ВРЕМЯ, В КОТОРОМ МЫ ЖИВЕМ...

14 июня, 1996, 00:00 Распечатать Выпуск №24, 14 июня-21 июня

Он актер известный. Не определенному кругу, а как в былые времена, известный в своей стране. В Украине...

Он актер известный. Не определенному кругу, а как в былые времена, известный в своей стране. В Украине. О нем много спорят. Одни: гениальный, талантливый, лучший комик; другие: не там снимается, не то делает. Он же просто работает, до седьмого пота, и труд свой актерский обожает. И семью свою боготворит. И никогда не бывает злым. И каждый, кто с ним знаком, - знакомству рад. Пусть он заслуженный артист, Богдан Бенюк, но по известности своей и по труду - давно народный.

- Богдан, вы очень популярный человек. Вам популярность мешает или помогает?

- Больше помогает. Когда тебя узнают, то в основном это приятно.

- И вам нравится быть популярным человеком?

- Я об этом не думаю. Занимаюсь своей работой - вот и все. А популярность - вещь такая: сегодня у тебя есть работа - сегодня тебя знают. А завтра фортуна повернулась иначе - и у тебя уже нет работы, и ты уже в тени. Вот и получается, что лучше об этом не задумываться.

- У вас есть нелюбимые роли?

- Вы знаете, я не верю людям, которые говорят, что у них есть нелюбимые роли. Такого, по-моему, не может быть. Потому что каждый актер, какую бы роль он ни играл, все равно вкладывает туда что-то свое, какую-то частичку своей души - и это уже родное. Другое дело, что общий материал, в котором находится эта роль, может не получиться... Но если актер вложил душу в этот образ, он ему не может не нравиться.

- А какие роли особенно помнятся?

- Мне все роли помнятся. У меня нет такого, чтобы я какую-то роль играл с большим, а какую-то с меньшим удовольствием. И эпизоды я люблю играть не меньше, чем большие роли. Потому что в каждом персонаже есть свое зерно, и если тебе удается как актеру его откопать, то это ни с чем не сравнимое чувство.

- Например, роль демобилизованного солдата в комедии Н.Зарудного «Регион».

- О! Очень яркий, кстати, пример. Я вот говорил, что актер должен быть готовым к любой случайности. В данном случае до премьеры оставалось два дня. Я эту роль не должен был играть. А потом режиссер С.В.Данченко попросил меня ее сыграть, и я за два дня фактически эту роль сделал. И финал поменялся в спектакле, и спектакль совсем поменялся.

- И критики, и зрители единодушно называют вас лучшим комиком Украины. Сложно вызвать смех?

- Не очень-то это и сложно, но все зависит от того, какой это смех. Бывает смех глупый, бывает умный, бывает философский смех. И если актер может вызвать разный смех, от глупого до философского, тогда он существует как комик, тогда он ценится.

- Вам хотелось бы выйти за рамки этого амплуа?

- Безусловно. Я вот сейчас смотрю на своего партнера Толю Хостикоева и вижу, как он тоже хочет вырваться из амплуа героя-любовника, романтического героя. Ему уже неинтересно работать только в этом плане. Так же и мне. Но, к сожалению, в своем родном театре им. И.Франко я пока используюсь как-то однобоко. Например, есть какая-то комедийность в образе, и сразу роль дают тем актерам, которые умеют это делать, - гарантия на 100%, что сделают. А педагогического подхода в общем-то и нет. Был у меня период работы с В.Н.Оглоблиным - вот он занимался собственно педагогикой. А я сейчас хотел бы, чтобы какие-то другие роли мне давали, не комедийные. Мне кажется, что я смогу что-то другое делать.

- Это к вашим словам о том, что только Хостикоев играет героев-любовников?

- Конечно! Я ведь тоже могу сыграть хоть не героя, но любовника.

- Богдан, сейчас трудное время вообще и для искусства, культуры в частности.

- Проблемы культуры - все на виду. Везде говорится о том кризисе, который сейчас существует: музеи гибнут, театры надо спасать и т.д. Но мне кажется, что не нужно так драматизировать ситуацию. Почему? Да потому что это переходный период. И мне кажется, что все у нас станет на лад, все будет нормально, только надо пережить этот тяжелейший период. Но как это не удивительно, Украина его сейчас переживает. И спокойно. Слава Богу!

Да, сейчас действительно трудное время, но это время и интересное, потому что как раз сейчас можно проявить себя не только как актера. Но и проявить свои какие-то человеческие качества, и качества бизнесмена, и просто качества приспосабливаемости к жизни, что очень необходимо. Мы ведь к этому не были готовы. Мы считали, что должны только своим каким-то узким делом заниматься и больше ничего не должно интересовать. А как оказалось, совсем нет...

Мне кажется, это время проверяет человека. Много актеров, я знаю: просто беда - нет работы, нет средств. Тяжело. Но есть и много других примеров, когда актер «выстреливает» вдруг совсем по-новому, его талант загорается новой яркой звездой. Так что наше время, оно, мне кажется, не только плохое, но и очень полезное, поучительное, во всяком случае...

- Ни для кого не секрет, что вы с Анатолием Хостикоевым большие друзья. А как вам работается вместе?

- Очень хорошо работается. Вы знаете, вообще счастлив тот актер, у которого в коллективе есть единомышленники, которые его любят, которые считают его незаменимым. Вот мы с Толиком почему сработались? У нас есть такое «чувство локтя», которого у меня не было никогда и ни с кем. Я его понимаю с полуслова, я его чувствую. Это такая настоящая мужская дружба. Счастье, что так случилось, и мы с ним нашли друг друга в жизни, в профессии. Вместе мы можем очень много сделать.

- Вы и Хостикоев считаетесь в театре основными заводилами в смысле шуток и розыгрышей.

- Ну, юмор обязательно всегда и везде должен присутствовать: он стимулирует к жизни. Подколки актерские - это через шаг, безусловно. У меня брали интервью из «Аргументов и фактов», как раз на первое апреля. И их очень интересовало, что в этот день происходит в театре. Я им сказал, что в театре первого апреля все спокойно. Абсолютно. Потому что на протяжении 365 дней в году происходит то, что у всех людей происходит первого апреля. Массу можно таких историй рассказывать - своеобразных театральных приключений. Это и опоздание на сцену, и несвоевременный выход, и забывание текста...

А сколько со мной таких случаев бывало! Я помню, еще когда мои дочери маленькие были, в школу не ходили, сидели со мной в гримерной. А шел спектакль «Моя професія - сеньор з вищого світу». И я в гримерной сижу, что-то детям рассказываю, и так заговорился, что пропустил реплику на свой выход. А в это время на сцене Толя Хостикоев со Степаном Олексенко дерутся, а я должен выходить со второго этажа (я играл сына персонажа С.Олексенко) и финал второго действия как раз на мне заканчивался. И я слышу, какая-то странная реплика по внутренней трансляции идет: «Я тебе дам!» - говорит Хостикоев, а С.Олексенко отвечает: «А я тебе сейчас дам!». Думаю, что это они городят непонятное. И вдруг заходит Володя Горобей в гримерку и спокойно так говорит: «Богдан, по-моему, ты на сцене сейчас...» Я выскакиваю пулей из гримерной! Малые испугались и за мною вслед: «Папа!». Я взлетаю с третьего этажа по ступенькам, а мне, к сожалению, еще надо перебежать через всю сцену (сцена открыта) на противоположную сторону, потому что оттуда выход. Под окнами пролетаю.. А они уже на второй этаж вышли, и я, стоя за ширмой, слышу их текст. Степан Олексенко говорит: «Беня выйдет или не выйдет?», Хостик отвечает: «Я не знаю». И они там мусолят друг друга, и тут я с перепуганными глазами появляюсь... Хостик мне как даст! Я говорю: «Толя, ты что, дурной?!» (Он мне на самом деле дал по морде.) А он говорит: «Ты, зараза, что ж ты нас подставляешь? Мы же не знали, что делать!» Ну, короче, с горем пополам закончили мы это действие.

А еще было в этом же спектакле... Ольга Яковлевна Кусенко играла мою тетушку. А у меня был такой эпизод, что я падал со второго этажа, ударялся об стену и вроде бы терял сознание, лежал. Я решил немного обогатить эту роль деталями. Взял небольшой пузырек крови на киностудии им. А.Довженко, спрятал в руке... И когда я по этим ступенькам бежал, падал, то потом тихонько набирал себе в рот крови и пускал из угла рта. И вот я жалобно так зову: «Тетушка! Тетушка!» Ольга Яковлевна Кусенко появляется, а у меня кровь по подбородку течет. Она бедная стала, текст забыла, перепугалась... Оглоблин посмотрел и сказал коротко: «Этот натурализм надо убрать».

Но вообще все эти приключения театральные можно каждый день в театре ловить. Если бы записать все эти истории да книгу издать! Это была бы гениальная книга.

- У вас не было желания попытать творческого счастья за границей?

- Не буду грешить и говорить, что нет, чтобы вызвать какие-то патриотические чувства. Если бы была какая-то работа по моей профессии, интересная, то почему бы и не поехать. Но чтобы ехать просто жить, то нет. А вот поработать - с превеликим удовольствием.

- Расскажите о новых ролях.

- Планы есть. Вот Шекспира будет С.В.Данченко ставить - «Укрощение строптивой». Возможно, что-то будет, потому что я «Укрощение строптивой» еще в институте играл, неплохой у нас был спектакль.

Есть надежда на продолжение работы с А.Жолдаком и М.Гринишиным на следующий год, но не буду говорить наперед, что именно.

И фильм запускается на киностудии им. А.Довженко «Ревизор», где я буду играть Городничего. Так что работы много, только чтобы дал Бог здоровья.

- Богдан, как популярному актеру вам заданы журналистами сотни вопросов. А есть что-то такое, о чем вы без вопросов со стороны хотели бы сказать людям?

- Вот это я уже задумался. Не знаю. Наверное, ничего не хотел бы сказать. Лучше оставить какую-то таинственность. Мало того, что я и так уже примелькался немного на экранах и по телевизору... Пусть будет в моей биографии какая-то доля неизвестности, это интригует. А когда все все про всех знают, как-то неинтересно жить.

- Я еще не спросила...

- Нет, нет, нет! Ну таинственность же должна быть!

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно