ВОЗМУТИТЕЛЬ СПОКОЙСТВИЯ

14 февраля, 2003, 00:00 Распечатать

«В литературной критике для определения крайне возмутительных по своему содержанию драматургических сцен часто используют термин «ортоновский»»...

«В литературной критике для определения крайне возмутительных по своему содержанию драматургических сцен часто используют термин «ортоновский»».

Цитата из программки

Британскому драматургу Джо Ортону нравилось ниспровергать основы и дискредитировать так называемые «культовые» идеи. Так, в пьесе «Ярмарка безумия» досталось на орехи «дедушке Фрейду» и его последователям. Драматург в пух и прах разнес «эдипов» и все остальные воспетые Фрейдом комплексы, потоптался по инцесту, возмутительно обошелся со всеми старыми добрыми традициями британской сцены — словом, повел себя как отъявленный смутьян. А посвящена «Ярмарка безумия» тем психиатрам, которые порой оказываются безумнее своих пациентов и пытаются найти изощренные объяснения «а ля дедушка Фрейд» для самых простых и очевидных событий.

Премьера «Ярмарки безумия» в переводе Андрея Гасюка (режиссер-постановщик — народная артистка Украины Ирина Дука) состоялась на сцене театра «Браво». Фрейдиста доктора Ранса сыграл Станислав Боклан, а далекого от идей «дедушки Фрейда» доктора Прентиса — народный артист Украины Александр Бессмертный. Художественному руководителю театра Любови Титаренко досталась роль «домашней мегеры» — миссис Прентис. Но наиболее эффектно выглядел второстепенный персонаж спектакля — сержант Мэтч, которого искрометно сыграл Алексей Вертинский. У меня, к примеру, сложилось впечатление, что Мэтч-Вертинский переиграл всех, не исключая и чету Прентис.

В интерпретации Вертинского сержант Мэтч оказался совершенно неординарным полицейским, полной противоположностью тех бравых служителей закона, которые обычно появляются на сцене и киноэкране. Его Мэтч был робким, перепуганным чудаком, охотно плясавшим под дудку двух психиатров — Прентиса и Ранса. Потом бедняга наглотался таблеток, которые ему заботливо одолжил доктор Прентис, и безмятежно заснул, позволив остальным персонажам безумствовать без него.

Правда, когда сержант Мэтч таким образом вышел из игры, публика несколько приуныла. И неудивительно — ведь с самой первой минуты своего появления на сцене Мэтчу-Вертинскому удалось поддерживать в зрительном зале бурное веселье. Поэтому, лишившись своего любимца, зрители загрустили и воспряли духом только в финале, когда недотепа-полицейский пробудился ото сна.

Собственно говоря, «Ярмарка безумия» — это мелодрама наоборот. Здесь есть все атрибуты душещипательной истории: потерянные дети, вечно ссорящиеся, но в глубине души любящие друг друга супруги, врачи, трогательно заботящиеся о благе пациентов и т.д. и т.п. Но на спектакле там, где вроде бы нужно вздохнуть и пролить слезу, публика беззаботно хохочет. «Джо Ортон ближе всех подошел к возрождению на британской сцене духа озорства, яркой комедии, радости», — считает Андрей Гасюк, осуществивший перевод пьесы на русский язык. И в этом переводчик, конечно, прав.

В общем, с точки зрения консервативной критики «Ярмарка безумия» — просто возмутительная пьеса. Но при этом она способна вызвать у публики взрывы гомерического хохота. Так что появление «Ярмарки безумия» на киевской сцене — долгожданное и радостное событие. Остается только надеяться, что это не последняя встреча с драматургией смутьяна и озорника — неподражаемого Джо Ортона.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №20, 26 мая-1 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно