БУДУЩЕЕ ГАЗОТРАНСПОРТНОЙ СИСТЕМЫ УКРАИНЫ: АРЕНДОВАТЬ НЕЛЬЗЯ ПРИВАТИЗИРОВАТЬ ІІІ. ВСЕ НЕ ГОТОВЫ, КРОМЕ ЗАПЯТОЙ

22 декабря, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №50, 22 декабря-29 декабря

Третья и последняя статья цикла, продолжающая тему о выборе путей повышения эффективности работы ...

Третья и последняя статья цикла, продолжающая тему о выборе путей повышения эффективности работы газотранспортной системы Украины с помощью сотрудничества с зарубежными инвесторами, посвящена ряду взаимосвязанных вопросов. А именно: некоторым проблемам развития европейского рынка газа, готовности основных участников — Украины и России — к сотрудничеству и, собственно, выбору модели возможного взаимодействия в сфере транспортировки газа. Анализ законодательства, состояния «газовых» секторов двух стран показал их полную неготовность к какому-либо варианту сотрудничества. Тем не менее можно сделать вывод о преимуществе варианта приватизации газотранспортной системы (ГТС) перед другими способами участия иностранных инвесторов в работе ГТС и наметить ряд мероприятий для его реализации.

Газ спасет Европу?

Как прогнозируют эксперты Andersen Consulting, к 2015 году в Европе можно будет наблюдать процесс объединения газовой отрасли и электроэнергетики в единую европейскую энергетическую систему. Сейчас на европейском энергорынке происходят серьезные структурные изменения, вызванные принятием директив Евросоюза по открытию национальных рынков газа и электроэнергии. ЕС активно поддерживает проекты по развитию инфраструктуры европейской газотранспортной системы: создание интерконнектора, соединяющего Великобританию с континентальной Европой; строительство трубопровода Евро—Магриб для перекачивания алжирского газа в Европу; строительство трубопровода из Ямала для транспортировки газа из России через Белоруссию и Польшу в Германию.

Несмотря на то, что ямальский газопровод поменял направление на девяносто градусов — в сторону Словакии, Евросоюз не только словом, но и на деле поддержал этот проект, что имеет свое объяснение. Правительства европейских стран, напуганные массовыми протестами своих собственных граждан, блокадами нефтеперерабатывающих заводов, дорог и улиц, вызванными многократным ростом цен на нефть и нефтепродукты, решили найти выход с помощью российского «Газпрома». Вместо того чтобы снижать налоги на топливо и найти со странами ОПЕК приемлемые решения, некоторые европейские страны и их нефтегазовые ТНК намерены построить газопровод через Польшу и Словакию. Было бы еще понятно, если бы Европа вкладывала деньги в добычу газа на Ямале. Однако, несмотря на громкое название проекта Ямал—Европа, на сегодня ямальского газа не существует (добыча газа на Ямале не ведется). Вместо этого реально сокращается добыча газа в России, что компенсируется туркменским и узбекским газом. Втягивание «Газпрома», а значит, и России, в качестве противовеса странам ОПЕК не является адекватным ситуации как по качеству, так и по масштабам решаемых вопросов.

Администрации президента Б.Клинтона, не несущей никакой финансовой ответственности, не удалось втянуть в убыточный проект Баку—Джейхан нефтегазовые транснациональные компании (ТНК). У «проснувшегося» Евросоюза наконец-то появились геоэкономические интересы в регионе СНГ, и он зашел дальше США: к строительству газопровода в обход Украины привлекаются крупнейшие нефтегазовые компании Германии, Франции и Италии. По разным оценкам, потери транзитного объема газа для Украины могут составить 16—30 млрд. кубометров в год. Такой путь является контрпродуктивным, поскольку строительство газопровода-перемычки не создает дополнительных газотранспортных мощностей для Европы.

Нефтяной кризис (или, скорее, рост цен на нефть) подтолкнул мировое сообщество к активизации переговоров по транзиту энергоресурсов между 51 государством—членом Энергетической хартии. Протокол Договора к Хартии был подписан еще в 1994 году. 8 декабря 2000 года в Брюсселе на очередной сессии Конференции по Энергетической хартии (межправительственной организации, являющейся руководящим органом Договора к Энергетической хартии — ДЭХ) было запланировано завершить переговоры по вопросам транзита энергии к маю 2001 года.

США и ТНК почти не беспокоят газы

Неудачным опытом «трубостроительства», а может быть, и одной из причин нынешних топливных проблем, является нефтяная политика США — гигантского потребителя нефти. Администрация президента Б.Клинтона, увлекшись каспийскими «играми» по строительству нефтепровода Баку—Тбилиси—Джейхан и Транскаспийского газопровода из Туркменистана, а также экономической изоляцией крупнейшего производителя нефти — Ирака, не только растеряла свое влияние на формирование странами ОПЕК политики добычи нефти, но и оказалась неспособной предотвратить эскалацию напряженности на Ближнем Востоке. Строительство этих двух трубопроводов, направленных в Турцию, так и не начато. Ирак медленно, но уверенно выходит из экономической изоляции. При этом основной конкурент США в Каспийском регионе — Россия — успешно реализует свои нефтегазовые проекты: нефтепровод Баку—Новороссийск уже работает, нефтепровод КТК закончен и скоро будет введен в эксплуатацию, газопровод «Голубой поток» в Турцию строится.

Сегодня как в США, так и в некоторых центральноазиатских республиках, растет глухое взаимное раздражение. Эти республики, декларируя поддержку лоббируемых США нефтегазопроводных проектов, на практике сближаются с Россией. Потепление отношений с Москвой основывается на реалистической оценке расстановки сил в регионе. РФ является противником «американских» трубопроводных проектов и делает больше Запада для укрепления безопасности в регионе, угроза которой исходит от исламских фундаменталистов. Влияние России в Каспийском регионе с приходом В.Путина возрастает.

Маршруты строительства газонефтепроводов из Прикаспийского региона более чем не безразличны Украине. Но официальный Киев по-прежнему заявляет, что нефти и газа в этом регионе хватит на всех. К сожалению, новых Арабских Эмиратов из Каспия не получилось, а доступ к транспортировке имеющихся углеводородов получит тот, кто вовремя «подсуетится».

Транснациональные компании обеспокоены засильем коррупции в некоторых республиках СНГ. Однако при этом большинство из них, обвиненных в коррупционных деяниях своими же правоохранительными и налоговыми органами, отрицают вину. Мотивировка проста: комиссионные уплачивались в большинстве случаев не частным лицам, а госчиновникам в соответствии с якобы местными «эсэнговскими нормами». Тем не менее, большинство западных инвесторов обеспокоены собственным имиджем у себя дома и очень задумываются, прежде чем начинать бизнес в странах, где необходимость дачи взяток — почти норма.

Положительным моментом последних финансовых скандалов при сотрудничестве «Запад—Восток» стало повышенное внимание Запада к нарушениям прав человека в некоторых странах СНГ, а также контроль и большая открытость финансовых операций.

Значительные политические и финансовые риски при работе с газотранспортными системами СНГ, что подтверждает опыт бельгийской группы Tractebel в Казахстане, а также нежелание ТНК «переходить дорогу» «Газпрому» не позволяют западным компаниям предложить Украине серьезные условия совместной эксплуатации ее ГТС. Об этом свидетельствует последнее достаточно «вялое» предложение Украине от стратегического партнера «Газпрома» — компании Shell, представляющей в основном американский капитал.

Россия спасает «Газпром»

По мнению вице-премьера российского правительства В.Христенко, совместное управление украинской ГТС возможно лишь при передаче «Газпрому» 51% акций консорциума, берущего эту систему в управление. Прежние российские предложения сводились чуть ли не к передаче украинской ГТС за долги. Эти предложения не могут серьезно рассматриваться Украиной, тем более что большей частью их провоцировала нерешенность собственных проблем «Газпрома».

Цена газа на внутрироссийском рынке составляет 12 долл. за 1000 кубометров, что даже при теоретических стопроцентных платежах не покрывает эксплуатационные издержки. Это сдерживает финансирование реконструкции газопроводов, развитие отрасли в целом и ставит газовую промышленность России в зависимость от западного рынка. Сегодня ситуация в «Газпроме» оценивается как критическая, и выживать ему удается исключительно за счет экспорта газа.

По данным газеты The Wall Street Journal, правительство РФ рассматривает проект демонополизации рынка газа страны, что предусматривает разделение «Газпрома» на отдельные компании, либерализацию рынка и цен на газ. Реформы в отрасли пройдут в три этапа в течение шести лет.

Первый этап — развитие конкуренции на внутреннем рынке: независимые производители газа получат доступ к газопроводам; дочерние компании «Газпрома» будут преобразованы в ОАО и станут более независимыми.

Второй этап — «Газпром» освободит 25% внутреннего рынка газа независимым поставщикам; дочерние компании «Газпрома» смогут напрямую продавать газ непосредственно в России и СНГ; «Газпром» сохранит исключительное право на поставку газа в Европу и Турцию и будет финансировать важнейшие проекты строительства газопроводов; цена на газ на внутрироссийском рынке к 2008 году увеличится до 48 долл. за 1000 кубометра.

Третий этап — независимые производители газа получат возможность экспортировать газ в Европу (под контролем «Газпрома») и участвовать в строительстве новых газопроводов; компании-производители из СНГ получат доступ к российским газопроводам; регулирование цен и тарифов на газ останется в компетенции Федеральной энергетической комиссии РФ.

По сообщению Financial Times (8 октября 2000 года), западные инвесторы «Газпрома» в официальном письме к его руководству выразили озабоченность относительно возможности вывода активов «Газпрома» в компанию Itera. По мнению инвесторов, прибыльность бизнеса Itera за последние годы росла как на дрожжах благодаря передаче ей части «газпромовских» месторождений и контрактов на поставку газа. Ясности относительно сказанного требует и ЕБРР, который выдвигает это в качестве условия предоставления кредита «Газпрому» в 250 млн. долл.

«Газпром» не мог проигнорировать эти события: 9 декабря 2000 года совет директоров «Газпрома» обязал свое правление принять меры по погашению в первом квартале следующего года задолженности Itera за услуги «Газпрома» (добыча и транспортировка). В 2001 году должна быть проведена независимая экспертиза взаимоотношений «Газпром» — Itera; кроме того, ожидается смена руководства «Газпрома».

ОАО «Газпром» — крупнейшая в мире корпорация, балансовая стоимость которой на 30 сентября 2000 года составляла почти 43 млрд. долл.; уставный капитал — 4,2 млрд. долл.

По итогам третьего квартала с. г. «Газпром» имел следующие финансовые результаты (млрд. долл.): оборотные активы — около 16; кредиторская задолженность — 6,3 (задолженность бюджету превышает 1,3); суммарная дебиторская задолженность — 12,8; чистая прибыль — свыше 3.

Сегодня «Газпром» не располагает свободными финансовыми средствами ни для освоения месторождений газа на Ямале (для чего нужны десятки миллиардов долларов, включая строительство шести ниток газопровода), ни для участия в приватизации (модернизации и расширении) украинской ГТС. Одна из причин этого — огромная задолженность за потребленный газ рядом стран СНГ, в т.ч. Украины.

Стоимость ГТС Украины оценивается экспертами суммой не менее 15 млрд. долл. При 30-процентной доле участия «Газпрома» в консорциуме, управляющем украинской газотранспортной системой, минимальный вклад «Газпрома» должен составить 4,5 млрд. долл...

Российское законодательное поле в газотранспортной сфере несовершенно — не приняты законы «О концессиях», «О магистральном трубопроводном транспорте» и другие важные нормативно- правовые акты.

Активизация сотрудничества России с ЕС в энергетической сфере привлекла внимание политических кругов к тому, что основные участники проекта строительства газопровода Ямал—Европа — Россия и Белоруссия — до сих пор не ратифицировали Договор к Энергетической хартии.

Все эти проблемы не позволяют Российской Федерации в ближайшие годы участвовать в совместной работе по эксплуатации ГТС Украины.

Более всего не готова Украина

Еще год тому назад мало кто задумывался и тем более разрабатывал вариант приватизации «священной коровы» украинской независимости — газотранспортной системы.

В современных условиях украинской экономики магистральный транспорт газа приобретает особое значение. Во-первых, как один из главных способов доставки газа потребителям. Во-вторых, как статья значительных поступлений в бюджет. В-третьих, как источник проблем в российско-украинских отношениях из-за несанкционированного отбора российского газа (следует честно признать, что у России в этой связи проблем было больше). Между тем, газотранспортная система Украины может принести наибольшие финансовые поступления в бюджет при ее частичной приватизации.

В настоящее время в силу внутренних и внешних причин уместно говорить только о выборе эффективного варианта участия зарубежных компаний в эксплуатации украинской ГТС, а не о его реализации. Привлечение инвесторов можно ожидать как минимум через 2—3 года — это время потребуется для решения проблем, связанных с реализацией выбранного варианта.

Такие проблемы присущи не только Украине и большинству стран СНГ, но и некоторым странам-претендентам на вступление в ЕС. Во-первых, в связи с тем, что целый ряд украинских законов прямо запрещает приватизацию ГТС; концессионное законодательство неразвито и только упоминает о возможности передачи газопроводов в концессию; нет программы адаптации украинского законодательства к стандартам и нормам ЕС.

Похоже, что даже специалисты недостаточно понимают необходимость структурных реформ в ТЭК для вступления Украины в ЕС.

Во-вторых, не проведена реструктуризация «газового» сектора, что предполагает приватизацию целого комплекса мероприятий: создание конкурентных условий в сегментах ТЭК; по возможности, отделение транзита газа от других функций; повышение эффективности и независимости регулирующего органа в этой сфере и др. (см. «ЗН» № 47 от 2 декабря с.г.). Фактическое переподчинение НКРЭ (регулирующей отношения и в нефтегазовом комплексе) не прибавляет этому важнейшему органу независимости. А полуторамиллиардные убытки НАК «Нефтегаз Украины» в 1999 году не требуют каких-либо комментариев.

В-третьих, не закончен международный аудит ГТС и газохранилищ.

В-четвертых, не проведена окончательная сверка долгов за потребленный российский газ. (Хотелось бы ошибиться, но эта проблема еще будет возникать.)

В-пятых, необходимо принять базовый закон «Об особенностях приватизации имущества предприятий ТЭК». (По мнению большинства западных экспертов, в странах СНГ сейчас проходит «дикая» приватизация, которая приносит значительные экономические потери. А украинское правительство до сих пор борется с последствиями «оффшорной приватизации» облэнерго.)

В-шестых, необходимо провести предприватизационную подготовку ГТС и многое др.

Таким образом, приходим к выводу, что Украина не готова к любой форме сотрудничества с зарубежными компаниями в отношении ГТС.

Где поставить запятую?

Как свидетельствует зарубежный опыт, при выборе наиболее оптимального варианта работы с инвестором по эксплуатации ГТС, необходимо предусмотреть возможность реализации ряда важнейших мероприятий (см. табл.). Весьма сомнительно, что, получив полный контроль над ГТС, теоретический инвестор озаботится вопросами диверсификации источников поступления газа в Украину, открытием рынка газа и т.д. В случае с «Газпромом» решение этих задач может сдерживаться желанием навязать Украине монопольную зависимость от российского газа.

 

Международная практика показывает, что самым перспективным вариантом привлечения инвесторов является приватизация ГТС, а наиболее весомые аргументы — выполнение требований ЕС к странам-претендентам и поступление в бюджет значительных сумм.

Законопроект сырой, но он станет законом

Отмечая оперативность подготовки законопроекта «Об особенностях приватизации объектов газотранспортной системы Украины», следует учесть его слабые стороны.

Весьма проблематичным выглядит обмен пакетами акций между создаваемым в Украине газотранспортным предприятием и другими компаниями ТЭК, в т.ч. и иностранными. Примером возможного международного обмена акциями между крупнейшими нефтегазовыми предприятиями могут служить намерения польской PKN Orlen и венгерской MOL провести такой обмен. Акции этих компаний давно котируются на европейских фондовых рынках, а их совладельцами являются мощные ТНК. Однако, по мнению аналитиков фирмы Salomon Smith Barney, вероятность «слияния» этих компаний низка вследствие внутренних причин.

Попытка подражания мировым процессам обмена, укрупнения и объединения нефтегазовых компаний в условиях неподготовленности украинского законодательства, без надежных механизмов межгосударственного взаимодействия и практики разрешения межгосударственных споров в третейском суде, может спровоцировать распыление акций стратегического предприятия. Кроме того, невозможно обменять акции предприятия, не котировавшиеся на международных фондовых рынках.

Статья 9 (часть первая) рассматриваемого законопроекта содержит небезобидную возможность получения при приватизации, вместо денег, акций малоизвестного предприятия ТЭК в качестве средства платежа.

Создание внебюджетного фонда диверсификации источников поступления энергоносителей в Украину (Фонд), предусмотренное в законопроекте о приватизации ГТС, имеет исторические аналоги.

Нигерия является прискорбным примером: заработанные на нефти почти 100 млн. долл. просто испарились: огромный внешний долг и дефицит нефтепродуктов из-за тотального экспорта нефти; за доступ к доходам от нефти между конкурирующими группировками разгорелись ожесточенные столкновения.

Продажа Мексикой значительных объемов нефти США привела к мощному притоку нефтедолларов. В стране были начаты десятки гигантских проектов создания целых отраслей, строительства дорог, предприятий, зданий. Займы на мировых рынках под будущую нефть и падение цен на нее обрушили экономику Мексики, оказавшейся крупнейшим мировым должником, а начатые в ней проекты остаются незавершенными.

Нидерланды — родоначальница нефтяного фонда, давшая миру термин «голландская болезнь». Доходы от продажи нефти направлялись на социальные нужды — пенсии, пособия по болезни и инвалидности и др. Однако они достигли такого уровня, что гражданам стало выгоднее не работать. Результат — стагнация экономики, займы на внешних рынках. Но в демократическом государстве не воруют, не строят прожекты, это и дало возможность выправить экономику.

Норвегия создала классический нефтяной фонд: при легкой форме «голландской болезни» (первые четыре года нефтедоллары шли на покрытие дефицита бюджета) удалось развить смежные отрасли промышленности и поддержать доходы населения. Однако у этой страны нет желания вступить в ЕС: зачем открывать рынки, если имеются конкурентоспособные товары — нефть и газ? Желание поддержать будущее стареющей нации и исчерпаемость углеводородных ресурсов привели к интересным решениям: нефтедоллары «пристроили» в государственные и корпоративные ценные бумаги за рубежом.

Украина обременена огромным внешним долгом, в силу чего понятно желание погасить не только украинский долг за российский газ, но и другие внешние заимствования. В стране отсутствует единство взглядов даже на завершение строящегося нефтепровода Одесса—Броды, не говоря уже о «газовых» проектах, — доставка газа из Каспия в Украину через два моря напоминает проекты в Мексике; иранский газ пугает сторонников тесного политического сотрудничества с США; норвежский газ «не пускает» руководство страны и т.д. Надежды на увеличение социальных выплат нереальны. Экономика Украины требует инвестиций, но без долгосрочных общегосударственных программ развития деньги могут пойти «не туда». Однако созданию Фонда препятствуют закрытость принятия и реализации решений, коррупция, происходящая моральная деградация элиты. Другими словами, любая прекрасная идея (диверсификация источников поступления газа в Украину, минуя территорию России, крайне необходимая) может быть дискредитирована негодным исполнением. Создание Фонда просто небезопасно.

К сожалению, в законопроекте ничего не сказано о нецелесообразности раздельной приватизации отдельных газопроводов ГТС и подземных хранилищ газа, выборе советника по отбору инвестпредложений, об операторе ГТС. Поэтому законопроект должен быть существенно переработан.

Россия–Украина–ЕС: необходимо искать компромисс

В современных условиях российской и украинской экономик экспортно трубопроводный транспорт нефти и газа приобрел особое значение. Он обеспечивает значительные поступления в бюджеты двух стран: для России — за счет продажи энергоносителей на Западе, для Украины — за счет предоставления услуг по транспортировке российских экспортных энергоносителей.

Поэтому важнейшей задачей для России и Украины является не только обеспечение надежности и безопасности трубопроводного транспорта, а и полное использование существующих мощностей нефтегазопроводных систем и их расширение.

Между тем, нефтегазотранспортные системы подвержены старению, в условиях их хронического недофинансирования.

Намерения России построить газопровод-перемычку через территории Польши и Словакии и нефтепровод «Суходольная—Родионовская» (распоряжение правительства РФ от 29 ноября 2000 года) в обход территории Украины — право Российской Федерации. Однако при значительных затратах на строительство двух названных трубопроводов — свыше 1 млрд. долл. — не создаются дополнительные транспортные мощности, а лишь дублируются существующие.

Для обеспечения своевременной реконструкции, полной загрузки и расширения мощностей трубопроводного транспорта необходимо объединить общие усилия России и Украины для оптимизации таможенных, инвестиционных и других решений в сфере трубопроводного транспорта. Участие западных компаний привнесет инвестиции, современное оборудование и эффективный менеджмент.

Украина готова к переговорам и выработке взаимовыгодного решения относительно учета интересов России в транспорте ее энергоносителей через украинскую территорию путем участия России в приватизации украинской газотранспортной системы; проведения совместной долгосрочной тарифной политики в сфере транспортировки нефти и газа; использования современного украинского оборудования (трубы, компрессоры и др.) в общих взаимовыгодных проектах; совместного инвестирования в наиболее важные проекты.

Подготовка к приватизации украинской ГТС займет два-три года. Логичен вопрос: как поддерживать работу ГТС на протяжении нескольких лет — до приватизации? В случае полного юридического и экономического выделения системы международного транспорта газа (СМТГ) из структуры «Нефтегаза Украины» чистая ежегодная прибыль предприятия может составить около 200 млн. долл. (при затратах около 500 млн. долл.).

Правда, сам процесс отделения транзита от общей газотранспортной системы потребует затрат в 100—200 млн. долл. Одним из источников финансирования могут стать кредиты программ ЕС для поддержки стран-кандидатов на вступление. Только по программе Phare на эти цели в 2000—2006 годах предусмотрено выделить 11 млрд. евро. Сможет ли Украина претендовать на такую помощь, зависит от ее реальных шагов в направлении ЕС.

В дальнейшем, как наиболее прибыльное предприятие в Украине, СМТГ сможет за счет своей прибыли и привлечения кредитов провести частичное техническое переоснащение и модернизацию (минимальные капиталовложения оцениваются в 500 млн. долл.).

От надежности украинской газотранспортной системы зависит стабильность энергетики многих европейских государств, и организации-доноры готовы кредитовать, но не разговоры, а реальные реформы.

Реформирование «газового» сектора Украины, принятие соответствующих законов, несомненно, повысит эффективность работы всего украинского ТЭК, обеспечит большую надежность транзитных потоков.

Владимир САПРЫКИН
Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно