Кто получит главный рубильник Восточной Европы?

10 августа, 2007, 15:32 Распечатать Выпуск №29, 10 августа-17 августа

Стратегический объект европейской энергетики — Днестровская ГАЭС — в ожидании мощного инвестора, способного вложить 7,5 млрд...

Стратегический объект европейской энергетики — Днестровская ГАЭС — в ожидании мощного инвестора, способного вложить 7,5 млрд. грн. в электростанцию, запустить которую планировали еще в 1996 году. Государство достроить не в состоянии.

На фасаде аванкамеры верхнего водохранилища мно­гострадального долгостроя красуется огромный плакат в духе советско-оптимистического героизма: «Задания по пуску первого агрегата выполним!», который виден даже, наверное, из космоса. Конечно, выполнить придется — иного пути нет: объект, что бы ни говорили «зеленые», не подлежит ни демонтажу, ни консервации. Вопрос — когда?

Это без преувеличения эпохальное событие должно было произойти в декабре этого года. К сожалению, не произойдет. То ли из-за нехватки денег, то ли из-за загруженности заказами из России, от которых сложно отказаться, харьковский «Турбоатом» не успел изготовить электротехническое оборудование, стоимость которого — свыше миллиарда гривен. К тому же, еще 693 млн. грн. нужно на строительно-монтажные работы.

Вряд ли кто-либо сможет дать гарантию, что Днестровская ГАЭС заработает в следующем году. Для ГАЭС это, однако, закономерно: здесь еще ни разу запланированное не удавалось выполнить в срок. Как правило, из-за нестабильного и недостаточного бюджетного финансирования. От чего почившая в Бозе советская плановая экономика, породившая в 1986 году на Днестре гидроаккумулирующую станцию, расписав по дням график строительства и строго его придерживаясь, точно переворачивается в гробу. К слову, в прошлом году Счетная палата, проанализировав состояние недостроенной ГАЭС, открытым текстом указала на отсутствие взвешенной государственной политики сдачи в эксплуатацию новых энергогенерирующих мощностей страны.

По предварительным расчетам, запускать должны не один, а сразу три гидроагрегата мощностью 324 МВт каждый, которые начали бы вырабатывать электроэнергию, зарабатывая таким образом на производство и монтаж еще четырех турбин. ГАЭС перешла бы на самофинансирование. Не судьба. Однако, вполне возможно, в скором времени будет покончено с вакханалией на этом едва ли не крупнейшем и самом продолжительном долгострое. Всем комплексом строительных, проектных работ, закупкой оборудования, безопасным состоянием объекта, эффективным использованием имущества и других активов будет заниматься инвестор, которого государство уже десять лет пытается заманить на Днестр особым механизмом тарифообразования на продажу пиковой мощности и электроэнергии ГАЭС, благодаря чему лет через десять инвестор мог бы вернуть вложенные средства.

Кстати, инвестор уже был. В 2000 году государство отдало свой пакет акций — 87,4% — в управление одной канадской фирме, специализирующейся на подобных энергетических объектах. Но через два года Фонд госимущества Укра­и­ны расторгнул соглашение из-за невыполнения иностранцами взятых на себя обязательств. Потом обратились во Всемирный банк с предложением поддержать проект, из-за чего пришлось менять заказчика. Руководить строительством взялся известный в стране энергетик, председатель ГК «Укргидро­энерго» Се­мен Поташник. По причине чего возник скандал между Киевом и Черновцами, которые упорно не хотели забирать станцию у ОАО «Днестровская ГАЭС». Впрочем, забрали, но лучше не стало. Банк кредит так и не предоставил. Даже под авторитетное имя Семена Израилевича. Кстати, в июне Кабмин снова передал долгострой в подчине­ние ОАО «Днестровская ГАЕС». В данное время решили продать акции этого общества.

— Контрольный пакет акций государство оставит за собой, — подчеркнул министр топлива и энергетики Юрий Бойко, недавно посетивший долгострой. Правда, сразу признал, что существуют некоторые корпоративные проблемы. Это весьма настораживает с учетом недавних заявлений в секретариате прези­дента заместителя секретаря СНБО Юрия Продана. Что такое государственная доля акций и как с ней бороться, похоже, знают не только какие-то там бессовестные рейдеры. Господин Продан отметил, что Кабмин и ФГИ Украины своими последними решениями по распоряжению государственным имуществом стратегического значения нарушили основы государственной политики в сфере энергетической безопасности и создали непрозрачный механизм управления этим имуществом, по причине чего вполне может произойти его непрозрачное отчуждение. Пока речь идет об атомных станциях. Недале­ко и до гидроэлектростанций...

Если послушать Юрия Бойко, в Минтопэнерго наконец-то начали трезво мыслить по поводу схем финансирования строительства ГАЭС. Предыдущие забраковали, не сообщив, однако, о судьбе их авторов.

— Финансирование за счет целевой надбавки к тарифам на отпуск двумя генерирующими компаниями — «Днепргидроэнерго» и «Днестр­гидроэнерго» — себя не оправдало, — сказал министр. — Мы не можем переложить семь миллиардов на плечи наших потребителей. Поэтому будем привлекать на этот классический долгострой частный капитал и вскоре объявим конкурс на лучший инвестиционный проект. Днестровская ГАЭС имеет чрезвычайное значение для экономики страны, в частности, ее энергетического сектора. Кроме обеспечения безаварийной работы отечественной энергосистемы и ядерных электростанций, она, что очень важно, позволит значительно нарастить экспортные возможности отечественной энергетики. Сегодня мы экспортируем всего лишь 10% производимой электроэнергии.

Следовательно, будущий хозяин станции мощностью 2268 МВт (больше, чем все гидростанции Днепра, вместе взятые) вполне может претендовать на статус ключевой фигуры европейского энергорынка. Поговаривают, что за право прибрать к рукам ГАЭС (в которую государство вложило 1,5 млрд. грн.), а с ней — и рубильник Восточной Европы, состязаются, пока кулуарно, газовый король Дмитрий Фирташ и металлургический магнат Ринат Ахметов, а Юрий Бойко, впервые, между прочим, посетив ГАЭС, проводил для кого-то из них эдакую разведку боем. Что вполне вероятно, учитывая организацию и ход министерского блицвизита. Ма­ло того, что он был максимально засекречен — по словам исполняющего обязанности главы Черновицкой обл­госадминистрации Виктора Павлюка, местную власть проинформировали в последний момент, а та, в свою очередь, даже не соизволила сообщить СМИ, не то что пригласить на встречу с министром. Святая святых подобных визитов — рабочее совещание с руководителями проектных и строительных организаций, представителями местных властей — прошло как никогда тихо и вяло. Ю.Бойко отделался общими фразами типа: ГАЭС — жемчужина Европы, а потому призываем всех к сотрудничеству. Ни разбора полетов, ни обещаний довести дело до конца.

Присутствующий Семен Поташник, который полтора года назад клялся навести на строительстве порядок, вообще не проронил ни слова. (Все как один уважаемые руководители со стороны заказчика и подрядчика отказывались комментировать ситуацию вокруг ГАЭС, шепотом отмечая: это политика, очень высокая и непредсказуемая). Единственное критическое, но безадресное замечание прозвучало от директора «Укргидропроекта» господина Осадчука: «Бесконечные остановки негативно сказываются на состоянии объекта».

С приходом частного капитала выполнение графиков и планов, несомненно, улучшится: свои кровные миллионы — не бюджетные, каждая копейка не просто под внимательным контролем, она должна как можно скорее принести отдачу. Возможно, кто-то от этого потеряет. Не зря председатель Черновиц­кого облсовета Иван Шилепницкий однажды на пресс-конференции откровенно сказал: «На ГАЭС возникла ситуация, когда очень многие люди хорошо заработали на продолжительном долгострое».

Но по крайней мере МЧС и Новоднестровск вздохнут с облегчением. Первые уверяют, что встроенная в аргелитовую скалу станция в рабочем режиме менее опасна. В заброшенном состоянии она грозит техногенной катастрофой неслыханных масштабов: скала вместе с проржавевшим многотонным оборудованием могла сползти в Днестр, и несколько окружающих сел, в том числе на территории соседней Молдовы, смыло бы наводнением.

Что касается Новоднестровска — индустриального города-сателлита каскада из трех гидростанций, то он согласен на любую схему финансирования строительства ГАЭС. Хоть за счет Сильвио Берлускони. Поскольку городской бюджет на 80% зависит от того, как и какие деньги поступают на станцию. Сейчас Новоднестровск, по словам его мэра, в критическом состоянии. «Я вообще не знаю, как решать коммунальные проблемы, — сказал Игорь Рачинский. — Тепловые сети и водопроводы, 30 лет не знавшие ремонта, крайне изношены, а местами просто сгнили. Больница, школы, детские сады не отапливаются, крыши протекают».

Ю.Бойко пообещал на днях направить в Ново­днест­ровск и Сокирянский район первый транш на социально-культурные потребности. А еще — расторгнуть контракт с Молдовой, согласно которому молдавские партнеры получают украинскую электроэнергию по цене вдвое ниже, чем внутренний потребитель, то есть мы с вами, и вчетверо ниже, чем страны Европы. Такие смелые заявления министра стали возможны потому, что в ближайшее время будет завершено строительст­во высоковольтных линий, которые позволят полностью отказаться от подачи тока на юг Одесщины через молдавскую территорию. Украина от этого выиграет ежегодно 50 млн. долл. Сколько шаровых миллионов потеряет Молдова — не разглашается.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42, 9 ноября-15 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно