Изменения в европейской практике ценообразования природного газа и их возможные последствия для Украины

13 ноября, 2009, 17:28 Распечатать

В результате мирового экономического кризиса на европейском газовом рынке произошли определенны...

Джонатан СТЕРН, начальник отдела природного газа при Оксфордском институте энергетических исследований, профессор, Саймон ПИРАНИ, старший научный сотрудник Оксфордского института энергетических исследований

В результате мирового экономического кризиса на европейском газовом рынке произошли определенные изменения в балансе спроса и предложения, и очень возможно, что эти изменения в будущем самым непосредственным образом скажутся и на принципах ценообразования природного газа. Это, в свою очередь, будет иметь далеко идущие последствия для всего постсоветского пространства, где и продавцы, и покупатели этого товара стремятся к тому, чтобы цена импортируемого газа была привязана к цене газа для европейских потребителей.

Вследствие спада промышленного производства европейские государства снизили объемы потребления природного газа, в то время как объем предложения не изменился и даже имеет тенденцию к росту, в том числе и за счет роста предложения сжиженного газа.

Увеличение предложения при одновременном снижении спроса на определенный товар обычно должно приводить к снижению цены этого товара. Но на газовом рынке ситуация несколько иная. Дело в том, что основные поставщики природного газа на мировой рынок, прежде всего Россия, Норвегия и Алжир, осуществляют поставки на основе долгосрочных контрактов, где цена на газ привязана к средней цене на определенные виды нефтепродуктов за предыдущие шесть или девять месяцев.

Но, кроме долгосрочных контрактов, относительно небольшие объемы природного газа можно приобрести и на обычной бирже, где его цена будет зависеть от соотношения спроса и предложения на момент покупки (так называемые спотовые контракты, т.е. краткосрочные). Так вот, в этом году на виртуальных газовых биржах NBP (Великобритания), TTF (Нидерланды) и NCG (Германия) природный газ продавался по цене примерно вдвое ниже той, что заложена в долгосрочных контрактах.

Если предложение природного газа и в дальнейшем будет превышать спрос, а цена поставки по долгосрочным контрактам будет так же значительно отличаться от рыночной цены на момент покупки, то существующие еще с 70-х годов прошлого века принципы формирования цены природного газа в зависимости от цены на нефть не выдерживают критики.

В связи с этим уже в ближайшем будущем можно с уверенностью прогнозировать отход от традиционной схемы ценообразования, при которой цена природного газа жестко привязана к цене нефти. По нашим прогнозам, это может произойти уже в течение ближайших двух лет, но не позднее 2014 года.

Во время газовых переговоров в начале 2009 года Киев и Москва договорились о том, что цена природного газа для Украины должна подняться до общеевропейского уровня за вычетом дополнительной стоимости транспортировки. То есть, другими словами, Украина должна получать российский газ по той же цене, что и европейские потребители. Именно этот принцип ценообразования заложен в подписанном в январе «Газпромом» и «Нафтогазом Украины» газовом контракте. Согласно условиям документа, цена на российский газ для Украины пересматривается каждые три месяца в зависимости от средней цены на мазут и газойль, сложившейся за предыдущие девять месяцев.

Однако, учитывая сложности с формированием европейской цены на газ, уже очень скоро может встать вопрос о формировании цены на газ и для Украины. То есть, коль скоро Киев должен получать газ по цене не ниже его чистой экспортной стоимости для европейских потребителей, то каков должен быть изначальный уровень, от которого следует отталкиваться при определении экспортной цены газа для Украины?

На сегодняшний день существует три группы причин, которые делают необходимым и неизбежным переход к новой системе ценообразования природного газа.

Первый комплекс причин связан с нынешним механизмом ценообразования. Изначально логика привязки цены природного газа к цене на некоторые виды нефтепродуктов была обусловлена тем, что эти нефтепродукты (а именно — мазут и газойль) могут использоваться как заменители природного газа в таких областях, как жилищно-коммунальное хозяйство, сфера обслуживания, промышленность и электроэнергетика.

Однако за последние 20 лет крупнейшие европейские потребители природного газа в значительной мере утратили свои возможности по использованию газа вместо мазута и дизельного топлива, и наоборот. Это связано с тем, что область применения нефтепродуктов сегодня ограничивается только лишь обслуживанием потребностей автомобильных перевозок и транспортной индустрии.

Данные статистики говорят о том, что во время экстремально холодной зимы 2005—2006 годов, когда на рынках некоторых европейских государств ощущался значительный дефицит природного газа, на использование нефтепродуктов смогли перейти лишь очень немногие промышленные потребители в Германии и несколько электростанций в Испании. То есть сохранившиеся на сегодняшний день в крупнейших европейских странах возможности по использованию нефтепродуктов вместо природного газа и наоборот покрывают менее 5% от их общей энергетической потребности.

Если в 70-х годах прошлого столетия цены природного газа и нефти были примерно одинаковыми в силу того, что потребности в газе можно было с успехом восполнять за счет нефтепродуктов и наоборот, то сегодня такая возможность утеряна большинством крупнейших потребителей, на долю которых приходится около 75% европейского газового рынка. Поэтому можно говорить о том, что существующая формула ценообразования с привязкой цены природного газа к цене мазута и газойля больше не соответствует рыночным реалиям. Тем не менее именно такая формула сохранилась и используется до наших дней, так как она полностью устраивает и поставщиков, и потребителей, особенно учитывая отсутствие реальных альтернативных механизмов ценообразования.

Крупные поставщики природного газа уже неоднократно пытались проводить скоординированную политику на рынке. Например, в 2001 году был создан Форум стран — экспортеров газа, а в 2008 году Россия, Иран и Катар заключили «тройственный газовый союз». Эти попытки вызвали в среде потребителей опасения, что в случае отмены ценовой связки нефть—газ экспортеры будут пытаться внедрить механизмы ценообразования, аналогичные тем, которые применяются сегодня в рамках Организации стран — экспортеров нефти (ОПЕК).

Такие попытки, безусловно, будут предприниматься. Но при этом всем следует учитывать усиливающуюся конкуренцию на мировом газовом рынке, особенно в его североамериканском сегменте, а также тот факт, что региональные рынки, в недавнем прошлом четко отделенные друг от друга, будут в какой-то степени связаны поставками сжиженного газа, который, в отличие от трубопроводного газа, можно относительно легко транспортировать с одного континента на другой.

В основе второго комплекса причин, диктующих необходимость перехода на новые принципы ценообразования на европейском газовом рынке, лежат последствия мирового финансового кризиса и связанного с этим экономического спада.

В 2009 году объем европейского рынка природного газа, по разным оценкам, сократился в среднем примерно на 8% (хотя для различных стран отклонения от этого показателя могут быть весьма значительными). Объемы импорта газа за этот же период упали еще больше. Так, за первые шесть месяцев 2009 года объем газовых поставок крупнейшим европейским потребителям сократился на 12,4% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. При этом самое масштабное падение отмечено в сфере импорта газа странами СНГ, где соответствующий показатель достиг 30,6%.

Из этого следует, что европейские потребители купили меньше газа в целом и прежде всего минимизировали импорт из России. Одной из причин такой ситуации стал срыв графика газовых поставок в январе этого года. Но в еще большей степени на ситуацию повлияла возможность приобретения природного газа из альтернативных источников и по более выгодной цене (в частности, через газовые биржи или так называемые спотовые рынки, где цена диктуется балансом спроса и предложения на конкретный момент времени), а также стремление потребителей отложить закупки газа по долгосрочным контрактам на вторую половину года.

Согласно условиям долгосрочных контрактов, европейские покупатели обязаны отобрать определенный минимальный объем законтрактованного газа (обычно это 80% от заранее согласованного объема контракта) либо заплатить неустойку в размере полной стоимости недопоставленного газа.

В сентябре появились сообщения о том, что крупнейшие импортеры российского газа в Германии, Турции и Италии обратились к «Газпрому» с просьбой об отсрочке платежей за недобор ранее оговоренного объема газа и, кроме того, предложили откорректировать стоимость поставок с учетом цены, сложившейся на спотовом рынке. В то же время стало известно о том, что некоторым потребителям газа нероссийского происхождения удалось добиться корректировки ценовых параметров соответствующих контрактов и получить больше газа по цене, приближенной к цене спотового рынка.

Все это говорит о том, что переход от ценовой привязки газа и нефти к другим механизмам ценообразования фактически уже начался.

И, наконец, третий комплекс причин касается будущего газового рынка.

Если спрос на природный газ на европейском рынке быстро восстановится до уровня 2008 года и если с рынка исчезнут альтернативные источники поставок (главным образом, сжиженного газа), то рыночные позиции покупателей газа сильно ослабнут, а маржа между ценой поставки по долгосрочным контрактам и ценами спотового рынка вновь сократится до минимума. В таком случае механизм формирования цены природного газа вряд ли изменится. Но, с другой стороны, есть все основания говорить о том, что события будут развиваться по совсем иному сценарию.

1. Последствия мирового экономического кризиса, а также изменения на энергетическом рынке таковы, что объем европейского газового рынка сможет вернуться к уровню 2008 года не ранее 2012 года. То есть рыночная конъюнктура останется благоприятной для покупателя на протяжении еще как минимум двух-трех лет.

2. Превышение предложения над спросом на газовом рынке США (вследствие неожиданно успешной разработки нетрадиционных газовых ресурсов) и увеличение объемов импорта сжиженного природного газа из Катара позволяют надеяться на значительное увеличение уже в течение нескольких ближайших месяцев поставок сжиженного газа и на европейский рынок.

3. Стремительный рост на территории континентальной Европы спотовых рынков, традиционно имевших ограниченную ликвидность и занимавших очень небольшой сегмент газового рынка.

Все вышеописанное дает основания полагать, что переход к формированию цен на природный газ на основе рыночных конкурентных механизмов без привязки к нефтяным котировкам — это не спонтанное явление, а логичное стратегическое направление развития газового рынка.

Однако на этом пути возникнут определенные препятствия, которые необходимо будет учитывать. На европейском рынке по-прежнему будет доминировать не сжиженный, а трубопроводный газ, большая часть которого будет поставляться в рамках долгосрочных контрактов, а Россия останется основным газовым поставщиком европейского рынка.

Отсутствие формальной связи между ценами на нефть и природный газ вовсе не будет означать отсутствия между ними фактической связи. В будущем эта связка может быть восстановлена, но произойдет это не в результате каких-то формальных договорных отношений, а вследствие изменения конъюнктуры рынка (например изменения соотношения между спросом и предложением или возникновения дефицита предложения).

Но пока предложение будет превышать реальный спрос на рынке, сохранится и давление, толкающее газовые цены вниз, и именно это будет главным аргументом в пользу изменения принципов формирования цены на природный газ. Это означает, что основным фактором ценообразования станет рыночная конкуренция между разными поставщиками, то есть то, что мы наблюдаем сегодня на европейских газовых биржах или, говоря другими словами, спотовых рынках.

Естественно, что поставщики газа будут всеми силами сопротивляться таким изменениям, координируя свои усилия через Форум стран — экспортеров газа или другие подобные структуры.

В результате перехода к рыночным механизмам ценообразования цены станут более гибкими, но в то же время и более чувствительными к колебаниям спроса и предложения.

Эти изменения будут иметь огромное значение не только для России как главного поставщика газа на европейский рынок, но и для Украины и Беларуси, являющихся крупнейшими импортерами природного газа на постсоветском пространстве. Обе эти страны уверенно движутся к европейской цене на газ (хотя у Киева это получается намного быстрее, чем у Минска). В долгосрочной перспективе Украина будет стремиться к интеграции своего рынка в европейский.

С этой точки зрения важно, чтобы Украина внимательно отслеживала европейскую динамику ценообразования, в частности в контексте изменения ситуации на спотовом рынке и ухода от жесткой привязки к цене на нефть.

Ознакомившись с мнением экспертов из Оксфорда, «ЗН» поинтересовалось взглядом на проблему ценообразования директора энергетических программ Центра «НОМОС» Михаила ГОНЧАРА. Вот как он прокомментировал ситуацию:

— Привязка цены газа к цене нефти является исторически сложившейся со времен доминирования нефти и продуктов ее переработки в энергобалансах промышленно развитых стран. Ситуация с использованием первичных энергоресурсов карбоно-гидрокарбонной группы (уголь, нефть, газ) для производства энергии и энергопотребления претерпела трансформацию со времен кризиса 1973 года. Эксперты из оксфордского Центра энергетических исследований это хорошо демонстрируют в своих работах, что нашло отражение и в данной статье.

Газовые кризисы 2006-го и 2009 годов стали своеобразными детонаторами тектонических сдвигов на газовом рынке Европы. Не секрет, что стратегия России по экспорту газа в текущем десятилетии заключалась не только в использовании ценовой привязки газа к нефти и нефтепродуктам, но и была ориентирована на эскалацию цены с целью максимизации выручки. Экспортные цены на российский газ росли опережающими темпами по сравнению с ценами на нефть. Эскалация хороша на краткосрочный период, но как долгосрочная стратегия она несет очень серьезные риски. Что и можно было наблюдать. Газовый кризис 2009 года, спровоцированный Россией, ценовая негибкость «Газпрома», в отличие от норвежских и североафриканских поставщиков, приводят к серьезным последствиям. Но это происходит на рынке Европейского Союза, который в целом имеет диверсифицированную систему поставок газа и в значительной степени конкурентную среду благодаря многолетним усилиям Европейской комиссии, направленным на либерализацию энергетических рынков.

Украина оказывается в более сложной ситуации, поскольку за 18 лет не реализован ни один крупный проект по снижению газопотребления, развитию собственной газодобычи, диверсификации. То, что называется газовым рынком, таковым на самом деле не является. «Газпром» вынужден будет пойти на уступки своим европейским потребителям, ибо понимает, что ЕС имеет альтернативу. Прецеденты тихой и непубличной коррекции «Газпромом» своих договоров с европейскими потребителями уже имели место в прошлом. Например, в 2003—2004 годах, когда по требованию ЕК в долгосрочных контрактах были пересмотрены статьи о запрете реэкспорта газа как противоречащие принципу конкуренции.

Но это в ЕС. В случае Украины и тех стран СНГ, у которых нет диверсификации газовых поставок (Беларусь, Молдова), «Газпром» будет стремиться максимально долго сохранять привязку цены газа к цене нефти, поскольку это увеличивает его доходы. Более того, поставки в эти страны, и прежде всего в Украину, будут своеобразным частичным компенсатором недополучаемых на рынке ЕС доходов российского монополиста. В текущем году эта тенденция проявилась очень ярко, и украинская сторона бессильна что-либо предпринять для изменения ситуации. Увещевания президентской стороны и нежелание премьерской пересмотреть контракты в московских кабинетах вызывают не более чем улыбку.

Но это не означает, что ничего не надо делать. Наши британские коллеги показывают основания и тенденции, на которых могли бы базироваться, среди прочего, украинские требования не по пересмотру, а по юридическому приведению действующих контрактов в соответствие с современными реалиями газового рынка. Этот процесс длительный. Но присоединение Украины к Договору об энергетическом сообществе должно стимулировать переформатирование украинского газового сектора в соответствии с базовыми директивами ЕС в энергетическом секторе и усилить правовые позиции страны в диалоге с монополистом. И действовать здесь нужно не путем челночных поездок в Москву отдельных менеджеров и политиков, а системно и консолидировано, заручившись поддержкой европейской стороны.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №23, 16 июня-22 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно