Кабмин, Нацбанк, инфляция и курс

8 апреля, 2005, 00:00 Распечатать Выпуск №13, 8 апреля-15 апреля

В марте публикуемый Госкомстатом индекс потребительских цен вырос по сравнению с февралем на 1,6%. ...

В марте публикуемый Госкомстатом индекс потребительских цен вырос по сравнению с февралем на 1,6%. Инфляция первого квартала (4,4%) оказалась третьей по величине в истории существования гривни и максимальной за последние пять лет, причем вероятность ее дальнейшего ускорения остается достаточно высокой. Непростую ценовую ситуацию усугубляет тот факт, что двукратное ускорение инфляции происходит на фоне аналогичного по параметрам замедления роста ВВП. Квартальный показатель роста экономики пока не подсчитан, но за первые два месяца темп повышения сократился с прошлогодних 10,2 до 5,5%.

Экономика оказалась под угрозой самого неблагоприятного из возможных сценариев — резкое замедление и даже спад в экономике при одновременной значительной инфляции. Избежать реализации негативного хода событий все еще можно. Нацбанк и Кабмин уже начали предпринимать активные шаги по обузданию роста цен. Но чтобы действительно добиться успеха, понадобятся еще более серьезные и системные меры.

Факты и причины

Опубликованный в среду показатель инфляции за март, как минимум, настораживает.

Инфляция в первом квартале текущего года ровно в два раза превысила свой прошлогодний аналог (2,2%) и в точности совпала с показателем роста индекса потребительских цен всего первого полугодия 2004-го (4,4%). Быстрее всего дорожали продовольственные товары, удельный вес которых в индексе инфляции составляет 60%. В марте продукты питания подорожали на 2,2% по сравнению с предыдущим месяцем, а в целом за квартал — на 5,9%. Рост цен на товары непродовольственной группы в январе-марте был значительно скромнее — 0,6, услуг — 2%.

Одной из причин высокой инфляции первого квартала, по словам руководителя группы советников главы НБУ Валерия Литвицкого, стала инерция прошлогоднего роста цен. Как известно, более половины прошлогодней инфляции (12,3%) пришлось на заключительный квартал (6,2%). Естественно, внесли свою лепту дорожающие нефтепродукты и повышенные расходы правительства на социальные выплаты. Темпы роста номинальных доходов (около 40%) более чем в три раза превышают прошлогодние и уж тем более — темпы повышения производительности труда. Этот факт, по мнению одного из наиболее авторитетных украинских экономистов Анатолия Гальчинского, является одним из наиболее уязвимых мест экономической политики как предыдущего, так и нынешнего правительств.

По словам Анатолия Степановича, оптимальное соотношение роста доходов и ВВП — 1,2—1,5 раза. В Украине, как видим, ситуация несколько иная. Впрочем, министр финансов Виктор Пинзеник в одном из своих интервью заявил, что причина роста цен — не в повышении зарплат. «Она кроется в эмиссии, и здесь надо искать причину», — видимо, намекая на Нацбанк, заметил министр.

Рост денежной массы в первом квартале оказался действительно значительным. За три месяца он составил 11,4%, превысив свой прошлогодний аналог почти в два раза (6,4%). С другой стороны, количество наличных денег в обращении увеличилось с начала года на 1,7% (в прошлом году за тот же период — на 1,4%). Как утверждают сами банкиры, для инфляции рост денежной массы далеко не так критичен, как увеличение осуществляемых наличными бюджетных социальных выплат населению. Но эмиссия Нацбанка (выпуск гривни в обращение) действительно сейчас идет ускоренными темпами. Происходит это в результате обмена на выкупаемую Нацбанком валюту. Только за март объем интервенций НБУ на валютном рынке составил 1,5 млрд. долл., а всего за первый квартал — чуть более 3,1 млрд. долл. По словам г-на Литвицкого, как и в прошлом году, эмиссия в результате пополнения валютных резервов составляет около 90% роста денежного предложения. Что серьезно ограничивает использование других инструментов денежно-кредитной политики.

Стараясь ограничить эмиссионные последствия покупки валюты, Нацбанк уже значительно ускорил темпы усиления гривни к доллару. С начала года официальный курс уже увеличился более чем на 3 коп. (с 5,3054 до 5,2747 грн./долл. по состоянию на 8 апреля), причем на 2,43 коп. только с начала марта. В дальнейшем, сказал г-н Литвицкий, Нацбанк будет продолжать усиливать курс, но делать он будет это постепенно. «Либерализация валютного курса будет умеренной, и ни в коем случае не произойдет искусственной и резкой ревальвации, что не несет угрозы для стабильности финансовой системы. Нацбанк ни в коем случае полностью не уйдет от регулирования рынка, а лишь усовершенствует влияние на него», — подчеркнул он.

И глава НБУ Владимир Стельмах, и его заместитель Сергей Яременко — известные консерваторы. Но консерватизм в данном случае — лучший из рецептов. Прежде чем куда-то «бежать» и что-то предпринимать, в таких тонких материях, как монетарная и валютно-курсовая политика, нужно хотя бы попытаться все основательно просчитать и взвесить.

Разброд и шатания

Одним из наиболее важных факторов, повлиявших на ценовую ситуацию первого квартала, стали усилившиеся негативные инфляционные настроения и ожидания как производителей, так и потребителей. А ожидания, если они становятся массовыми, имеют плохое свойство сбываться. Впрочем, как этим самым настроениям и ожиданиям, извините, не ухудшаться, если начавшая складываться еще в прошлом году ситуация с приходом новой власти ничуть не «устаканилась».

Процесс формирования новой вертикали власти, а попросту говоря — раздачи портфелей и адаптации вчерашних оппозиционеров к властным коридорам, кабинетам и креслам, к сожалению, затянулся. А вместе с ним — и принятие обещанных еще в феврале бюджетных поправок. К началу марта у уже возглавляемого Виктором Пинзеником Минфина были только «определенные политические наработки», имевшие скорее «концептуальный» характер. Достаточно качественно проработать бюджетные изменения представителям новой власти так и не удалось. Хорошо еще, что процесс их принятия не затянулся до мая или даже июня. Ведь и по прошествии еще одного-двух месяцев страна вряд ли получила бы основополагающий финансовый документ кардинально улучшенного качества и содержания.

Плохо и то, что если у новой власти и есть четкая пошаговая программа действий сейчас, то она пока все еще не стала достоянием широкой общественности.

Зато министр экономики Сергей Терехин вдруг взял да и озвучил «веселенький» прогноз двузначной инфляции на нынешний год — 11,2—11,4%. Прогноз, в отличие от кабминовской программы, оказался весьма четким и конкретным (разброс всего 0,2%). Надеясь заранее уклониться от ответственности за возможную инфляцию, министр экономики сразу же попытался переложить вину за такие последствия на Национальный банк. При этом он и не думает о том, что тем самым подрывает зарабатывавшийся многолетним трудом (в том числе и нынешнего Президента) авторитет НБУ и вверенной его опеке денежной единицы. Через СМИ Нацбанку начинают указывать, как этой самой денежной единицей управлять. Мол, все очень просто, отменяем обязательную продажу валюты, «быстро и конкретно» ревальвируем и заодно либерализуем курс гривни, и инфляции как не бывало. А иначе, дорогой НБУ, пеняй на себя. Кстати, а не пора ли тебе заодно увеличить долю евро в резервах до 25%? И ничего, что при этом господин министр даже не удосужился убедиться, что эта самая доля превышает озвученные им 25% еще с прошлого года.

Оно бы еще ничего, если бы в эту «заварушку» не ввязались сначала министр финансов, а затем и премьер. Неужели люди со столь блестящим экономическим образованием не знают элементарных вещей? Например, что подобные «дефиле» исполнительной власти к Национальному банку во всем мире воспринимаются не только как признаки дурного тона, но и служат (особенно для профессиональных инвесторов) четким признаком наличия у власти проблем. Сразу понятно: своих ресурсов не хватает — давайте через общественность попытаемся надавить на Нацбанк. Авось тот дрогнет и будет посговорчивей. Того и гляди, откроет свои «закрома» и отстегнет денег чуток на финансирование недостающих расходов.

Кстати, если кто-то думает, что подобные истины доступны для понимания только продвинутым западным экспертам, а наш рядовой обыватель на это не способен, то он глубоко ошибается. У «кинутых и обобранных» когда-то людей хорошая память и особенно острое чутье на подобные «нюансы».

Руководство Нацбанка, к его чести, вовсе не бросилось «брать под козырек» и принимать требуемые от него решения. И очень резонно дало понять правительственным чиновникам, что курсовая политика — «вовсе не их дело». Руководствуясь профессиональным принципом «деньги любят тишину», первые лица НБУ долгое время хранили относительное молчание. И только когда давление извне, да еще посредством СМИ, стало чрезмерным, и не разъяснять общественности свою выжидательную позицию стало «чревато», в Нацбанке не выдержали и начали «огрызаться», пытаясь популярно объяснить, «почему все не так просто».

Например, в отношении ревальвации. Так она, да еще с точным определением параметров, как справедливо заметил заместитель главы НБУ Сергей Яременко, нигде в мире не провозглашается. А валютно-курсовая политика проводится ЦБ в зависимости от ситуации в экономике. Действительно, заявив о грядущей ревальвации, высокий чиновник влияет на настроения «публики» и формирует соответствующие ожидания. В результате психологические факторы формирования курса начинают доминировать над сугубо экономическими. А ведь у нас и так, как когда-то справедливо заметил один известный банкир, «валютный рынок — это 99% психологии и 1% экономики».

В ходе февральской пресс-конференции Владимир Стельмах заявил, что отныне валютно-курсовая политика Нацбанка будет подчинена правительственным целям по инфляции, которые будут возведены в разряд нормативных. Видимо, этим он дал повод некоторым членам правительства посчитать себя покладистым «добряком», который выполнит все, чего от него потребует Кабмин. Несмотря на предъявляемые требования, в общественную полемику г-н Стельмах до поры до времени не вступал, ограничиваясь заявлениями, что он — «представитель национальной валюты и национальную валюту надо держать».

Но после принятия бюджета г-н Терехин заявил, что «если НБУ не будет идти в политику ревальвирования курса, о чем была предварительная договоренность, но что-то я не вижу движений, потому что уже в апреле будут пиковые выплаты по задолженностям по первому кварталу, то тогда ответственность за монетарную инфляцию ложится на Нацбанк, не на бюджет». Не выдержав, Владимир Семенович все-таки ввязался в перепалку. «Терехин сам провоцирует инфляцию, чтобы она вышла за границы, и в связи с этим хочет заранее переложить вину на Нацбанк — найти козла отпущения», — заявил глава Нацбанка.

Что же касается провоцирующих инфляцию заявлений, то коллеги г-на Терехина тоже не сидели сложа руки. Кто-то припугнул повышением транспортных, а кто-то — энергетических тарифов… Противоречивые и необдуманные заявления официальных лиц, периодически выплескивающиеся из коридоров власти конфликты интересов, реформы на таможне, рекламный «промоушн» грядущего массового повышения социальных выплат и одновременного повышения налогов, акцизов, отмены льгот не могли не спровоцировать усиления инфляционных ожиданий и, соответственно, роста ценового давления.

Пока риск дальнейшего ускорения инфляции значителен, ведь уже в апреле предстоят пиковые выплаты по бюджетным задолженностям за первый квартал. Г-н Литвицкий утверждает, что шансы уложиться в одноразрядную инфляцию все еще есть, причем неплохие. Ох, как хочется ему поверить!

Планов громадье

«Подписавшись» на выполнение предвыборных социальных обещаний, новая власть пошла ва-банк. Масштабное увеличение зарплат и пенсий — это уже свершившийся факт, поскольку оно уже узаконено поправками к бюджету-05. Вся надежда на то, что рост социальных выплат будет максимально растянутым во времени. И правительство сумеет избежать аналогичных прошлогодним массовых «выбросов» наличных в потребительский сектор.

А вот затеяв одновременно «грандиозные» изменения в налоговом, таможенном, административном и валютном регулировании, оно играет в очень опасную игру со слабо предсказуемыми последствиями. Самое плохое, что все эти реформы со стороны выглядят пока как вряд ли просчитанные и не имеющие продуманного, системного характера.

Увеличение количества денег на руках у населения не трансформируется в галопирующую инфляцию только при условии, что часть этого увеличения покроется за счет большего предложения товаров и услуг на внутреннем рынке, а часть будет перенаправлена на сбережения. На что как раз и рассчитывают Кабмин и Нацбанк. Первую задачу правительство пытается решить, стимулируя импорт, и особенно продовольственный.

Намерение за счет снижения таможенных пошлин на ввозимые из-за границы продукты питания и интервенций Госрезерва ликвидировать ценовой шок на продовольственном рынке НБУ поддерживает. Более того, считает это крайне необходимой мерой, прибегнуть к которой Нацбанк предлагал еще в апреле прошлого года. Особенно это касается мясной продукции, рост цен на которую, по оценкам г-на Литвицкого, дал 7 из 12% прошлогодней инфляции. По данным Госкомстата, за 2004-й мясо подорожало на 46,8%.

Как и в прошлом году, цены на мясопродукты, удельный вес которых в стандартной потребительской корзине составляет 20%, являются главным раздражителем нынешней инфляции. По прошествии трех месяцев с начала нынешнего года только по официальным данным за мясо и птицу приходится платить уже на 10,3, колбасу — на 7,6% больше.

Кабмин вроде бы договорился в четыверг с «птичниками» о снижении их отпускных цен на 23%, он также собирается ограничить торговую надбавку 10%. Дай-то Бог. С другой стороны, под вопросом остается, не задавит ли внешний импорт внутреннего производителя и сможет ли такой «бегемот», как Госрезерв, быть достаточно маневренным, чтобы не навредить рыночной среде.

Кредит доверия

Успех новой власти в экономической политике в наибольшей степени будет все-таки зависеть от доверия соотечественников. Не случайно индексы потребительского и делового оптимизма давно стали ключевыми макроэкономическими показателями в большинстве ведущих мировых экономик и ключевыми индикаторами для международных инвесторов.

Сто дней правительства, отведенные на адаптацию к властным полномочиям, а также разработку и начало воплощения внятной, четкой и прозрачной стратегии реформ, неумолимо истекают. А с ними — и выданный на главном и многих других майданах страны кредит доверия новой власти. Если банкротом ее сочтут большой и малый бизнес, а также внешние и внутренние инвесторы, то вместо инвестиций в развитие и наращивание производства мы увидим «простое» повышение цен на товары и услуги. А выручка от продаж и дивиденды от инвестиций начнут любыми путями выводиться «от греха подальше» — за пределы страны.

Увы, повышение налогового бремени на внутренних производителей, как бы убедительно оно ни мотивировалось, после утверждения поправок к бюджету уже стало свершившимся фактом. Это обстоятельство никак не содействует ускорению роста и детенизации экономики — двум другим источникам, за счет которых Кабмин рассчитывает увеличить наполнение доходной части бюджета. Производители традиционно попытаются переложить увеличение фискальной нагрузки на плечи потребителей, т.е. повысить цены. Удастся ли правительству этому противостоять — тоже большой вопрос.

Если большинство наших сограждан перестанет верить, что государственные структуры способны контролировать инфляцию, и решит, что денег в бюджете взять негде, кроме как напечатать, — быть беде.

Увеличение конечного спроса на потребительские товары и услуги при этом не получит соответствующей компенсации со стороны предложения. Возникший дефицит — это неизбежный рост цен, причем в разы. На валютном рынке поиск хоть какой-нибудь альтернативы для защиты сбережений спровоцирует массовое увеличение спроса на наличную валюту. Вместе с оттоком капиталов и мгновенным прекращением возврата в страну валютной выручки экспортеров (благо, правительство добилось от Нацбанка отмены ее обязательной продажи) это может привести к возникновение огромного дефицита валюты…

Хотя столь мрачный сценарий пока, слава Богу, очень маловероятен, не будем забывать, что он существует и в свое время в Украине уже был апробирован.

Команда

Опасная игра в «мужественное» выполнение предвыборных обещаний требует от новой власти максимальной координации и интенсификации усилий всех ее ветвей. В этой связи очень важен вопрос, а соизмеримы ли амбициям реформаторов их возможности по практической реализации задуманного? Очевидно, что даже такие мегаавторитеты, как Президент и премьер-министр, работай они хоть по сто часов в сутки, не реализуют свои начинания, если их команды в ближайшее время не начнут функционировать четко и слаженно. Ведь за годы нахождения в оппозиции многие члены этих команд чрезвычайно отдалились от реальной управленческой практики.

Возможно, есть смысл в рамках Совета национальной безопасности и обороны создать временный координационный комитет или рабочую группу, решения которой были бы обязательны к исполнению. И ввести в такую группу представителей Кабмина и Нацбанка, результативность совещаний совместных комиссий которых пока оставляет желать намного лучшего. Усилий одних этих институтов, к тому же не всегда находящих общий язык, для поиска и реализации лучших путей выхода из нынешней ситуации может оказаться недостаточно…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 20 октября-26 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно