И ЖИВУ Я НА ЗЕМЛЕ ДОБРОЙ... - Новости экономики. Обзоры экономической ситуации в Украине и мире. - zn.ua

И ЖИВУ Я НА ЗЕМЛЕ ДОБРОЙ...

2 июня, 2000, 00:00 Распечатать

Налогообложение в Украине весьма и весьма специфично. Кто не хочет платить налоги — тот, в общем-то, их и не платит, а кто хочет — тот платит и за себя, и за того, кто не хочет...

Налогообложение в Украине весьма и весьма специфично. Кто не хочет платить налоги — тот, в общем-то, их и не платит, а кто хочет — тот платит и за себя, и за того, кто не хочет. Такая вот у нас добрая страна. Об этом и поговорим.

За себя и за того парня

Когда в процессе формирования нового Налогового кодекса отдельные мыслители стали предлагать заменить НДС налогом с продаж, встречный аргумент их оппонентов оказался достаточно интересным. Но прежде чем его изложить, напомним о главном различии между этими налогами. НДС берется (по крайней мере, должен браться) у всех предприятий с разницы между тем, что они продали, и тем, что сами купили, а налог с продаж взимается только на конечной стадии продвижения продукта к потребителю, то есть, как правило, у розничной торговли, причем с полной стоимости товара. В конечном итоге при обоих вариантах, если смотреть на это дело макроэкономически, облагается вновь созданный продукт, но в случае НДС — у каждого в части стоимости, добавленной именно им, а в случае налога с продаж — у конечного продавца — со стоимости, добавленной до него всеми (и этим продавцом, конечно, тоже). При этом налог будет включаться в цену и тут же вноситься конечным продавцом в бюджет без перераспределения его между участниками всех предшествующих стадий производства и сбыта.

Так вот, оппонентов такого налога как раз и смутило (это еще мягко сказано) то, что на торговлю, причем розничную, ложится вся тяжесть налогообложения. Выдвинутый ими антитезис, против которого даже самые рьяные приверженцы налога с продаж не смогли ничего членораздельно возразить, поражает убийственной простотой: «Так торговля же ничего не заплатит! Они же спрячут все!». То есть сейчас, дескать, налоговые недоплаты тех, кто работает за наличность, теряются на фоне «нормальных» плательщиков, а при налоге с продаж этот фон исчезнет, платить за всех должны будут как раз те, кто сейчас практически не платит,— и бюджет ничего не получит.

Но почему в таком случае «торговые недоплаты» воспринимаются как нечто естественное при действующем механизме налогообложения? Создается впечатление, что все согласны: зло это неизбежное, бороться с ним бессмысленно и непродуктивно, а единственное, что реально можно с ним сделать,— это спрятать. А налог с продаж — при всех своих неоспоримых по сравнению с НДС достоинствах (простота, отсутствие налоговых накладных и вообще механизма «налоговые обязательства минус налоговый кредит»; сужение круга плательщиков) — плох лишь тем, что не дает спрятать недоплаты, из-за чего придется повышать ставку налога, хотя и это вряд ли спасет.

Итак, все признают, по сути, что «неторговля» платит налоги и за себя, и за торговлю, следовательно, если бы торговля платила «как все», то можно было бы существенно снизить налоговые ставки!

Но во имя чего производитель, который сегодня и без того еле дышит, должен облагаться «за себя и за того парня»? Потому что налоголюбивая Родина, мать наша, не может этого парня поймать? А зачем же ей, такой неспособной, вообще отдавать налоги, когда она за наши деньги и этого даже не может?! Когда налоговые поступления не могут быть потрачены даже на то, чтобы заставить по- настоящему работать механизм этих самых поступлений?! И если сие — еще не верх державной бестолковости, когда все усилия тратятся не на то, чтобы получить, а на то, чтобы спрятать недополучение, то что же тогда верх бестолковости? Имитация бурной фискальной деятельности, чтобы видели, что «работа кипит»?

Однако если одни не платят налоги совсем или почти совсем, а другие гнутся под всяческими проявлениями «налоговой активности», этим лишь усугубляется действие принципа, по которому либо платит «один за всех», либо платят «все за одного», что уже лучше, но все равно плохо.

Между тем государству принцип этот, похоже, очень даже нравится! Иначе как, например, объяснить, что единый налог «для самых маленьких» оно ввело на добровольной(!) основе? В результате:

— та часть «малышей», для которой новое упрощенное обложение оборачивается платежами, большими, чем раньше, может платить по-старому, чтобы государство ничего не выиграло;

— а те, для кого единый налог меньше, чем платежи, которые он заменяет, могут перейти на «упрощение», чтобы государство на пустом месте потеряло!

Одно дело, когда новое налогообложение вводится в обязательном порядке для всех сразу. Или если сразу — страшно, то в порядке эксперимента для какого-то региона либо — чтоб не было «перебежчиков» — для какой-либо отрасли или подотрасли, но в любом случае для всех, кто туда попал,— обязательно, а не по выбору! Тогда кому-то станет лучше, кому-то хуже (как некогда при переходе с «индивидуальных» — советских — налоговых ставок на единые), но в целом государство ничего не потеряет. И совсем другое дело — когда переходят те, кому это выгодно, а те, кому невыгодно,— не переходят!

Воистину, «и живу я на земле доброй»! Только как стране — такой доброй и глупой — выжить?! Когда уже и «большие» предприятия (которым «единоналожие» пока не прописано) выискивают у себя подразделения или виды работ, для которых единый налог выгоднее налогов прежних, создают для них «новые» юридические лица, уплачивающие этот самый налог и охотно «принимающие на себя» всю прибыль и зарплату породившего их гиганта, освобождая его от налогов настоящих!

Государство само создало механизм, обрекающий его на недополучение платежей, имея, очевидно, в виду, что недоплаты «грамотных» компенсируются поборами с тех, кто вовремя «не просек фишку»! Побеждает, дескать, сильнейший — вот и получите условия игры. Не разобрались — сами, недотепы, мол, и виноваты.

Ну ничего себе игры! И самое обидное, что всем этим еще и дискредитируется действительно хорошая идея упрощенного налогообложения. Единый налог позволяет упростить и уплату, и контроль, тем самым обогащая бюджет, но — если его вводить грамотно!

Грамотно — это без неуместной и неуклюжей добровольности, зато с дифференциацией ставок по отраслям. И уж, конечно, без совместного «левоправостороннего» движения, когда одни НДС платят, а другие не платят. Ведь сегодня «единый без НДС» не дает права на выписку налоговых накладных и оставляет продавцов-«единоналожников» без покупателей! А «единый с НДС» вынуждает для налогового кредита ориентироваться на состав затрат из закона о налогообложении прибыли предприятий — и от «упрощения» тогда ничего уже не остается...

Во имя чего все это делается? Чтобы все увидели, что единый налог — это плохо и что та неудобоваримая, тяжеловесная, абсолютно неэффективная система налогообложения, которая действует «для больших» сегодня,— единственная приемлемая? Или кто-то, делая это «под себя», специально замутняет водичку, надеясь поймать в ней свою рыбешку? А пока пусть за «умных» сдирают три шкуры с «дураков»?..

Я от тяжести такой горблюсь

Чтобы честным глупцам было еще обиднее, для умненьких грядет легализация теневых доходов. Впрочем, на то они и умненькие, чтобы счастьем этим не воспользоваться (особенно — с учетом опыта рискнувших было легализоваться соседей из братской Беларуси).

Но так или иначе — о них хоть позаботились и заботиться продолжают (говоря то о реструктуризации налоговых долгов, то и вовсе об их списании, то хотя бы о прощении пени).

Дурачкам же, привыкшим платить «и за себя, и за...», могут преподнести лишь нечто наподобие печально известного суперфискального приказа ГНАУ № 735. Этот уникальный — со ссылкой на «напряженность доведенных прогнозных показателей на 2000 год по налогу на прибыль» документ потребовал принимать декларации от плательщиков лишь при условии представления ими письменных объяснений (расшифровок) относительно включения в доходы и затраты отдельных видов операций, объяснений («кстати») причин убыточности и описания мер по ее ликвидации, но главное — он утвердил «Рекомендации», каковыми предписано считать предоплаты... полученными товарами и уменьшать на их сумму валовые затраты и, кроме того, многое, очень многое другое… Под давлением общественности приказ «с позором» отменили, но он преспокойно воскрешается по частям в последовавших после «отмены» письмах и как бы говорит плательщикам: «Ах, так вы — честные? Так, может, вы и это все сможете? А то у нас честных мало, а планы — большие...»

Впрочем, может, Родина права? Ну как ей еще научить сыновей-дочерей уму-разуму? За «наличку» неконтролируемую работать они, видите ли, не хотят, «малышей» для налогоуменьшения создавать не желают тоже — вот пусть за всех и отдуваются. Только не надо тогда повторять то, что вынесено в подзаголовок,— сами выбрали себе такой удел...

Но иначе жить нельзя, если...

Если говорить уж совсем по правде, иного выхода у государства и нет, кроме как теребить да терзать покорных. По-другому ему просто не выжить. Ну кто сейчас платит настоящие налоги? При такой-то возможности прятать и невозможности реально отдавать бюджету сумасшедшие суммы? Ведь сверхсложное обложение для того и существует, чтоб можно было и спрятать, и — в случае чего — договориться. Да еще для того, чтоб для предприятий было убийственно все платить по- настоящему.

Честные плательщики создателям и проводникам сегодняшней налоговой политики абсолютно не нужны. Честные платят в бюджет, а не туда, куда надо, вот пусть за всех и ишачат.

Интересна, между прочим, природа этой честности. Кроется она, как это ни парадоксально, в элементарной жадности. Речь идет о жадности директоров-учредителей по отношению к своим бухгалтерам да финансистам. Нужна налоговая экономия первым, а знают, как ее грамотно достичь,— вторые (правда, не все...). И пока первые не смогут вторых заинтересовать, не создадут для них реальный стимул, не договорятся с ними, бухгалтера добровольно будут платить гораздо больше, чем могли бы, если бы были сами в этом действительно заинтересованы. Из отсутствия этой заинтересованности, отсутствия, основанного на директорской скупости-недальновидности, и проистекает та самая честность, которая и кормит пока что бюджет.

И что государству остается, как не эксплуатировать эту честность до последнего? Пока ее носители не договорятся...

Те, кто собирает, выглядят сегодня гораздо понятнее, чем те, кто платит. У них — в отличие от плательщиков — всегда есть логика.

Ведь это не просто так: кому простить — кому нет, кого жалеть — кого нет, кому разрешить — кому нет, у кого заметить — у кого нет, с кем согласиться — с кем нет... Основой для всего этого должно служить то, ради чего, собственно, и создавались именно такие налоговые законы,— реакция плательщиков на голос. Голос налоговика, требующий, несмотря на все лексическое многообразие, одного: «Дай».

Именно от ответа и зависит, куда повернутся те самые нюансы законодательства, которые определяют судьбу больших сумм. Облагаются ли полученные небанковские займы, уменьшают ли налог на прибыль дооценки, амортизируют ли основные фонды, не проработавшие на предприятии год, а то и вовсе не введенные в эксплуатацию, влияют ли на затраты-доходы курсовые разницы по операциям, не связанным с куплей-продажей, уменьшают ли прибыль расходы на семинары и прочая, прочая, прочая?.. А «недействительные» налоговые накладные? А обложение операций с векселями? А «обычные» цены?..

Нечетким законодательством (нечетким, видимо, намеренно!) эти вопросы, как и куча других, отданы на откуп проверяющим. Естественно, избирательность их подхода (а единым он быть не может) должна на чем-то базироваться. И когда одного парня заставляют заплатить за другого, у того, кто заставляет, должны быть для этого веские основания. В смысле весомые — чтоб не с пустыми, значит, руками...

По рукам Родина и решила вдруг ударить — чтоб руки в общем были чистыми. И поскольку реальные доходы (с одной стороны, «черные» зарплаты или взятки, а с другой — то, что на эти «пожертвования» было потрачено, а до этого, следовательно, получено) усечь невозможно, определять их собираются по расходам. Дескать, раз много купил, значит, много имел, значит, заплати налог.

Но, во-первых, за покупками не так-то легко уследить. Просто не доносящие о покупателях продавцы будут дороже этими покупателями оплачиваться. Что же до внезапных визитов «оттуда» с дурацкими вопросами типа «где взял?», то вместо тривиального «купил» в ответ последует или «не помню» («что-то с памятью моей стало»), или «подарили», «дали подержать», «дали поносить», «дали в кредит», «занял денег», ну в крайнем случае — «нашел».

И что кто сделает?

Нет, можно, конечно, все это проверить, перепроверить и окончательно перевыпроверить. Но поскольку времени такое удовольствие потребует очень много, подход наверняка снова будет избирательным. А насчет избирательности — см. выше.

Все звучит во мне его песня

В завершение грустных размышлений — цитата.

Самый Главный Налоговик нашей страны считает, что «акты законодательства о налогах и сборах должны быть сформулированы таким образом, чтобы каждый точно знал, какие налоги и сборы, когда и в какой сумме он должен платить...», а также что «все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах должны толковаться в пользу налогоплательщика».

Вот так. Доброе все-таки у нас государство.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №15, 21 апреля-27 апреля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно