КАК УКРАИНСКИЕ ТРУБЫ И ИХ ПРОИЗВОДИТЕЛИ ЗАКАЛЯЮТСЯ В АНТИДЕМПИНГОВЫХ ПРОЦЕССАХ

24 ноября, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №46, 24 ноября-1 декабря

Постоянные читатели «Зеркала недели», наверное, помнят публикации, освещавшие такие проблемы укр...

Постоянные читатели «Зеркала недели», наверное, помнят публикации, освещавшие такие проблемы украинских экспортеров из числа производителей труб, как антидемпинговые расследования в отношении их (в том числе публикации в «ЗН» №3, 28 за 1999 год — «Последний довод европейских «трубных королей»?..» и «Украина — ЕС: проблемные вопросы торговых отношений»). Тогда в интервью «ЗН», в частности, министр внешнеэкономических связей и торговли Украины Андрей Гончарук (который в результате админреформы теперь занимается теми же проблемами, но уже будучи заместителем министра экономики Украины) и его юридический советник Олег Рябоконь подробно рассказали о нюансах и проблемах во внешнеторговой деятельности украинских экспортеров. В частности о том, что отечественные участники внешнеэкономической деятельности в ходе антидемпинговых расследований оказываются буквально связанными по рукам и ногам, как только их конкуренты заговорят о рыночно-нерыночном статусе государства Украина. Можно сказать, наверное, что это убойной силы аргумент. Во всяком случае именно он (в виде статуса Украины как государства с нерыночной экономикой) сыграл первую скрипку в антиукраинском расследовании комиссии ЕС против троих производителей бесшовных труб из Украины.

В то же время, в тех странах Азии и Латинской Америки, где в ходе расследований был признан рыночный статус Украины, органы антидемпингового расследования в отношении наших соотечественников-экспортеров либо признали, что никакого демпинга не было и ущерба их национальным производителям аналогичной продукции не причинено, либо демпинговая маржа в отношении украинских товаров устанавливалась, как говорится, по-божески — до 10%. И при этом каждый украинский экспортер «получал по собственным заслугам», а не «оптом».

Беда в том, что как только на государство, в отношении представителей которого возбуждается антидемпинговая процедура, «вешают» ярлык — «нерыночное», мало того, что на их товар устанавливают непомерную демпинговую маржу, их к тому же «рассматривают скопом», независимо от условий и особенностей деятельности каждого экспортера. И все как один вынуждены затем платить непомерные пошлины, что зачастую приводит к их уходу с рынка этой страны.

Украинские предприятия без надмерной монопольной опеки родного государства получили возможность выйти на зарубежные рынки в 1994—1995 годах. И Украина в лице, в частности, бывшего МВСТорга приложила максимум усилий, дабы добиться от ЕС в ходе антидемпинговых расследований признания статуса государства с рыночной экономикой. Однако только начиная с 12 октября 2000 года украинские предприятия получили возможность (или, если хотите, шанс) быть признанными «рыночными» при антидемпинговых расследованиях в ЕС.

Стоило ли так долго бороться и затратить столько усилий ради одного признания рыночного статуса? В качестве ответа могу предложить весьма красноречивые примеры — из «антидемпинговой» истории Металлургического комбината им.Ильича. Когда в ходе антидемпингового расследования в Тайване адвокаты МК им.Ильича добились признания рыночного статуса этого предприятия, демпинговая маржа в отношении его продукции на рынке этой страны была установлена в 4,5%.

Но добиться признания рыночного статуса в ходе антидемпингового расследования против МК им.Ильича в США не удалось, как следствие — на продукцию того же МК была установлена демпинговая маржа в 155%...

Увы, отмечают специалисты по антидемпинговым расследованиям, возможность быть признанными еще не значит, что сразу же украинские экспортеры автоматически будут признаны «рыночными». Управляющий партнер юридической фирмы «Магистр & Партнеры» Олег Рябоконь (имеющий уже весомый опыт защиты интересов украинских экспортеров в антидемпинговых расследованиях) говорит, что «только те украинские предприятия, которые смогут доказать, что их производство и продажи осуществляются на рыночных принципах, будут признаны рыночными».

Согласно требованиям постановления ЕС №384/96 от 22 декабря 1995 года (статья 2(7) (с)) статус рыночных украинские предприятия получат только в том случае, если докажут, что «решения предприятий в отношении цен, затрат производства и материалов, включая, например, сырье, стоимости технологий и труда, объемов производства, продаж и инвестиций принимаются на основе рыночных принципов, которые отображают факторы спроса и предложения, и без существенного вмешательства в эти процессы со стороны государства, а также затраты на главные материалы в основном формируются на основе рыночных цен;

предприятия имеют одну четкую систему бухгалтерского учета, которая проходит независимую аудиторскую проверку в соответствии с международными стандартами бухгалтерского учета и применяют такую систему для всех целей;

себестоимость продукции и финансовая ситуация предприятий не подвергаются искажению как следствие практики, которая присуща бывшей нерыночной системе, в частности, амортизация основных средств, другие списания, бартерная и «взаимозачетная» торговля;

к предприятиям применимы законы о банкротстве и собственности, которые гарантируют юридическую ясность и стабильность деятельности предприятий;

обменный курс устанавливается на основе рыночного курса».

Антидемпинговая коррозия?

Не успели украинские экспортеры, в частности производители стальных труб, перевести дух после (или в ходе) «антидемпинговых» расследований в Европе, США и на Азиатском континенте, аналогичный процесс инициировали ближайшие соседи — россияне.

На фоне обострившихся (и без того сложных) украинско-российских экономических (и политических) отношений, считаю уместным призвать читателей (а тем более — непосредственных участников процесса, о котором пойдет речь ниже) руководствоваться логикой законов экономических взаимоотношений, а не идти на поводу у политических спекулянтов, тем более не поддаваться эмоциям различного толка. А также простить автора за, возможно, чрезмерную начинку этого текста специфической терминологией. Простите, но сия тема требует по возможности, как говорится, следовать тексту документов. Даже в популярном издании.

Впрочем, специалистов по проблемам внешнеэкономических отношений также прошу сделать скидку, но на терминологическое упрощение. Дело в том, что то, что журналисты обобщенно называют «антидемпинговыми процессами», специалисты разделяют на три основные категории: расследования относительно демпинга; расследования, касающиеся субсидирования и специальные расследования относительно увеличения доли импорта той или иной продукции на рынке конкретно взятого государства.

Далее речь пойдет именно о специальном расследовании.

Не станем вдаваться в подробности процесса экспорта труб и в детали того, почему в 1994—1995 годах в Россию из Украины стабильно поставлялось от 750 до 822 тыс. тонн труб различного диаметра. У россиян был спрос — украинские производители имели что предложить. Словом, — рынок, бизнес.

И все бы ничего, да только 17 марта этого года Министерство экономического развития и торговли Российской Федерации (впрочем, тогда и до августа 2000 года оно именовалось Министерством торговли РФ) начало специальное («антидемпинговое») расследование в отношении импорта в РФ труб из черного металла на основании решения комиссии правительства РФ по защитным мерам во внешней торговле и таможенно-тарифной политике.

Решение сей комиссии принято было по результатам рассмотрения заявления Фонда развития трубной промышленности РФ. Названный фонд в данном случае выступал от имени семи российских производителей труб из черного металла:

ОАО «Таганрогский металлургический завод»,

ОАО «Челябинский трубопрокатный завод»,

ОАО «Северный трубный завод»,

ОАО «ПО «Волжский трубный завод»,

ОАО «Альметьевский трубный завод»,

АО «Синарский трубный завод»,

ОАО «Выксунский металлургический комбинат».

 

Предметом начатого в России в марте антидемпингового разбирательства российское Министерство экономического развития и торговли, а точнее — товаром, являющимся объектом расследования, назвало «трубы из черных металлов, ввозимые на таможенную территорию РФ...», классифицирумые тремя кодами ТН ВЭД России (7304, 7305, 7306).

(Прошу заметить, что в процитированной фразе коды товаров указаны четырехзначными цифрами...)

Иными словами, в «чернотрубном» демпинге россияне заподозрили поставщиков в РФ труб из черного металла (указанной номенклатуры), включая четырех украинских производителей этой продукции: ОАО «Днепропетровский трубный завод», ОАО «Нижнеднепровский трубопрокатный завод», ОАО «Никопольский южнотрубный», ОАО «Новомосковский трубный завод».

Украинские производители стальных труб, экспортируемых в РФ, не стали дожидаться «публичной порки» и поинтересовались: в чем, собственно, россияне подозревают поставщиков «черных» труб на российский рынок?

Что ответили украинцам северные соседи — читайте в следующей главе.

Протекционистские подозрения россиян

Итак, россияне проанализировали состояние своего рынка стальных труб, произведенных из черных металлов, за период 1992 год—май 2000-го (прошу запомнить эти даты). И пришли к выводу, что доля присутствия на российском рынке этой продукции импортного производства (в частности, произведенной в Украине) постоянно увеличивается. Об этом Министерство экономического развития и торговли России сообщило Министерству экономики Украины 14 сентября текущего года.

По мнению россиян, это уже причинило ущерб и ущемило интересы российских производителей аналогичной продукции. Весомыми «виновниками» сего, по мнению россиян, являются украинские производители труб из черного металла.

Но вот что примечательно. Взявшись за специальное «антидемпинговое» расследование, россияне буквально сразу же проигнорировали требования своего же, российского, «антидемпингового» законодательства.

Между тем ст.18 закона Российской Федерации «О мерах по защите экономических интересов РФ при осуществлении внешней торговли товарами» (принят 14 апреля 1998 года) четко определяет, что «заявление о проведении расследований, относящихся ко всем мерам по защите экономических интересов РФ при осуществлении внешней торговли товарами, должно содержать:

сведения о заявителе, об объеме и стоимости производства отраслью российской экономики аналогичного или непосредственно конкурирующего товара за три предшествующих года, в отношении которых имеются необходимые статистические данные…;

сведения об изменениях объема ввоза на таможенную территорию РФ товара, являющегося объектом расследования, за три предшествующих года, в отношении которых имеются необходимые статистические данные;

доказательства негативного воздействия такого ввоза на отрасль российской экономики».

Так что, коль уж российские «трубники» недовольны присутствием украинской аналогичной продукции на их рынке и просят провести специальное расследование, то логично было бы ожидать, что Министерство экономического развития и торговли РФ, по крайней мере, должно было начать с четкого определения периода расследования, которым, если следовать логике российского законодательства, должен быть период 1997—1999 годов.

Уже один тот факт, что периодом специального расследования избран иной и намного больший промежуток времени, говорит о том, что происходит простая манипуляция различными периодами, в результате которой не представляется возможным достоверно определить причинно- следственную связь между динамикой импорта труб в РФ и тенденциями развития самой трубопроизводящей отрасли этого государства. А коли так, то на каком основании россияне предъявляют претензии поставщикам импортных труб на их рынок?

Если проанализировать данные диаграммы 1 (в которой представлен объем производства российских стальных труб), то нетрудно заметить, что резкий спад в производстве наблюдался в 1993 году и в начале 1994-го. Затем уже в 1994—1997 годах российское производство стальных труб стабилизировалось. А в 1998 году и эту отрасль российской экономики настиг общеэкономический кризис. Но доля импорта на рынке от этого не намного возросла. Во всяком случае вряд ли только этот фактор можно считать катастрофически повлиявшим на состояние российского производства труб вообще. Даже неэкономистам понятно, что в каждый из названных периодов спада тому причиной были различные обстоятельства и факторы. И только на этом основании обвинять импортеров труб на рынок РФ в угрозе российской трубной промышленности — это, по меньшей мере, несерьезно.

 

К тому же, если сравнивать импорт труб на российский рынок вообще и данные об объемах импорта украинских труб (см диаграмму 2), то нетрудно заметить, что с 1997 года и поныне украинские «трубники» поставляют россиянам своей продукции все меньше. Подчеркиваю: это те же данные, которыми оперировало в своем расследовании российское министерство. Только почему-то (?!) одну и ту же информацию российские чиновники трактуют иначе, чем украинские производители и экспортеры труб. Несмотря на очевидную логичность версии последних.

 

Выше я просила читателей обратить внимание на то, что, указывая объект расследования (а именно — коды труб), россияне обошлись четырехзначными кодами. Иными словами это значит, что «под одну гребенку» подскребли весь сортамент, включая и те трубы, которые вообще не производятся в РФ и которые она все равно вынуждена импортировать. К тому же такой подход приводит к тому, что в процессе этого расследования россияне проводят сравнение цен на продукцию, несопоставимую по качественным и техническим характеристикам. Мягко говоря, это просто некорректное сравнение, результат которого ни о чем конкретно не говорит в данном случае.

Между тем, российское же «антидемпинговое» законодательство однозначно требует «описания ввозимого на таможенную территорию РФ товара с указанием девятизначного кода Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности СНГ…»

А предисловие к этой самой Товарной номенклатуре (ТН ВЭД) Гостаможенного комитета России (от 1 января 1992 года, с учетом последующих изменений) четко определяет, зачем нужна такая подробная классификация:

«Правильное определение положения товара в номенклатуре (его классификация) имеет решающее значение для установления, под какой из режимов государственного регулирования внешнеэкономической деятельности этот товар подпадает…

Однозначное понимание классификационных группировок является не только преимуществом ТН ВЭД, но и необходимым условием при определении ставок таможенных пошлин и иных платежей, определении режимов экспорта-импорта тех или иных товаров, сопоставлении данных по внешней торговле различных стран и проведении экономико-статистического анализа».

Из этого и следует, что если бы россияне, руководствуясь собственными же нормативными актами и законами, выполнили вышеприведенное требование, вряд ли они бы столь однозначно упрекали украинских «трубников» в том, что из-за увеличения поставок труб украинского производства, дескать, гробится российская «трубная» индустрия (диаграммы 1, 2).

Между тем, если рассматривать период расследования как период 1997—1999 годов, как того требует закон РФ, то все данные за этот период говорят о постоянном сокращении объемов импорта стальных труб из Украины.

В 1997 году объем импорта по отношению к внутрироссийскому производству стальных труб составил 31,2%, в 1998-м — уже только 26%, в 1999-м — 25,4%. Но россияне утверждают, что «в целом за 1999 год произошло увеличение импортных поставок на 12%, в основном благодаря росту закупок труб большого диаметра для нефтегазопроводов в Германии и всплеску поставок труб из Украины».

Не говоря уже о том, что определение объема поставок труб словом «всплеск» мало о чем говорит, так это утверждение еще и прямо противоречит действительному положению вещей. Ведь официальные статистические данные об импорте труб из Украины в 1999 году свидетельствуют, что объем импорта сократился на 124 тыс. тонн по сравнению с 1998 годом. Такая вот арифметика…

Словом, если внимательно проанализировать все доводы, цифры и факты, на которые ссылается российское Министерство экономического развития и торговли (пытаясь доказать причинно- следственную связь между «возросшим» импортом и «ущербом», причиненным в результате этого российским производителям труб), можно прийти к выводу, что названное министерство РФ просто- напросто… ошиблось в оценке и выборке статистической информации, а посему и пришло к нелогичному выводу.

Впрочем, информацию министерство получило наверняка от тех, кто и является заявителем для начала описываемого спецрасследования, к возбуждению которого активно приложились ОАО «Газпром», а также «Тюменская нефтяная компания», «Башнефть» и некоторые другие из числа российских машиностроительных заводов.

Так или иначе, но российское министерство пришло к выводу о том, что «факты, установленные в ходе расследования, дают основание для принятия соответствующих мер в соответствии со статьей 3 Соглашения между правительством РФ и правительством Украины о свободной торговле от 24 июля 1993 года».

И вот что примечательно: запретительные меры россияне намерены применить только в отношении украинских производителей труб! Только на основании вышеуказанной статьи межправительственного договора?! А как же все остальные страны, которые поставляют в Россию те же стальные трубы? Это же прямое нарушение — опять же — российского законодательства, указывающего, что ко всем в равной мере должен быть применен принцип недискриминации!!!

Вполне вероятно, что украинские производители труб — не без греха, как и многие другие. Но бездоказательно их наказывать — несерьезно, и незаконно, и недостойно.

Плохой мир лучше любой войны

Ознакомившись с вышеприведенными результатами специального российского расследования против украинских производителей стальных труб, последние, разумеется, не имели оснований радоваться. И хотя им есть о чем спорить в отношении аргументов российской стороны, но, как говорится, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Коль речь идет о присутствии на российском «трубном» рынке — учитывайте требования россиян вообще и их национальных производителей стальных труб в частности.

Посему четверо основных украинских производителей стальных труб, экспортируемых на рынок РФ, хотя и предоставили в конце августа 2000 года россиянам свою аргументацию относительно спецрасследования, тем не менее предложили им, как говорится, исчерпать конфликт мирным способом. А именно — согласились на добровольное ограничение поставок стальных труб из Украины в Россию (годовой объем — 800 тыс. тонн).

Почему названа именно такая цифра? По одной простой причине: украинские производители труб испокон веков имели долю на российском рынке стальных труб, которая в соотношении с внутрироссийским производством традиционно составляла 20—22%. В последние годы россиян эта квота устраивала и никто не возмущался, да и рынок был относительно стабилен. А теперь вот, вишь ты, кому-то понадобилось поднять шум. Поэтому украинские производители стальных труб и предлагают остановиться на квоте, которую имели украинские «трубники» до злополучного российского дефолта, а именно тогда она составляла до 800 тыс. тонн поставок стальных труб из Украины в год. По меньшей мере, это логичное предложение, и украинцы не посягают ни на чью долю на российском рынке стальных труб.

Россияне подумали… и отказались принять украинское «самоограничение», продолжая настаивать на необходимости взимания с украинского «трубного» импорта запретительной пошлины в 40%!

Тогда украинские производители труб предложили россиянам сократить свой экспорт труб на рынок РФ до 750 тыс. тонн в год и подтвердили свою готовность участвовать в переговорах с целью выработки механизмов контроля за импортными поставками стальных труб из Украины в Россию…

P.S. На момент подготовки этого материала к печати автор не располагала официальной информацией о реакции российской стороны на последнее из названных выше предложений украинских производителей стальных труб…

И пока россияне думают, напомню еще пару деталей. Года полтора тому назад я спрашивала у весьма осведомленного в вопросах международных антидемпинговых расследований специалиста о роли государства в таких расследованиях. Он заметил, что разногласия между коммерсантами всегда желательно урегулировать без вмешательства представителей государства «повздоривших» сторон. Уже потому, что госаппарат любой страны (в силу своей админприроды) ввергнет коммерсантов в продолжительную процедуру согласований и т.д. А для бизнеса время — это деньги…

С другой стороны, всякое цивилизованное государство должно защищать интересы национальных товаропроизводителей и, подчеркиваю, потребителей товаров. Тем более если его об этом просят. Увы, в описанной истории со спецрасследованием в отношении украинских «трубников» российские госчиновники, похоже, не учли интересов российских покупателей, в том числе импортной продукции. А в отношении производителей и поставщиков стальных труб из Украины российские законы применены были (?) с целью, мягко говоря, далекой от установления истины и стабилизации рынка стальных труб России. Тем самым Российское государство вместо роли так называемого квазисудебного органа, независимого арбитра (в споре отечественных производителей, импортеров и потребителей труб), усилиями своих чиновников оказывается в роли однозначно карающего и запретительного органа по отношению к импортерам этой продукции, в частности из Украины.

Вряд ли это в интересах россиян и уж наверняка не поспособствует развитию цивилизованных украинско-российских торгово-экономических отношений.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно