БАНКОВСКАЯ ТАЙНА — ТАЙНА ДЛЯ БАНКИРОВ ЗАКОН О БАНКАХ И БАНКОВСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРИНЯЛИ. ЧТОБЫ ЗАВТРА ПОМЕНЯТЬ?

15 декабря, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №49, 15 декабря-22 декабря

Ко всеобщему удовольствию банкиров, и не только отечественных, у народных депутатов все же нашелс...

Ко всеобщему удовольствию банкиров, и не только отечественных, у народных депутатов все же нашелся очень короткий период в пленарных заседаниях для того, чтобы быстренько и без особых обсуждений принять сначала во втором чтении и тут же в целом новый закон «О банках и банковской деятельности». Логика такой сверхоперативности вполне понятна: чего волынку тянуть, если, по заверению заместителя главы парламентского финансового комитета Игоря Юшко, большинство из рассмотренных более чем 600 замечаний к законопроекту учтены. Да и какое там законодательное творчество в промежутке между трехмесячным бюджетным шоу и морозовским киносериалом, повергшим депутатский корпус Верховной Рады в состояние крайнего возбуждения. Слава Богу, что вообще руки дошли до закона, который полтора года сообща готовили Национальный и Всемирный банки, парламентский профильный комитет, банковские ассоциации. Иначе прощай кредиты МВФ и Всемирного банка. Причем млн. из оставшихся 0 млн. займа по проекту реструктуризации финансового сектора ВБ, по заверениям вице-премьера Юрия Еханурова, мог бы выделить еще до нового года.

Однако спешка, как известно, больше подходит вовсе не для принятия законов... Юристы поговаривают, что работа над нынешней, второй редакцией «банковского» закона отнюдь не закончится — его придется серьезно дорабатывать.

Первый закон-ветеран о банках и банковской деятельности образца 1991 года прослужил почти десять лет. Его молодой правопреемник, 7 декабря принятый Верховной Радой, естественно, более совершенен. По мнению главы парламентского комитета по вопросам финансов и банковской деятельности Валерия Алешина, новый закон будет способствовать улучшению ситуации на рынке банковских услуг, активизации деловой активности в целом и кредитования реального сектора экономики в частности.

Спору нет — много нового и полезного попало в творение Нацбанка. Здесь и статьи, регулирующие порядок создания банковских объединений — корпораций, банковских и финансовых холдинговых групп — с целью концентрации капитала. И порядок реорганизации и ликвидации банковских учреждений. Полномочия и сроки введения временной администрации в коммерческом банке. Сделана даже попытка побороться с практикой отмывания в банковской сфере «грязных» денег. Детально прописан порядок создания банков с иностранными инвестициями. Предложены новшества в управлении государственными банками. Но при всем при этом идеальным принятый закон не назовешь. Поэтому никто не гарантирует, что через какое-то время этот второй не заменит третий, еще более совершенный. А может статься, что даже не третий, а еще один второй, ведь принятый парламентом закон еще не подписал Президент...

«Где деньги, Зин?»

Финансисты вздохнули с облегчением. Жесткая привязка минимального уставного капитала банка к 25 млн. грн. в закон не прошла. Нацбанк пошел навстречу новичкам, жаждущим вкусить прелести банковского бизнеса. Его окончательный вердикт:

— 1 млн. евро понадобится для регистрации региональных кооперативных банков;

— 3 млн. евро — для коммерческих банков, осуществляющих свою деятельность на территории определенного региона или области;

— 5 млн. евро — для банков, деятельность которых распространяется на территорию всей Украины.

Правда, сказать однозначно, что все это лучше, чем прежде, никто из банкиров не берется. Во- первых, 5 млн. евро — это не то же самое, что 25 млн. грн. Курсовая арифметика — вещь далеко не простая. На памяти еще кризисный 1998-й, чтобы забывать об этом. Впрочем, и последующие годы были не намного лучшими, в результате чего объем капитала украинского банковского сектора в гривне растет, а в валюте — совсем наоборот. Сравните. Если в 1997 году общий капитал оценивался в 3,3 млрд. грн. и это соответствовало ,7 млрд., то в 1998-м — уже 4,8 млрд. грн. (или всего ,4 млрд.), в 1999-м — 5,7 млрд. грн. (и только около ,1 млрд.). Ничем не лучше показатели и этого года. Во всяком случае, в первой его половине тенденция имела место быть.

Рассчитывать же на уставный фонд в 1 млн. евро банкам не приходится. Потому как нет у нас пока кооперативных банков (не путать с корпоративными). Да и с 3 миллионами не все так просто. Закон не определяет такого понятия, как «деятельность на территории определенного региона» (так же, как и «деятельность на территории всей Украины»). Соответственно, не понятно, каким, например, считать банк с несколькими филиалами, расположенными в разных областях, — региональным или всеукраинским. Так что даже предложенными послаблениями не очень-то воспользуешься. Призывы же типа «маленькие банки — малому бизнесу» авторами закона не взяты в расчет. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

В результате над банками постоянно висит дамоклов меч несостоятельности их «уставников», а денег в стране с на обе ноги хромающей экономикой взять по сути негде. Кроме, как известно, в теневом секторе... Не отсюда ли «мода» на конвертационные центры и фиктивные фирмы, которым трудно обойтись без помощи финансовых учреждений. И, как следствие, назойливый интерес ГНА к информации, которая подпадает по гриф «банковская тайна».

Доступность за семью замками

Настойчивые попытки ГНА получить (при поддержке НБУ) от банков максимум информации об их клиентуре и малоэффективные попытки банков отбить эти нападения засвидетельствовали, к стыду банкиров, что, по большому счету, никакой банковской тайны нет. Этим болел старый закон. Но, похоже, тяжелой наследственности не удалось избежать и новорожденному. Лишь на стадии первого чтения была предпринята отчаянная попытка записать в документ простую и прозрачную норму, согласно которой банкам разрешалось бы выдавать чужие «секреты» исключительно по решению суда. Однако, по понятным причинам, предложение улетучилось из законопроекта, как туман.

В результате проблемы у банков и их клиентов остались прежними, хотя определенная ясность в вопросе сокрытия и открытия тайны была все же внесена. В частности, появилось представление о том, что же конкретно следует считать банковской тайной и, главное, кто к ней и при каких условиях может иметь доступ. Так, статья 62 однозначно делает доступной банковскую тайну юридических и физических лиц-субъектов предпринимательской деятельности для суда (без ограничений), органов прокуратуры, СБУ, Министерства внутренних дел (по конкретным лицам и в конкретный промежуток времени). Не забыты и пожелания ГНА, но лишь на случай, если ее сотрудников будут интересовать не все счета разом, а лишь конкретных юридических и физических лиц-субъектов предпринимательской деятельности.

Теперь главное для интересующихся чужими секретами — правильно составить запрос в банк. А он, кстати, кроме подписи руководителя запрашивающего органа, предусматривает обязательное указание оснований для получения конфиденциальной информации и ссылки на нормы закона, в соответствии с которыми орган имеет право на получение необходимых ему сведений.

Хуже, т.е. неопределенно, обстоит дело с информацией, касающейся физических лиц, далеких от предпринимательской деятельности. По словам исполнительного директора Ассоциации банков Львовщины Любови Осташевской, закон выписан так, что точно не ясно: то ли такую информацию без ведома физлица можно выдавать только по письменному требованию (или решению) суда, то ли она доступна в том числе и прокуратуре, органам безопасности, внутренних дел и налоговикам.

«Славянский» вариант теперь не в моде

Зато к радости банкиров появилась очень нужная 59-я статья «Арест, взыскание и остановка операций по счетам». Она содержит в себе полезные нормы, отсутствие которых ранее не только могло подпортить нервы как банкирам, так и их клиентам, но стоить репутации и финансового благополучия банку, что соответственно рикошетом отражалось на счетах его вкладчиков. В частности, в статье записано, что «остановка собственных расходных операций банка по его счетам, так же, как и остановка расходных операций по счетам юридических и физических лиц, осуществляется уполномоченными законами Украины государственными органами исключительно в случаях, предусмотренных законами». При этом, заметьте, «запрещается налагать арест на корреспондентские счета банка или останавливать все операции по этим счетам».

Многим банкам хорошо знакома ситуация, когда на сутки-двое блокируются счета. По удивительному стечению обстоятельств, периоды «блокады» зачастую совпадают с периодами оплаты налогов. В результате клиенты банка платят налоги, которые по объективным причинам, не зависящим от банка, нельзя надлежащим образом провести. Пеня и штрафные санкции накручиваются, а виновных нет. Юристы уверены, что нововведения помогут избежать такой ситуации. А может — даже более критической. Вспомните, как обездвижением счетов налоговая служба потопила банк «Славянский». По мнению Любови Осташевской, таким образом по сути наказали банк и его вкладчиков, вместо того, чтобы привлечь к ответу менеджмент.

Глухая защита

Выставив европейские требования к минимальному стартовому капиталу отечественного банка, авторы финансовой конституции не смогли или попросту не захотели в рамках этого же закона решить вопрос защиты капиталов от обесценивания. Хотя первое и второе — вещи взаимосвязанные. Инфляционные процессы в экономике европейских стран и темпы девальвации их валют не сравнишь с украинскими, но там никто не запрещает защищать свои средства от обесценивания и хеджировать курсовые риски через корзину валют. Более того, там это нормальная практика. Но то, что является привычной мировой практикой, запрещено у нас — закон даже не упоминает о спасительной для банков «структурной» валютной позиции. Вместо этого он обязывает их корректировать размер своего капитала «на индекс девальвации или ревальвации инфляции (можно только догадываться, о чем это. — С.С.) за счет и в рамках валовых доходов или расходов банка».

Как именно эту хитромудрую коррекцию осуществлять, еще должен придумать и описать в своей методике Национальный банк, а коммерческим банкам уже сегодня нужно думать, как свой капитал не только сохранить, но и приумножить. Судя по ст. 100 и 101 закона, у них на это осталось не так-то много времени: в течение года придется пройти перелицензирование в соответствии с новыми требованиями; в течение двух — привести свою деятельность в соответствие с принятым законом. А значит, и для них, как и для новичков, требования к минимальным размерам капитала тоже становятся головной болью. Иначе лицензии тю-тю, а с ними и «кредитно-депозитный» бизнес. И тогда придется испытать на себе всю прелесть статей о ликвидаторе, которого назначает всемогущий Нацбанк — фактически Господь Бог банковской сферы.

Кстати говоря, после прочтения закона не остается сомнения, что НБУ может делать с банками все, что хочет, — ради пресловутой финансовой стабильности. Экономическая самостоятельность коммерческих банков не мешает ему изменять на свое усмотрение многие требования и нормы, даже прописанные в новом законе. Вроде бы ничего: гибкость в законотворчестве — вещь полезная. Только вот беда — нормы позволено менять почему-то в сторону их ужесточения, а не наоборот…

Правда, авторы закона оставили за банками право обжалования решений, действий или бездеятельности Нацбанка и его должностных лиц, но тут же посоветовали им особо не расслабляться — «подача жалобы не останавливает выполнения обжалованного решения или действия». Хотя практика свидетельствует: немного у нас смельчаков, дерзнувших подать в суд на атланта банковской системы...

Ахиллесова пята

В положениях, касающихся особенностей государственных банков, разработчики закона явно перестарались. Забыли, что оными задеваются интересы не подотчетных НБУ коммерческих банков, но и непосредственно исполнительной власти. В любом случае вряд ли Кабмину понравится, что теперь не он назначает людей в наблюдательный совет Ощадбанка и Укрэксимбанка, а пополам (по семь представителей) Верховная Рада и Президент. Срок полномочий членов совета определен в пять лет, в его состав «могут входить народные депутаты, представители органов исполнительной власти...» Неужели НБУ так понравился нависающий над ним наблюдательный совет, что он решил перенести эту же систему и на государственные банки? Если следовать такой логике, то нужно распространять тот же подход и на все остальные государственные предприятия, а это уже слишком.

Даже парламентский куратор закона о банках и банковской деятельности Игорь Юшко соглашается с тем, что нововведение достаточно спорное. Он считает, что, с одной стороны, ныне действующий порядок, согласно которому наблюдательный совет назначается правительством, создает предпосылки для навязывания банку органами исполнительной власти решений, которые ему невыгодны с коммерческой точки зрения. С другой стороны, новый порядок формирования наблюдательных советов может привести к тому, что в них войдут бизнесмены, «которые могут лоббировать собственные коммерческие интересы».

В любом случае Президенту и его советникам придется хорошо поломать голову над этим и другими новациями. И от их окончательного решения во многом будет зависеть, как скоро появятся первые изменения к новому закону. Если документ, конечно, действительно станет таковым.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно