Кто тут еще в резерве?

14 января, 2005, 00:00 Распечатать

Завершив прошедший год у исторически рекордных рубежей, курс евро по отношению к доллару за первую рабочую неделю нового 2005 года снизился почти на 4%...

Завершив прошедший год у исторически рекордных рубежей, курс евро по отношению к доллару за первую рабочую неделю нового 2005 года снизился почти на 4%. Это падение стало вторым по величине с момента появления на свет в январе 1999-го единой европейской валюты. Причиной столь драматичного снижения курса стали события по ту сторону Атлантического океана. Из опубликованной во вторник, 4 января, стенограммы совещания руководства ФРС (Центробанк США) следовало, что рост процентных ставок в США будет более динамичным, нежели предполагалось ранее. Затем 7 января мировую общественность приятно удивил секретарь Казначейства США Джон Сноу, задекларировавший намерение Белого дома наконец-то предпринять реальные шаги в поддержку доллара.

В результате всего за пять торговых сессий на мировых валютных рынках стоимость евровалюты упала на 500 пунктов (от 1,3550 до 1,3050 USD/1EUR). Но не успели аналитики заговорить о реальной возможности разворота рыночных тенденций и начала цикла усиления доллара, как ситуация возвратилась на круги своя. Заявления Джона Сноу оказались не более чем риторикой, а уже в среду 12 января напомнил о своем существовании рекордный в мировой и американской истории торговый дефицит. Курс доллара возобновил падение.

Фальшстарт

Новый 2005 год американская валюта начала на мажорной ноте, резко усилившись против большинства визави на мировых рынках. А ведь еще накануне Нового года (30 декабря) доллар позволил евровалюте отодвинуть себя на исторически невиданные рубежи (максимум стоимости евро 1,3666 USD/1EUR — минимум для доллара 0,7317 EUR/1USD). В результате 2004-й стал третьим подряд годом падения курса американской валюты. Евровалюта выросла в цене по отношению к «зеленому» на 8%. Индекс доллара, измеряющий его соотношение к корзине из шести валют основных торговых партнеров США, снизился в прошлом году на 5%, а всего за последние три года он уменьшился почти на треть (32%).

Впрочем, несмотря на нынешний «заоблачный» курс евровалюты, проигрышной для доллара оказалась только концовка прошлого года. В феврале—мае доллар, напротив, сумел усилиться на 11%. В начале февраля представителям европейских стран на совещании «большой семерки» (G7) удалось добиться от своих партнеров включения в текст итогового коммюнике фразу о «нежелательности чрезмерной изменчивости и беспорядочных движений валютных курсов». Угроза начала скоординированных валютных интервенций со стороны G7 заметно поубавила пыл спекулянтов, незадолго до того «гонявших» курс евро у исторически рекордных на тот момент рубежей (1,29 USD/1EUR).

Затем после публикации серии благоприятных отчетов о состоянии рынка труда в США участники мировых финансовых рынков «начали закладываться» на грядущее повышение процентных ставок ФРС. Общепринятая концепция гласит, что рост процентных ставок по долговым обязательствам и денежным инструментам в той или иной валюте при прочих равных условиях увеличивает их привлекательность для инвесторов, а значит, приводит к повышению спроса на саму валюту и ее усилению.

Действительно, американский Центробанк в июне прошлого года начал поднимать свою базовую ставку от минимального за последние 45 лет уровня. И сделал он это впервые с июля 2000 года. Вслед за этим ставка планомерно и в полном соответствии с ожиданиями финансовых рынков повышалась на каждом из очередных заседаний руководства ФРС минимальными «шажками» по 0,25% и 14 декабря достигла 2,25%. Но это уже не помогло «баксу» усилиться. После периода относительного летнего равновесия в диапазоне преимущественно 1,20—1,25 USD/1EUR с наступлением осени курс доллара начал стремительно падать. В это время на доллар одновременно влияло слишком много негативных факторов, чтобы международные инвесторы и дальше могли соблюдать хотя бы относительное спокойствие.

Как известно, существует несколько факторов, предопределивших падение доллара. Некоторые из них действуют уже не один год. Во-первых, это обострение давних американских структурных болезней: дальнейшее увеличение как внешнеторгового, так и бюджетного дефицитов. Во-вторых, исповедуемая нынешними хозяевами Белого дома политика «благотворного невмешательства» (возникший именно в США политический термин) в поведение валютных рынков, фактически преследующая цель постепенной девальвации национальной валюты. И наконец, в-третьих, уровень процентных ставок в США в последние годы оставался на рекордно низком уровне. Даже после пяти предпринятых повышений он только-только сравнялся с уровнем инфляции в стране и едва превысил свой европейский аналог. Такая дешевизна привлечения долларовых ресурсов не могла благоприятно сказаться на курсе американской валюты.

Осенний «баксопад»

Некоторые другие факторы связаны с вышеперечисленными и обострились именно прошлой осенью. Первый из них — приближение президентских выборов в США. Не то чтобы инвесторы по-разному оценивали будущее экономики США в зависимости от победы того или иного кандидата. Просто рейтинги, как и во время предыдущей президентской гонки, указывали на отсутствие в ней явного фаворита.

Международные инвесторы еще хорошо помнят период «безвластия и неразберихи» в январе 2000-го, когда американцы никак не могли определить имя нового президента, а некоторые наблюдатели даже заговорили о возможности полномасштабного политического кризиса. Вот почему, когда в этот раз в начале ноября все обошлось без особых осложнений, рынки вздохнули с облегчением, а доллар даже какое-то время усиливался. Но продолжалось это недолго. Как только инвесторы поняли, что новый-старый президент сохранит преемственность в бюджетной политике, падение американской валюты возобновилось. В 2004 финансовом году, закончившемся в США 30 сентября, бюджетный дефицит Вашингтона достиг рекордных 412,55 млрд. долл. (3,6% ВВП). Годом ранее дефицит тоже был рекордным, но все же на 35 млрд. меньше — 377,14 млрд.

Во время предвыборной кампании Джордж Буш-младший пообещал к концу второго срока сократить «минус» в казне как минимум вдвое. Однако реальных механизмов для этого, как утверждают эксперты, пока на суд общественности не представил. Решение продлить действие предпринятого во время первого президентского срока Буша сокращения подоходного налога и налога на дивиденды наблюдатели расценивают как окончательное крушение всех надежд на стабилизацию американских госфинансов. Налоговые поступления в американский бюджет сейчас составляют только 16% ВВП — это минимум за последние четыре десятилетия. Вашингтон все больше вязнет в «иракском болоте», что делает латание американских бюджетных дыр еще более проблематичным.

Но окончательный перевес евро над долларом сформировался после того, как нефтяные цены в сентябре впервые превысили отметку 50 долл. за баррель. Соединенные Штаты, как известно, импортируют нефть из-за рубежа. Прошлой осенью внешние поставки в США «черного золота» превысили 11% стоимости всего американского импорта. Это — в два раза больше, нежели в январе 2002 года. Согласно опубликованным 12 января данным, дефицит торгового баланса США в ноябре 2004-го достиг беспрецедентных 60,3 млрд. долл. За 11 месяцев прошлого года американский «минус» во внешней торговле достиг 561,3 млрд. долл. (около 5,7% ВВП за тот же период) и уже превысил показатель за весь прошлый год — 496,5 млрд. долл. (тоже, кстати, рекордный). Как видим, несмотря на произошедшую за последние три года 32-процентную девальвацию американской валюты, дефицит торгового баланса США продолжает расти, увеличившись за последние три года на 80%. Происходит это потому, что темпы роста американского импорта (в том числе и из-за дороговизны нефти) опережают аналогичный показатель для экспорта. За январь—ноябрь прошлого года в США импорт увеличился на 16%, экспорт — на 12%. Американский импорт, составляя одну пятую общемирового, сейчас более чем на 50% превышает экспорт.

За чей счет живете?

Отрицательное сальдо текущего счета платежного баланса США в третьем квартале прошлого года выросло до 165 млрд. долл. Это означает, что для поддержания доллара стабильным американцы нуждаются в притоке 1,8 млрд. долл. иностранных инвестиций в день. Что интересно, до самого последнего времени эта задача решалась вроде бы успешно. Приток иностранных капиталов в США за десять месяцев прошлого года составил около 700 млрд. долл. Торговый дефицит за тот же период — 500 млрд. долл. Но если в первом квартале 2004-го среднемесячный приток инвестиций в США составлял 85 млрд. долл. при торговом дефиците 46 млрд. долл. (т.е. перекрывал его практически вдвое), то в третьей четверти приток капиталов сократился до 62 млрд. долл. при торговом дефиците 52 млрд. В октябре прошлого года (последняя опубликованная информация) иностранцы купили американские ценные бумаги дополнительно на сумму 48,1 млрд. долл., тогда как дефицит во внешней торговле достиг уже 56 млрд. долл.

Впрочем, больше всего американцев должно тревожить то, что покупки все чаще осуществляются либо центральными банками, пытающимися сдержать усиление собственной валюты по отношению к доллару или удержать фиксированный курс, либо портфельными инвесторами, т.е., проще говоря, спекулянтами. А вот приток прямых иностранных инвестиций в США за последние три года сократился более чем в четыре раза.

Стивен Роуч, главный экономист из Morgan Stanley, не так давно написал: «Американская экономика продолжает расти «не по средствам». Она все глубже залезает в долги. Я не думаю, что это приемлемый рецепт роста для лидера мировой экономики. Для финансирования нашего экономического роста мы требуем и просим от остального мира больше, чем любая другая нация в истории человечества… И если мировые инвесторы когда-либо, по той или иной причине, устанут от инвестирования в деноминированные в долларах активы, то американская валюта обвалится, ставки резко взлетят вверх, а наша погрязшая в долгах экономика развеется в дыму». Именно г-н Роуч был одним из немногих, кто задолго до лопания «высокотехнологичного пузыря» предупреждал о такой возможности из-за несостоятельности концепции новой экономики.

К тому же и сами портфели иностранных инвесторов становятся все менее диверсифицированными. Если в 2000 году 38% в них составляли американские акции, то сейчас их удельный вес сократился до «смешных» 0,42%. Доля правительственных облигаций, напротив, выросла за тот же период с 12 до 42%.

Все чаще слышны заявления о том, что при дальнейшей девальвации доллара в пользу евро могут быть пересмотрены не только инвестиционные портфели крупнейших фондов, но и структуры золотовалютных резервов центральных банков многих стран. Один из самых авторитетных экономистов планеты Джим О’Нил из Goldman Sachs считает замену доллара как основной мировой резервной валюты неизбежной: «Множество людей, включая и нас, считают, что с момента появления евро под вопросом остается только время, когда определенное количество крупных держателей резервов захотят диверсифицировать свои активы не в пользу доллара. Потенциал для этого огромен не только в Азии, но и в России, а также некоторых ближневосточных и латиноамериканских странах».

Даже многоуважаемый Алан Гринспен поддержал аналогичную точку зрения. Выступая 19 ноября на проходившем во Франкфурте Европейском банковском конгрессе, он заявил, что рано или поздно иностранцы устанут финансировать дефицит в американской внешней торговле и начнут переводить свои активы в валюты, отличные от доллара США. Правда, сделано это было, чтобы растолковать «назойливым и непонятливым» европейцам «неизбежность» падения курса доллара, против которого те пытались протестовать.

«Друзья» и «интересы»

Как известно, девальвация национальной валюты нисколько не беспокоит Вашингтон. Наоборот, нынешние хозяева Белого дома уступили давлению всевозможных лоббистских групп, призывавших стимулировать девальвацию национальной валюты для повышения конкурентоспособности стагнировавшей и терявшей рабочие места национальной промышленности. Поэтому Буш & Co решили потихоньку «спустить на тормозах» одну из главных стратегических доктрин своих предшественников — «сильный доллар». Постепенно представители команды нынешнего американского президента даже перестали скрывать за ширмой стандартного и набившего оскомину заявления «сильный доллар в интересах Соединенных Штатов» свои истинные намерения — контролируемое обесценивание доллара на внешних рынках. Именно с помощью этого метода, кажущегося наиболее простым (правда, уже третий год не работающим. — Авт.), американцы пытаются решить проблему дефицита торгового баланса.

Подтверждений фактического отказа Вашингтона от «политики сильного доллара» существует несколько. По сообщениям европейских источников, именно американцы жестко противостояли включению в итоговые коммюнике двух последних саммитов «большой семерки» фразы о необходимости стабилизации курса доллара. Показательно и постоянное повторение с января 2002 года министром финансов США Джоном Сноу «под фанфары» 30-процентного обесценивания американской валюты заезженной фразы о том, что «стоимость доллара должна определяться рыночными механизмами». А не так давно г-н Сноу и вовсе «открыл карты». В начале декабря прошлого года он заявил, что «глубоко удовлетворен» нынешним поведением валютных рынков (читай — падением курса доллара) и не согласиться с призывами европейских и азиатских официальных лиц предпринять усилия к прекращению снижения курса американской валюты.

Глава совета НБУ Анатолий Гальчинский в одном из последних интервью не постеснялся назвать вещи своими именами, заявив, что «фактически проводимая США политика «дешевого доллара» — это прямая экономическая агрессия». Европейские официальные лица, естественно, «стесняются» употреблять подобные выражения.

Правда, 7 января в позиции Вашингтона промелькнула «тень надежды» на изменение официального курса в отношении валюты. В интервью агентству Bloomberg управляющий госфинансами США не ограничился привычной дежурной фразой о поддержке сильного доллара, а пообещал «предпринять меры», включающие сокращение бюджетного дефицита, чтобы стимулировать процесс усиления национальной денежной единицы. И, случайно или нет, забыл добавить, что валютный курс должен определяться рыночными механизмами.

Глава Европейского центрального банка (ЕЦБ) Жан Клод Трише тут же одобрил такую перемену настроений, заявив, что удовлетворен этим заявлением г-на Сноу и что «международные наблюдатели восприняли его очень, очень серьезно». Правда, уже во вторник, в интервью другому агентству, Reuters, Джон Сноу фактически «забрал свои слова обратно». На вопрос, умышленно ли была упущена фраза о «рыночных механизмах», он витиевато заметил: «Только то, что я чего-то не упомянул, не означает, что это не является частью нашей политики».

А вот европейцы, хоть и сопротивляются навязываемому им американцами усилению евро, делают это не слишком настойчиво. И вроде бы «протестные заявления» звучат достаточно часто, но «единый фронт» всем структурам валютного союза создать не удается. Создается впечатление, что Европейский центральный банк беспокоит не столько сам факт удорожания евровалюты, сколько темпы этого процесса. А так рост курса евро компенсирует высокие цены энергоносителей на мировых рынках и помогает сдерживать инфляцию. Последняя, несмотря на не слишком убедительные темпы роста европейской экономики, весь прошлый год упрямо не опускалась ниже «нормативных» 2%.

Не особенно надеясь на встречные шаги со стороны США, европейцы присоединились к Вашингтону и настойчиво пеняют в сторону азиатов. Главный экономист ЕЦБ Отмар Изинг в среду 12 января заявил, что «Европа тащит на себе слишком большую часть ноши, образовавшейся из-за девальвации доллара». Поэтому «Азия должна внести свою лепту», что означает более быстрое усиление азиатских валют против доллара. Китай, удерживающий курс юаня к доллару незыблемым на протяжении вот уже почти десяти лет, вроде бы обещает начать либерализацию курса уже в этом году. Но будет ли это означать какие-либо конкретные шаги — пока неясно.

Парочка прогнозов

Ну а доллар, тем временем, после заднего хода г-на Сноу и публикации 12 января отчета о рекордном показателе внешнеторгового дефицита в ноябре, возобновил свое падение. Многие представители крупнейших мировых банков не исключают, что барьер 1,40 USD/1EUR может быть опробован или даже пройден уже в ближайшие несколько недель. Нередко упоминается и соотношение 1,54 USD/1EUR. Но среднерыночный прогноз на конец 2005 года по результатам последнего опроса, проведенного информационным агентством Bloomberg, составляет 1,34 USD/1EUR. Дальнейшее падение доллара должны предотвратить два ключевых фактора, работающих в его пользу, — более высокие, нежели в Европе, темпы роста экономики и повышающиеся процентные ставки американского Центробанка. Последние, согласно прогнозам, к концу года должны достичь 3,5—4%.

Правда, соглашаясь с вышеперечисленными доводами, представители двух крупнейших операторов международных валютных рынков — швейцарского UBS и немецкого Deutsche Bank — прогнозируют соотношение между евро и долларом 1,43 на конец 2005 года. Deutsche Bank, кстати, второй год подряд, по данным того же Bloomberg, дает наиболее точные прогнозы в паре евро/доллар. Как будет на этот раз — покажет время.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №20, 26 мая-1 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно