Кого обогащают горно-обогатительные комбинаты Украины?

30 ноября, 2007, 15:37 Распечатать Выпуск №46, 30 ноября-7 декабря

И металлурги, и энергетики едины: государство не должно пускать на самотек развитие стратегической для Украины отрасли экономики...

Система управления хозяйством, промышленностью Украины должна обеспечивать согласованную деятельность отдельных ее отраслей, подотраслей и предприятий в пользу общенациональным интересам. Главная задача этой системы заключается в необходимости оптимизации деятельности не только каждого предприятия, но и конкретной отрасли в целом, особенно если речь идет о мощнейшей составляющей промышленности Украины — ее горно-металлургическом комплексе. Понятно, что в любом случае деятельность отечественных горно-металлургических предприятий должна быть нацелена на максимально возможное удовлетворение соответствующих потребностей общества.

Как же конкретно должна происходить эта деятельность, если потребности общества точно не определены? Каким образом нужно совмещать интересы отдельных предприятий с национальными интересами страны в целом, регулировать и стимулировать деятельность предприятий государством, придерживаясь при этом правовых и социальных норм?

Чтобы ответить на поставленные вопросы и найти оптимальное решение при нынешнем состоянии горно-металлургической отрасли Ук­раины, именно государство должно согласовывать противоречивые технико-экономические потребности и цели не только отдельных отраслей (машиностроения, железнодорожного транспорта, строи­тельства), но и подотраслей, в том числе металлургии (горнорудной, коксохимической, огнеупорной, метизной и проч.), а также владельцев предприятий. О том, что эта проблема далека от разрешения, свидетельствует острая полемика, разгоревшаяся после публикации в «Зеркале недели» статей «Морфология и генезис горно-металлургического комплекса Ук­раи­ны» (№11 от 24 мар­та 2007 г.) и «Атомная энергети­ка и черная метал­лургия» (№28 от 4 августа 2007 г.), в которых были вскрыты негативные аспекты и проблемы раз­вития, пожалуй, самой мощной отрасли промышленности Украины — металлургии. Вместо бравурных маршей во славу прозвучали тревожные нотки глубокой обеспокоенности общества. Последующие публика­ции в защиту «стального кукушонка» хотя и имели ярко выраженное эмоционально-патриотическое звучание, но не смогли расчетами и цифрами опровергнуть большинст­во из ранее высказанных негативных выводов и пессимистических заключений. Более того, приведенные показатели об инвестициях и достижениях металлургических предприятий за 16 лет независимости Украины в десятки раз меньше, чем аналогичных предприятий, например, в России. Соизмеримы по масштабам лишь модернизация и реконструкция Алчевского металлургического комбината. Все остальное выглядит довольно неубедительно по сравнению с мероприятиями, уже реализованными на ком­бинатах Магнитогорска, Липецка, Тимертау и других.

В одном все авторы — и металлурги, и энергетики едины: государство не должно пускать на самотек развитие стратегической для Украины отрасли экономики. И в этой связи нельзя не обратить внимания на состояние горнорудной сырьевой базы металлургии, на развитие горно-обогатительных комбинатов (ГОК) Украины, на ажиотаж, возникший вокруг достройки принадлежащего государству Криворожского горно-обогатительного комбината окисленных руд (КГОКОР). Судьбой последнего сегодня занимаются президенты, руководители правительств, министры, высокие должностные лица, мощные финансово-промышленные группы нескольких стран.

Президент Украины Виктор Ющен­ко своим указом от 2 октября 2007 года дал указание Фонду государственного имущества Украины (ФГИ) приостановить какие бы то ни было действия относительно госимущества КГОКОРа, обеспечить подготовку к рассмотрению на ближайшем заседании Совета нацбезопасности и обороны Украины вопрос усовершенствования государственной политики в сфере приватизации, сделав акцент на некоторых аспектах разгосударствления объектов горно-металлургического комплекса.

Что же представляет собой недостроенный КГОКОР? Кто и какой интерес имеет в этом горно-обогатительном комбинате?

Термин «обогащение» имеет несколько смыслов. С одной стороны, технический. Обогащение полезных ископаемых — это совокупность процессов первичной переработки минерального сырья для получения технически ценных или пригодных для дальнейшей металлургической, химической и другой переработки продуктов. В результате обогащения получаются концентраты, используемые для дальнейшей переработки, и отходы обогащения (хвосты). Кстати, по запасам железорудного сырья Украина занимает второе, а по добыче (примерно 60 млн. тонн в год) — восьмое место в мире, поэтому есть что обогащать на многие годы вперед.

В обыденном же понимании «обогатить» — это сделать кого-то богаче. Наивный С.Ожегов в толковом словаре русского языка первым привел понятие «обогатить страну». Именно с этой позиции и проанализируем стратегическую задачу — что нужно сделать, чтобы приватизация КГОКОРа обогатила нашу страну, а не отдельные компании, фирмы, отдельных граждан нашего или какого-то другого государства.

Сооружение комбината началось в 1985 году согласно многостороннему соглашению между СССР и странами — членами Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) и двусторонним соглашениям, подписанным СССР в 1986—1987 годах с четырьмя странами Румынией, Чехословакией, ГДР, Болгарией. Проектная мощность комбината составляла 10 млн. тонн окатышей в год, мощность первой очереди — 6,6 млн. Основной производственный комплекс комбината расположен в городе Долинская Кировоградской области. Его вспомогательные производства и инфраструктура занимают площади на территории трех областей Украины. Сметная стоимость комбината составляла 2,4 млрд. долл. Строительно-монтажные работы выполнены приблизительно на 70%. Но в 1998 году строительство комбината было приостановлено главным образом в результате развала СССР, всего социалистического лагеря и кризисного на тот момент состояния экономик государств — участниц строительства.

Аргументировано и объективно говорить о техническом состоянии и реестре сохранившегося на КГОКОРе оборудования достаточно сложно. За время десятилетней паузы в его строительстве многие агрегаты, установки демонтированы, разукомплектованы и фактически исчезли. Продали все, что только можно. Делалось это от безысходности. Ведь даже законсервированная стройка требовала средств на содержание, а 1200 работников должны были получать хотя бы минимальную зарплату. Сохранность объектов, построенных румынами и словаками, обеспечивалась лучше с помощью их собственной охраны и сторожевых собак.

Одной из главных задач КГОКОРа было обеспечение железорудным сырьем, окатышами меткомбинатов тех стран, которые участвовали в проекте. Румыния и Словакия еще некоторое время поставляли оборудование и продолжали строить отдельные объекты комбината, выделяя на это бюджетные средства. Румыния израсходовала около 500 млн. долл., Словакия — вдвое меньше. Украина потратила почти 900 млн. долл. только на оборудование и работы по строительству объектов КГОКОРа. Но, кроме этого, необходимо учитывать и другие статьи расходов — затраты нашей страны на создание условий для строительства предприятия.

Принципиально важно отметить, что румыны и словаки строили объекты на КГОКОРе на условиях подряда, поэтому за те из них, которые приняты дирекцией комбината, нужно расплатиться. И это, не сомневаюсь, будет сделано, ведь они уже являются собственностью Украины. На объекты, еще не переданные Украине, право собственности нашего государства не наступило. Пока это собственность румынской и словацкой сторон. Их имущество гипотетически может быть продано третьим лицам или, допустим, вывезено обратно в Румынию и Словакию. Поэтому претензии этих государств на долю в КГОКОРе с позиций права не очень сильны.

Во времена СССР такие грандиозные проекты детально и всесторонне прорабатывались. КГОКОР проектировали, исходя из того, что этот комбинат будет перерабатывать слабомагнитные окисленные руды, которые попутно добывались вместе с магнетитовыми и складировались в отвалы. Окисленных руд накопилось более 2,5 млрд. тонн, и процесс накопления отвалов вскрышных пород продолжается. Этого сырья хватит примерно на 100 лет эксплуатации предприятия.

Криворожский ГОКОР при использовании в качестве сырья окисленных руд из отвалов должен решать экологические проблемы Кривбасса, в частности, и путем возможного сокращения и закрытия физически изношенных, устаревших аглофабрик. На сегодняшний день улучшение экологии в Кривбассе и других горно-металлургических регионах должно быть одним из приоритетов государства. Поэтому любые изменения в проекте строительства комбината и отказ от использования накопленных отвалов, замена криворожских окисленных руд российским железорудным концентратом не отвечает национальным интересам Украины, не отвечает идее строительства комбината. Нам нужно перерабатывать свои породы, а не превратиться в свалку для отходов процесса переработки импортного сырья.

Особо подчеркну — проблема отвода новых площадей под хвостохранилища ГОКОв обостряется. Необходимо срочно принимать соответствующие решения на наивысшем государственном уровне. Сегодня наполнение хвостохранилищ ГОКОв Кривбасса достигло критического предела, но шламы в них продолжают сбрасывать. Это грозит техногенной экологической катастрофой, но все закрывают глаза и надеются, что пронесет. Введение же КГОКОРа в эксплуатацию может ослабить остроту этой экологической проблемы.

Если посмотреть на проблему земель под другим углом, то окажется, что под строительство КГОКОРа и его инфраструктуры задействовано много тысяч гектаров земли. И в результате этого Украине причинен огромный ущерб за счет потери значительных площадей пахотных земель, уничтожения (перенесения) некоторых населенных пунктов, негативного влияния на развитие Долинской. Так, для подготовки производственной площадки для строительства КГОКОРа было снесено (уничтожено) восемь сел. Теперь очевидно, что Украина является потерпевшей стороной в результате принятия совместного решения стран — членов СЭВ о строительстве комбината.

Исходя из этого, возможно, Украина должна ставить странами — участницами проекта вопрос о возмещении причиненного ей ущерба. Но пока на всех переговорах обсуждались только финансовые претензии Румынии и Словакии к Украине, а не наоборот. Немцы и болгары отказались от каких-либо претензий. К сожалению, в 1993—1994 годах Украина, на мой взгляд, допустила юридическую ошибку, приняв на себя под давлением Румынии и Словакии обязательства СССР по КГОКОРу перед этими странами. И даже начала отгружать окатыши в Румынию в счет оплаты. Этими шагами Украина значительно ослабила свои правовые позиции относительно возмещения ущерба.

Более десяти лет вопрос достройки КГОКОРа находился в вялотекущем состоянии. Почему именно сейчас возник ажиотаж и обострилась борьба крупных промышленно-финансовых групп за владение КГОКОРом? Причин много.

1. В связи с постоянным наращиванием объемов производства стали в мире растет потребность в железорудном сырье, поэтому и возрастают цены на него. Прогнозируется, что в ближайший год только один Китай выйдет на уровень производства 490 млн. тонн стали в год, то есть увеличит объемы ее выплавки на 15%. Объективно возникает острый дефицит железорудного сырья на международных сырьевых рынках. Можно ожидать скачок его стоимости на 15—20, а то и больше процентов. Строительство новых ГОКОв, запланированное и начатое в некоторых регионах мира, — процесс дорогостоящий и длительный. А сырье нужно уже сегодня. Для достройки КГОКОРа и введения в эксплуатацию первой очереди комбината необходимы сравнительно небольшие средства и сроки, поскольку готовность комбината составляет в среднем 70%, а некоторых объектов, например обжиговых машин, 80—85%.

2. В Украине и России почти все горно-металлургические комбинаты уже приватизированы и являются суперприбыльными. Среди крупных ГОКов неприватизированным остался лишь недостроенный Криворожский комбинат.

3. Сегодня в горно-металлургической отрасли Украины сформировались мощные финансово-промышленные группы, способные быстро достроить КГОКОР. Сегодня заинтересованность в приобретении КГОКОРа проявляют ОАО «Арселор Миттал Кривой Рог», «Смарт-Групп», «Индустриальный союз Донбасса», Мариупольский металлургический комбинат им. Ильича, ряд российских компаний, в частности, ОАО «Северсталь», ЗАО «Металлоинвест», Магнитогорский меткомбинат и другие.

4. В Румынии и Словакии меткомбинаты сегодня принадлежат частным компаниям, которые, как говорят, и унаследовали принадлежащие этим странам активы в КГОКОРе. Обе эти страны на госуровне не планируют участвовать в достройке комбината и готовы свои объекты продать кому-либо со значительным дисконтом. Известно, что предварительные разговоры на эту тему с румынами ранее вели «Миттал Стил», «Северсталь» и другие компании.

5. При реализации обоснованной интересами национальной металлургии схемы приватизации «Укррудпрома» некоторые украинские меткомбинаты не смогли или не успели приобрести активы горнорудных предприятий и остались без собственной железорудной базы. Это создает для них существенные трудности в конкурентной борьбе с заводами, использующими сырье со своих ГОКОв или шахт. «Обделенные» бизнес-группы выступают категорически против окончательной монополизации рынка железорудного сырья в Украине. Для государства такая монополизация также невыгодна.

6. КГОКОР территориально расположен, как говорится, вблизи двух полюсов притяжения металлургических активов — непосредственно на одном из крупнейших в Европе месторождении железной руды и вблизи нескольких мощнейших меткомбинатов — потребителей его продукции (окатышей). Это позитивно влияет на стабильность снабжения и минимизирует затраты на транспортировку, а в результате повышает конкурентоспособность как ГОКа, так и метпредприятий.

7. Производственная площадка КГОКОРа находится в регионе Украины, где имеется ресурс квалифицированной рабочей силы для горнорудных предприятий, где уровень оплаты труда не будет превышать средний по отрасли.

8. КГОКОР расположен в регионе, в достаточной степени обеспеченном энергоносителями (электроэнергией) и с развитой железнодорожной сетью.

9. Издержки на железорудное сырье составляют примерно 30% в себестоимости продукции крупного мет­предприятия.

Приватизация горно-металлургического комплекса Украины, который оценивается примерно в 100 млрд. долл., была проведена так, что гос­бюд­жет серьезных денег не получал. Вмес­то денег принимали обещания выполнять «инвестиционные обязательства». Придумывались разные схемы при­ватизации горно-металлургических предприятий через указы о создании непонятных объединений, принимались законы об особенностях приватизации отдельных метпредприятий и горнорудной отрасли в целом. Создание в конце декабря 1998 года Государственной акционерной компании «Укррудпром» было вызвано необходимостью повышения управляемости предприятиями горнорудной промышленности и на том этапе сыграло положительную роль.

А вот принятие в 2004 году Закона Украины «Об особенностях приватизации предприятий «Укррудпрома» повлекло за собой недополучение государством миллиардных сумм при продаже госпакетов акций этих предприятий. Фактически это была не продажа, а раздача за бесценок самых дорогих и привлекательных промышленных объектов Украины, преступление перед нацией. Неизвестно для чего создавались совместные предприятия на базе успешно работающих заводов и рудников. Передавались в аренду за мизерную арендную плату стратегические ГОКи и т.п. Тогда как международные обязательства вынуждено выполнять государство, как и выплачивать из госбюджета долги присвоенных за бесценок металлургических и не только предприятий. Примеров вполне достаточно. Все обосновывалось укреплением экономической безопасности государства, недопущением внутренних корпоративных конфликтов среди предприятий «Укррудпрома», необходимостью реализации пакетов акций покупателям, которые реально заинтересованы в обеспечении нормальной работы предприятий, улучшением инвестиционного климата для украинских бизнесовых кругов.

Не забыта и страница нашей истории, связанная с созданием компании «Укрполиметаллы». Это надо же было такое придумать — для организации добычи золота (!) в Украине создать специальную компанию и включить в нее не имеющие никакого отношения к золоту Полтавский, Иршанский и Вольногорский ГОКи. Конечно же, никакого золота в серьезных объемах из украинских недр не извлекли. Но этого никто и не планировал. Смысл заключался в том, чтобы компания озолотилась (в переносном значении этого слова), высасывая финан­совые ресурсы, забирая часть прибыли у названных ГОКов. А далее Полтавский ГОК как-то совсем тихо «ушел» из госсобственности. И только спустя десятилетие эту и ряд подобных компаний ликвидировали. А действительно стратегические и успешно работающие государственные Иршанский и Вольногорский ГОКи, на которых добывается сырье для титановой промышленности, для получения циркония, были переданы в аренду опять же «стратегическому инвестору». Естественно, почти бесплатно, поскольку арендная плата за год меньше суммы прибыли комбинатов за месяц. Попытки вернуть комбинаты из аренды пока не увенчались успехом.

Вышеназванный закон Украины не решил и не мог решить задачу совершенствования процесса обогащения железной руды. В результате реализации закона произошло совсем иное «обогащение». Оценить его масштабы можно, например, сравнив стоимость покупки и реальную цену Северного ГОКа. Его акции были проданы почти за 250 млн. грн., а сегодня его цена — около 2 млрд. долл. Эти цифры называю для того, чтобы представить стоимость КГОКОРа.

Учитывая существующую традицию, следует ожидать, что кое-кто захочет и КГОКОР приобрести бесплатно, а долги оставить за государством. Говорят, что некая фирма оценила стоимость вклада Украины в КГОКОР лишь в 80 млн. долл. Если это действительно так, то оценку «оценщикам» должны сделать уже не металлурги. Думаю, именно эти «проблемные аспекты разгосударствления» имел в виду президент Украины и поэтому он подключил к усовершенствованию госполитики в сфере приватизации КГОКОРа Генпрокуратуру и СБУ.

Ни для кого не секрет, что в Верховной Раде, правительстве, других госструктурах всегда было мощное металлургическое лобби с почти неограниченными финансовыми возможностями. Эти лоббистские группы, действуя под лозунгами спасения металлургии, защиты отрасли от иностранной экспансии и другими, протаскивали «нужные» указы, законы, постановления, решения. При этом следует отметить, что в некоторых случаях лоббирование интересов металлургов дало положительный эффект для экономики государства. Так, в 1999 году, в тяжелый для экономики Украины период, Верховная Рада приняла закон о проведении эксперимента в горно-металлургической отрасли. Согласно ему ведущие предприятия получили льготы по налогообложению и другие финансовые преференции. Господдержка в значительной степени сначала остановила падение, а затем обеспечила стабилизацию и рост технико-экономических показателей горно-металлургических предприятий.

Пользуясь возросшим интересом к КГОКОРу, некоторые иностранные компании и украинские издания, кто преднамеренно, а кто из-за незнания задач и технологической сути процесса обогащения руды, начали увязывать завершение строительства комбината с новыми технологиями процесса прямого восстановления железа, в частности с технологией ІТмk3. Иначе как попыткой попиариться разговоры об использовании этой технологии не назовешь. Прямое восстановление железа и обогащение окисленной железной руды — это разные и не связанные между собой производственные процессы. Завод по прямому восстановлению железа имеет производительность 500—600 тыс. тонн в год (КГОКОР — 10 млн. тонн) и может быть построен где угодно. Подобное прогрессивное производство, судя по публикациям в прессе, планируется на заводе «Ворскла-стил» вблизи Полтавского ГОКа.

Вспомним, что более 20 лет назад на базе СевГОКа была построена опытно-промышленная фабрика металлизированных окатышей, на которой ученые Института черной металлургии НАН Украины отрабатывали новую, весьма перспективную технологию приготовления брикетов железорудного сырья для доменной печи №9 завода «Криворожсталь». Развал СССР и спад экономики в Украине остановили работы по внедрению этого процесса. Однако сегодня целесообразно рассмотреть возможность возобновления работы этой фабрики.

А сколько же стоит сегодня недостроенный КГОКОР? Какую цену могут предложить и заплатить за него инвесторы? Есть ли тут о чем говорить, по большому счету? Ответ на эти вопросы даст аукцион по продаже акций КГОКОРа, если его приватизация будет проходить по схеме акционирования и открытого аукциона. Мы можем выполнить лишь приближенную, ориентировочную оценку, основываясь на нынешних мировых ценах на железную руду, окатыши и чугун.

На сегодняшний день тонна окаты­шей в Китае стоит примерно 195 долл., транспортировка их из Украины в Китай обойдется примерно в 45 долл. Получается, что в Украине окатыши можно продавать на экспорт по цене, близкой к 150 долл. за тонну. Себестоимость производства одной тонны окатышей составляет ориентировочно 50 долл. Тогда на тонне окатышей прибыль составит 100 долл. При объеме производства 10 млн. тонн в год прибыль может достигнуть 1 млрд. долл. в год.

Можно вероятную прибыль считать и по-другому. Для производства 10 млн. тонн окатышей необходимо затратить примерно 26 млн. тонн окисленных руд с содержанием железа 36—38%. Если окатыши КГОКОРа будут содержать 61% чистого железа, то в объеме 10 млн. тонн окатышей чистого железа будет примерно 6 млн. тонн. Одна тонна чугуна (будем считать — чистого железа) на мировом рынке стоит 300—350 долл. Шесть миллионов тонн будут стоить 1,8—2,1 млрд. долл. Если затраты на производство, транспортировку и прочее составят даже половину этой суммы, то все равно прибыль будет оцениваться примерно в 1 млрд. долл. в год.

Оппоненты, конечно же, будут утверждать, что указанная ориентировочная прибыль слишком завышена. Согласен. Рассмотрим ее как оптимистический прогноз, как максимальную оценку. Уменьшив ее в два раза, все равно получим немало — 500—600 млн. долл. в год. А для достройки КГОКОРа в полном объеме необходимо 600—700 млн. долл. Так что окупаемость затрат на достройку КГОКОРа — всего один-два года. Цифры возможной прибыли весьма впечатляющие. Есть о чем задуматься не только олигархам, но и дер­жавным мужам Украины, которые не должны в этом случае поступиться национальными интересами.

О какой же начальной цене может идти речь при продаже КГОКОРа на аукционе? Грубая оценка говорит, что цена должна быть не менее 5 млрд. долл. Вполне ожидаемо, что в процессе аукциона цена может возрасти до 10 млрд.

Противники реализации КГОКОРа на открытом аукционе часто задают вопрос: куда делись деньги от продажи «Криворожстали»? Я не знаю. Но не следует смешивать вопрос о продаже Украиной КГОКОРа и других объектов по мировым ценам, по ценам, отвечающим их реальной стоимости, с вопросом расходования средств, поступающих в бюджет Украины. Эти вопросы между собой не связаны.

При разгосударствлении КГОКОРа ничего не надо выдумывать. Законо­дательством Украины предусмотрена форма продажи гособъектов, в том числе стратегического значения, на условиях конкурса с использованием открытости предложения цены по принципу аукциона. При реализации этой схемы государство сначала выписывает конкурсные условия, которые должен выполнить потенциальный покупатель объекта. Относительно КГОКОРа обязательными условиями продажи должны быть предварительное погашение долговых обязательств перед другими странами и выкуп земли, на которой расположен комбинат. Затем проводится открытый аукцион между потенциальными покупателями, которые обязуются выполнить определенные условия конкурса. Кто на аукционе заплатит большую сумму за объект, тот и будет его собственником. Реализация этой схемы приватизации КГОКОРа реальна.

Кстати, в своем поручении от 3 ноября 2005 года президент Украины обязал до 1 марта 2006 года принять меры по продаже госдоли в имуществе КГОКОРа. В частности, обеспечить проведение соответствующего конкурса. Акцентирую внимание читателей, что еще два года назад В.Ющенко поручал именно продать государственную долю КГОКОРа на соответствующем конкурсе, а не что-то иное. А еще раньше Кабмин постановлением №1903 от 16 октября 1999 года обязал ряд министерств создать на базе КГОКОРа акционерное общество. Если бы это тогда сделали, то сегодня бы речь шла о продаже именно пакета акций. Однако не создали ни ОАО, ни ЗАО.

Безусловно, приемлемыми с точки зрения интересов государства могут быть и другие схемы, в том числе создание совместного предприятия (СП) с инвестором. Вопрос лишь в цене, а главное — прозрачности и публичности процесса приватизации КГОКОРа с учетом национальных интересов Украины. Но в этом случае сразу же возникает неизбежный вопрос: а что получит государство за передачу этого объекта в уставный фонд СП? Получит ли государство реальные деньги за отданный кому-то КГОКОР? Если да, то сколько и когда? Или удовлетворится обещаниями, что после достройки КГОКОРа его стоимость возрастет, а значит, в будущем повысится и потенциальная цена госдоли в этом СП?

И еще. Не исключено, что жаждущие заполучить КГОКОР «за бесплатно» будут подталкивать румын и словаков к блокированию схемы прямой продажи комбината и придумывать разные варианты по введению в качестве акционеров в создаваемое на базе КГОКОРа акционерное общество негосударственных компаний (инвесторов). Отдать им пакет акций 50% минус одна акция. А потом принадлежащие когда-то государству акции продать украинским владельцам метзаводов, не имеющим в собственности железорудной базы. Очень патриотично! Только непонятно, по какому признаку будут классифицироваться украинские и неукраинские собственники предприятий металлургического комплекса Украины. По этническому или по месту прописки, проживания? Считать ли «вітчизняним інвестором» бывшего или нынешнего гражданина Украины, который сейчас постоянно проживает в Лондоне, Цюрихе или Монако, но владеет пакетом акций крупного украинского предприятия? Можно ли считать украинскими производителями компании, зарегистрированные в Лондоне, на Кипре или где-то еще? Смешные вопросы, не так ли? Поэтому не надо опять пудрить народу мозги. Тем более одним из крупнейших инвесторов для Украины сегодня является тот-таки Кипр. Всем понятно, почему. Понятно, откуда появились там деньги для инвестирования украинской промышленности.

Очевидно, что завершение эпопеи строительства и приватизации КГОКОРа путем создания СП с неважно с кем из претендентов на роль «инвестора» — для Украины менее привлекательно. А если говорить честно, то недопустимо. Государство при такой схеме не получит никаких денег за КГОКОР. И этим все сказано. Остальное — демагогия.

С румынами и словаками, видимо, можно договориться таким образом, что деньги за свой вклад в строительство КГОКОРа они получат сразу же при поступлении денег от его продажи и откажутся от каких-либо претензий к государству Украина, связанных с этим проектом. Покупатель КГОКОРа должен получить от государства право на использование сырьевой базы, но взять на себя жесткие обязательства по реализации экологических мероприятий. И самое главное, взять обязательство ввести КГОКОР в эксплуатацию в кратчайшие сроки, в течение трех-четырех лет. Это реально и соответствует интересам как государства, так и будущего владельца комбината. Промедление недопустимо. Ведь сейчас каждый день государство несет убытки, связанные с содержанием недостроенного объекта, а налоговики и кредиторы стремятся арестовать имущество КГОКОРа и распродать его уже в своих частных интересах.

Главное — не позволить в очередной раз «заговорить» проблему.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно