КОМУ СТАЛ НЕУГОДЕН ПЯТЫЙ ДИРЕКТОР?

1 декабря, 1995, 00:00 Распечатать

Когда заходит речь о Запорожской атомной электростанции, неизменно подчеркивается, что она с шестью ядерными энергоблоками-миллионниками является крупнейшей в Европе...

Когда заходит речь о Запорожской атомной электростанции, неизменно подчеркивается, что она с шестью ядерными энергоблоками-миллионниками является крупнейшей в Европе. И что на сооружении станции был успешно реализован метод поточного строительства, позволивший с периодичностью в один год ввести в строй действующих четыре энергоблока. А вот еще об одной, тоже, с позволения сказать, «поточной» особенности атомной упоминать как-то не принято. Поскольку вряд ли она может являться предметом гордости. Ведь и вправду трудно отнести в разряд заслуг то, что с начала строительства на АЭС через год-другой менялся директор. Два сданных в эксплуатацию блока - четыре новых руководителя, такая вот статистика.

Проще всего объяснить кадровую чехарду повышенной требовательностью, предъявляемой к людям, занимающим столь ответственный пост. Но что небезынтересно - мера этой самой требовательности была весьма своеобразной. Скажем, для одного причиной смещения с должности было действительно серьезное происшествие - пожар на первом блоке, другому стоило один раз неосторожно высказаться вразрез общепринятому официальному мнению по поводу чернобыльской катастрофы, и вопрос, что называется, был решен. Словом, как ни крути, но очередному директору неизбежно приходилось сталкиваться с проблемой: либо быть последовательным в отстаивании своего мнения, рискуя разделить судьбу предшественника, либо, как говорится, не высовываться. С позиций здравого смысла и самосохранения, второе, конечно же, намного предпочтительней - это элементарный номенклатурный закон. Но если в условиях какого-нибудь заштатного заводика, штампующего стратегические валенки, такому постулату суждено оправдывать свою истинность многие лета, то по отношению к атомному объекту его уместность весьма сомнительна. Поскольку на плечах первого руководителя, обязательно являющегося профессионалом, а не назначенным «универсалом»-пришельцем, висит столь серьезный груз ответственности, который попросту не позволяет подобострастно воспринимать любое указание сверху, ограничивая свой лексикон ласкающим начальственный слух «бу-сделано».

В свете подобных размышлений «руководящее долгожительство» Владимира Бронникова на Запорожской АЭС впору считать рекордом. Приняв станцию в 1986 году, он прошел крещение пуском третьего энергоблока, под его руководством строились и вводились в эксплуатацию четвертый и пятый блоки. Не говоря уже о последнем - шестом, пуск которого по всем канонам здравого смысла попросту не мог состояться ни в нынешнем, ни в последующие годы без бронниковской ершистости, настойчивости и упорства. Впрочем, разговор об этом - отдельная тема, время для которой, надеюсь, еще наступит. Сейчас же актуальней иное - решением коллегии Госкоматома Украины В.Бронников освобожден от должности генерального директора ПО «Запорожская АЭС».

Известие, что и говорить, неожиданное. Особенно если учесть, что пуск шестого энергоблока, с которым страна поздравляла запорожских атомщиков, состоялся всего месяц назад. Стоит полагать, что для смещения директора должны быть веские основания. Однако для признания таковыми официального обоснования коллегией своего решения нужно обладать поистине гипертрофированным чувством юмора. К примеру, генеральному директору вменяется в вину то, что коэффициент использования установленной мощности станции хуже по сравнению с другими АЭС, а то, что завершение строительства атомного энергоблока в условиях действовавшего моратория требовало громадных материальных и интеллектуальных затрат, в расчет не принимается.

Пикантность сложившейся конфликтной ситуации заключается еще и в том, что после развала Союза именно Бронников был одним из инициаторов создания ведомства, которое теперь вынесло вердикт о его несоответствии занимаемой должности. Задумывался Госкоматом как орган, координирующий деятельность всех атомных электростанций страны. Увы, не сбылось. Новое ведомство настойчиво самоутверждалось в качестве командной структуры. К примеру, вопрос самофинансирования комитет решал методом «выколачивания» средств с подведомственных предприятий, воспринимая в качестве недостойных внимания предложения зарабатывать себе на жизнь за счет решения проблемы задолженности за поставленную АЭС электроэнергию. Координация деятельности в атомной отрасли тоже приобрела весьма своеобразный вид. Скажем, одной и той же проблемой - захоронением поглощающих стержней системы управления защиты реактора - параллельно занимаются две станции, исправно отстегивающие немалые средства двум разным НИИ. Разногласия текущего плана дополнялись и полярностью взглядов на перспективы развития атомной электроэнергетики страны в целом. С позиций Госкоматома основные средства сейчас необходимо вкладывать в создание собственного ядерного топливного цикла, разумеется, за счет недостроенных энергоблоков. По мнению Бронникова, это пока далеко не первоочередная задача. Ведь те же французы, немцы или бельгийцы не делают никакой трагедии из того, что уран им приходится покупать и обогащать за рубежом, довольствуясь лишь сборкой топливных контейнеров.

Впрочем, надо отдать должное - попыток, что называется, подорвать систему изнутри Бронников не предпринимал. Приказы, как положено, выполнял, правда, при этом не открещивался от своего мнения - убеждал, доказывал... За что, выходит, и поплатился?

Конечно, происшедшее можно было бы сместить в плоскость конфликта на уровне начальник - подчиненный. Однако это объясняло бы суть далеко не в полной мере.

В одном из недавних интервью Владимир Константинович признался: «Мы испытываем жесточайшее давление со стороны коммерческих структур, домогающихся того, чтобы мы пустили в реализацию всю электроэнергию обезличенно, через них. Они сообразили, что на устойчивости атомных станций можно поживиться. И сейчас нам тяжело. Идут прямые угрозы, попытки достичь желаемого, как говорится, не мытьем, так катаньем».

Бронникову предлагали возглавить Госкоматом. Он сослался на то, что задуманная программа развития как станции, так и региона еще во многом не доведена до конца. Второй вариант - уйти «по состоянию здоровья», с тем чтобы получить более спокойную должность. Отказался. После этого состоялось заседание коллегии Госкоматома...

Его не преминули попрекнуть за весьма критическое отношение к реформам, которым подвержена энергетика страны. К той самой реструктуризации, которая, как уже стало очевидно, не может обеспечить качественных изменений к лучшему. Хотя бы потому, что даже в странах, испытывающих избыток электроэнергии, подобную схему внедрять не решаются. Отстаиваемая же Бронниковым идея создания в стране платежеспособного потребителя, увы, не получает поддержки. Причину остается видеть лишь в том, что ее воплощение в жизнь сделает ненужным бессмысленное нагромождение надстроек, обеспечивающих себя не производством, а наличием права распределять. И покушающийся на это право, по их мнению, виноват намного больше, нежели плохонький, но безропотный исполнитель.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №20, 26 мая-1 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно