КОМУ — КОРОВА, А КОМУ — ПРИВЯЗЬ

16 февраля, 2001, 00:00 Распечатать Выпуск №7, 16 февраля-23 февраля

Имущество — не вино: с годами лучше не становится. Поэтому указ Президента «О мерах по обеспечению...

Имущество — не вино: с годами лучше не становится. Поэтому указ Президента «О мерах по обеспечению защиты имущественных прав крестьян в процессе реформирования аграрного сектора экономики» от 29 января 2001 года вышел, следуя сельскохозяйственной лексике, «у свинячий голос». Собственно, паевать уже нечего...

 

В отраслевом министерстве хроническая бессонница: в течение месяца следует разработать, согласовать с Минюстом около 30 директивных, нормативных и методических документов по урегулированию имущественных отношений. Хочу посоветовать творцам-«совам»: не тратьте здоровье и силы, сдуйте пыль с архивных папок — ваши предшественники этим уже занимались в 1990—1991 годах. Мудро сказано: писали греки, а мы лишь переписываем. Так вот, тогдашние госагропромовские клерки, без скепсиса, выплодили довольно обоснованные рекомендации по паеванию имущественного фонда бывших колхозов среди совладельцев, то есть крестьян. Но чтобы разработки имели юридическую силу, Кабмин должен был подкрепить-продублировать их своими постановлениями. Правительственные же чиновники расценили пакет документов как затею подготовительной группы детского сада, и труд аграрных спецов остался любительским. Хотя некоторые руководители-смельчаки, без государственного разрешения на приватизацию имущества в колхозах, рискнули взять на себя ответственность за несанкционированные преобразования, которые со временем были официально признаны Законом Украины «О коллективном сельскохозяйственном предприятии».

Реформы в АПК, какими бы шагами они ни измерялись, не раз заставляли возвращаться к имущественному вопросу. 17 мая 1993 года — декрет Кабмина за подписью премьер-министра Леонида Кучмы и министра Кабинета министров Валерия Пустовойтенко «Об особенностях приватизации имущества в агропромышленном комплексе», 19 января 1994-го — одноименное постановление Кабмина, ровно через год — указ Президента Леонида Кучмы «Об ускорении приватизации имущества в агропромышленном комплексе». Но при отсутствии единой методики паевания имущества к проведению реструктуризации КСП крестьяне подошли с голыми руками. В декабрьском 1999 года указе Леонид Кучма снова пунктирно обозначил проблему урегулирования имущественных отношений на селе. Прошел год...

Думаю, одним из убаюкивающе успокоительных аргументов к неприменению своевременных кардинальных мер по этому вопросу стала парадная статотчетность. Еще в прошлом году оперативные данные Министерства аграрной политики выглядели словно на картинке: почти в 95% КСП провели паевание имущества и в каждом определили его размер. И лишь проверки показали, что отчеты — формальные, а точнее — лживые. На самом деле из общей стоимости основных фондов бывших КСП, составляющей 70 млрд. грн., в аренду передано имущества на сумму только 16,5 млрд. (23%). Если в прошлом году за земельные паи крестьяне получили почти 1 млрд. 700 млн. грн., то за имущественные — «слезы»: только 37,1 млн.

Второй тормоз имущественного «распаевания» КСП — налоговый залог, в котором находилась львиная доля имущества. В 2000 году было списано и реструктуризировано долгов АП на сумму около 10 млрд. грн. Благодаря этому сегодня не только сельское хозяйство, а и перерабатывающая и сервисная сферы АП имеют перед государством чистый долговой лист. Последние аграрные законы урегулировали долговые обязательства. Имущество высвобождается из налоговой «тюрьмы», и его можно распаевать. Не правопреемнику, а непосредственным собственникам — крестьянам. Но остаются долги коммерческим структурам. Может ли часть имущества пойти на их покрытие? Да, и если по первому удару колокола коммерсанты выстроятся у касс агроформирований, тем ничего не останется, как пойти по миру с сумой.

От такой «лучезарной» нужды оберегает меморандум о реструктуризации просроченных долгов (7 млрд. грн.), одобренный в апреле 2000 года правительством и представителями отечественного и зарубежного аграрного бизнеса, на долю которого приходится две трети поставок горючего, минеральных удобрений, пестицидов, семян, техники и запчастей. Логическим продолжением договоренностей стало создание Агентства по обслуживанию долговых обязательств аграрного сектора экономики Украины, на которое возлагается внедрение механизма функционирования рынка долгов. В составе агентства будут действовать гарантийный фонд, страховая компания, аудиторская фирма, торговец ценными бумагами, фирмы по оценке имущества.

Лояльность или, скорее, терпимость со стороны больших бизнесовых структур наблюдается и в нынешнем году, поскольку большинство из них пришли на украинские агропросторы всерьез и надолго. Их уверенность в возвращении долгов подтверждается банковской деятельностью предприятий АП, которые в 2000 году получили 818 млн. грн. льготных кредитов. Уровень их возврата — 92%. И этот показатель — гарант того, что банки и в дальнейшем будут инвестировать сельское хозяйство. По словам министра агрополитики Ивана Кириленко, в нынешнем году планируется привлечь около 3 млрд. грн. льготных кредитов. Будем надеяться, что коммерческие структуры не набросятся коршуном на искромсанное имущество бывших КСП, оставив крохи теперь уже законным их владельцам — крестьянам. Но и здесь нельзя уберечься от «агрессивного» раздела-паевания, при котором на одну корову будет десять претендентов. И каждый попытается что-то оторвать: кто — вымя, кто — рога, а кто — привязь.

Третьим фактором, тормозящим паевание имущества, стало смещение акцентов: прежде всего — паевание земли, поскольку здесь может возникать немало злоупотреблений и предубежденности, имущество же оставили на десерт, хотя следовало бы наоборот. Земля никуда не денется, а имущество имеет свойство изнашиваться, мигрировать и даже... бесследно исчезать. Вопиющие сигналы с мест о злоупотреблениях, а то и об игнорировании выплат имущественных дивидендов побудили Президента издать вдогонку «имущественный» указ.

В нем четко определены три вехи, три единицы. В течение месяца, до 1 марта, утвердить порядок определения размера имущественного пая и форму свидетельства — имущественный сертификат; один год — на выдачу документального свидетельства; 1% стоимости имущественного пая — минимальный размер арендной платы. По словам заместителя главы администрации Президента Павла Гайдуцкого, реализация этого указа будет означать практическое завершение нормативно-правового урегулирования отношений собственности и хозяйствования на земле. Но до этого еще нужно дожить.

Сегодня агроформирования можно разделить на четыре группы. В первой имущество распаевано, определена его оценочная стоимость, заключен договор аренды с его владельцами. К таким хозяйствам, как говорится, нет вопросов, но их, идеальных, не наберется и половины. Во второй лиге хозяйств картина несколько хуже: имущество распаевали, но не определили его стоимость, не выплатили арендную плату. Третьи же вообще ничего не сделали на этом поприще — нулевой вариант. А вот в четвертой категории хозяйств придется поработать не только организационным комиссиям, но и правоохранительным органам: здесь имущество растащили, скот вырезали...

Некоторые руководители считали себя всесильными хозяевами: все вокруг колхозное, все вокруг мое... И пренебрегали интересами настоящих собственников. Хотя, по рыночным законам, должны были помнить, что они — не председатели колхозов, а руководители коммерческих структур, которые должны взять в аренду и землю, и имущество. Конечно, нужно как следует разобраться и с хозяйством, и с руководителем. Что «вдохновляло» его? Стремление к наживе (отсюда и очевидное преступление) или производственная необходимость «реализовать» это имущество? Ведь 818 млн. грн. льготных кредитов не спасли сельскохозяйственный комплекс, цена которого 10 млрд., тем более в разгар весенне-полевых работ. Нужно было покупать горючее, семена, корма, а средств — нет. Поэтому и вырезали молочное стадо (по данным — 700 тыс. голов), разбирали по кирпичику фермы, снимали с кровель шифер в счет оплаты труда крестьянам...

И даже то, что осталось, грех назвать имуществом, скорее — старье, которому и в самом деле сноса нет. Согласно указу, крестьяне могут самостоятельно распоряжаться частью тех остатков, передавать их в аренду и получать за «прокат» определенную плату, продавать. Громкие слова! Что же касается продажи... Такую «вольницу» крестьяне уже познали с собственной землей. Вроде бы и продать можно, если действовать по закону, но последующий более свежий закон запрещает эти операции. Не надолго — на три–десять лет. Пока, как говорят агрочиновники, у крестьянина не завяжется сало настоящего собственника.

Учитывая наработанную базу, одного месяца для подготовки нормативных актов, направленных на реализацию указа от 29 января 2001 года, хватит. А вот года, в течение которого следует выдать имущественные сертификаты, маловато будет. Вспомните процесс выдачи государственных актов на владение землей, тормозившийся ввиду отсутствия финансов. Стоимость оформления каждого документа — 85 грн. В целом набегает немаленькая сумма — 120—150 млн. долларов. Правительство надеется получить их от Всемирного банка в виде гранта или долгосрочного кредита. Пока что Украина своими силами старается решить эту проблему за счет 25 миллионов бюджетных гривен, частично переложив хлопоты на местные бюджеты. Не исключают участия в этом деле и собственно арендаторов, которые принудительно-добровольно согласятся переложить на собственные плечи финансовые проблемы по оформлению госактов на землю. И даже несмотря на такие проблемы вице-премьер Михаил Гладий не теряет оптимизма и уверяет, что к апрелю 20% владельцев паев (1,2 млн. чел.) получат долгожданные госакты. Если имущественный акт по нормативно-юридическому весу будет таким же ценным, то процедура печатания, регистрации и выдачи не ограничится 365 днями.

И совсем сказочно-смешным кажется имущественный дивиденд — один процент стоимости имущества. Если земельные паи равны, независимо от стажа работы, размера заработной платы, денежных вознаграждений, то имущественные таковы не будут. За основу буду брать стаж работы: чем он больше, тем выше начисления. Если так, то самыми крупными владельцами имущества могли бы стать те, кто давно покоится на кладбище. Живые же пенсионеры-крестьяне (а таких пайщиков — половина) из одного процента имущественного дивиденда не отложат себе даже на похороны — таким небольшим он окажется.

Прибегнем к арифметике. Согласно денежной оценке земли, гектар сельхозугодий оценивается в 7 тыс. 773 грн., средний размер земельного пая составляет 4,3 гектара, а его стоимость — около 30 тыс. грн. Эксплуатируя земельный надел, арендатор должен уплатить вам 300 грн. за год (не менее 1% стоимости земли). И то же однопроцентное вознаграждение за имущественный пай будет составлять в среднем 100 грн., что отнюдь не усиливает мотивацию арендодателя. Намного выгоднее получать не паи, а, договорившись, сдать допотопный трактор на металлолом: выручка будет большей.

Специалисты считают, что размер арендной платы за персонифицированное имущество должен составлять как минимум 5—10%. Но снашивается оно быстро. К примеру, машинно-тракторный парк через 5—10 лет можно выставлять в Политехническом музее. Будут платить мне эти 5—10 лет имущественные дивиденды, а после списания трактора — что? За счет чего воспроизводить имущество? Следовательно, первая составная часть арендной платы должна аккумулироваться в специальном фонде воспроизводства арендованных основных средств. За эти деньги и будут покупать новые средства вместо выбывших, будут реконструировать и восстанавливать основные средства.

Проблемы при имущественном распаевании создает и социальная сфера. В соответствии с ранее принятыми документами, сельская инфраструктура передается на баланс органов местного самоуправления. Но эстафетная палочка выпадает из рук уже со дня выхода постановления Кабмина от 5 сентября 1996 года «О поэтапной передаче в коммунальную собственность объектов социальной сферы, жилого фонда сельскохозяйственных, перерабатывающих и обслуживающих предприятий, учреждений и организаций агропромышленного комплекса, основанных на коллективной и иных формах негосударственной собственности». И совсем свежий указ Президента, датированный 21 декабря 2000 года — «Об основных принципах развития социальной сферы села». Сейчас на балансе сельсоветов находится только 40% объектов соцкультбыта. Большего показателя не достигли, поскольку не хватает средств. Бюджет нынешнего года предусматривает ассигнования плюс почти 240 млн., которые поступят от отмены моратория на фиксированный сельскохозяйственный налог. Если ранее сельхозпредприятия платили только 70% налогов, то отныне все 100, из которых 30% остаются в сельсоветах. На содержание социальной сферы нужно ежегодно 300—350 млн. грн. Итак, если в совокупности денег хватит. Но некоторые хозяйства, удерживающие на собственных плечах детсады, школы, дома престарелых, фельдшерско-акушерские пункты, хотят и в дальнейшем субсидировать эти «точки». Комиссии и совладельцы имущественных паев должны решить: оставить это имущество неделимым фондом, не подлежащим паеванию, или расчленить?

— Указ от 29 января дает нам год на урегулирование имущественных отношений, — отметил министр агрополитики Иван Кириленко. — Но львиную долю работы необходимо сделать за зимний период, чтобы не начать весну со споров.

По-моему, именно накануне весны имущественная лихорадка проснется от анабиоза, зашевелится, забьет ключом. Где — за корову, а где — за привязь. Вот я и подумываю: чем же накормит пай — хлебом или лебедой?

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно