КАК ЖИВУТ ФЕРМЕРЫ АЙОВЫ

10 сентября, 1999, 00:00 Распечатать

Среди открытий, которые я сделал для себя во время поездки по штату Айова, самое поразительное, пожалуй, то, что каждый из приблизительно 280 тысяч местных фермеров обеспечивает продовольствием в среднем 279 человек...

Среди открытий, которые я сделал для себя во время поездки по штату Айова, самое поразительное, пожалуй, то, что каждый из приблизительно 280 тысяч местных фермеров обеспечивает продовольствием в среднем 279 человек. Нетрудно подсчитать: вместе они в состоянии прокормить - по американским стандартам - 78 миллионов 120 тысяч человек. Поскольку нас уже не 52 миллиона, то более, чем полторы Украины! А учитывая наш нынешний скудный рацион питания, выходит, что фермеры этого сравнительно небольшого штата, расположенного в сельскохозяйственном поясе, на Среднем Западе США, могли бы с лихвой обеспечить продовольствием население нескольких таких стран, как Украина.

Как такое возможно? Разве наши крестьяне менее трудолюбивы, чем американские фермеры? Разве наши земли менее плодородны? На Украину приходится около половины мировых запасов чернозема, являющегося нашим национальным богатством. На Америку, как и на нас, обрушиваются стихийные бедствия: наводнения, засухи и заморозки. Но американских фермеров, в противоположность украинским крестьянам, не косили голодоморами, не обирали поборами. Кормильцы Америки всегда были и сейчас находятся на особом попечении государства. Это - первое объяснение, которое приходит на ум и подтверждается реальными фактами. Мне кажется, главное различие между нами заключается в том, что в Америке всегда думали о фермерах, и потому их сельское хозяйство достигло столь поразительных успехов. А у нас думали о коровниках и свинарниках, и потому сейчас мы «имеем то, что имеем».

В связи с президентскими выборами в Украине с новой силой разгорелись дебаты о праве собственности на землю. Но эта животрепещущая проблема трактуется односторонне, на уровне лозунгов, без учета реальных социально-экономических и финансовых категорий. По-видимому, было бы весьма полезно осмыслить чрезвычайно успешный американский опыт в развитии сельскохозяйственного производства и прежде всего регулирующую роль государства, начиная с «великой депрессии» 30-х годов и вплоть до сегодняшнего дня.

Сельское хозяйство США: как и почему?

В Украине знают об Айове как о кукурузном штате. Она неизменно занимает первое место среди других американских штатов по сбору этой высокопроизводительной культуры. Здесь, как говорят американцы, выпекается пятая часть их маисового пирога. Кукурузу выращивают на площади 50 миллионов акров. Показательно, что сейчас в благоприятные годы фермеры Айовы собирают больший урожай этой культуры, чем на всей территории Соединенных Штатов в 1930 году, и на меньшей площади, чем ее выращивали тогда в этом штате. Остальной ее урожай используют для откорма свиней. По их поголовью Айова занимает первое место, айовские хрюшки составляют четвертую часть сытых американских свиней.

Айова лидирует по сбору бобовых, значительную часть которых закупают японцы, чтобы продлить свое рекордное в мире долголетие. Согласно данным статистического бюро Министерства сельского хозяйства США, Айова лидирует по общей площади земельных угодий, на которых сеют основные культуры (всего обрабатывается 10,5 миллиона акров), и по емкостям для хранения сельскохозяйственной продукции. По общему объему аграрного производства она занимает третье место после более крупных штатов - Калифорнии и Техаса, а по объему экспорта - второе. На экспорт идет приблизительно третья часть сельскохозяйственной продукции. Айова удерживает пальму первенства в главном: это самый высокопроизводительный сельскохозяйственный район в США и, как считают американские эксперты, во всем мире.

Во всем этом главным является вопрос: как и почему? Почему Айова, сравнительно небольшой по размерам территории и численности населения штат, лидирует по продуктивности сельскохозяйственного производства? Как удается на 100 тысячах фермах ежегодно выращивать продукцию стоимостью более 9 миллиардов долларов (что превышает объем годового бюджета Украины)?

Частичный ответ на этот вопрос можно найти в энциклопедии «Американа»: «Самое большое природное богатство Айовы - это, несомненно, ее земли. На Айову приходится четверть всех лучших сельскохозяйственных угодий Соединенных Штатов. Развитию сельского хозяйства здесь благоприятствует климат, для которого характерны влажная весна, теплое лето и относительно продолжительный вегетационный период. Дольше всего - 170 дней - он длится на юго-востоке штата, самый короткий он на северо-западе, где составляет 140 дней».

- У нас в Айове почти идеальные погодные условия и уровень осадков, четыре резко очерченных времени года, - объяснял нам гид фермер Джерри Джонсон. - Зимой, когда дуют сильные ветры из Сибири, ртутный столбик опускается до 17 градусов ниже нуля по Цельсию, можно даже отморозить щеки. А в июле температура составляет в среднем 23 градуса по Цельсию. В Айове великолепные условия для выращивания кукурузы, из которой в Америке производят 3500 различных продуктов, и соевых бобовых. Озимые мы почти не сеем.

«Наше сокровище - земля», - повторял как поговорку Джерри. Он был искренне убежден в том, что кроме Айовы чернозема нет больше нигде в мире, и весьма удивился, когда услышал от меня, что такие же плодородные земли есть в Украине.

Высокоразвитое сельскохозяйственное производство - основа продолжающейся в США новой промышленной революции.

- Сегодня в этом штате вместо бензина уже более чем на треть используется этанол и открываются перспективы его использования в еще больших масштабах. Благодаря этому снижается уровень загрязнения воздуха выхлопными газами автомобилей.

- Производство пластика из кукурузного крахмала содействует также решению проблем, связанных с хранением отходов, и уменьшению зависимости от импорта нефти.

- Из побочных продуктов животноводства в этом штате производят медицинские препараты, которые играют важную роль в лечении тяжелых недугов и осуществлении профилактических мероприятий.

- Многие американские издатели отдают предпочтение типографским краскам, которые производят в Айове из масла соевых бобов.

Происшедшие здесь в последние два десятилетия перемены были бы немыслимы без применения современных технологий и биотехнологий. У фермеров Айовы большой выбор: им предлагают свои услуги несколько десятков фирм по производству сельскохозяйственной техники. Стоит она недешево: комбайн - около 150 тысяч долларов, большой трактор - до 180 тысяч. Однако затраты окупаются: сельскохозяйственные машины безотказно работают по 20-25 лет. О том, где фермеры берут деньги на эти потребности, - позже.

Американский опыт интенсивной механизации сельского хозяйства и применения высоких технологий, несомненно, имеет универсальный характер. Чудеса на полях Айовы происходят не сами по себе. В лабораториях «Пайениэр хай-бред интернэшнл» я видел, как с помощью «биопушек» закладываются генные коды, благодаря которым увеличивается сопротивляемость сельскохозяйственных культур сорнякам и насекомым-вредителям. Связь сельскохозяйственной науки и практики в Айове - неразрывна.

В знаменитом на всю страну сельскохозяйственном колледже университета штата Айова в Эймсе функционирует единая компьютерная учебная сеть. Преподаватель университета и студент-заочник, в каком бы уголке штата они ни находились, в любое время могут вести предметный видеодиалог. Большинство сельскохозяйственных изданий в Айове распространяется бесплатно. Это тоже часть сельскохозяйственного всеобуча. Добавьте ко всему этому трудолюбие фермеров Айовы, большинство которых - потомки переселенцев из Германии, скандинавских стран и Нидерландов, унаследовавшие привычку к упорному методичному труду, и тогда становится понятным, почему процветает этот штат. Впрочем, аналогичных успехов добились в Канаде землепашцы - выходцы из Украины, в то время как у нас черноземы зарастают сорняками.

Как и во времена президента Линкольна, агрокультура остается главнейшей отраслью экономики Америки. Но в остальном все с тех пор неузнаваемо изменилось. Тогда один американский фермер обеспечивал пропитанием лишь трех-четырех соотечественников. Сегодня он в состоянии сытно накормить 130 человек. В Айове этот показатель значительно выше.

В настоящее время непосредственно в сельскохозяйственном производстве США занято менее трех процентов 265-миллионного населения страны. Но за счет этого обеспечены работой более 20 миллионов американцев, а вся страна - дешевыми продуктами. Потребитель в США, согласно американским статистическим данным, расходует на продукты питания в среднем 8 процентов семейного бюджета, в то время как в Канаде - 11 процентов, в Великобритании - 11,8 процента, в Австралии - 14,8 процента, во Франции -16,2 процента, в Италии - 18,3 процента. О нас и Бог забыл: в период затянувшейся экономической разрухи большинству населения Украины не хватает денег даже на скудное пропитание.

На Соединенные Штаты приходится 70 процентов мировой торговли кукурузой, 52 - торговли зерном и более 30 процентов - текстильным хлопком. Неужели американские фермеры добились этого самостоятельно?

Согласно Бюро переписи населения США, лишь 9 процентов фермеров арендуют землю, а свыше 90 процентов полностью или частично ею владеют. Являясь собственниками и потому заинтересованными в результатах своего труда, они в изобилии обеспечивают рынок разнообразными и дешевыми сельскохозяйственными продуктами, в огромной степени содействуют позитивному торговому сальдо страны.

Фактор частной собственности на землю сформировался в Америке в иных, чем у нас, исторических условиях, опираясь на менталитет нации, динамично развивающейся на основе частной инициативы и личных свобод. В современенную эпоху он неразрывно связан с государственным регулированием. Без него невозможно понять реальное положение в сфере сельскохозяйственного производства в США.

Федеральное правительство, как подробно объяснили группе иностранных журналистов в связи с поездкой в Айову в Министерстве сельского хозяйства в Вашингтоне, выступает в роли арбитра между производителями и потребителями сельскохозяйственной продукции. Предоставляя субсидии фермерам на осуществление сельскохозяйственных программ, оно в интересах потребителей сдерживает рост цен. А если рыночные цены опускаются ниже предполагавшихся, фермеры получают из государственной казны солидные дополнительные выплаты. Это делается для того, чтобы не ущемлять их интересы и предотвращать возникновение кризисных явлений в сельском хозяйстве.

Действующая в США система поддержки фермеров весьма разнообразна. Так, благодаря ей можно получить от государственного Агентства обслуживания фермеров кредит на выгодных условиях в случае, если хозяйство оказалось в районе, объявленном президентом или Министерством сельского хозяйства зоной бедствия. Максимальный объем кредита по этой программе составляет 80 процентов стоимости объема понесенного ущерба и достигает 500 тысяч долларов. Кредиты, возмещающие потерю урожая, скота и движимого имущества, выдаются под низкие проценты и выплачиваются должниками обычно на протяжении семи лет, а в отдельных случаях - 20 лет. Кредиты за потерю недвижимого имущества выплачиваются обычно на протяжении 30 лет, а в некоторых случаях - 40 лет.

Даже благодатная Айова - не рай земной. Так, в 1993 году вследствие опустошительного наводнения, обрушившегося на этот штат, была потеряна половина урожая. По авторитетному свидетельству министра сельского хозяйства и землеуправления Айовы Дейла Кокрэна, после этого ужасного стихийного бедствия «источником 85 процентов доходов фермеров этого штата были государственные субсидии».

Министерство предлагает фермерам несколько программ помощи. В их числе - кредитная программа начинающего фермера на сумму до 250 тысяч долларов, поощрительная финансовая программа по сохранению земель на сумму, достигающую половины предполагаемых расходов.

- Наша сельскохозяйственная продукция не залеживается и не портится, - объяснил симпатичный Билл Брюэр, пресс-секретарь министерства. - Дважды в неделю груженые баржи плывут вниз по Миссисипи, расположенной на востоке штата, сначала в Луизиану, а оттуда - в Мексику. На западе штата есть другая водная артерия - Миссури.

Брюэр считает великолепную природную инфрастуктуру важным фактором экономического успеха своего штата. Для него, как и для фермеров Айовы, налаживание сбыта продукции при финансовом участии государства - вещь сама собой разумеющаяся. Нашим крестьянам есть чему удивляться и завидовать.

Американское сельское хозяйство крепко стоит на ногах благодаря мощной поддержке, которую оно получает от государства, особенно со времен канувшей в лету «великой депрессии» 1930-х годов. Даже в Министерстве сельского хозяйства в Вашингтоне не смогли конкретно ответить на мой вопрос: сколько всего денег было израсходовано на эти цели? Счет идет на сотни миллиардов долларов.

Чего не предвидел кремлевский вождь

ЮСИА не включило в программу нашей поездки в Айову посещение фермы Гарста, на которой сорок лет назад, в сентябре 1959 года, во время визита в США побывал Никита Хрущев. Там же передовой капиталистический опыт осваивал знаменитый когда-то в Украине дважды Герой Социалистического Труда Александр Гиталов, почему-то невзлюбивший Америку, американских, а заодно и советских журналистов. Побывать там я не успел. «Особо сожалеть не стоит. Обычная ферма, ничего особого», - успокаивал меня гид Джерри Джонсон, который не мог понять моего любопытства.

Политический спектакль, устроенный Никитой Хрущевым на этой ферме, специализирующейся на выведении гибридов кукурузы, весьма поучителен. В изданной огромным тиражом книге «Лицом к лицу с Америкой» поездке Хрущева в Айову посвящена отдельная глава, а в ней - раздел «В гостях у Гарста». Элитарная советская журналистская команда во главе с зятем Алексеем Аджубеем пела дифирамбы советскому лидеру, но американцы были буквально ошеломлены его «образным тонким юмором», им оставалось лишь делать вид, что все о'кей.

Даже Росуэллу Гарсту, который решил сделать себе рекламу на личной дружбе с кремлевским вождем, пришлось проглотить целую дозу горьких пилюль. «Замечательный хозяин. Хотя и капиталист, но умный человек», - отпустил шутку в адрес гостеприимного хозяина заморский гость. Гарст предлагал советскому премьеру прислать механизатора из России, чтобы тот поработал у него на ферме, где один человек возделывает кукурузу на площади сто гектаров. Но советский кукурузник-балагур был увлечен собственными рассуждениями. «Мне, например, кажется, что у него (Гарста. - Прим. А.С.) кукуруза на силос загущена, много стеблей в гнездах, поэтому он получает меньше кормовых единиц на силос с гектара», - демонстрировал он свои познания в агрономии. - Мы, русские, знаем об этом, а вы, американцы, по-видимому, не знаете».

Летописцы эпохи, отметая любые критические замечания американцев как «провокационные выпады» против советского лидера, представляли Никиту Хрущева то как «шахматиста, побеждающего сразу на нескольких досках», то как «тончайшего специалиста сельскохозяйственного производства, оперирующего конкретными, малоизвестными за границей данными научных экспериментов, результатами колхозной практики, цифрами, которые не знают на память даже профессора». А сам кремлевский вождь с убежденностью, основанной на химерной фантазии, провозгласил на американской земле лозунг «Догнать и перегнать Соединенные Штаты!». Однако затея Никиты Хрущева засеять кукурузой, как в Айове, все колхозные и совхозные поля закончилась провалом. А об угрозе Хрущева «Мы вас похороним!», вызвавшей в свое время смертельный переполох у американцев, сегодня уже никто не вспоминает. Мы похоронили не их, а до сих пор продолжаем хоронить себя.

Фермеры Айовы и живут, и трудятся, опираясь на солидную финансовую поддержку государства и обеспечивая взамен его процветание. А как же наши крестьяне, которых вдруг, ни с того ни с сего, обозвали фермерами? Разве в состоянии они выжить и подняться на ноги, сталкиваясь с безразличием государства, своеволием местных властей, с безденежьем, отсутствием техники и импортным потоком субсидируемых дешевых сельскохозяйственных продуктов?

Дон Суттер:

«Это - единственная работа, которую

мы умеем делать...»

Айова, Айова,

Ты - лучший штат на Среднем Западе.

Ты прекрасна, как мечта поэта.

(Из американской песни)

Напутствуя меня перед поездкой в Айову, мой вашингтонский знакомый Лестер Браун говорил: «Вы отправляетесь в самый производительный сельскохозяйственный район в мире. Это будет увлекательная поездка». К мнению Брауна стоило прислушаться. Ведь он не только директор самого влиятельного в мире экологического института «Ворлдвотч», но и мировой авторитет по проблемам продовольствия. И все же, совершая поездку по живописной Айове, я не сразу увидел наяву экономическое чудо и не воспринял его вначале как бесспорный факт.

...Из Вашингтона, где кипят политические страсти, до административного центра Айовы Де-Мойна три часа полета. Еще минут сорок езды от Де-Мойна по необозримым кукурузным и соевым полям да мелькающим время от времени пастбищам - и мы в самой что ни есть американской глубинке. Автобус резко сворачивает с автострады на семейную ферму Суттеров. Чувство любопытства сменяется удивлением и разочарованием. Наслышавшись и начитавшись о чудесах сельскохозяйственного производства в Айове, я был уверен в том, что увижу действительно нечто потрясающее. А тут - ферма как ферма, на первый взгляд ничего особого. Посеревшая от дождей деревянная изгородь, которой обнесен загон для свиней, напомнила мне сельскую Украину.

Потемкинские деревни в советские времена выглядели куда внушительнее. И встречи иностранных гостей, которых мне не раз приходилось сопровождать, проходили совсем иначе. Их встречала разнаряженная колхозница, обычно героиня соцтруда. Когда те заходили в просторную хату, то у них при виде колхозной скатерти-самобранки разбегались глаза.

В Айове все было совершенно иначе. Никакого тебе славянского гостеприимства. Не то что пышной скатерти-самобранки, но даже намека на скромный американский ланч. Разговор происходил всухомятку. Как хочешь, так и понимай: то ли списывай на прижимистость хозяев, то ли на их занятость. В Плезентвилле, что в переводе с английского означает «Приятный городок», где расположена ферма Суттеров, была в разгаре страда.

- Мы - небольшая семья, и земли нам вполне хватает, - рассказывает симпатичная, пышущая здоровьем 35-летняя Лиана. - Не думаю, что мы могли бы обрабатывать больше.

Семейное хозяйство Суттеров, на котором работают представители двух поколений, - обычная ферма. Это в числе прочего означает, что она многоотраслевая. Суттеры выращивают кукурузу и бобовые. На ферме насчитывается 80 свиноматок, в год откармливается 600 поросят. Правда, по своим размерам она намного больше средней айовской фермы, площадь которой обычно составляет около 300 акров (1 акр равен 0,4 га). Сколько же людей трудится на ферме Суттеров?

- Я, мой муж и его родня, - объясняет Лиана. - Еще одного работника нанимаем.

Итак, рабочих рук всего пятеро пар: четверо у самой Лианы, ее мужа Кеннета, свекра Дона и свекрови Марджори да еще одна пара не столь охочих до работы на чужой земле. Как же их хватает на то, чтобы обрабатывать всю ферму?

- Мы поднимаемся каждый день в 6.30 утра. После завтрака сразу отправляемся на работу и трудимся до полудня, - рассказывает Лиана. - Ланчевать приходится по-разному: то дома, то в поле, затем работаем до сумерек.

Около 9 вечера семья Суттеров возвращается домой и обычно на протяжении часа смотрит телевизор. Это занятие является ритуалом для американцев, даже для фермеров.

По субботам молодая супружеская чета трудится, как в будни. У них остается лишь один свободный день - воскресенье, который они называют семейным.

Лиана с трудом вспоминает праздники, обозначенные в календаре: День благодарения в ноябре, Рождество в декабре. И после этого сбивается со счета. «Еще День независимости в июле», - подсказываю я. Но для семьи Суттеров это - обычный трудовой день.

- А сколько у вас на ферме техники?

Лиана задумывается, начинает подсчитывать в уме и снова запутывается. Чтобы хоть как-то удовлетворить наше журналистское любопытство, сбивчиво объясняет:

- Много... Большой комбайн, несколько тракторов... Все необходимое...

Среди сельскохозяйственного инвентаря Суттеров есть и трактор производства 1939 года. Правда, его уже редко используют по назначению. Для Суттеров это, как выражаются американцы, сентиментальная ценность. Или, как говорят в Украине, семейная реликвия.

На американской ферме мне вспомнились слова незатейливой колхозной песенки: «Не сама машина ходит, тракторист машину водит». Несмотря на обилие техники, фермерам Айовы приходится работать, не покладая рук.

- Бываете ли вы в отпуске? - спросил я у Лианы.

За первые десять лет супружеской жизни она вместе с мужем была в отпуске всего лишь один раз, уехав отдохнуть в Южную Дакоту. Их совместный отпуск продолжался неделю.

Зашел разговор и на темы кулинарии.

- Какое ваше любимое блюдо?

- Мы едим в основном картошку с мясом, - сказала Лиана.

Фермерской семье, занятой изнурительной работой, которая не под силу горожанину, не до изысканных блюд.

Брат Лианы, не выдержав тяжелых условий сельской жизни, нарушил семейную традицию: после окончания колледжа остался жить в городе. Золовка Диана также предпочла городскую жизнь и теперь вместе с сыновьями - 7-летним Тоби и 4-летним Логаном - наведывается к своим родителям лишь в гости. Во всей округе осталось лишь несколько фермерских семей в возрасте супружеской четы Суттеров. Сейчас средний возраст фермеров Айовы составляет 55 лет.

- А вы сами все-таки предпочитаете сельскую жизнь городской?

- Да, конечно, - убежденно отвечает Лиана. - Я люблю жить на ферме. У нас великолепная работа, и я ни за что не отправилась бы в город искать там себе какое-то занятие. У нас все в своих руках, я чувствую себя более свободной, чем городские жители.

- Хотели бы вы изменить что-то в своей жизни?

- Что-то изменить? - переспросила Лиана. - Вы имеете в виду изменить свой стиль жизни? Иногда мне хотелось бы немного прихорошиться, попудриться и подкрасить губы, - с грустью добавила молодая женщина.

На общественные дела, к которым американцы, вопреки распространенному у нас мнению, относятся с искренним азартом, у Лианы не хватает времени. Однако она установила контакты с представителями молодежного крестьянского движения в Германии. «У нас в Плезентвилле нет никакой ассоциации, - объясняет Лиана. - Но мой муж добровольно служит в местной пожарной команде и получает от этого рискованного занятия уйму удовольствия».

С мужем Лианы Кеннетом нам так и не удалось познакомиться. 34-летний здоровяк лишь промелькнул перед глазами в майке с надписью Калифорнийского университета, в джинсах с огромной дырой на срамном месте. Дело происходило на другом участке фермы. Кеннету было явно не до гостей и, перебросившись парой слов с родственниками, он тут же вновь отправился работать в поле.

Хозяева фермы Дональд и его супруга Марджори все же нашли возможность на несколько часов оставить дела: ведь иностранные журналисты у них не частые гости. Загорелый, пышущий здоровьем 62-летний Дон смутно помнит свою родословную. Он считает, что его предки - выходцы из Австрии. Однако вопрос о том, где проросли корни генеалогического древа фермера из Айовы так и остался невыясненным. В 1983-84 годах Суттеры, уже давно обосновавшиеся в Америке, получили от федерального правительства «небольшой» заем для ведения хозяйства. Это помогло им крепче стать на ноги, но не решило всех проблем.

- Бюрократы в Вашингтоне не имеют представления о том, как тяжело нам бороться за выживание, - говорит Дон Суттер. - В нынешнем году наши расходы превысили 200 тысяч долларов. Это приблизительно на 600 долларов больше, чем в минувшем. Приходится все больше платить за удобрения, горючее. Уйму денег пожирает ремонт техники.

Дон понимает, что многое на ферме можно изменить к лучшему с точки зрения потребителей его продукции, но не в состоянии сделать это.

- Я знаю, вы скажете, что мне не следовало бы использовать гербициды для выведения сорняков, - продолжает он. - Однако я опрыскиваю ими посевы кукурузы. Я вынужден делать это из финансовых соображений. Конечно, лучше было бы нанять людей и прополоть посевы. Но откуда мене взять деньги на это?

Сумма чистой прибыли фермерской семьи Суттеров, которая трудится до седьмого пота, вызвала бы снисходительную улыбку «новых украинцев»: работаете задарма! Их доход составляет всего 40 тысыч долларов в год. Даже если учесть, что цены в провинциальной Айове в полтора-два раза ниже, чем в столице и продукты питания свои, эта сумма выглядит по американским стандартам весьма скромной.

Выжить семье Суттеров помогает компьютер. Энергичная Лиана постоянно следит за уровнем цен на кукурузу и бобовые. На протяжении дня они могут подпрыгнуть на 20 центов за бушель. Если пристально не следить за этими колебаниями, вообще потеряешь всю прибыль. Фермерской семье приходится надеяться в этом лишь на саму себя.

Дон Суттер полностью разочаровался в политике и зол на всех политиков:

- Просто приходишь в уныние от того, что они лишь дают обещания, но не выполняют их. Политики говорят то, что нам хотелось бы услышать из их уст, но после этого не делают ровным счетом ничего. Поэтому я даже не смотрю их выступления по телевизору.

- А ведь все должно быть иначе, - считает Дон. - Участвуя в выборах, вы должны знать, за кого и за что голосуете. Но у вас нет такой возможности. Вы идете на избирательный участок, отдаете свой голос за парня, который кажется вам не столь плохим, как его предшественник. Когда к власти пришел Рональд Рейган, мы полагали, что он все изменит к лучшему. Поэтому мы голосовали за него. Но он почти полностью покончил с государственным регулированием экономики. В результате все рабочие места уплыли из Америки. За границей за ту же работу можно платить не 15-20 долларов в час, а значительно меньше. Так многие американские семьи лишились хорошо оплачиваемой работы.

Сейчас, по мнению Дона, живется тяжелее, возникли семейные, моральные и другие проблемы. И мужу, и жене приходится работать, а дети остаются без присмотра.

- Уклад жизни совершенно изменился, - считает он. - Раньше мы вообще не закрывали двери на замок, а ключи от зажигания оставляли в автомобиле. Конечно, у нас было при себе оружие. Но нам и в голову не приходило зарядить его. Теперь приходится вести себя иначе. У молодежи нет возможности устроиться в жизни, и часто ей не остается ничего другого, как воровать.

У Дона Суттера на все свои взгляды. Он убежден в том, что работать в семье должен кто-то один - муж или жена. Спасать положение можно начинать лишь со следующего поколения. Нынешнее он считает потерянным, поскольку оно уже лишилось ценностей, на которых основывалась семейная жизнь в сельской Америке в ту пору, когда он сам был ребенком. Суттер - убежденнный приверженец жестких методов воспитания. «Стоило мне в чем-то провиниться, как мать тут же учила меня с помощью палки, - объясняет он. - Сейчас я не в состоянии повлиять на своих детей и внуков, тем более на чужих детей».

Дон Суттер считает моральные устои и благополучие семьи самым важным для себя и общества, а политическая суета в Вашингтоне, по его мнению, не стоит выеденного яйца.

- Я не думаю, что политики в состоянии что-либо предпринять, изменить ход событий в стране, - говорит он. - Если бы они действительно могли сделать что-то, то они наверняка уже кое-что предприняли бы.

- Доверяете ли вы все-таки кому-либо из политиков? - прозвучал вопрос.

- Только самому себе.

- Кому?

- Самому себе, - повторил он, для полной ясности указав пальцем на себя.

Но слова словами, а этой фермерской семье, как и большинству других в Америке, приходится постоянно иметь дело с федеральными властями. Это стало очевидным, когда в разговор включилась его супруга Марджори, внешне похожая на дородную украинскую крестьянку.

- Вместе с мужем мы даже занимались в свое время лоббистской деятельностью, - вспоминает она. - Когда в 1985 году в Конгрессе рассматривался фермерский билль, мы отправились на две недели в Вашингтон. Это было столь важно для нас, что мы решили действовать с тем, чтобы проблема была решена с учетом наших интересов. Я считаю, что благодаря этому нам, возможно, удалось избежать худшего. Однако положение, в котором мы сейчас оказались, едва ли можно назвать хорошим.

По словам Марджори, ее семья получает небольшие государственные субсидии для выращивания кукурузы. Ее супруг уточнил, что в минувшем году правительственная помощь составила 13 тысяч долларов. Выходит как бы замкнутый круг.

- Нам не хотелось бы получать помощь от государства, - объясняет Марджори. - Однако без нее мы просто обанкротимся.

- Мы предпочитали бы сами устанавливать цены на рынке на продукцию, которую производим, - продолжает она. - А нам указывают, что сеять на каждом акре земли. Приходится сталкиваться со многими трудностями: со стремлением горожан покупать сельскохозяйственную продукцию по дешевке, без учета нашего труда и растущих расходов, с капризами природы, с действиями правительства, направленными на сдерживание уровня цен. Я не могу объяснить вам в точности, как все происходит. Но это действительно так. Пусть нам лучше дадут возможность самим вести свое хозяйство!

С этим мнением согласен ее супруг:

- Как и каждому фермеру, мне приходится объяснять бюрократам, что мне садить и сеять и какой урожай собирать. Скажите, Бога ради, почему я должен делать это? Я думаю, было бы лучше, если бы бюрократы оставили меня в покое со всем своим регулированием производства.

Дон Суттер выразился чисто по-американски:

- Начинать работать на земле - это все равно что покупать новый автомобиль. Ты получаешь ключи от зажигания и сам заботишься о его исправности. Точно так же хотелось бы трудиться в своем хозяйстве. Мы - фермеры. Это - единственная работа, которую мы умеем делать. Но мы умеем делать ее по-настоящему.

- Для меня, невзирая ни на что, это самая лучшая жизнь, - с убежденностью говорит Дон Суттер. - Я чувствую себя свободным человеком.

Как и любой американец, он руководствуется прагматичными мотивами и не скрывает этого:

- Я нахожусь в выгодном положении, если мне захочется уйти на пенсию. Конечно, у меня есть социальная страховка. Но размер моей пенсии определяется не этим. Если я сдам ферму в аренду своему сыну, то она составит половину его чистой прибыли.

В любом случае фермерами в Америке, как и крестьянами в Украине, рождаются.

- Чтобы стать настоящим фермером, надо начинать в таком возрасте, как этот малыш, - объясняет Дон Суттер, показывая на своего 4-летнего внука Логана. - Нужно расти, познавая тайны земли и проникаясь любовью к ней. Просто так этому нельзя научиться.

В общем семья американских фермеров Суттеров совсем не похожа на украинскую крестьянскую семью и проблемы у нее совсем иного рода. Как объяснишь им, что в Украине платят за обычную работу не 15-20 долларов в час, а вообще ни гроша, что месячная пенсия у нас не превышает 10 долларов, а в лучшем случае - несколько «условных единиц», которые еще попробуй выбить? Они в такое ни за что не поверят.

Окончание следует

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №20, 26 мая-1 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно