Юрий Криливец: «...Кто не читает, тот и слушать не будет, а кто не слушает, тот и читать не будет...»

23 марта, 2007, 00:00 Распечатать Выпуск №11, 23 марта-30 марта

«Солодка Даруся» Марии Матиос с недавних пор не только книга, которую можно читать и перечитывать, это еще и трогательная история в исполнении Натальи Сумской.....

«Солодка Даруся» Марии Матиос с недавних пор не только книга, которую можно читать и перечитывать, это еще и трогательная история в исполнении Натальи Сумской...

Картье­Брессон, один из светочей фотоискусства, говорил, что снимок рождается на линии пересечения глаза и сердца. На перекрестке каких линий рождается аудиокнига? — вопрос, возникающий, когда видишь известное произведение в формате аудиодиска.

«Книга вголос» — коллектив единомышленников, уважающих украинское писательство и старающихся донести украинское произведение до рядового гражданина. Профессиональное озвучивание печатных произведений, уважение к классике и классикам (М.Матиос, бесспорно, из их числа) — то, что отличает работы этой новой художественной единицы в сфере украинской издательской культуры. А разговор с директором Юрием Криливцом, возможно, поставит точки над до сих пор незамеченными «і» и даст возможность найти хотя бы несколько ответов на вопрос, кто же такие украинцы...

— Юрий Григорьевич, как долго работает «Книга вголос»?

— В январе 2006-го мы выпустили первую аудиокнигу, в торговой сети появились аудиопродукты «Леся Українка. Драматичні твори. Поеми» в исполнении народной артистки Украины Ады Роговцевой и «Українські народні казки від тітки Ориськи та діда Панька» (41 сказка).

— Как подбираете произведе­ния?

— Берем хорошее произведение и записываем (смеется).

— То есть решающим является ваш субъективный выбор?

— Наверное. Но когда нам нужны консультации, привлекаем специалистов. Нам помогала писательница Олеся Демская, и наше сотрудничество было интересным. Думаю, оно продолжится.

— Актеров приглашаете, учитывая...

— Учитывая то, что вижу в глазах актера. В институте (я учился на актерском факультете) нашими учителями были педагоги Олийнык, Карасев, Скибенко — волки-учителя («волки» в лучшем понимании этого слова). Для студента, пропустившего лекцию, они ввели наказание: конспект трудов Станиславского. И несчастный должен был не просто подать конспект, а защитить его. Мы тогда смеялись. А сейчас я часто вспоминаю слова Станиславского: «Глаза — зеркало души. Пустые глаза — зеркало пустой души». Вот критерий. Единственный!

— Какие из записей вам лично нравятся?

— Люблю «Швейка» («Аудиокнига» выпустила серию «Пригоди бравого вояка Швейка» Я.Гашека, состоящую из четырех частей: «В тилу», «На фронті», «Славна прочуханка», «Прочухан­ка триває». — Л.Б.), а «Пьесы» М.Булгакова в исполнении
М.Рушковского — вещь уникальная, поскольку это не только один из двух наших русскоязычных альбомов, а образец прямого попадания в драматургию.

— А были случаи, когда актер приходил с книгой и говорил: «Это — мой материал, я ощущаю. Можно записать?»

— Были. Но что любопытно: когда актеры сами проявляют такую инициативу, конечный результат не слишком поражает. Помните, в «Чуме» А.Камю есть персонаж, который всем рассказывает, что пишет роман и при этом цитирует первое предложение?.. Читаешь произведение и чувствуешь, что этот герой никогда ничего не напишет — силы расходует на мечту, а не на писание. Так и в любом творческом деле: когда очень хочется, мало что получается.

— Много одобрительных отзывов относительно работы Натальи Сумской, записавшей «Кайдашеву сім’ю» И.Нечуя-Левицкого.

— Наталья Сумская долго отказывалась: «Это же надо протянуть сквозное действие и еще...», а потом садилась и с блеском работала. Каждый человек по-своему настраивается на работу. Наталья может серьезно спорить, но в этом — ее желание сделать качественную работу. Недавно мы с ней реализовали давний замысел...

— Имеете в виду «Солодку Да­русю»?

— Да. Мы долго шли к этому произведению, долго говорили с автором о необходимости записать «Дарусю». Мария Матиос, как и каждый серьезный автор, заботится о своем авторитете в литературе, поэтому мы должны были предложить ей такую работу, которая соответствовала бы ее требованиям. Думаю, мы не оскандалились.

— Произведения Юрия Андруховича запишете?

— Мы готовы хоть сейчас начать эту работу, но необходимо согласие самого Ю.Андруховича (ведь мы работаем в правовом поле), но он очень занят. Что же касается согласия... Как-то мы предложили одному известному артисту сотрудничество, а он поставил такие условия, которые мы не смогли выполнить. У меня есть объяснение: актер побоялся, что из-за своей занятости может сделать работу не так «круто», как на это способен.

— Вы о качестве?

— Нет. Качество этот художник даст в любом случае, имею в виду именно «крутость». Вот актер и придумал такой, простите за тавтологию, актерский ход. Знаю, он мечтает о подобной работе...

— А каковы критерии «крутости»?

— По-моему, он один: если тебя самого волнует то, что ты делаешь (когда не просто переживаешь, а чувствуешь, что сделанное волнует), — все! Оно!

— Можно сказать, что пафос бывает искренним и фальшивым?

— Наверное. Но главное — не нужно бояться высоких чувств! Недавно провели интересные переговоры относительно возможного сотрудничества с Мариной Соколян. Вообще стараюсь хотя бы один современный роман в течение недели прочитать. Современ­ная литература разноцветна — Соколян, Винничук, Жадан, Ма­тиос... Мне чрезвычайно нравятся произведения Дереша, поэтому сделали пробную запись: Люб­ко читает свое произведение. Мы рассказывали об этом на Львовском форуме книгоиздателей, но журналисты почему-то написали, что эта проба нас не заинтересовала. Заинтересовала! Конечно, это не тот случай, когда нужно сравнивать с «Кайдашевою сім’єю», где существует симбиоз писателя и исполнителя, в данном случае — это авторское исполнение. Дело в том, что права на роман, который мы рассматривали, принадлежат издательству. Но сегодня мы уже можем предлагать определенные консультационные услуги, давая авторам возможность защищать свои права, поскольку и мы заинтересованы в том, чтобы автор был затребован издателями. И вопрос относительно аудиоромана Дереша согласовываем.

— А что касается произведений украинских писателей, которые пишут на русском?

— Это та же история, в которой фигурируют Гоголь, Булгаков... Хотели быть известными. Коко­тюха проще: «Бу­дут платить, буду писать на русском, мне семью кормить надо».

— Не планируете ли записать какой-нибудь из двух его романов, отмеченных в «Коронации слова»?

— Даже соглашение уже существует. А еще взялись за «Дім на горі» Валерия Шевчука.

— Как автор отнесся к предложению сделать аудиовариант книги? Вы сами выбрали этот роман? Серьезная работа!

— Да, серьезная. Валерий Алек­сандрович спокойно отреагировал на наше предложение. А относительно произведения, то мы сами хотели начать именно с этого романа. Даст Бог, запишем еще не одно произведение этого классика.

Мы вообще настроены на классику, поэтому не выпустили еще ничего из наследия современных романистов, поскольку ориентируемся не на фамилии — на них можно заработать определенные сум­мы, но при этом потерять собственное имя и своего слушателя, а это недопустимо.

— Представьте, зашел незнакомец и заявляет: «Я — не писатель, но написал роман, сде­лай­те аудиокнигу». Взялись бы?

— Да, но как за коммерческое предложение. С подобным обращаются почти еженедельно: люди хотят записаться и на следующий день увидеть стотысячный тираж, но еще ни разу нам не попался талант, о котором хотелось бы рассказать.

— Интересует ли вас издание неизвестных широкому сообществу произведений, например стихотворений Ка­меняра, звучащих в спектакле театра им. Ивана Франко «…По­серед раю на майда­ні…»? Но это — некоммерческие вещи, оценить их могут, пожалуй, только художники.

— Литература, искусство — вообще некоммерческие. И хорошо, когда существуют в государстве люди, которым нужен не только кусок хлеба.

— Министерство культуры интересовалось вашими достижениями, ведь «Книга вголос» дает возможность с помощью прослушивания украинской сказки начать актуализацию украинского языка еще в дошкольных заведениях?

— Интересовалось. Но украинский язык не надо актуализировать! Его нужно знать! Мечтаю, чтобы ко мне кто-нибудь пришел (или позвонил по телефону) и сказал: «Знаете, вот прочитал «Мартина Идена» Джека Лондона и «Тигроловы» Ивана Багряного. Что бы ни говорили, Джек Лондон — круче». Я даже за последние деньги пригласил бы его в хороший ресторан, чтобы была возможность поспорить и чтобы он мне доказал, почему Джек Лондон круче! Мечтаю, чтобы со мной именно о таком говорили, но ведь наши люди не читают... Рядовой гражданин привык к тому, что украинская литература — «самая крутая», Шевченко — бог, Карпен­ко-Карий — гений, Нечуй-Левицкий — чудо; в школе ему говорили: «Они — ого-го!», вот он и развесил их портреты на стенах как иконы, зачем еще читать их произведения? А может, Леся Украин­ка — не гений, а лишь больной человек? Во время записи ее произ­ведений мы это обсуждали. «Кассандру» она писала, похоже, на гра­ни психического срыва, а то, что ей удалось написать гениально, — другое дело. Пусть бы мы знали, что один — такой, второй — сякой, но ведь не знаем! И когда речь идет об украинской литературе — не надо ее любить, надо ее знать. А для этого нужно читать! Когда будет подрастать охочий до чтения слой общества, будем наблюдать по-настоящему крутой подъем.

— А это возможно? Какие вы видите тенденции?

— Думаю, возможно. Я неоднократно бывал во Львове, но молодежь, которую видел на книжном форуме, меня ошеломила. Парни, девушки сидели на поле с книгами, слушали Жадана, Карпу, того же Андруховича, и в их глазах не было цинизма!

После оранжевой революции нами заинтересовался мир, мы начали ездить и проникаться: «Если мы такие хорошие, то в чем это хорошее?» Сами собой заинтересовались! Шевченко первый определил, кем мы являемся. Он словно говорит: «Хотим быть лучшими — будем! Хотим оставаться такими, какие есть, — останемся».

— Стратегия вашего общества в том, чтобы через аудиокнигу показать, каковыми являются украинцы?

— Не хочется приписывать себе высокую миссию. Ведя бизнес, должен убедить рынок, что твоя продукция нужна. Поэтому, задумываясь, понимаешь: «Кайдашеву сім’ю» надо читать не потому, что это классика или школьная программа, а потому, что в этом произведении те же проблемы — заробитчанство, измена. Полезно знать, что эти грабли уже лежали на нашем пути. Да, мы наступаем на них еще раз, но знания позволяют по крайней мере уменьшить силу удара. Классика обогащает знанием перспективы и просто учит. Но для чтения нужен определенный настрой, а аудиокнига непритязательна, и уже через минуту голос актера дарит тебе эмоциональный заряд.

— Некоторые критики говорят, что это, дескать, грех против чтения...

— Как-то меня пригласили на радио. Слушатели говорили: «Если не читают, то хотя бы слушать будут!» Мы тогда решили, давайте определимся, чтение — это... культ, когда нужно зажечь свечу (выключить настольную лампу), приготовить чашку чая, сесть в кресло, развернуть книгу и через двадцать минут заснуть или это процесс получения информации (пусть и художественного содержания, но информации)? Убежден: кто не читает, тот и слушать не будет, а кто не слушает, тот и читать не будет.

— Что, на ваш взгляд, главное в работе перед микрофоном?

— Для меня важно, чтобы, слушая запись, я одновременно «видел» кино — историю, которую мне рассказывают. Достигнуть этого нелегко. Иногда актер начинает читать и, понимая, что «фильм не запустился», говорит: «Стоп! Не то...»

— Сколько времени нужно, чтобы записать диск?

— Четырнадцать с половиной часов (максимальное время на диске) можно качественно записать, потрудившись месяц.

— А звуковой ряд — это только музыкальное сопровождение?

— Все чаще над этим задумываемся. Большое насыщение аудиозаписи делает ее похожим на радиоспектакль — вещь более объемную по многим составляющим. Сделан определенный шаг вперед. Вот наша работа «Богдан Чалий. Пригоди Барвінка й Ромашки» (шесть сказок). Тот, кто будет знакомиться с произведением через компьютер или DVD-плеер, будет видеть определенный видеоряд. Мы не ставив перед собой цель создать анимационное движение, только дополнили звук качественными картинками, чтобы заинтересовать детей. К сказкам обычно прибавляем разрисовки, чтобы дети, слушая, работали с цветом.

Учебник — один из векторов деятельности «Книги вголос». Ведем переговоры со многими высшими учебными заведениями, поскольку аудиокнигу можно наполнить не только текстами, картинками, таблицами, музыкальным сопровождением, в ней можно смоделировать любую ситуацию, а через «Курс аудиолекций...» студент получит возможность ввести материал в мобильный телефон и, уезжая на занятие, его вспомнить. Повторение через прослушивание — тоже обучение.

С вашего разрешения, несколько слов о Богдане Чалом, детском писателе, которому сегодня — восемьдесят три. «Пригоди Барвінка й Ромашки» в свое время отметили премией Андерсена, которая в СССР, кроме Богдана Чалого, была только у Сергея Михалкова. Намереваемся развивать тему Барвинка и Ромашки, поскольку это — национальный продукт, и добрые дела этих персонажей стоят внимания.

Как-то, еще в советские времена, когда Богдан Иосифович был в командировке в Москве, к нему подошел человек, отрекомендовался как эмигрант и сказал: «Господин Богдан, Вы меня спасли от банкротства. Я издаю в Канаде украинскую газету. Когда дела у меня пошли плохо, друзья переслали мне рукопись «Пригоди Барвінка…», я начал печатать маленькими отрывками... Через три месяца у меня началась новая жизнь!» Незнакомец приглашал в гости, предлагал деньги: «Я — предприниматель, готов покупать ваши произведения — пишите для нашего издания», рассказывал, что писал письма, но они почему-то возвращались обратно...

— Вы целенаправленно искали Богдана Иосифовича?

— Да. Мы считаем, что без детской литературы невозможно планировать дальнейшую работу.

— Какая часть ваших усилий приходится на детскую литературу?

— Четвертая часть. Уже вышли «Українські народні казки», «Пригоди Піноккіо», «Снігова Королева», сказки Ивана Франко.

— Отдельные произведения Франко читать без лингвистического объяснения определенных слов довольно трудно, прилагаете печатное сопровождение-объяснение?

— Вкладыш с информацией о произведении, писателе всегда присутствует, а одну работу мы даже дополнили словарем закарпатских слов.

— Пропагандируете аутентичный язык?

— Я бы сказал, что это — пропаганда не языка, а здорового образа жизни. Звучит пафосно, но посмотрите на успешных бизнесменов. Бизнес для них — фантазия, воображение, их мозг нуждается в здоровой подпитке, и именно в культуре они ее находят. Мы работаем не ради пропаганды украинского языка (он не нуждается в популяризации, язык без нас жил и без нас будет жить), а ради обогащения человека как личности, и подходим к этому очень прагматично.

— Конкуренты есть?

— Интересный вопрос. Считаю, что нет.

— Это вас утешает или огорчает?

— Не утешает и не огорчает. Когда человек покупает за те же деньги три часа звука и десять часов, разница есть (говорю на примере сказок) — львовское издательство «Наголос» конкурентами не считаю, мы — коллеги. Мы уже заявили в Украине 28 альбомов, а еще 10—12 завтра-послезавтра пойдут в тираж (не считаю тех, которые пишутся сегодня и запланированы на следующий месяц).

Конкуренция существует со стороны России. Она меня не пугает, но считаться с ней вынужден. Мы изучаем опыт соседей (русской аудиокниге — восемь лет), общаясь с российскими партнерами (среди них есть и такие, кто хочет покупать наш продукт), замечаем определенные проблемы. Так, одна фирма сбросила на наш рынок не свою продукцию, а звук, который размножили на нашей территории. Поскольку все затраты на производство давно компенсированы, у фирмы хорошая прибыль. Наш продукт — украинский: задействованы украинские актеры, украинские сотрудники, налоги получает государство Украина. А когда люди привозят только звук и называют себя украинским производителем...

— Вы могли бы пригласить звездного российского актера на запись произведений Достоевского или Толстого, чтобы привлечь внимание покупателя?

— Могли бы, но в этом нет потребности. Российские коллеги рассказывают: произведения Достоевского, Толстого, Чехова, которые читает Герасимов (его в России знают только специалисты, обществу это имя ни о чем не говорит), десять лет приносят стабильную прибыль — гениальное исполнение! Недавно они показали свою новую работу — «Одиннадцать минут» П.Коэльо, читает Мария Миронова. Коэльо — «раскрученный», как сейчас говорят, Миронова — тоже, а диск лежит... Не помогла фамилия. У нас столько своих звезд! К тому же во взгляде на российские произведения срабатывает здравый смысл: зачем делать то, что кто-то уже сделал, — русскоязычный продукт (может, и не самого лучшего качества) на рынке есть.

Важно, что формируется клуб любителей украинской аудиокниги. Люди звонят по телефону, интересуются нашими новинками и планами. Обычно мы всю информацию излагаем на сайте.

— А как относительно реализации? В Украине — мощный рынок российского продукта?

— Россия здесь ни при чем — это мы Шевченко не читаем…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно