,5%)», — напомнил министр экономики. И высказал предположение, что «достичь таких результатов можно благодаря тому, что конъюнктура на внешних рынках, по оценкам Минэкономики и экспертов, на основные виды товаров украинского экспорта остается достаточно положительной».

«Мы считаем, что реформы, которые уже начались и которые будем осуществлять, дадут свой результат, прежде всего, реформы, направленные на улучшение деловой среды, условий ведения бизнеса в Украине. Они также будут содействовать экономическому росту», — так, без конкретики, накатанными фразами высказался министр.

Но если применительно к росту экономики какие-то реформы назывались, то что будет сделано для обуздания роста цен — молчок. Да и по поводу обоснованности заложенного в бюджете инфляционного прогноза (7,5%) министр предпочел отмолчаться. Может, потому, что, сказав лишнее по этой больной теме, можно нарваться на разнос у руководства, а может, не хотелось анонсировать такое «рыночное» антиинфляционное оружие властей, как Генпрокуратура.

Напомним, что в тот же день генпрокурор Александр Медведько сообщил, что его ведомство поручило своим местным органам «провести ревизии в каждом городском и областном совете», и «в случае необходимости будут приняты соответствующие меры прокурорского реагирования». Как вам такой метод? Того гляди, по итогам года инфляция и «недовыполнит» бюджетные прогнозы...

Впрочем, даже позволив усыпить себя правительственным оптимизмом, мы не можем забывать о существовании другой, еще более важной проблемы. Это — высочайшая неопределенность и очень слабая предсказуемость макро-, бизнес- и особенно инфляционной среды. Даже в разрезе полугодия. Кто знает, какой, вслед за генпрокуратурой, метод антиинфляционного регулирования задействуют завтра…

По этому вопросу у нас, как всегда, «разброд и шатания». О чем свидетельствуют не только опубликованные недавно НБУ результаты опросов деловых ожиданий, но и высказывания высоких должностных лиц.

По практически единодушному мнению экспертов, Президент, конечно, смотрелся «красавцем» 18 января, когда, назвав заложенный в бюджете уровень инфляции «далеким от реальности», спрогнозировал на нынешний год рост потребительских цен в размере 11—12%. При этом он подчеркнул, что настаивает на пересмотре парламентом и правительством макроэкономических показателей, заложенных в бюджет-2007. О чем вроде было договорено еще в конце 2006 года.

Свое заявление Виктор Андреевич мотивировал заботой о реальных доходах населения, которые, по его оценкам, резко сократятся в нынешнем году, если ничего не предпринимать.

А где была эта забота 22 декабря, когда, поставив собственный автограф под редакцией главного финансового документа страны на 2007 год, в которой так и не было учтено большинство его предложений, г-н Ющенко фактически подписал пакт о капитуляции в бюджетном противостоянии с правящей коалицией и Кабмином?

Увы, делая вышеупомянутые публичные заявления, президент далеко не в первую очередь заботился о реальных доходах населения. Когда «добрый отец нации» порицал за очередное нарушенное обещание непослушных «антикризисников», реальной его целью было получение политических дивидендов. Т.е. борьба шла за имидж и благосклонность общественного мнения.

И чертовски прав Николай Азаров, почти открытым текстом обвинивший Ющенко в раскручивании инфляционных ожиданий: «Я не понимаю тех должностных лиц, которые, не имея полномочий, заявляют о возможном росте инфляции. Только Минфин и Нацбанк могут ее прогнозировать. Я бы посоветовал этим людям прислушаться и не создавать инфляционные ожидания своими заявлениями».

С другой стороны, и г-н Азаров, утверждавший, что «мы способны удержать инфляцию на уровне 7,5%», вряд ли готов подписаться под этим заявлением своим вице-премьерским креслом. Очень уж сомнительны шансы на выполнение этого обязательства.

Так уж сложилось, что с правительств у нас если за что и спрашивают, так уж точно не за несоблюдение инфляционных обещаний. Вот и получается, что три последних года инфляция регулярно — и значительно — превышала заложенный при формировании госбюджета ориентир.

В прошлом году при плане 8,7% факт составил 11,6% (да и то лишь благодаря неучтенному повышению киевских тарифов); в 2005-м при запланированных 8,6% по факту имели уровень инфляции в 10,3%.

И в 2004-м, когда Кабмином руководили те же Виктор Федорович и Николай Янович, фактический показатель роста цен превысил план почти вдвое (12,3% инфляции при заложенных в бюджете 6,3%). Но правительства уходили в отставку совсем по другим причинам.

Кстати, неузаконенное поправками к бюджету превышение плановой инфляции не мешает чиновникам ничтоже сумняшеся рапортовать о выполнении и перевыполнении планов по доходным и расходным статьям бюджета. Которые рассчитываются, исходя именно из бюджетных макропрогнозов. Уж не по этой ли причине г-н Азаров так рьяно отстаивает предложенный его ведомством семипроцентный ориентир? Ведь, повысив прогноз инфляции в полтора раза, придется брать на себя и более высокие бюджетные обязательства…

Нацбанк в стороне?

В компетенцию НБУ прогнозирование инфляции действительно входит, и он имел полное право выступить арбитром в споре. А заодно попытаться улучшить общественные настроения, пообещав сделать все от него зависящее, чтобы инфляция не вышла за пределы пусть не семи, так хоть десяти процентов.

Однако монетарное ведомство отмолчалось. Видимо, предпочло не дразнить лишний раз ни своего, пусть и слабого, но все же покровителя-президента, ни могущественного и крутого нравом первого вице-премьера. Государство государством, а кресла дороже. И инфляция, которая самым непосредственным образом сказывается на благосостоянии каждого гражданина этого государства, в очередной раз становится заложницей политической целесообразности и связанных с ней чиновничьих интриг: «пани чубляться…»

А почему? Да потому что Нацбанк хоть формально и считается в нашей стране достаточно независимым и самостоятельным ведомством, на самом деле таковым не является. И при большом желании даже на самого авторитетного главу Нацбанка политики могут найти немало действенных рычагов влияния: кресло под ним, как показали события пятилетней давности, все-таки шатковато.

И куда нам до Польши, в которой гениального Бальцеровича хоть и «ушли» тамошние популисты-коалиционеры, но только после завершения его шестилетней каденции на посту главы тамошнего нацбанка. А за это время он успел практически полностью побороть инфляцию в стране, снизив ее с 11 до 1%. И заодно — добиться едва ли не самого низкого в мире уровня реальных процентных ставок.

Впрочем, особо завидовать полякам все же не стоит: замену Бальцеровичу правящая коалиция подыскала не ахти. К тому же из уст ее видных представителей звучат угрозы урезать независимость польского центробанка, которая, по их мнению, является неприемлемой. Вам это ничего не напоминает?..

Не далее как в середине января антикризисная коалиция заполнила парламентскую квоту в Совете НБУ столь яркими своими представителями и «видными» экономистами, как Сергей Клюев, Борис Колесников, Василий Горбаль, Игорь Прасолов и Михаил Гончаров. Никто, кажется, не слыхивал о выдающихся заслугах этих господ в их практической или теоретической деятельности на макроэкономической ниве. Зато об их очень даже конкретных связях с очень конкретными коммерческими банками знают многие. Как же в этом случае соблюдается такой популярный лозунг отделения власти от бизнеса?

Самое обидное, что пример заполнения квот в Совете НБУ по критерию, отличному от профессионализма, подал два года назад сам бывший глава Нацбанка, а ныне — глава государства Виктор Ющенко…

Да так уж ли важен и влиятелен Совет НБУ? Тем, кто в этом сомневается, напомним, что парламент уже добивается внесения в закон о Нацбанке поправок, которые, будучи принятыми, существенно усилят влияние Совета на правление НБУ. И это, учитывая слаженность законотворческой деятельности коалиции, может быть только первой ласточкой…

Уже почти два года периодически мелькает информация о намерениях правительства и Нацбанка подписать специальный меморандум, главной задачей которого является конкретизация сфер полномочий и ответственности в инфляционных вопросах. А заодно — формализация задач обеих структур по поддержанию ценовой стабильности в стране.

Сразу заметим: мы не склонны переоценивать реальную действенность документов, именующихся «меморандумами», «универсалами» или пр. Как на это рассчитывать, если и законы в нашей стране власть соблюдает только тогда, когда ей это удобно? И все же нацбанковско-правительственный меморандум лучше, чем ничего. К тому же он мог бы стать основой для дальнейшего усовершенствования как законодательной базы, так и ментальности нашей политической верхушки.

Последний раз обещание принять этот документ «до конца года» вышло из недр Минэкономики в ноябре 2006-го, когда октябрьский индекс потребительских цен наконец-то переполошил чиновников. Кто-нибудь слышал о том, что этот документ принят?

Все собираемся…

Также не первый год достаточно активно обсуждается (но слишком уж лениво реализовывается) намерение денежно-кредитных властей перейти к режиму так называемого инфляционного таргетирования.

На простом человеческом языке это означает конкретизацию главной функции Национального банка — переход от такого расплывчатого понятия, как стабильность национальной денежной единицы, к обеспечению допустимых параметров роста цен. Которые при желании могут устанавливаться даже на законодательном уровне.

Формально НБУ уже давно объявил своей главной целью именно контроль над инфляцией. В качестве ее допустимого уровня он принимает закладываемый в бюджете ориентир, вписывая его в основы денежно-кредитной политики.

Но на практике для реализации этой цели у Нацбанка нет ни достаточных полномочий, ни необходимой сферы компетенции, ни надлежащего перечня инструментов. Главная причина? Хоть и признанная европейцами рыночной, отечественная экономика на самом деле таковой не является.

Во-первых, за годы рыночных преобразований наша экономика так и не обзавелась одним из ключевых атрибутов — полноценными финансовыми рынками, посредством которых монетарные власти и должны были бы регулировать процесс денежного обращения.

Показательный пример — символизм учетной ставки НБУ, кторая используется исключительно как индикатор намерений регулятора. В начале июня, когда инфляционная статистика вызывала умиление чиновников, ставка была снижена с 9,5 до 8,5%, как сигнал о грядущих денежно-кредитных послаблениях, которые вскоре не замедлили себя ждать.

Однако в ноябре, когда по итогам 10 месяцев с начала прошлого года рост потребительских цен (8,7%) превысил учетную ставку, повысить ее почему-то «забыли». А ведь, согласно утвержденному самим же Нацбанком положению о процентной политике, учетная ставка, как ориентир цены на деньги, должна поддерживаться на положительном реальном уровне по отношению к уровню инфляции (т.е. быть выше него).

Во-вторых, несмотря на более чем полтора десятилетия борьбы за разгосударствление экономики, чрезмерными остаются как регуляторное влияние на нее чиновников, так и перераспределяемая через бюджет (а значит, по чиновничьей воле) ее доля. В том числе существует слишком длинный перечень административно регулируемых цен (энергоносители, зерно и некоторые ключевые для жизнеобеспечения граждан услуги).

По этим причинам Нацбанк имеет лишь ограниченное влияние на инфляционные процессы в стране. О чем его представители, вооружившись таким показателем, как базовая инфляция (не учитывающая изменения цен на топливо и административно регулируемые услуги), не устают напоминать. Особенно когда параметры роста потребительских цен зашкаливают — видимо, таким образом монетарное ведомство упреждает возможные критические выпады в свой адрес.

Вооружившись этой надежной, на его взгляд, «отмазкой», Нацбанк не особенно борется за расширение и конкретизацию своих полномочий. Ведь даже прерогатива устанавливать официальный ориентир инфляции в стране все еще остается за Минфином. А что? Нет полномочий — нет и ответственности…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №31, 24 августа-30 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно