Канадские хроники: что им стоит дом построить?

13 марта, 2009, 17:07 Распечатать

Изначально Как это ни странно, но в Канаде тоже есть люди, нуждающиеся в жилье. Правда, жилье бывает разное и отвечает запросам каждого индивидуума...

Изначально

Как это ни странно, но в Канаде тоже есть люди, нуждающиеся в жилье. Правда, жилье бывает разное и отвечает запросам каждого индивидуума. Кому-то и коробка из-под телевизора — жилье. И в Канаде, как ни удивительно, оно встречается. Скажем, в Торонто, столице крупнейшей в стране провинции Онтарио, особенно под стенами городской мэрии, такое жилье очень популярно. Однако его обладатели ведут такой образ жизни не от нищеты или безысходности, а по идейным соображениям.

Городские власти в избытке содержат приюты, где предоставляется не только кров, но и регулярное питание. Вот только полиция устала уже свозить туда бомжей, которые из приютов попросту сбегают, предпочитая ветер сво­боды. Причем при желании каж­дый из них мог бы получить так называемый велфер — государственную субсидию, а также муниципальную, практически бес­платную квартиру. Но, как уже было сказано, отнюдь не стремятся. Впрочем, разговор не о них.

Нормальное жилье в Канаде существует четырех видов. Поми­мо уже упомянутых государст­вен­ных квартир, есть так называе­мые апартмент билдинги. Это арендованные квартиры. Как пра­вило, они являются собственностью жилищной корпорации. По дизайну интерьеров и поддержанию порядка эти дома дают подчас сто очков самым элитным киевским кооперативам. Тут люди платят за все сразу: жилье, коммунальные услуги, бытовую технику (например, никому в голову не приходит таскать за собой плиту или холодильник, это входит в необходимый пакет обстановки при вселении). Техничес­кое обслуживание, подземный пар­кинг, нередко бассейн, содержание дома также включены в ежемесячную оплату. В случае каких-либо неполадок вам все отремонтируют бесплатно и немедленно.

Стоимость двухспальной квартиры (в Канаде, как и в США, считается не общее количество комнат, а количество спален — наличие гостиной подразумевается само собой) составляет в среднем 900—1100 канадских долларов в месяц. И жить в таких домах могут самые что ни на есть малооплачиваемые слои населения. Хотя и не обязательно. Все зависит от личных предпочтений.

Другой вариант решения жилищной проблемы — частные дома. Они чрезвычайно популярны: в них проживает большая часть населения. Если взглянуть на Торонто с высоты CN Tower, самой высокой в мире телебашни, то взору откроется панорама огромной деревни с частными домами и несколькими небоскребами только в самом центре города, а также отдельными башнями апартмент билдингов и кондо­миниумов где-то на горизонте.

Тут частный дом значительно отличается от нашего традици­онного понимания собственного дома. Ни о каких печках или там удобствах в конце огорода речи быть не может. Дрова — исключительно для каминов, которые яв­ляются не экзотикой, а обы­ден­ным атрибутом. Так же и back yard — задний двор — никогда не используют для выращивания помидоров или картошки. Владельцем такого дома может стать кто угодно — банки с удовольствием предоставляют кредиты, мортгичи (от англ. mortgage), под разумный процент и на различный срок.

Главное во владении домом по сравнению с арендованным жильем — то, что ежемесячная выплата банку сравнима с арендной платой. Разница лишь в том, что при аренде вы платите «чужому дяде», а после приобретения дома выплата банковского займа — это ваши личные капиталовложения. Стоимость дома зависит от его местоположения и размеров, в среднем — от 200–300 тыс. канадских долларов.

Следует сказать, что владение домом подразумевает и дополнительные заботы: уход за домом, а также прилегающей к нему территорией полностью ложит­ся на плечи хозяина. К примеру, сантехник уже не придет бесплат­но, а мусор вывезут лишь раз в неделю, к тому же его надо под­готовить и в урочный час выставить к дороге. Но к этим кажущимся неудобствам быстро привыкаешь, и они меркнут на фоне прочих выгод.

Холл кондоминиума (подъезд, по-нашему)
Холл кондоминиума (подъезд, по-нашему)
И, наконец, последняя форма — кондоминиумы. Это что-то напоминающее наши кооперативы. Но лишь отдаленно. По степе­ни комфортности, дизайна, обслуживания и прочих удобств средний «кондо» трудно сравнить даже с самым элитным домом в «Царском селе» на Печерске.

То же касается и имущественного ценза. Владелец кондоминиума является собст­венником не только квартиры, но и части дома, оборудования, которое есть в нем, а также прилегающей территории. И обязан финансировать благоустройство этой территории. Точно так же, как это было еще в Древнем Риме: если дом находился за городской оборонитель­ной стеной, то в ремонте и поддержании этой стены владелец обязан был принимать участие.

Средняя двух- или трехспаль­ная квартира в «кондо» может стоить от 200 до 300 тыс. канадских долларов (и хотя Соединенные Штаты рядом, всего в нескольких десятках километров, никому здесь не придет в голову рассчитывать цену на что бы то ни было в долларах США). Но, собственно, о кондоминиумах мы поговорим более подробно чуть ниже.

Правила игры

Тут следует отметить, что жилищное строительство — одна из ведущих отраслей экономики Ка­нады, в особенности — самой густо­населенной провинции Он­тарио. Автомобильная промышлен­ность занимает лишь второе место.

Действительно, вокруг жилья концентрируется множество материальных производств, а значит, и рабочих мест. Разумеется, необходимость в строительных и отделочных материалах, металлоконструкциях, других строительных компонентах поддерживает развитие металлургии, химической и добывающей промышленности. Въезжая в новое «кондо», вам незачем приобретать домашнюю технику. Холодильник, стиральная и посудомоечная машины и даже люстры со светильниками — все это уже есть, встроено и работает. И включено в стоимость кондоминиума. Так уж тут принято.

То есть работает производство бытовой техники со всеми производителями, подрядчиками, сырьевой и добывающей базой. И, разумеется, ни о каком «предвъездном» ремонте не может быть и речи. Все, включая типы сантехники и цвета стен в каждой комнате, оговаривается еще перед началом строительст­ва и выполняется неукоснительно. Единственное, что вы приобре­таете по своему вкусу и желанию, — мебель и бытовую электронику. Так что и эти отрасли капиталистического хозяйства задействованы и не внакладе.

Кроме того, вокруг строительства жилья концентрируются и другие институты, не менее важные и обязательные по законам Канады. Скажем, ни одна финансовая сделка здесь не обходит­ся без страховки. Значит, страховые компании также вовлечены в экономический процесс. То же можно сказать и об адвокатской службе, услугах мортгич-брокеров и риелторов, то есть специалистов по недвижимости. Их зна­ние законов облегчит вам жизнь и поможет избежать нежелательных ошибок.

Вот такие в кондоминиумах консьержи
Вот такие в кондоминиумах консьержи
Затем, уже в процессе строи­тельства того же кондоминиума, в игру вступают фирмы, с которыми заключаются договора относительно дальнейшего управления уже заселенным домом. Это что-то наподобие наших ЖЭКов. Од­нако если фирма по каким-то при­чинам не устраивает жильцов, с ней можно расторгнуть контракт в любое время без каких-либо последствий. Поэтому такие организации стараются работать, что называется, не за страх, а за совесть, поскольку боятся потерять клиента и репутацию. А репутация в деловом мире — это все.

И, наконец, общее финансовое положение страны напрямую зависит от успешной работы банков. А они в Канаде чувствуют себя превосходно. И не потому, что работают по хитроумным схемам, единственная цель которых — «нагреть» клиента. Как ни странно, процветание им обеспечивает игра по правилам. Одинаковым для всех и неукоснительно соблюдаемым.

Тут банковская система ориен­тирована не на пресмыкание перед олигархами, а на обслуживание рядового обывателя. Чтобы получить мортгич или оформить кредитную карточку, не нужно обивать пороги и давать взятки. Банки сами предлагают услуги, от которых очень трудно отказаться. Сделка оформляется за несколько минут. При этом договор займа нерушим в течение всего срока действия. Если банку вдруг вздумается повысить процентную ставку кредита уже после подписания договора, разразится невиданный скандал, вслед­ствие которого финучреждение может стать даже банкротом.

Самое главное для банков — не потерять доверие. Нет доверия — нет клиента: он уйдет в другой, более надежный банк. А нет клиента — нет и займов, на проценты от которых банки существуют. Все очень просто. И надежно. Да и банки, собственно, ничем особым не рискуют. Скажем, в случае предоставления мортгича залогом при сделке является дом или часть кондоминиума. Так что до полной выплаты долга именно банк является собственником не выплаченной части недвижимости.

Итак, владельцем современного комфортабельного жилья может стать каждый: и учитель, и почтовый служащий, и водитель автобуса. И все это благодаря установленным и обязательным для всех правилам игры. Тут не бывает никаких неожиданностей. Банк, предоставляя кредит, знает, на что идет. Клиент банка точно знает, на что рассчитывает. Строители точно представляют, как и что строить. Компания, организовавшая строительство, может точно предвидеть предполагаемую прибыль. На случай сбоя системы существуют суды, которые на основании закона, снова-таки, установленных правил игры решат все недоразумения. И виновный понесет наказание, читай — огромные финансовые потери, поскольку потерпевшая сторона может потребовать возмещения не только материаль­ного, но и морального ущерба. А это уже совсем другие суммы.

Собственно, вот такова общая картина вокруг жилищного строительства. Без стрессов, неожиданностей и «кидков». И все лишь благодаря разумным правилам игры, когда-то раз и навсегда принятым государством и неукоснительно соблюдаемым всеми гражданами. Правилам, призванным защитить и обезопасить всех вовлеченных в процесс, а не кого-то избранного. Принцип «что позволено Юпитеру, то не позволено быку» здесь не работает, да и не может работать в принципе.

Строим

Итак, теперь давайте попробуем построить «кондо». Все начинается с компании-застройщика. В Канаде их более чем достаточно, и, как правило, все они довольно известны и пользуются безупречной репутацией. В противном случае компании малоизвестной или же той, которая уже когда-то где-то проштрафилась, будущие владельцы дома просто не доверят свои деньги. Хотя о доверии и деньгах мы говорим отдельно.

Однако бизнес есть бизнес: всякое может случиться. А потому для строительства каждого кон­кретного дома создается отдельное LTD, хотя все знают, какая известная компания за ним стоит.

Как и везде, строительство дома начинается с выбора места. Предварительно проводятся маркетинговые исследования, изучаются инфраструктура, качественный и количественный состав населения. И только после этого выбирается участок земли под застройку.

Впрочем, тут тоже никаких неожиданностей не предвидится. Дело в том, что вся земля, в чьем бы владении она ни находилась, учтена. Существует всеобщий реестр земли, где указан владелец и даже рыночная цена участка. Много земли еще в XVIII —XIX веках оказалось в частных владениях, и владение это никто не пересматривал и не собирается оспаривать. В таком случае компания-застройщик имеет дело с частным лицом и покупает землю — подчеркиваю, по рыночной, а не спекулятивной цене. Необос­нованно вздуть цену на землю не позволяет тот же закон.

Если земля находится в муниципальной собственности, то это значит — в собственности общины, а не правящего ныне чиновника. И она тоже имеет свою цену. Тут не проходит украинский вариант, когда после очередных перевыборов новоиспеченный мэр может заявить: «Вы же договаривались не со мной, а с моим предшественником. Так что ничем не могу помочь!..» Читай — давай взятку. За землю, которая принадлежит общине.

Знакомая картина, не так ли? Кстати, тут нужно заметить, что Канада — страна скучная. Тут никто, никому и никогда не дает взяток. Ну, нет тут «взяткокультуры», что поделаешь… Более того, попробуйте-ка дать взятку, к примеру, полицейскому. Представ­ляете, где вы окажетесь?

Ну да не о том речь. Итак, компания определилась с площадкой. Теперь за дело принимается архитектурная фирма, которую нанимает застройщик. Вооб­ще, в Канаде все взаимоотношения построены, так сказать, на основе антрепризы. Тут не существует трестов, объединений, концернов и так далее. Для решения каждой отдельной задачи будь-то постройка дома или постановка театрального спектакля, нанимается коллектив специалистов. Нет, конечно, возможны и даже нередки случаи, когда компании поддерживают партнерские отношения на протяжении долгого времени. Но такой союз не закреплен навеки и в любой момент может распасться.

Когда архитектурный проект готов, к делу подключается новый игрок — инженерная фирма. Имен­но тут производятся все инженерные расчеты будущего строи­тельства, и именно эта компа­ния нанимает команды строителей. Именно команды, а не команду.

Общее понятие «строители» в Канаде тоже несколько отличается от общепринятого в Украине. Тут тоже действует закон ант­репризы, к тому же еще и узкой специализации. Одна компания роет котлован под фундамент и подземный паркинг (обязательный атрибут каждого высотного дома, который, кстати, значитель­но облегчает его дальнейшую эксплуатацию). Другая — монтирует металлоконструкции, третья — кладет кирпичи и т.д.

И как только на площадку пришли строители, риелторская фирма приступает к продаже квартир в будущем «кондо». Прямо на строительной площадке воз­водится небольшое временное здание, впрочем, отменно отделан­ное, где выставлен макет будущего дома. Есть поэтажные планы и описания квартир, образцы отделочных материалов и даже бытовой техники, которой предположительно будут эти квартиры оборудованы. Тут же обставленные мебелью несколько «квартир», чтобы наглядно показать, как это будет выглядеть. И каждый посетитель может тут же оформить документы на покупку. Такая процедура называется open house — открытый дом. И дом действительно открыт.

И вот тут, пожалуй, наступает самый интересный и щекотливый момент: взять деньги с потенциальных покупателей, чтобы начать строительство. Собствен­но, главная задача риелторов — заинтересовать клиентов. Дело только в этом. О доверии или недоверии речь вообще не идет. И совсем не потому, что канадцы — или те, кто себя таковыми считает (не забываем, что Канада — страна эмигрантов и кто тут канадец, а кто нет — определить вообще невозможно), — такие наивные или доверчивые. Все проще и одновременно сложнее. Но так или иначе тут никто не ожидает никаких непредвиденных «кидков». Почему?

Ну, прежде всего, потому что, как уже говорилось, Канада — очень скучная и зарегулированная страна. Как говорится, на каждый чих есть свой закон, эффективно работают контрольные и наблюдательные службы. Так и в жилищном строительстве. На том этапе, где мы только что остановились, позволяется брать только 10% от общей стоимости будущего жилья. И не больше! Да­же если вы попытаетесь внести всю сумму — ну вот такой вы странный, — у вас эти деньги не возьмут в принципе.

Итак, необходимый процент квартир продан, и строители приступили к работе. И только тогда, когда будет готова треть дома, риелторы могут попросить у будущих жильцов еще 50% суммы. Предварительно компетентная комиссия, куда входят инженеры, представители застройщика и еще одной очень интересной организации, примут работы на «отлично». Другие оценки тут не признаются.

Однако же, что это за «интересная организация»? Пожалуй, пришло ее время…

Это сладкое слово «Тарион»

До середины 70-х ситуация в жилищном строительстве хоть и отличалась от нынешней украинской, но проблемы с честностью все же случались. Так было до 1976 года, пока правительст­вом провинции не был принят Ontario New Home Warranties Act — Закон Онтарио о гарантиях для новых домов. В том же году была создана Tarion Warranty Corporation (гарантийная компания «Тарион») — организация, призванная защитить граждан от неожиданностей в жилищном строительстве. Более чем за 30 лет существования ее клиентами стали полтора миллиона жителей Онтарио, которые решили обзавестись новым жильем.

Как это работает? Да очень просто. Ни одна строительная ком­пания не может начать работы, не зарегистрировавшись в «Та­рионе». Но самое главное — не внеся на его счет гарантийную сум­му в размере определенного процента от стоимости дома. Для простоты понимания механизма обозначим ее в 10 млн. долл. Эта сумма может быть не обязательно такой, но порядок — именно тот.

Квартира, подготовленная к продаже
Квартира, подготовленная к продаже
Эта огромная для любой компании сумма будет лежать на счету «Тариона» не только до тех пор, пока дом будет построен и заселен. Нет, намного дольше. До определенных законодательством сроков, пока все недостатки строительства не будут устранены самими строителями. Край­ний срок — семь лет. Именно тогда заканчиваются гарантийные сроки на строительные работы, про­являются все недостатки вплоть до, не дай Бог, трещин в стенах, которые могут появиться при естественной усадке дома.

Что же происходит с этими деньгами? Да ничего, просто лежат: «Тарион» не вправе их использовать ни на какие другие финансовые проекты. И лежат они на всякий случай.

Скажем, с застройщиком что-то случилось, он по каким-то причинам вышел из бизнеса, но уже успел собрать с людей часть денег. Из этого страхового фонда они будут возвращены вкладчикам. Или же строительная компания покинула объект недостроенным. Тогда «Тарион» на эти же деньги наймет другую компанию, но дом будет закончен, а люди въедут в новые квартиры. Даже когда дом все-таки завершен, но есть недоделки или строительный брак, а виновные отказываются их устранять, опять на первый план выступает «Тарион». В любом случае люди не пострадают. Ни при каких обстоятельствах.

И что, все это из общего человеколюбия? Вовсе нет, просто государство защищает себя от нечистых на руку дельцов или непредвиденных обстоятельств, когда возможен процесс возмещения материального ущерба. Но тому, перед кем возникает реальная угроза потери своих сбережений, не все ли равно, каковы изначальные мотивы, — важен результат.

По мере готовности дома деньги частично возвращаются застройщику, опять-таки в строго определенных пропорциях. Но все равно какая-то часть остается за «Тарионом» — на случай уже упомянутых ситуаций. С другой стороны, ни застройщику, ни строителям не придет даже в голову отказаться от устранения недостатков или брака: каждый хочет получить свои деньги обратно. Таким образом, они сами становятся заложниками собственных денег, а потому делают все не за совесть, а за страх их потерять.

Вот так просто работает система, которая полностью устраняет даже саму возможность ситуации, возникающей время от времени в Украине, когда страдают сотни ни в чем не повинных людей. И только лишь по вине самого государства — отсутствия необходимых законов, способных действенно защитить интересы не банкиров с депутатами, а обычных, как это у них принято говорить, рядовых граждан.

Въезжаем…

Наконец дом построен и сдан авторитетной комиссии. Тут важно отметить, что он должен быть предоставлен его будущим жильцам не тогда, когда строители наконец его закончат. Нет, только тогда, когда строители обещали это сделать, и никак не позже. Иначе дело может дойти до суда.

В Канаде все строго регламентировано. Скажем, если строители сказали мне, что я смогу въехать в новую квартиру 1 мая, то я должен за месяц предупредить об этом менеджмент моего апарт­мент билдинга, где я перед этим арендовал квартиру. Если новый дом не готов, то я как квартиросъемщик попадаю в критическую ситуацию. Скажем, на хорошее жилье в престижных домах даже в Канаде существует очередь. Таким образом, моя съемная квартира может быть уже обещана следующему жильцу. В такой ситуации я вправе подать в суд на строителей. Уверяю вас, им это обойдется недешево.

Но вот мы все же въехали. К этому моменту дом должен быть готов на все 100%, вплоть до пожарной и дымовой сигнализации. Мне вспоминается, как я, все­лившись с огромным опозданием в свой первый кооператив в Святошино, пешком по лестнице пер на собственном горбу электроплиту на 13-й этаж. По­нят­но, плиты установлены не были, а лифт не работал. Так вот, такого удовольствия в Канаде получить невозможно по определению. Только после принятия дома комиссией, которая состоит из представителей застройщика, инженерной компании, жильцов, компании, которая будет эксплуатировать дом после ухода строителей, и, конечно же, «Тариона», будет дано добро на заселение. Причем, не позднее, чем через три месяца после окончания строительства.

И тут вступают в силу уже другие правила и законы. В местный муниципалитет передаются «Декларация» и «Устав». Декларация — это своеобразная конституция «кондо», изменить которую практически невозможно. Чтобы внести изменения, необходимо, чтобы за них проголосовали 90% жильцов. Этот документ касается имущественных прав каждого юридического субъекта — члена кондоминиума.

Изменить устав несколько проще: тут нужны голоса всего 50% жильцов. Но без передачи этих документов в муниципалитет, а также создания юридического лица (все «кондо» регистрируются как неприбыльные компании) кондоминиум не может считаться существующим.

Общим собранием выбирается совет директоров, а также определяется их количество. Как правило, в него входят от трех до пяти членов «кондо», которые по своей основной специальности могут принести пользу: инженеры, бухгалтеры, администраторы. Директора работают уже не за страх, а за совесть. Как правило, это волонтерские позиции и никакого материального вознаграждения они не получают. Однако они имеют доступ к банковским счетам «кондо» и управляют ими в зависимости от необходимости.

Предвижу вопрос: а не бегут ли директора, как только получают доступ к счетам? Представьте себе — нет. По нескольким соображениям. Ну, прежде всего, их собственные квартиры в этом же доме. И стоят они недешево. Так куда ж ты сбежишь? Ну, раньше, до середины 70-х, были случаи директорских «бегов». Пока законом не было установлено, что любой банковский чек от «кондо» может быть реализован только за тремя подписями — двух директоров и представителя менеджмент-компании. «Бега» прекратились.

Вновь избранный совет директоров обязан застраховать дом. В противном случае все они могут нарваться на штрафы, которые в Канаде весьма существенны. Затем советом директоров заключаются договора с менеджмент-компанией, которая в Кана­де играет роль нашего ЖЭКа. Это — очень важный момент для дальнейшего существования самого «кондо».

Ну, прежде всего, новый совет директоров в течение года может расторгнуть все договора, заключенные строителями, без каких-либо последствий. Скажем, на уборку территории или самого дома строители могли заключить договора по расценкам в три раза выше, чем на рынке данных услуг. Понятно, это неприемлемо. В полной мере это касается и менеджмент-компании. Таким образом, полностью невозможна схема, когда такая компания создается самими строителями для при­крытия их же брака и недоделок.

Иными словами, владельцам нового дома ЖЭК не дан свыше и не является господом Богом: они сами выбирают себе эксплуатационную компанию. Это тем более важно, что при грамотном менеджменте стоимость «кондо», как это ни странно, может вырасти в полтора раза.

Новый совет директоров обязан также за период от 6 до 10 месяцев провести техническую инс­пекцию и определить все недодел­ки строителей. Как бы тщательно те ни работали, таких набирается подчас до 300. Если это не сделано, совет директоров отвечает по закону. Результаты же инспекции передаются в уже известный нам «Тарион». И только в этот момент строителям возвращается значительная часть денег, которая все еще хранилась на его счетах.

В течение месяца каждый новоиспеченный владелец квартиры подает свои замечания, которые безоговорочно должны быть устранены строителями или субподрядчиками по профилю. На второй год существования дома проводится следующая техническая инспекция. На этот раз она касается только технического оборудования, крыши и т.д. В этом есть своя логика: нужно пережить две зимы и два лета, чтобы проявились все скрытые дефекты. И лишь спустя семь лет, если дом не дал трещин в стенах после естественной усадки, строителей отпускают на волю, а «Тарион» возвращает им всю внесенную сумму полностью.

После этого наступает, что называется, рутина.

Управдом

Юрий Шаламай — достаточно наглядный пример, чего человек может достичь, если правильно определена цель и пути ее достижения. И одновременно — укор немалому числу нытиков из эмигрантской братии, которые убеждены, что для них в Канаде уготованы только черные работы, и достичь чего-либо значительного просто невозможно.

Юрий Шаламай
Юрий Шаламай
В игру на рынке недвижимости Юрий вошел еще в родном Льво­ве 20 лет назад. Тогда он основал две фирмы по торговле недвижимостью, стал президентом Западно-украинской ассоциации недвижимости и вице-президентом Всеукраинской ассоциации. Чтобы понять, что правила в этой игре в Украине меняются постоянно для безусловного выигрыша только определенной команды, у Шаламая ушло десять лет. Потом произошел переезд в Канаду.

Всего за несколько лет Юрий получил сертификат American National Association of Realtors (Американской национальной ассоциации риелторов), стал вице-президентом Ontario Property Manager’s Association (Ассоциации управляющих собственностью провинции Онтарио) и совла­дельцем компании CityTowers («Городские башни»), которая и является одним из тех канадских ЖЭКов.

Такие компании, как CityTowers, подключаются к строительству еще на ранних стадиях. Их забота — проанализировать проблемы будущей эксплуатации дома. Сюда входят и коммуникации, и удобный подъезд крупногабаритных машин для сбора мусора, и много других вопросов. Од­нако настоящая работа начинается уже после того, как дом передан жильцам, а с компанией по менеджменту заключен договор.

Первое, что делает в таких случаях Юрий, — это не посещение дома, а внимательное изучение устава, декларации и выводов технической комиссии. Такие же представители менеджерских фирм, как Шаламай, еще долго будут «дружить» со строителями домов, пока все недоделки не будут устранены.

Домов типа 30-этажного кондоминиума по адресу 3939 Дюк-оф-Йорк в Миссиссаге (город, входящий в состав Большого Торонто, однако административно абсолютно независимый) у компании может быть много, при­чем разбросанных по всей территории Большого Торонто. Таким образом, канадский ЖЭК никак не привязан территориально к домам, о которых заботится. В свою очередь, компания нанимает на работу суперинтенданта, на плечи которого и ложится повседнев­ная забота о данном конкретном доме. Под пристальным контролем ЖЭКа, разумеется.

Показывая дом, Юрий посвящает в некоторые секреты успешного управления довольно сложным хозяйством, все компоненты которого я не берусь даже перечислять. Тут и централизованная система отопления и кондиционирования воздуха, параметры которых, впрочем, каждый жилец в его квартире может менять по своему усмотрению. И энергосберегающая аппаратура, призванная снизить прямые расходы владельцев дома на теплоносители.

Из прочих удобств в доме есть довольно обширный сад, бас­сейн и джакузи на самом верхнем этаже, которую Шаламай обо­рудовал уже после того, как принял дом. Тут и что-то наподобие зала для совещаний, где комфорт­но можно устроить деловые переговоры, пригласив бизнес-партнеров прямо к себе домой. Ес­ли у вас юбилей или другое семейное торжество, совсем не обязательно складывать гостей штабелями в собст­венной квартире: прекрасный зал, оборудованный кухней, в вашем полном распоряжении. А гостей издалека нетрудно разместить в двух отдельных квартирах, оборудованных как нас­тоящие гостиничные номера.

Как говорится, «Париж такого не видал». А видали его самые простые водители автобусов и учителя. Вот так.

Дому всего четыре года, и строители пока не отпущены на свободу.

— Была у меня ситуация, — рассказывает Юрий. — С одного из балконов ветром сорвало поручни. Я собрал комиссию инженеров, и они установили, что была допущена ошибка: то ли отверстия под шурупы были сделаны слишком большие, то ли шурупы использовали с маленькой шляп­кой. Собственно, это неважно: строителям пришлось перевешивать все триста поручней, какие есть в доме.

Почти сказочная ситуация как с украинской точки зрения. Но эту сказку можно сделать былью. И очень просто.

— Все надо начинать с законодательства, — рассуждает Ша­ламай и имеет на это полное право: годы опыта и практики дают ему такое основание. — Согласитесь, нельзя играть по неопределенным правилам, которые меняются уже в ходе игры. Государство должно раз и навсегда их определить, да и само играть по ним как полноправный игрок с правами и обязанностями. — В Канаде немало толковых людей, в том числе и наших бывших соотечественников, которые могли бы помочь Украине с созданием цивилизованных законов. Дело за малым — только позвать нас. Если, конечно, власть предержащая дейст­вительно хочет изменить ситуацию к лучшему. То же законодательство, в частности по жилищному строительству, которое ныне существует в Украине, способствует только процветанию коррупции и обману. И вообще моя идея — собрать на руководящих постах молодых людей, которые еще не отравлены заразой взяточничества. Возмож­но, тогда удастся разорвать этот порочный круг…

Конечно, это прекрасная мечта. Ответьте только на один вопрос: кто поставит этих молодых людей на эти самые посты? Нынешнее начальство? Полноте, неужели же я, большой начальник, возьму в подчиненные человека, от которого никогда не дождусь «благодарности»? Ответ однозначен. Такова нынешняя украинская реальность, и выхода из нее пока не наблюдается.

Что же касается разумного законодательства, то предложение Юрия Шаламая, канадского начальника ЖЭКа, и его коллег остается в силе. Найдутся ли в Украине действительно прогрессивные силы, которые решатся воспользоваться им, — вот в чем вопрос...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно