КОМБИНАТ «АЗОВСТАЛЬ»: ПРИВАТИЗАЦИЯ — ВЕЩЬ НУЖНАЯ, НО ТРУДНАЯ

11 октября, 1996, 00:00 Распечатать Выпуск №41, 11 октября-18 октября

Минувший год для мариупольского комбината «Азовсталь» был, пожалуй, самым сложным за все пять лет работы на экономику независимой Украины...

Минувший год для мариупольского комбината «Азовсталь» был, пожалуй, самым сложным за все пять лет работы на экономику независимой Украины. Затянувшаяся приватизация, постановление Кабинета министров об объединении двух мариупольских металлургических комбинатов, назначение Фондом государственного имущества главы правления АО при наличии живого директора, которого поддерживал трудовой коллектив, и наконец подписание фондом 18 сентября 1996 года учредительного договора, устава и издание приказа о создании открытого акционерного общества «Металлургический комбинат «Азовсталь» - все это легло на плечи генерального директора предприятия Александра Булянды...

- Александр Алексеевич, предполагали ли вы пять лет назад, что надо будет пройти столь долгий путь, отстаивая право «Азовстали» на самостоятельное развитие?

- В 1991 году перед руководством «Азовстали» стоял совсем другой вопрос - как в максимально короткий срок провести техническое перевооружение комбината. К тому моменту мы имели все 14 международных сертификатов качества, которые позволяли устойчиво держаться на мировом рынке и соперничать с конкурентами. На их получение ушло 10 лет. Это была очень кропотливая работа, которая в свою очередь требовала больших затрат на совершенствование технологий. А они на «Азовстали» были устаревшими.

Чтобы изменить ситуацию, нужно было вкладывать большие деньги. Руководство комбината относительно этого определилось сразу, еще когда мы переходили на аренду. Я всегда ставил вопрос: «Куда мы будем вкладывать деньги, заработанные от валютных поступлений? Проедим их, как многие предприятия и шахты Донбасса, или вложим в техническое перевооружение комбината? Будем совершенствовать технологии, сертифицировать продукцию, завоевывать свое место на мировом рынке». Вопрос этот был поставлен на голосование, и только два человека из 400 присутствовавших высказались «против» технической реконструкции...

- Но если оценивать ситуацию объективно, то комбинат «Азовсталь» в то время находился в более выгодном положении, чем остальные металлургические предприятия Украины...

- Да, это правда.

Износ основных фондов по сравнению с другими предприятиями был ниже. У нас был новый толстолистовой цех, построен стан-3600 и кислородно-конверторный цех. Новая часть завода продолжала совершенствоваться: провели большую работу на машинах непрерывного литья заготовок в конверторном цехе, закончили четвертую очередь стана-3600, что позволило увеличить его мощность до 2,2 млн. тонн в год и т.д. Но в старой части завода находились рельсобалочный, крупносортный, мартеновский и доменный цеха. Именно ей и было решено уделить больше внимания.

Встал вопрос: нужен ли нам крупносортный прокатный цех, где основной вид продукции - шахтная стойка для угольных предприятий Донбасса. Раньше мы производили для угольщиков 510 тысяч тонн в год, а сегодня они не потребляют и 100 тысяч. Аналогичную продукцию производит и Алчевский меткомбинат, и можно было бы отдать туда свои заказы, а цех у себя законсервировать. Но от такого решения пришлось отказаться, потому что отчетливо понимаем, что производство, которое закроется сейчас, вряд ли откроется вновь. Или возьмем рельсобалочный цех. «Азовсталь» - монополист по производству рельсов, но на сегодняшний день цех работает в две смены, потому что нет заказов. Это продолжаться вечно не будет, так как железные дороги - были, есть и будут и рельсы будут нужны всегда. Практически по всей европейской части бывшего Союза лежат рельсы комбината «Азовсталь». Цех нужно было реанимировать только потому, что датой его рождения значится 1932 год.

Стратегически оценив ситуацию, решили вложить деньги именно в него. Подписали контракты, которые уже реализованы больше чем наполовину. Общая стоимость реконструкции - 100 млн. долл. Причем, ведь не было никакой помощи от государства, никаких иностранных инвестиций в силу того, что наше предприятие - арендное. Я встречался с представителями Европейского банка реконструкции и развития, которые приезжали на комбинат в начале 1995 года и оставили послание, в котором указывалось, в каком случае мы получим их деньги - только при изменении формы собственности. Так как в тот момент это было нереально, и реконструкцию рельсобалочного цеха начали сами. Новое оборудование поставляют Германия и Чехия. Необходимо установить 6 300 тонн нового оборудования, и первый этап - установка 900 тонн - уже выполнен, сейчас готовимся ко второму.

Не так давно представители австрийской фирмы «Voest Alрine Industrieanlagenbau GmbН» передали нам концепцию реконструкции сталеплавильного и прокатного комплексов комбината. Стоимость только ее разработки - 720 тыс. долл. Реконструкция рельсобалочного прокатного стана позволит «Азовстали» производить 49-75-килограммовый рельс для магистральных железных дорог длиной до 100 м и обеспечит производство проката крупных профилей, в соответствии с требованиями современных международных стандартов. В результате модернизации существующего конверторного цеха производственные мощности сталеплавильного комплекса могут быть увеличены до 6 млн. тонн заготовок в год (в настоящее время плановая мощность комплекса составляет 3 млн. тонн). Наметили большую программу реконструкции энергетического хозяйства. Если мы этот вопрос решим, то получим быструю отдачу (в части снижения энергозатрат, снижения аварийности и более устойчивой работы предприятия).

Уже подписан контракт с австрийской фирмой «ЛАГ-Инвест» о ежегодном выделении кредитов. Кредит выделяется под гарантии австрийского правительства - 150 млн. долл. в год в течение 10 лет с тем, чтобы реализовать программу, разработанную «Voest Alрine Industrieanlagenbau GmbН».

- Судя по количеству иностранных делегаций, продукция «Азовстали» пользуется спросом на мировом рынке?

- Пользуется, но для нас самым перспективным является рынок Украины и СНГ. Рынок зарубежья - убыточный. Он был хорош до третьего квартала 1995 года, но сегодня плох ввиду перенасыщенности металлом. Бразилия, Китай, Австралия - крупные производители, и отстаивать свое «место под солнцем» нам становится все сложнее. Повышаются требования к качеству металла. И наши конкуренты от этого ничуть не страдают, поскольку каждые 15 лет меняют свои основные фонды. Мы же этого себе позволить не можем. Хотя 14 международных сертификатов свидетельствуют о том, что инженерная мысль наших ученых работает в правильном направлении.

На днях получили сертификат ISO-9001, который сертифицирует по качеству комбинат «Азовсталь» как одно из лучших предприятий. ISO-9001 в Украине больше не имеет никто. Так же, как сертификат американского института нефти. Благодаря этому на американском рынке торговая марка «Азовстали» оценивается на 60-70 долл. выше, чем толстый лист с других предприятий Украины.

Но здесь тоже есть вопросы. Если украинские предприятия будут продавать металл по демпинговым ценам, то антидемпинговое разбирательство неизбежно, и тогда Украина может понести большие убытки. А вернуться на утраченный рынок будет очень сложно. В торговле за рубежом нам помогает большая дилерская сеть. У нас есть представительства в Лондоне, Кельне, Риме, Стокгольме, Бухаресте, дочерняя компания в Гонконге, два представительства в России, в Прибалтике. За год мы продаем продукции на 400 млн. долл.

- Но если, по вашим словам, работа на экспорт приносит одни убытки, зачем тогда работать в этом направлении?

- Потому что надо платить людям зарплату. В Украине свирепствует сплошной бартер. Единственным источником поступления «живых» денег является валюта. Заработали, продали, получили гривни, выплатили зарплату. Себе в убыток.

- А рынок ближайшего соседа - России - не привлекает?

- Рынок России - очень интересный. Но головной боли прибавил 20-процентный НДС на украинские товары. Мы за рынок России боролись-боролись, и тут вдруг такой «сюрприз»... Несомненно, этот вопрос надо решать. К началу 1995 года на рынок России отправляли 3,3% продукции комбината «Азовсталь», к концу 1995-го - 10%, а сегодня опять скатились до 3%...

- Существует мнение, что в свое время «Азовстали» просто повезло: деньги вложили именно сюда, а не в другое предприятие...

- Это совершенно неправильное мнение. Необходимость строительства конверторного цеха и толстолистового стана-3600 диктовалась нуждами обороны. Этот стан добросовестно выполнял свою работу. Сегодня в результате конверсии то, что было построено, - бездействует. Но нам приходится все содержать в рабочем состоянии. Держим людей в цехах, которые не производят продукцию, потому что если они уйдут, воспитать новых будет очень сложно. Хорошо, появился заказ на 300 танков для Пакистана. Без брони, которую производит «Азовсталь», выполнить этот контракт Украине невозможно. Он дает работу «Азовмашу», нам, заводу имени Малышева. Но опять-таки, это временная работа...

По нашим оценкам, скрытая безработица на «Азовстали» составляет 6 тыс. человек из 25 тыс. работающих. Чтобы с ней бороться, создаем новые рабочие места. Построили за собственные средства цех по производству мебели стоимостью 17 млн. долл. Он сегодня по технологическому оборудованию считается одним из лучших в Европе и окупил себя за 9 месяцев. Выпускаем мебель очень высокого качества - кухонную, корпусную, мягкую. Но и здесь есть проблемы. После индексации этот цех начал стоить не 17, а 35 млн. долл. Полгода мы потратили только на то, чтобы убедить чиновников, что он стоит столько, сколько стоит, а не столько, сколько считали они.

- «Азовсталь» существовала как арендное предприятие и решила стать на путь акционирования...

- За договор об аренде нам тоже пришлось повоевать. Когда первый раз поставили вопрос об аренде, то кроме Владимира Прядко, возглавлявшего в то время Фонд государственного имущества, нашу идею больше никто не поддержал. Никто из чиновников не верил, что такое крупное предприятие, как «Азовсталь», можно отдать в аренду. Но аренда себя полностью оправдала, и мы ее рассматривали как плавный переход к акционированию.

- О том, как приватизировался комбинат «Азовсталь», наши потомки наверняка будут сочинять легенды. Вас не хотели выпускать из-под контроля потому, что «Азовсталь» представляла собой лакомый кусочек для государства или для чиновников?

- Для государства, а чиновники - составляющая часть государства. Все убыточные металлургические заводы чиновники с удовольствием отпустили из-под своего контроля. Но когда разговор заходил об «Азовстали», дающей 10% всей валютной выручки Украины, настроение их менялось.

Когда первый раз была сделана оценка стоимости целостного имущественного комплекса комбината, то наша доля составляла 78%. И никаких вопросов к нам по этому поводу быть не может. Все было сделано в соответствии с той методикой, которая была разработана в Фонде государственного имущества Украины. Нас попросили «подождать» до введения новой методики. По ней мы наработали на 57%. По собственной инициативе снизили до 52%, но быстро поняли, что если у нас будет в собственности больше 51%, «Азовсталь» никогда не будет приватизирована. Нам четко давали понять, что если будет 35%, то вопрос приватизации может быть будет рассмотрен. После всех «приключений» с государством вышли на 37,96%. Мы согласились на эту цифру. В конце концов есть ведь еще 5%, которые получаем от льготной продажи для инженерно-технических работников. Но я хочу, чтобы все поняли: руководство «Азовстали» не преследовало цели стать просто АО. Нам нужно было стать собственниками, чтобы на комбинат пошли инвестиции.

А как работают государственные чиновники, можно проследить на примере Министерства промышленности, которое по идее должно быть «дирижером» в части технического перевооружения. Вот как оно «дирижирует»: на Мариупольском комбинате имени Ильича построили цех по производству бытовых труб стоимостью 50 млн. долл., а Украина задыхается от того, что эти трубы некуда деть. Стан на Макеевском металлургическом заводе был построен неудачно как с технической точки зрения, так и с точки зрения сбыта продукции: катанная проволока диаметром 6,5 миллиметра никому не нужна. На Донецком металлургическом заводе организовали производство пружин. Стоимость - те же 50 млн. долл. 40 млн. уже вложили, а оставшиеся 10 млн. найти не могут. Но даже если их найдут, то сбыта нет! Разве это не близорукая политика? Этим процессом надо же управлять! Перепрофилировать такие уникальные производства уже не представляется возможным.

Или другой пример. Европа установила квоту на поставку металла из Украины в размере 36 тыс. тонн. Минпром взялся за распределение этой квоты между металлургическими предприятиями. Ввиду нашей высококачественной продукции «Азовстали» было выделено 50% квоты. Но Европа практически покупает только металл нашего комбината. Все остальные ни одной тонны не отгрузили. Уже в сентябре оставшиеся 50% отдали нам, и мы должны с таким объемом справиться. Если не справимся, то на следующий год квота для Украины будет установлена на уровне фактической поставки. В 1995 году Минпром не использовал квоту в размере 10 тыс. тонн, в 1996 году могли провалить порядка 18 тыс. тонн.

- Но после постановления об объединении «Азовстали» и комбината имени Ильича инвестиции становились, мягко говоря, не совсем реальными...

- Да, после «озвучивания» инициативы бывшего донецкого губернатора Владимира Щербаня приватизация «Азовстали» была отброшена на полгода назад. Плюс к этому надо добавить убытки от этого решения. Всполошился рынок металлов в Европе, США. Как только прошел слух об объединении, наши цены упали на 20 долл. Особенно больно это ударило «Азовсталь» в Соединенных Штатах (на мировой рынок комбинат поставляет 560 тыс. тонн толстого листа, из них 43% в США).

- И все-таки, насколько экономически обоснованным было решение об объединении?

- Если подходить к этому вопросу грамотно, то нужно было на обсуждение всех заинтересованных сторон представить технико-экономическое обоснование подобного шага. Этого сделано не было! Если бы объединение произошло, система управления «притиралась» бы не менее полутора лет. Да за это время все бы развалилось! Вся «Азовсталь» восстала против этого объединения. Мы показали людям, какими будут негативные последствия этого непродуманного решения. Дважды собиралось собрание уполномоченных арендаторов, на котором единодушно было сказано «нет» объединению. Я разговоривал с Президентом и прямо сказал, что Украина может потерять два завода, которые еще работают и приносят прибыль, не приобретя ничего взамен...

- И все-таки, на ваш взгляд, что было главной «движущей силой» объединения?

- Возможность взять завод под контроль, так как я не пускал на него коммерческие структуры. Убрать меня было довольно сложно, так как наши показатели - одни из лучших в Украине. А вопрос моей отставки обсуждали с Президентом Украины и мэр Мариуполя Михаил Поживанов, и губернатор Донецкой области Владимир Щербань.

- А какой смысл был господину Поживанову добиваться вашего отстранения от руководства комбинатом?

- Видимо, в свое время он хотел стать директором «Азовстали»... Идея объединения двух комбинатов родилась у него давно. Он эту мысль высказывал на сессии Верховной Рады, когда отчитывался Минпром. И до начала этого лета у нас были довольно натянутые отношения. Но после памятного июньского выступления в прессе у нас состоялась встреча с Михаилом Александровичем и мы обсудили все спорные моменты. Он написал письмо Президенту, в котором обосновал ошибочность решения об объединении. Президент разобрался в вопросе и принял правильное решение - объединение приостановить. В этом вопросе нас поддерживает и новый губернатор Сергей Поляков.

- А «старый» губернатор?

- Он хотел взять «Азовсталь» под свой контроль и диктовать нам свои условия. А я всегда был против того, чтобы кто-либо вмешивался в мои действия. «Азовсталь» электроэнергию покупала у «Стройиндустрии» и на этом в 1995 году сэкономила 3,5 млн. долл. А если бы покупали у «Укрподшипника», который возглавлял в свое время зампред Владимира Щербаня г-н Клюев, то этих денег мы бы недосчитались.

- Во всей истории с объединением время от времени появлялась «тень» Харцызского трубного завода...

- Когда Владимир Щербань писал свое обращение, я думаю, что в его планах было пропустить через Харцызский трубный завод металл «Азовстали». Тонна металла стоит 500-550 долл. в зависимости от марки. Металл нужного качества может сделать только «Азовсталь». В России ни один завод его не выпускает, а потребность в трубах все возрастает. Труба же продается за 1 050 долл. Думаю, что считать умеют все... А Харцызский завод имеет всего 12% акций, у кого еще 88% - не знает никто.

- Но все вопросы объединения можно было бы решить «мирным путем», если бы вы не отсутствовали во время визита Л.Кучмы в Мариуполь?

- Из разных источников людям, которым я доверяю, поступила информация, что на меня готовится заказное убийство. Уже был нанят киллер из Ростова и выплачена половина суммы. Я обратился в СБУ, и там посоветовали мне уехать за пределы Украины...

- А в это время Фондом государственного имущества был назначен новый директор...

- Это распоряжение фонда было сделано с нарушением законодательства. «Новым» директором стал главный инженер Валерий Сахно, который был за объединение двух комбинатов. Когда Сахно назначили председателем правления, Фонду государственного имущества не нужно было собрание уполномоченных арендаторов, которое могло бы предложить фонду иную кандидатуру. У меня же, когда я стал председателем АО, требовали выписку собрания...

А с Валерием Сахно нам теперь не по пути. Я его предупредил, чтобы в течение двух месяцев он нашел себе новую работу, желательно за пределами комбината.

Все для меня закончилось вроде бы хорошо, но в душе неприятно. Самое обидное, что у нас в стране с людьми не считаются. По вопросу объединения никто из облгосадминистрации со мной не беседовал. Из Минпрома - никто! Из Фонда государственного имущества - никто! Из Кабинета министров - никто! Из президентской команды - никто! Даже на заседание Кабинета министров по вопросу объединения двух комбинатов не пригласили, хотя я был на месте. Иностранцы, которые смотрят на это со стороны, только руками разводят. Они этого не понимают. Слава Богу, что все это позади. Все уставные документы были подготовлены, и с 1 октября АО «Металлургический комбинат «Азовсталь» зарегистрировано в Мариупольском городском Совете, облстатуправлении. Осталось только утвердить план приватизации в Кабинете министров

- А вы верите в то, что те, кто потерял столь лакомый валютный кусок, не будут предпринимать попытки реванша? Например, путем скупки тех же акций?..

- Мы хотим на собрании акционеров поставить вопрос о том, что два года наши рабочие акций видеть не будут. Они будут лежать в кассе завода и работать на благо завода. Руководство комбината отчетливо сознает, что опасность скупки акций очень велика.

- Но неужели у вас не было разговора с директором комбината имени Ильича Владимиром Семеновичем Бойко о том, как можно вместе выживать в это непростое время?

- Были такие разговоры. Мы считали, что два наши предприятия должны работать по принципу взаимного проникновения акций, т.е. должен быть взаимный интерес хорошо работать. Такую работу можно было построить на основе кооперации, но никак не объединения. Мы думали, что обменяемся с комбинатом имени Ильича пакетами акций - 25% наших им и наоборот. Тогда надо было бы садиться вместе за стол переговоров, договариваться и выполнять принятые совместно решения.

- А что, сейчас это уже невозможно?

- Возможно. Мне звонил Владимир Семенович и говорил, что надо встретиться и все лично обсудить. Возможно, решая свои вопросы, нас хотели поссорить.

- Приватизацию «Азовсталь», будем считать, пережила. Что дальше?

- Сделаем все, чтобы производить высококачественные легированные марки стали. Я думаю, что самый сложный период в истории комбината уже позади и возврата к прошлому уже не будет.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 8 декабря-14 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно